«Калипсо»: вызов принят

Ко всем трудностям в этом районе присоединяются еще и коралловые образования. В них-то и заключается вся сложность проблемы. Я понял это в первый же день, когда Реми поведал мне свою тайну. Уже тогда в моем воображении возник остов затонувшего корабля, придавленный тоннами известняка.

Во всяком случае, обломки кораблекрушения должны быть обезображены, изменены до неузнаваемости акропорами, горгонариями, «мозгами Нептуна», «оленьими рогами». Они воссоздают образы, являющиеся в сновидениях, — загадочные и нереальные.

Именно это и толкнуло меня на поиски. Нам еще ни разу не приходилось извлекать обломки затонувших кораблей, попавших в плен к кораллам. И я хорошо знал почему! Это было делом трудоемким, почти невыполнимым. На этот раз я принял вызов!

Я прошел на «Калипсо» сотни миль по коралловым районам: в Красном море, Индийском и Тихом океанах, у Антильских островов. Повсюду мы совершали погружения в автономных скафандрах и «ныряющих блюдцах». Мы возвращались на старые места через несколько лет, наблюдали и изучали там рост кораллов. Нам удалось отыскать по прошествии четырех лет следы, оставленные нашими «подводными домами» у Шаб-Руми в Красном море. Все, что мы там оставили, превратилось в опору для кораллов. Возможно, что через десять лет следы нашего пребывания будут совсем стерты растущими коралловыми колониями. Мы осматривали остовы металлических судов у островов Суакин и в Индийском океане. Пролежав под водой не более 20-50 лет, они были полностью завоеваны морскими организмами. Некоторые из них покрылись колониями морских животных, как, например, «седовласые останки», которые были описаны в нашей книге «Жизнь и смерть кораллов». Другие превратились в скалистый пейзаж или в японские садики. В каком же состоянии мы найдем «Нуэстра сеньора де ла консепсьон» — деревянное судно, остававшееся в течение трех с половиной веков жертвой быстрого размножения мадрепоровых?



Я думаю, что ответ на этот вопрос стоил нового приключения. Если на затонувшем корабле осталось золото, мы скоро его обнаружим, и это послужит дополнительным стимулом.

Предстояло еще составить программу исследований и уточнить сроки. «Калипсо» в течение трех с половиной лет не заходила в свой порт приписки. Она всегда готова к тому, чтобы поступить в наше распоряжение, и одновременно выполняет многочисленные задания. Именно такое судно мне и хотелось иметь. Однако необходимо, чтобы новый эксперимент с раскопками, возможности и перспективы которого внезапно предстали предо мной, вписался в общую программу работ, намечавшихся в Карибском море. Следовало немного подождать.

В тот вечер я дал свое принципиальное согласие Реми де Хенену и присоединился к экипажу «Калипсо», который занимался тогда исследованием повадок черепах в Индийском океане.

Самое замечательное в жизни, которую мы ведем, мои товарищи и я, заключается в том, что всегда наступает момент, когда какая-нибудь вечерняя беседа или принятый проект материализуется с прибытием «Калипсо» и вторжением ее экипажа, состоящего из двадцати девяти человек. Передо мной, наконец, расстилается сине-зеленое море, такое яркое, что слепит глаза. Вот они, кораллы Силвер-Банка, а возможно, и обломки затонувшего корабля. Ибо пришло то время, когда я смог втиснуть проел под девизом «Затонувшие сокровища» в программу наших работ и привести «Калипсо» в назначенное место.

Нам предстояло еще принять немало решений. Но здесь мы полагались на помощь Реми, находившегося в возбужденном состоянии, как и подобало искателю приключений накануне открытия.

Он провел последнюю авиаразведку в сопровождении нашего кинооператора Мишеля Делуара, заснявшего всю дьявольски запутанную конфигурацию Силвер-Банка, поскольку нет такой морской карты, на которую мы могли бы с уверенностью положиться.

Реми и Мишель уже дважды летали над рифами с Пуэрто-Рико в то время как наше судно крейсировало неподалеку. Новые снимки должны служить дополнением к цветным фотоснимкам, сделанным де Хененом с самолета в прошлом году.

По правде говоря, эти полеты показали, что внутри Силвер-Банка есть немало рифов, изогнутых в форме дуги. Но Реми выбрал из них тот единственный, широтное положение которого, казалось, отвечало предполагавшемуся месту гибели су дна и всем историческим данным, почерпнутым из архивов и библиотек. Итак, нам остается только найти этот риф.

Силвер-Банк представляет собой самое мощное скопление кораллов в открытых водах Карибского моря.

У меня сложилось теперь совершенно четкое представление о конфигурации рифа, и к тому же удалось нанести на карту его примерные, крайне извилистые контуры. Гигантское подводное плато площадью 2700 квадратных километров простирается на глубине примерно 25 метров. С севера оно забаррикадировано почти неприступным барьером длиной 40 километров. На него-то мы и натолкнулись. Весь этот обширны и ансамбль резко вздымается из глубин, превышающих 1000 метров.

Испанские золотые флотилии не раз сносило к этому барьеру. Крупные, медлительные при маневрах галионы, перегруженные сокровищами, потрепанные штормами или сбившиеся с пути по вине своих лоцманов, обрекались на неминуемую гибель, как только попадали в район коралловых рифов.