Португальцы в Индонезии

Еще Ф. Алмейда лично убедился в том, что торговля с одной только Индией не удовлетворит португальцев, так как самые ценные пряности растут не в самой Индии, а привозятся с далеких «Островов пряностей» через Малаккский пролив. Туда он и направил в 1509 г. новую экспедицию. С помощью арабских лоцманов из Кочина пять кораблей под общим начальством Диогу Лопиша Сикейры перешли к Северной Суматре, вошли в пролив и стали на якорь перед г. Малакка.

Сикейра навязал правителю города выгодный для Португалии торговый договор и начал скупать в Малакко мускатный орех и гвоздику, которые там были гораздо дешевле, чем в Индии. Однако через несколько недель после нападения мусульман-малайцев на его корабли Д. Сикейра бежал из Малакки.

В феврале 1511 г. А. Албукерки подошел к Малакке, командуя флотилией из 19 судов, на борту которых находилось около 1400 солдат. Через своих тайных агентов он сговорился с влиятельными врагами правителя, опиравшимися на многочисленные группы иностранных купцов, и с их помощью захватил Малакку. Город он разграбил, но пощадил иностранные кварталы, кроме населенного выходцами из Гуджарата (Западная Индия), так как они поддерживали малайского правителя. Учтенная добыча была огромна — в переводе на золото около 3,5 т. В Малакке Албукерки основал наблюдательный пункт. Через пролив мимо города двигались сотни кораблей. Португальцы останавливали их, но не грабили, а требовали одного: чтобы каждое судно принимало на борт португальского моряка. Так они узнали пути ко многим островам Индонезии. В том же, 1511 г. португальцы достигли густонаселенной Явы и, что для них было особенно важно, нашли путь к настоящим «Островам пряностей» — к Молуккам. Для их исследования в ноябре 1511 г. Албукерки направил флотилию из трех судов, возглавлявшуюся Антониу Абреу, одной из каравелл командовал Франсишку Серран, двоюродный брат Ф. Магеллана. В инструкции запрещались грабежи и насилия и рекомендовалось установить дружеские отношения с населением — португальцы слишком дорожили «пряным дном» и стремились стать монополистами в торговле специями для сохранения высоких цен на них на европейском рынке.

Абреу прошел вдоль северного берега Явы и высадился на побережье узкого пролива, отделяющего ее от о. Мадура. Вероятно, здесь он собрал дополнительные сведения об «Островах пряностей». Вскоре после выхода в море судно Серрана потерпело крушение, команду удалось спасти. Два оставшихся корабля пересекли моря Бали и Флорес; штурман экспедиции Франсишку Родригиш нанес на карту ряд островов, вытянувшихся цепочкой к востоку от Явы, в том числе Бали, Ломбок, Сумбава, Флорес, Алор и Тимор. Севернее небольшого о. Ветар (у 8° ю. ш.) Абреу повернул на север, пересек море Банда и высаживался на о-вах Буру и Амбон (у 4° ю. ш.), разделенных проливом Манипа. Затем экспедиция проследила весь южный берег узкого и длинного о. Серам и бросила якорь у его юго-восточной оконечности.



Воспользовавшись стоянкой, Родригиш собрал сведения о мелких островах близ Серама, о его северном побережье и получил неверно им понятую информацию о каком-то крупном «острове Папуа»: на своей карте остров с таким названием он поместил к северу от Серама — в Этом пункте на современных картах находится о. Хальмахера. Но совершенно очевидно, что информаторы Родригиша имели в виду Новую Гвинею об этом красноречиво свидетельствует надпись: «Остров Папуа, и его люди являются кафрами»; к тому же п-ов Чендравасих, северо-западная оконечность гигантского острова, расположен к северо-северо-востоку от Серама. Из-за испортившейся погоды пришлось сняться с якоря и перейти к соседним небольшим о-вам Банда, удалось приобрести китайскую джонку и закупить груз пряностей.

На обратном пути в море Банда джонка Серрана наскочила на рифы и затонула. 10 морякам во главе с капитаном удалось добраться до о. Амбон; остальные суда благополучно достигли Малакки в декабре 1512 г. После многочисленных приключений, включая захват пиратской джонки, Серран и его спутники проследовали на север в Молуккское море и и 1512 г. прибыли к о. Тернате (у 1° с. ш.), близ западного побережья о. Хальмахера. Они оказались первыми европейцами, побывавшими на настоящих «Островах пряностей». Вскоре Серран стал военным советником султана острова и помогал ему в военных действиях против соседнего о. Тидоре. По его сведениям, достигшим Малакки в середине 1513 г., насчитывается всего пять островов, где выращивают специи, — Тернате, Тидоре, Мотир, Макиан и Бачиан; «они могут производить около 6 тыс. бахаров [около 1100 т. пряностей] ежегодно».

Почти за девять лет пребывания на Тернате Серран (он умер в 1521 г.) мог посетить некоторые острова огромного архипелага. Очевидно, он побывал на о. Джилоло (Хальмахера) и верно указал его северное окончание близ о. Моротай (у 2° с. ш.), богатого попугаями, но значительно удлинил на юг — до широты о. Серам. Серран посетил и островные группы Сула и Бангай, лежащие на юго-западе от Тернате (за Молуккским морем), откуда к «пряному» султану поступали изделия из железа. Можно предположить, что он бывал также на северном и восточном полуостровах о. Сулавеси — возможно, «с его подачи» португальцы считали их отдельными островами. Некоторые факты позволяют предположить, что во время своих морских скитаний Серран достигал и о. Минданао: когда ф. Магеллан прибыл к Филиппинам, жители одного островка сказали ему. что уже встречались с похожими людьми; около 1538 г. губернатор Молукк прямо сообщал о посещении Минданао Серраном.

Ф. Родригиш по возвращении в Матткку составил восемь карт, основанных на собственных наблюдениях и расспросных сведениях. На этих картах нанесены северный, восточный и юго-западный берега о. Калимантан. Правда, Родригиш ошибочно назвал его «Великим островом Макассар», спутав с Сулавеси, так как сведения португальцев о двух крупнейших островах архипелага были отрывочными и основывались на данных из вторых рук. К северу от Калимантана он показал огромную мель — это группа коралловых рифов, отмелей и около 100 островов, называемых ныне Нань-шацюньдао, протягивающихся на 500 км. Восточнее помещен остров, по форме и размеру весьма похожий на о. Палаван, юго-западный «форпост» Филиппинского архипелага. Между Калимантаном и Молукками он разместил несколько островов — первое схематическое изображение о. Сулавеси, имеющего на наших картах очень причудливые очертания, показав в том числе длинный и узкий о. Вдама, по форме напоминающий северо-восточный Минахаса.

В июне или июле 1512 г. в Малакке появился потомственный аптекарь Томе Пириш, полушпион, полудипломат, получивший «дополнительные полномочия» от А. Албукерки. Пирит побывал на Яве в марте — июле 1513 г. и, помимо успешных торговых операций, собрал из китайских, индонезийских и других источников сведения о Зондских о-вах. Пополнив их материалами Родригиша и данными Серраиа, он в 1515 г. закончил свою книгу «Сума Ориентал», вскоре совершенно забытую и «открытую» вновь лишь в 1937 г. Она содержит историческое и экономико-географическое описание ряда стран — от Египта до Китая,— в котором основное внимание обращено на вопросы торговли и на политико-административное деление. В то же время работа Пириша — самый правдивый, полный и детальный рассказ о Южной и Юго-Восточной Азии первой половины XVI в., включающий пусть фрагментарные и скупые, но иногда сравнительно близкие к действительности физико-географические характеристики тогда почти неизвестных островов восточнее Явы. Об о. Калимантан Пириш имеет смутные представления, считая, что он состоит «из многих островов, больших и малых», и называет их «Центральными». Лишь более столетия спустя европейцам стало ясно, что это единый огромный остров. Вот почему все гавани, бухты пункты южного, юго-западного и юго-восточного побережья Пирищ описывает как отдельные острова: он отмечает о. Белитунг в проливе Каримата, о. Сате (Лаут) у юго-восточной оконечности [Калимантана и впервые сообщает об «островах Луосе», отстоящих от него в 10 днях плавания,— первое для Европы упоминание о Филиппинском архипелаге, названном по крупнейшему о. Лусон.

Острова Макассар, по Пиришу, находятся в четырех-пяти днях плавания к востоку от Калимантана, их много и протягиваются они в меридиональном направлении от о. Бутон (Бутунг) далеко на север; среди них он называет острова Селебе и Толо, располагающиеся к западу от Молукк,— это первое указание на о. Сулавеси, долгое время считавшийся архипелагом. Пириш дает подробную характеристику «Островов пряностей» и сообщает, что индонезийцы плавают «От Джилоло (южный полуостров Хальмахеры) к Папуа, лежащему в 80 лигах (480 км) от Банда» — приблизительно верное расстояние до о. Новая Гвинея. Кроме практически совсем неизвестных островов, Пириш описал также Яву, Бали, Ломбок, Сумбава, Флорес, Алор и Ветар, а детальность его характеристики Суматры была превзойдена лишь через несколько веков — напомним, что здесь речь идет не о физико-географическом описании.