Путешествие Чан Чуня

Чингисхан, прослышавший об обширных знаниях китайского алхимика и поэта Чан Чуня, одного из главных деятелей даосизма, пригласил его в свою ставку, находившуюся тогда в Самарканде. 73-летний мудрец вынужден был принять предложение, захватив в дальнюю дорогу 19 учеников, в том числе Ли Чжичана, которому поручил вести дневник.

Все комментаторы этого путешествия считают, что краткие, в большинстве случаев верные характеристики местности по пути следования, которыми изобилует дневник, принадлежат Чан Чуню. На наш взгляд, автор многих наблюдений — Ли Чжичан, иными словами, заслуга первого описания восточной части пустыни Гоби, степей и гор Монголии и Тянь-Шаня должна быть поделена между главой миссии и ее «историографом». Чан Чуня сопровождали также 15 всадников.



Отряд отправился в путь из Пекина в начале марта 1221 г. Перевалив горы, ограничивающие с севера Великую Китайскую равнину, в середине марта они двинулись на север по обширной степи, обильной травой и водой. Вскоре началась местность, где «нет рек, а [население] пробавляется колодцами, вырытыми в песке. С юга на север на пространство несколько тысяч ли… нет больших гор. Дорога шла по холмистой полосе… на земле не растут деревья, а только дикая трава, небо произвело здесь только холмы…» Севернее отряд вступил «в огромную [около 200 км] полосу песка», из которой выбрался лишь 30 марта. Чан Чунь обратил внимание на обилие солончаков и небольших соленых озер. Через 20 дней путешественники достигли р. Халхин-Гол и установили, что она течет на северо-запад. Проследив ее до устья, 15 мая Чан Чунь вышел в низовья р. Керулен, «воды которого образуют здесь озеро». 23 мая 1221 г. он описал солнечное затмение и двигался вверх по южной стороне широкой долины Керулена на запад-юго-запад в течение 16 дней (около 500 км); затем «река уклонилась на северо-запад, в горы [Хэптэй]; мы не могли узнать ее истоков». Свернув от поворота Керулена на дорогу, отряд до конца июня шел на запад. Вдали появились «горы и холмы» — южные отроги нагорья Хэнтэй. «Куда бы взор ни достигал, не видно конца горам и рекам; ветер и туман беспрерывны…»

За р. Тола (система Селенги) началась «равнина, на окраинах ее и горы и долины прекрасны, трава тучная и вода добрая…» 4 июля Чан Чунь остановился на отдых у южных предгорий нагорья Хангай. «Сосны и ели растут [здесь] густо… большей частью на северной стороне гор». После 11-дневной стоянки отряд двинулся на запад и до конца августа шел вдоль северных склонов Монгольского Алтая. «Горы эти высоки и велики, с глубокими ущельями и длинными скатами». Примерно у 95° в. д. Чан Чунь пересек этот хребет в южном направлении. «Находясь еще на северной стороне песчаной полосы [Джунгарская Гоби], мы заметили на юге как будто серебристую зарю» — это был Восточный Тянь-Шань, как верно определил Чан Чунь, давший ему такую поэтическую характеристику: «Высоки как облака, белы как песок…» 15 сентября отряд добрался до этих гор и прошел вновь на запад вдоль их крутых северных склонов, обращенных к Джунгарской равнине, до соленого горного озера Сайрам-Нур у 45°30′ с. ш. и 81° в. д., имеющего «в окружности около 200 ли [около 114 км]; снежные пики, окружая его со всех сторон, отражались в водах озера».

Спустившись с гор в долину р. Или, отряд форсировал реку у 44° с. ш. и, повернув опять на запад, 14 октября достиг г. Алима (Алма-Ата). По наблюдениям Чан Чуня, хребты Средней Азии гораздо выше гор Северного Китая; на южных склонах значительно теплее, чем на северных. Двигаясь в том же направлении, путешественники прибыли к р. Талас, которая течет «на северо-запад, глубока и широка». К северу, по сообщению Чан Чуня, «весьма много равнин… целое лето и осень не бывает дождя…» Отряд обогнул передовые хребты Западного Тянь-Шаня и 3 декабря 1221 г. вступил в г. Самарканд, пройдя вдоль северных склонов этой горной системы около 2000 км, т. е. почти по всей ее длине (2450 км).

В 1222 г. Чан Чунь сопровождал двор Чингисхана на юг, в г. Балх, а уже в начале 1223 г. двинулся домой. Тем же путем отряд достиг Монгольского Алтая, но оттуда проследовал на юго-восток по Долине Озер, длинной, около 500 км, межгорной впадине с многочисленными бессточными озерами, вдоль северных склонов Монгольского и Гобийского Алтая, пересек пустыню Гоби и, коснувшись излучины Хуанхэ, прибыл в Пекин в феврале 1224 г.