Сердце Силвер-Банка

Четверг, 18 июля. В 7 часов 30 минут Рем и де Хенен и Серж Фулон снова отправляются в путь, на этот раз со связкой из десяти брикетов тринитротолуола, чтобы продолжить подрыв коралловой скалы, остатки которой могут помешать маневрам «Калипсо». Они возвращаются в 9 часов, выполнив свою миссию. Тем временем мы с Делуаром и Делемоттом изучали кадры, отснятые позавчера Агостини.

Мы не нашли в них никаких новых указаний, они лишь подтвердили то, что было установлено нами раньше. В 10 часов утра направляемся к рифу Силвер-Банк. Я нахожусь в шаланде вместе с Бернаром, Мишелем и Жан-Клером Рианом. В «зодиаке» размещаются Серж, Реми и Агостини со своей кинокамерой.

Погрузившись на дно, осматриваю рабочую площадку и указываю Бернару на илистый участок дна, находящийся за границами площадки, которую наши предшественники оконтурили белым хлопчатобумажным канатом. На значительном удалении слева от предполагаемых передних якорей обнаруживаем скопление ила. Бернар несколько раз погружает в ил свой «зонд» — металлический стержень, — которым он пользуется очень умело. Толщина ила не превышает 20 сантиметров, но дно под ним тоже относительно мягкое: это не коралловые образования. Мы с Бернаром руками разгребаем ил и обнаруживаем доски. Тотчас отмечаю их ориентацию. Они лежат параллельно тем доскам, которые мы нашли накануне. Направление оси корабля подтверждается: она ориентирована с востока на запад.



Теперь мне остается проверить место будущей якорной стоянки «Калипсо». Осматриваю установки двух южных якорных буев: тот, что восточнее, хорош, но западный ненадежен. Решаю его сменить и соответственно намечаю на завтра установку нового якорного буя.

Другая шаланда направилась, чтобы установить на место амортизаторы на западных якорных буях. Во второй половине дня одна из бригад устанавливает новый якорный буй к югу от рифа и определяет с помощью радиолокатора местонахождение самой глубокой (юго-восточной) якорной стоянки.

Шаланда с Бернаром, Мишелем и другими водолазами приступает к более тщательному осмотру того, что мы считаем носовой частью галиона. Мишель находит третий участок залегания досок внешней обшивки судна, по-прежнему сохраняющих широтное направление... Я перечисляю все операции этого долгого дня лишь для того, чтобы показать, что мы не теряли времени зря, и работа не прекращалась ни на минуту.

Уже составлен план участка, и теперь он выставлен в кают-компании для всеобщего обозрения. Затонувшее судно с погребенными в нем сокровищами окрещено теперь нашими остряками в «Нуэстра сеньора де ла санктиссима рекуперасьон!» («Наша владычица святейшей рекуперации»).

Важнейшим событием дня после того, как отобедала вторая смена, явилось «пленарное» заседание экипажа за бутылкой рома. Это заседание, синхронно записанное на кинопленку, было, несомненно, самым живописным за всю мою карьеру морехода, водолаза и... охотника за сокровищами. Мы прозвали это общее собрание «Перетт и кувшин с молоком».

Мне не хочется, чтобы золото, если оно все же будет найдено, помешало нашей дружбе и теплым, человеческим взаимоотношениям. Если мы обнаружим золотые монеты, слитки или другие ценности, надо заранее договориться о дележе, как это принято среди настоящих охотников за сокровищами.

Поэтому я настаиваю еще на одном тайном голосовании, чтобы определить долю каждого участника предприятия и долю «арматора» (судовладельца). Голосование прошло успешно.

Если сокровища будут найдены, кто имеет право на добычу? Как их поделить? Единогласно было решено 20% выделить Реми де Хенену, 40 – арматору (Французскому океанографическому обществу), а оставшиеся 40% поделить поровну между всеми членами экипажа. Условились, что Фредерик Дюма, который должен прибыть на место в среду на следующей неделе, также получит свою долю.

После этого перешли к выборам трех уполномоченных, которым поручалось контролировать все расчеты, продажу найденных сокровищ с аукциона и т. д. Выбраны: Поль Зуэна, Рене Робино и Раймон Коль. Это ветераны нашего экипажа, что свидетельствует о благоразумии избирателей. Реми де Хенен и я по праву становимся еще двумя членами «комиссии по сокровищам». Искренние аплодисменты сопровождают оглашение результатов голосования.

Воцаряется атмосфера полнейшего взаимодоверия и энтузиазма!