Бонапарт — образование

В роялистской Франции образование входило в компетенцию религиозных орденов. Естественно, что революция, впитавшая философские воззрения века Просвещения, провозгласила народное образование правом и долгом государства и установила три степени его — начальное, среднее и высшее.

Основание Университета и гарантия его прав и привилегий стали в полной мере делом консулата и империи. И сколько мужества понадобилось первому консулу, чтобы взяться за это сверхчеловеческое по трудности предприятие в момент, когда учебные заведения в результате эмиграции священнослужителей оказались без преподавателей, а молодежь 1800 года, молодежь нового века, блистала скандальным невежеством.

— Из всех областей управления самая важная — народное образование, — заявлял Бонапарт на заседаниях Государственного совета. — От этого зависит все — настоящее и будущее. Народное образование должно быть разумным и классическим.

Хулители Наполеона никогда не упускали случая трактовать эти слова как свидетельство того, что Университет, по мысли его создателя, должен был учить молодых людей жертвовать собой на поле битвы. Утверждать так — значит полностью искажать мысль того, кто любил повторять:

— Настоящие победы, единственные, которые не оставляют места даже для малейшего сожаления, — те, что одерживаются над невежеством.

Это означает также пренебречь чувством подлинной горечи, владевшей просвещенным умом, видевшим, что Франция, чья литература пользовалась наивысшей репутацией в Европе, чей язык был языком всей европейской элиты, уже десять лет оставалась лишенной достойного этого имени образования.

Это означает, наконец, пренебречь возмущением, какое вызывали в этом человеке, достигшем высот знания, воспоминания о собственном образовании:

— В Бриенне нас учили очень плохо. Мне было 15 лет. Нас пичкали только глупыми отрывками из книг. Обучать на отрывках — какая жалкая метода! У молодости есть время, чтобы читать помногу, и воображение, чтобы понять все великие вещи. Позже я заполнил этот пробел, я читал колоссальными порциями, но выбор был беден — то, что волею случая занесло в гарнизонную библиотеку. В Балансе моя душа еще не пробудилась. В тот день, когда, по счастью, я, открыв Боссюэ, узнал из его «Рассуждений о всемирной истории» о последовательности империй... мне показалось, что пелена разверзлась и я наблюдаю поступь богов.



Законом от 1 мая 1802 года начальное образование передавалось в ведение коммун и одновременно учреждалось около 30 лицеев, где примерно 3 тысячи учеников будут обучаться за счет правительства. Для них двумя консульскими постановлениями определялись программы — от латыни до трансцендентной математики, расписание, правила дисциплины и форма.

— Необходимо, — провозглашал глава государства, — чтобы духовное состояние и политические идеи поднимающегося поколения более не зависели от очередной новости дня или преходящих обстоятельств. Надо прежде всего добиться единства образования, чтобы целое поколение могло быть отлитым в одной форме.

Это было сказано в 1806 году и послужило сигналом к пересмотру системы, за четыре года продемонстрировавшей свои достоинства и слабости. Работа займет два года, потребует девяти редакций текста и в конечном счете выльется в закон 1808 года, предоставивший императорскому Университету монополию на народное образование по всей территории империи. Во главе Университета стоял великий магистр со столь же широкими, как у министра, правами. Он назначал преподавателей, по представлению совета Университета присуждал степени, распоряжался 6 с половиной тысячами государственных стипендий. В пределах департамента учебные заведения объединялись в академии, руководимые ректором. Назначались около 30 генеральных инспекторов с задачей ежегодно инспектировать все факультеты, лицеи и колледжи. Высшие учебные заведения, ликвидированные в 1793 году революцией, возрождались в виде факультетов, которые обладали правом присуждать степени доктора, лиценциата и бакалавра в крупных областях знания, таких как право, математика, теология, словесность и естественные науки.

Только с помощью цифр можно составить представление о грандиозных масштабах этого предприятия, доведенного до конца первым консулом и затем императором. За 15 лет число лицеев возросло с 9 до 46; частных средних школ, контролируемых государством, — с 300 до 1200; колледжей, заново созданных, в 1815 году станет 370. В 1814 году Франция насчитывает 37 академий, 13 теологических факультетов, 17 — юридических, 9 — медицинских, 31 — языка и литературы и 17 — естественных наук!

В 1810 году император направляет великого ученого Кювье в Голландию и Германию для изучения на месте их систем начального образования и декретом 1811 года предусмотрит использование принятых там методов во всех департаментах империи. В декабре 1812 года в санях, уносящих его во Францию после катастрофической российской кампании, Наполеон снова возвращается к проблеме образования, беседуя с Коленкуром:

— Я опять займусь народным образованием, по достижении мира оно станет моей первой заботой, ибо это гарантия будущего. Я хочу, чтобы оно было государственным для всех, даже отчасти и для моего сына. У меня есть на сей счет крупный план.

Поскольку ему не было свойственно останавливаться лишь на основополагающих принципах какого-либо предприятия, в его мозгу немедленно вырисовываются детали — все более многочисленные и точные:

Необходимость образования?

— Нашей стране рассуждения и анализ нужны как воздух... Подумайте, какое соревнование начнется среди элиты молодежи, выбранной из 40 миллионов душ! Какая награда таланту и как умножаются шансы на его появление!.. Разум человека, его развитие, развитие наших способностей — вот ключ к обществу, секрет законодателя. Лишь тот, кто стремится обманывать народы и править за их счет, может хотеть удерживать их в невежестве, ибо чем лучше они просвещены, тем больше людей, понимающих необходимость законов и их защиты, и тем более стабильным, счастливым и процветающим станет общество.

Принципы образования?

— Молодежь может судить о фактах лишь по тому, как они ей преподнесены. Обманывать ее, кормить ее мифами — значит закладывать основу для ошибок, которые будут совершены ею в будущем.

Подготовка преподавателей?

— Вообще-то, я создал Университет как государственный институт, потому что такой институт никогда не умрет, его принципы организации и управления, его дух передаются по наследству... Члены преподавательского корпуса войдут в лоно образования, как их предшественники входили в лоно церкви... Я хочу, чтобы церемония посвящения в это лоно, хотя назвать ее надо иначе, сохранила бы определенную торжественность.

А потребует ли эта система женщин? Ибо все сказанное адресуется молодым людям. Увы, век не был благоприятным для эмансипации женщины, а Наполеон терпеть не мог «синие чулки»...

— Вступая в жизнь, все девушки преследуют лишь одну цель — выйти замуж. А народное образование почти всегда производит плохих женщин, фривольных, кокетливых, легкомысленных... Образование в коллективе, столь благоприятное для мужчин, приучающее их к взаимной терпимости, готовящее их к взрослой дружбе, для женщин — лишь школа развращенности. Женщина создана для жизни в интимном кругу семьи и одновременно для жизни духовной.

Руководствуясь именно такими представлениями, он создаст Воспитательные дома Почетного легиона, где дочерей членов Ордена будут обучать, как стать хорошими матерями семейства и преданными супругами.

— Я желаю, чтобы они выпускали не «весьма приятных» женщин, но добродетельных. Чтобы их украшением были добрые нравы и сердце, а не острота ума и умение развлечь... Я хотел бы, чтобы девушка, оканчивающая Экуэн, могла стать хозяйкой небольшой семьи, умела шить платья, чинить одежду мужа, обеспечить приданым новорожденного.

Исконный здравый смысл!

Такие заведения существуют по сей день Во главе их сменились поколения верховных надзирательниц с красной лентой на груди, формировавших в строгом единообразии поколения за поколением девушек. Их воспитанницы имели высокую честь стоять в шеренгах на берегах Сены морозным днем декабря 1840 года, рукоплескал кортежу, сопровождавшему шесть, заключенных один в другой, гробов последнего завоевателя в истории, не пренебрегавшего проблемами шитья, танцев и штопки.

Надо ли уточнять? — Созданная Наполеоном университетская система в основных своих чертах, отмеченных его печатью, все еще на месте: перемены, произведенные в XX веке, затрагивают главным образом вопросы управления или методику обучения.

Надо ли напоминать? — Придя к власти, первый консул унаследовал народное образование, не располагавшее ни помещениями, ни учителями...