Государство Инков: да воплотится слово в стихе

Инки говорили на богатом и красивом языке. Однако писали ли они на своем языке? Достоверный ответ на этот вопрос исследователи древней письменности начали искать только теперь, в наши дни. Безотносительно к тому, умели ли инки писать или не умели, существовала ли в их империи письменность или же ее не было, бесспорным является тот факт, что литература, словесность у них была.

Литература инков была богатой, хотя это и была литература, предназначавшаяся для устного воспроизведения, то есть, говоря специальным языком, это были произведения словесности, которые сохранялись по традиции благодаря постоянному повторению текстов, сохраняемых памятью их творцов и декламаторов. Сразу же после завоевания Перу эти тексты (правда, незначительная их часть) были записаны в латинской транскрипции испанскими хронистами.

В отличие от двух других наиболее развитых культур индейской Америки, то есть культур ацтеков и майя, культура инков, пожалуй, лучше сказать — кечуанская письменность, не угасла вместе с империей «сыновей Солнца». Скорее наоборот. Учитывая бесспорные преимущества языка кечуа, его с самого начала стали использовать в своей миссионерской деятельности священники и монахи, прибывшие в Южную Америку из Европы.

В доколумбов период кечуанский язык очень скоро стал приобретать статус литературного языка. С конца XVIII века на языке кечуа начинают создавать свои произведения и профессиональные поэты, а позже прозаики и драматурги.

Основоположником современной кечуанской литературы по праву можно считать Вальпарримачи Майту, уроженца боливийского Потоси. Ему был всего лишь 21 год, когда пуля испанских солдат, против которых бок о бок с южноамериканскими креолами воевал этот индеец Анд, оборвала его огромный талант. Еще раньше был убит испанцами другой основоположник современной кечуанской литературы, поэт Мариано Мельгар. Он был расстрелян за то, что принимал участие в национально-освободительном движении индейцев, возглавляемом вождем Пумакауо.

В современном Перу кечуа является не только языком литературы, но наряду с испанским — официальным языком страны. Государственная премия Республики Перу были присуждена поэту Килько Ваиака (Аленкастре Гутьеррес) за поэму «Ильимани», написанную на языке кечуа. Сейчас на кечуа выходят романы, новеллы, рассказы, статьи в газетах и даже комиксы, повествующие о мужественных людях.

Кечуа — самый распространенный язык из индейских языков во всех трех Америках. Он сохраняет и даже расширяет свои позиции в области современного литературного творчества. Следует отметить, что современные литературные произведения, написанные на языке кечуа, опираются на традиции словесности инков. Эта преемственность кечуанской письменности, ее непосредственная взаимосвязь с письменностью «сыновей Солнца» являются характерной особенностью письменности инков и их потомков, отличающей ее от литературы других, наиболее известных культур древней Америки — культур майя и ацтеков.



Литературное творчество на языке кечуа в Тауантинсуйу времен инков было очень богатым. Однако, поскольку эти произведения не фиксировались на письме и сохранялись в памяти декламаторов, от доколумбовой литературы до нас дошли лишь отрывки (главным образом поэтические), сохраненные для потомтва первыми испанскими хронистами Перу.

В Тауантинсуйу поэтические произведений создавали профессиональные поэты, называвшиеся «арауики» (образовано от глагола «арауий», что буквально означает «рифмовать», «слагать стихи»). Инкские поэты жили главным образом при дворе владык и знатных вельмож империи. Декламаторы знали стихи наизусть и произносили их во время различных церемоний, и прежде всего на главных религиозных и светских торжествах и праздниках.

Тексты песен и поэм нередко распределялись между несколькими декламаторами, причем каждый из них «получал какую-то одну роль». Таким образом, в Тауантинсуйу от поэзии вел прямой путь к постепенно зарождающемуся искусству драматическому.

Помимо поэзии, которую при дворе Инки и знати создавали профессиональные поэты, была еще и поэзия народная, авторы которой в своих произведениях не только прославляли героические деяния правителей, но и рассказывали о труде земледельцев, об искусстве ремесленников, о чувствах и настроениях человека. Они воспевали в стихах землю, на которой жили, — ее красоту, ее флору и фауну.

В империи инков декламация, публичное чтение стихов, нередко сопровождалась игрой на музыкальных инструментах, например на флейте Пана (антара), барабане или же на типичной для Анд маленькой поперечной флейте, изготавливаемой ранее из костей, а позднее из тростника.

Таким образом, изучая поэзию инков, мы одновременно можем познакомиться и с музыкальным искусством «сыновей Солнца». Их музыка была пентатонической, то есть в гамме было всего лишь пять звуков ре, фа, соль, ля и до.

В Тауантинсуйу музыка исполнялась при дворе правителя и знати, где, помимо профессиональных поэтов, находились также и профессиональйые музыканты. Были здесь, конечно, и танцоры. Танцы инки называли «таки». В империи знали несколько видов танцев: танцы военные, крестьянские, танцы пастухов. Был и еще один вид танцев, который, пожалуй, можно было бы назвать светским, то есть танец для удовольствия, радости, который исполняли преимущественно во время праздников.

Военные танцы исполняли исключительно мужчины. Самым известным среди них был танец «уари». Танцуя этот танец, мужчины сжимали в руках оружие. Точно так же во время крестьянских танцев, которые исполнялись совместно мужчинами и женщинами, участники держали в руках сельскохозяйственные орудия. Пастушеские танцы предназначались главным образом в честь лам и викуний. Не случайно эти танцы носили названия животных, например известный «танец ламы» («льямалья») и другие.

Известен также и целый ряд народных танцев, в которых участвовали как мужчины, так и женщины. Эти танцы, однако, не были парными, чаще всего танцоры все вместе образовывали большой круг («коло»), как это делают, например, балканские славяне. Перуанцы исполняли и танец с масками. Назовем, к примеру, «танец демонов» («ваконов»), который танцевали только мужчины; они изображали различных животных. Многие танцы индейцев империи инков исполнялись в специально предназначенных для этой цели костюмах, например крестьянский танец вызывания дождя, который назывался «чапайгуанло». Автором этого танца был Инка Пачакути (что только не придумал этот человек!). На голове у исполнителей танца красовались богато украшенные налобные повязки из птичьих перьев.

Во время танцевальных празднеств инков, а также на публичных торжествах присутствовали и поэты, декламировавшие свои стихи. В поэтическом творчестве инкских поэтов можно выделить целый ряд жанров. Прежде всего следует назвать великолепные религиозные гимны, которые после завоевания Перу жестоко искоренялись христианскими священниками как дьявольское искушение.

Тем не менее некоторые хронисты — чаще всего это были католические миссионеры — записали образцы этих гимнов. Особенно велики заслуги Кристобаля де Молины, записавшего в Куско несколько гимнов в честь творца Виракочи. Некоторые гимны были записаны и индейским хронистом Хуаном де Сантакрус Пачакути Ямки, а также Гуаманом Помой де Аяла, автором ценнейшей иллюстрированной хроники инкского Перу. Им был записан, например, короткий гимн, с которым перуанский индеец обращается к супруге божественного Солнца матери-Луне, Мама Килья:

Королева и мать-Луна,

Дай нам в дар твои воды,

И любовь твоих дождей дай нам.

Услышь же, как мы взываем к тебе,

Услышь же наши мольбы!

На гимны были похожи и «айльи» — стихи и песни, декламировавшиеся хором (их можно было также петь) во время обработки полей, особенно при пахоте, поскольку вся эта церемония инками воспринималась как некая священная, мистическая борьба с землей, как борьба, в которой человек, естественно, должен победить, одержать верх, чтобы жить и пользоваться плодами нелегкого крестьянского труда. Вот так звучит одна из этих победных крестьянских песен — айльи (текст делится, как это принято в данном жанре инкской поэзии, на мужские и женские голоса):

Мужчины:

В слезах Солнца-золото,

В слезах месяца-серебро.

Женщины:

Хей, мы уже победили!

Мужчины:

Во имя чела господина нашего Инки,

Во имя возвышенного сердца Инки.

Женщины: Хей, мы уже победили!

Короткие стихи типа басен, в которых, как правило, фигурировали в комическом виде животные, например обезьяны или же пумы, перуанские индейцы называли «арануай».

Очень популярной была любовная поэзия — «арауи», — нередко носившая элегический характер.

Чем пространно говорить о литературе инков, лучше всего продемонстрировать некоторые образцы их литературного творчества. Для начала приведем по крайней мере две строфы из поэмы, записанной страстным приверженцем империи своих предков Гарсиласо де ла Вегой. Поэма называется «Прекрасная принцесса»:

Брат принцессы,

Забавляясь,

Разбивает дно кувшина,

И отсюда

Грохот грома,

Вспышки молний...

Еще один пример чрезвычайно красивого элегического «арауи» — «Песня узника». Не исключено, что в период конкисты кечуанские декламаторы актуализировали текст песни. Это произведение достаточно красноречиво свидетельствует о том, что в империи, стремившейся к внутреннему социальному миру, далеко не все и не всегда представало в розовом свете, так оптимистично, как хотелось бы.

Отец, кондор, возьми меня!

Брат, лунь, вызволи меня!

Матери моей дорогой

Скажи, что уже пять дней

Мне есть и пить не дают.

О отец послов,

Владыка облаков,

Сделай так, чтобы к матери моей

И к отцу моему

Весть донеслась о судьбе моей горестной,

И пусть донесется к ним

Глас печали сердца моего...