Государство Инков: из древних хроник

Прежде чем мы углубимся в поиски истоков империи инков, обратимся к легендам и мифам. А кроме того, прежде чем погрузиться в чтение преданий о древнейшей истории инков, вспомним сначала тех, кто когда-то разделил эту историю на главы, изложив ее в хрониках.

Первые хроники о Перу появились вскоре после прибытия первых европейцев в Южную Америку. Все они написаны на испанском языке. Жители доколумбова Перу не имели (или не знали) собственной письменности. Хотя небольшая часть элиты и создала свою письменность и пользовалась ею, однако в жизни простого народа она не играла абсолютно никакой роли.

Нам не известны памятники, созданные на основе письменности самих индейцев, — будь то книги или же просто сведения об их повседневной жизни. Поэтому можно сделать вывод о существенном различии между двумя основными культурами Нового Света: с одной стороны, культурой так называемой Месоамерики (то есть Мексики и близлежащих стран), с другой, — культурой области Анд, то есть культурой инков. Как было установлено, индейцы Месоамерики еще до прибытия Колумба имели собственную письменность, на ее основе они, так же как и майя, создавали книги, так же как миштеки из Оахака, писали манускрипты, содержащие сведения по истории, и так называемые хроники с рисунками.

В хрониках начального периода испанского владычества имелось несравнимо больше информации о культуре и истории Месоамерики, чем сведений об империи инков в Перу.

Великий Бернардино де Саагун рассказал нам о культуре ацтеков во всех ее деталях. По сравнению с его монументальным произведением, написанным на родном языке ацтеков, на языке науатль, имевшиеся в Перу хроники в большинстве случаев давали лишь фрагментарное представление о культуре инков.

Самую удачную попытку описания истории и культуры инков предпринял Гарсиласо де ла Вега. У него, уроженца Куско, текла в жилах кровь правителя исчезнувшей империи инков. По мнению автора данной книги, хроника, принадлежащая перу Гарсиласо де ла Веги, обобщает материал других, более ранних хроник об индейцах Перу. Вместе с тем следует сказать, что ряд сведений, содержащихся в этом двухтомном труде, не соответствует исторической правде. Несмотря на это, хроника проникнута страстной любовью, которую де ла Вега питал к исконным жителям своей родины. Его повествование вызывает волнение еще и сейчас, 350 лет спустя.

Гарсиласо де ла Вега был сыном индейской принцессы (ньюсты) Чимпу Окльо, которая была внучкой верховного правителя Инки Тупака Юпанки, а также племянницей предпоследнего правителя империи Инки Уайна Капака.

Работая над большой хроникой, Гарсиласо де ла Вега опирался не только на свои воспоминания, но и на рассказы матери и родственников. Кроме того, он использовал другие имевшиеся к тому времени хроники о Перу. Ценнейшим источником для него, по-видимому, было сочинение перуанского монаха Блас Валеры, чистокровного индейца, носившего испанское имя.

Блас Валера происходил из Чачапоя на северо-востоке Перу. Молодого одаренного индейца приметили иезуиты и отправили его в свою семинарию в Лиму, где Блас Валера и вступил в орден. Во время пребывания в столице, вице-королевства Блас Валера написал несколько сочинений об индейцах Перу и их культуре.



Указанные работы, главным образом в рукописном виде, достигли Европы и были использованы Гарсиласо де ла Вегой в качестве источника. Впрочем, позднее, во время битвы между испанцами и англичанами у Кадиса, эти рукописи сгорели. Однако текст их сохранился до наших дней благодаря тому, что он был включен в интересное сочинение Гарсиласо «Королевские комментарии».

Сын индейской принцессы Чимпу Окльо, Инка Гарсиласо, нашел свое последнее пристанище в соборе-мечети в Кордове, вдали от родины, от своего печатного станка, который он так любил. Как и многие другие крупные писатели, создав свою хронику, Гарсиласо прежде всего воздвиг памятник самому себе. Однако его мечтой было увековечить память тех, кого он искренне любил и кем он столь восхищался, -своих предков Инков: деда Тупака Юпанки, дядю Уайна Капака, а также свою мать Чимпу Окльо.

Другим известным хронистом древнего Перу был Хуан де Бетансос. Он был женат на индейской принцессе, ньюсте, сестре последнего из Инков-Атауальпы. Бетансос вместе с женой поселился в столице инков Куско. В своем обширном труде Suma у narracion de los Incas он отразил все, что ему рассказывала жена и местные индейцы. Там же он изложил и многочисленные легенды, повествующие о происхождении инков.

Труд Бетансоса, так же как и сочинение монаха Блас Валеры, не был опубликован и в XVII веке был утерян. К счастью, испанский исследователь Маркос Хименес де ла Эспада обнаружил в библиотеке монастыря Эскуриал и впоследствии опубликовал в Мадриде первые восемнадцать глав из хроники Бетансоса.

Один из хронистов, патер Бернабе Кобо, глубоко симпатизировал исконным жителям Перу. По собственному желанию он долгое время служил священником у индейцев на озере Титикака. Его труд Historia del Nuevo Mundo («История Нового Света») поражает своей глубиной, подлинной научностью разработки, упорядоченностью и систематизацией материала. Именно поэтому уже первая публикация Берйабе Кобо снискала одобрение и восхищение как широкой публики, так и специалистов.

Хроника его земляка из Кобо Фернандо де Монтесиноса, озаглавленная Мемоrias Antiguas, Historiales у Politicas del Peru, напротив, принесла своему создателю лишь малолестное прозвище «барона Мюнхгаузена из Перу». Многие исследовователи так именуют его и поныне. Поводом для этого послужил тот факт, что сведения Монтесиноса существенно отличаются от тех, которые приводят авторы других хроник, говоря об истории доколумбова Перу. Иначе говоря, Монтесинос дополняет сообщаемые ими сведения. Так, в своем сочинении Memorias Монтесинос называет имена не тринадцати инков-правителей, о которых упоминают остальные хроники, а почти ста ранних правителей страны.

Со временем отношение к сведениям, приводимым «бароном Мюнхгаузеном из Перу», несколько изменилось. Так, если раньше их истинность единодушно ставилась под сомнение, то теперь некоторые исследователи рассматривают список Монтесиноса как перечень реально существовавших некогда правителей доинкского Перу, о которых до недавнего времени наука почти ничего не знала. Хроника Монтесиноса, с одной стороны, расширяет наши познания о прошлом Перу, однако, с другой стороны, она не освещает индейской истории этой страны.

Первые исчерпывающие сведения о Перу в этом отношении содержатся в сочинении уроженца Севильи Педро де Сьесы де Леона. В течение некоторого времени он жил в Куско и поддерживал здесь тесные контакты с одним из представителей королевской династии побежденного государства индейцев инков.

Будучи необычайно одаренным человеком, наделенным большим даром наблюдателя, Сьеса де Леон в результате своих бесед в Куско и продолжительного путешествия по разрушенной империи сумел написать одну за другой четыре части своей La Cronica del Peru... (полное название этой хроники, как и некоторых других, довольно длинное).

В первой части книги Сьеса описывает географическое положение Перу, религию, обычаи и привычки индейцев. Во второй части, представляющей наибольшую научную ценность, он рассказывает о долгой предыстории инков. В третьей и в основном в утраченной четвертой части труда Сьеса повествует о завоевании Перу испанцами. Упоминания о конкисте содержат и первые четыре испанские хроники. Первую написал Педро Санчо де ла Хос, вторую — Мигель де Эстете, третью — Франсиско де Херес. Автором четвертой является неизвестный участник завоевания Перу.

Хуан Поло де Онегардо прибыл в Перу в качестве испанского чиновника. Тогдашний вице-король страны Уртадо де Мендоса поручил ему изучить историю Перу до прибытия туда европейцев и письменно зафиксировать все, что он сможет узнать. Старательный чиновник со временем представил подробный труд по истории «сыновей Солнца» под названием Relacion del linage de los Incas. Позднее он написал также две важные работы о религии инков.

Энтузиазм, с которым де Онегардо приступил к выполнению задания, порученного ему вице-королем, увенчался успехом. Помимо всего прочего, ему принадлежит, по-видимому, и первая археологическая находка в Перу. Так, в одном из домов в Куско восторженный исследователь обнаружил мумифицированные тела членов королевской династии перуанской империи инков: мумии Инки Виракочи, могущественного Инки Тупака Юпанки, мумию отца последних — знаменитого Уайна Капака, а также мумии двух жен и сестер вождей Перу.

По приказу вице-короля Перу Франсиско де Толедо создал свой труд и другой хронист Перу — Педро Сармьенто де Гамбоа, в прошлом моряк. На совести вице-короля Франсиско де Толедо бесчисленные чудовищные злодеяния, которые он и его солдаты вершили над индейцами. Этот жестокий истребитель древних жителей Америки поставил перед бывшим мореплавателем Сармьенто де Гамбоа задачу — доказать в своей работе, что испанцы прибыли в Перу исключительно для того, чтобы облагодетельствовать индейцев. В своей хронике он должен был также разъяснить читателям, что соотечественники Толедо, уничтожая империю инков, всего лишь следовали зову «господа Иисуса Христа»!

Сармьенто не мог оставить без внимания бесстыдные указания своего повелителя. Тем не менее ему удалось создать обширный труд, содержащий чрезвычайно ценные сведения по истории инков. Долгое время он считался утерянным, и только в 1893 году в библиотеке Гёттингенского университета его копию обнаружил немецкий историк Вильгельм Майер. Хроника Сармьенто была опубликована в 1906 году под названием «История империи инков». Ее издателем был директор Гёттингенской, библиотеки Рихард Питшман.

В 1908 году Рихард Питшман обнаружил, на этот раз в Дании, другую, чрезвычайно своеобразную хронику Перу, отличавшуюся от всех предшествующих. Автором ее был Гуаман Пома де Аяла, также потомок династии Инков, непосредственно происходивший от могущественного правителя Тупака Юпанки.

Своей работой El Primer Nueva Coronica у Buen Gobierno... Гуаман Пома де Аяла, несомненно, хотел добиться того, чтобы испанские власти, а возможно, даже сам король, лучше обращались с индейцами Перу. В первой части труда он рассказывает, притом очень убедительно, о культуре инков до завоевания их белыми. Во второй же части он детально описывает варварские злодеяния: пытки, мучения, унижение индейцев, жертвами которых стали исконные жители Перу. Композиция хроники, построенная на основе хронологического принципа, должна была прежде всего оттенить контраст между самоуправлением индейцев и мрачным господством белых.

Текст El Primer Nueva Coronica... сам по себе имеет огромную ценность. Уникальными во всей хронистской литературе о Перу являются рисунки, которыми Гуаман Пома де Аяла иллюстрировал свою работу. Хотя эти рисунки и не являются совершенным творением художника, тем не менее их документальная значимость в полном смысле слова бесценна. Гуаман Пома явно полагал, что рисунок красноречивее многих слов, поэтому он создал — и здесь у автора напрашивается не слишком удачное сравнение — нечто вроде «комикса» об индейцах.

Иллюстрированная рисунками хроника Гуамана Помы де Аяла была обнаружена не только далеко от Перу, но и далеко от Испании. Как ни странно, это произошло в Скандинавии, хотя ее жители не имели никакого отношения к конкисте Южной Америки. Как и хроника Сармьенто, труд Гуамана Помы был найден лишь в нашем столетии, в 1908 году.

Обе неожиданные находки, по мнению исследователей, содержат древнейшие сведения, а также самые ранние высказывания о культуре Перу. Они пробудили надежду на то, что в каком-нибудь архиве или же заброшенном собрании могут быть обнаружены покрытые пылью манускрипты и книги, хранящие новые сведения об истории и культуре Перу периода инков.