Япония — наряды времен Хэйан

Благодаря средневековым живописным свиткам впервые — с XII в. — появилась мода: облачившись в кимоно типа широких плащей, надетых одно на другое, без пуговиц, стянутые поясами, с длинными рукавами, которые служили карманами и ширмами, прекрасные дамы обходились без мимики, выражая свои чувства без слов, без движений, только при помощи цвета одежд, в которые были наряжены, и прежде всего изменяя форму складок их тяжелых тканей.



Их костюм состоял из слоев, как луковица: пять нижних кимоно, широкие шаровары, верхнее кимоно, плиссированная юбка с запахивающимися полами, закрепленная завязанным спереди поясом, а также жакет. В церемониальном костюме юбку продолжал шлейф, широкий и длинный, тянущийся сзади, как кильватерная струя. Роскошные волосы ниспадали волной до низа платья, и из-под волос виднелись лица, покрытые толстым слоем белил и доработанные черным цветом (брови), а также красным (губы).

Императоры, которых мы представляем прежде всего блистательными, выделяются, на наш взгляд, не столь явственно, хотя с тысячного года их костюм в принципе мало изменился: они использовали косметику того же типа, что и женщины, в частности для губ, как правило, не столь красных, и носили волосы связанными в шиньон, а позже собранными в высокую прическу с помощью черного лакового шелкового газа. Наряды — как и вообще придворные мужские наряды — помимо халатов, включали очень широкие штаны со складками и со штанинами бесконечной длины, завернутыми под ступнями. Такие штаны, всегда выглядевшие как шаровары, тем не менее могли быть меньше или короче, когда сановник собирался ехать верхом.

Наконец, ни мужчины, ни женщины обычно не показывали зубов (которые они покрывали слоем черного лака при помощи состава на основе железа, теоретически обладавшего антисептическими свойствами); смеялись, говорили и плакали во все горло только простолюдины.

В этой пестрой толпе придворных кое-где выделялись более скромные фигуры — монахи, носившие те же облачения, в каких они щеголяют и теперь, с такими же шарфами и священническими орнаментами; они бреют себе головы, как и монахини; но придворные дамы, желавшие просто на время удалиться в монастырь — обычно затем, чтобы успокоить сердце после любовной истории, кончившейся плохо, — довольствовались тем, что укорачивали волосы, обрезая два толстых пучка волос на уровне плеч.