Япония — отголоски внешнего мира

С 1604 г. Иэясу, знавший, насколько его блистательные предшественники были обязаны международным связям, разрешил «кораблям с красной печатью» (сюинсэн), то есть получившим официальное дозволение, отправляться в иностранные государства, чтобы вести там торговлю.

В 1606 г. голландцы, представлявшие все молодые Соединенные Провинции, попросили и получили лицензию, которая позволяла им регулярно возвращаться в Японию, начиная с 1609 г.



В следующем году Иэясу принял испанцев, прибывших из Мексики; но, надо полагать, взаимопонимание установлено не было, как и во времена Хидэёси и испанских францисканцев, вызвавших у первого гнев, который имел катастрофические последствия для христиан и европейцев: в 1612 г. Иэясу велел запретить христианскую религию, в то время как британцы — конечно, христиане, но не признававшие папу, — получили торговую лицензию. Сохранять связи с внешним миром, но общаться с ним от случая к случаю и в строго определенных рамках — это тоже было способом следовать китайской политике в данном вопросе.

Токугава могли бы продолжать так долго, поскольку в Восточной Азии такое было нормой, если бы в 1637 г. на Кюсю не разразилось драматическое восстание на Симабаре. Вначале это было восстание горя и нищеты, крик отчаяния, вызванный жестокостью и чрезмерной требовательностью даймё. Но крестьяне, уже не найдя поддержки, как прежде, у монахов «Истинной школы Чистой Земли», обратились к христианству.