Копакабана

Копакабана — знаменитый пляж в Рио-де-Жанейро: самый большой в мире пляж. Длина его около шести километров, ширина — метров 150. В двадцатых годах нашего века здесь росли пальмы, летали попугаи, бродили влюбленные. Город был далеко.

Пески Копакабаны были защищены от города невысокими, но очень крутыми, совсем неприступными горами. Потом нашлись умельцы, которые пробили горы тоннелями, и дикий пляж сразу стал престижным, дорогим и фешенебельным районом Рио. Белой стеной встали на побережье отели и жилые дома с самыми дорогими в Южной Америке квартирами.

Пик славы Копакабаны пришелся на конец 50-х начало 60-х годов, когда с этого пляжа начинались путеводители и туристские проспекты. Редкий фильм обходился без Копакабаны. И если Бразилия — главная страна континента, а Рио-де-Жанейро — самый знаменитый город в Бразилии, то Копакабана была самым популярным местом в Рио. Правда, сегодня Копакабана уже не в такой моде. Побежденные горы открыли новые прелести побережья и выросли новые районы, — Ипанема и Леблон, которые кариоки, — так называют жителей Рио и его окрестностей — ценят выше. Но для иностранца, — человека по самой своей природе несколько старомодного, поскольку его книжное представление складывается из вчерашнего, — Копакабана, остается самым завлекательным местом в Рио-де- Жанейро.

Я жил неподалеку и отвел на знакомство с Копакабаной полный день. Мне хотелось не спеша разглядеть жизнь этого великого пляжа, как разглядывают жизнь аэропорта или рынка. Хотелось понять, — как тут загорают, как купаются, что общего и что разного у Рио с Ялтой или Гагрой. Мне казалось, что, поняв жизнь пляжа, я лучше пойму бразильскую жизнь вообще. Ясным солнечным днем я прошел всю Копакабану; туда и обратно, не торопясь, без всяких фотоаппаратов, купальщик как купальщик, голый среди голых. Словом, сопляжник тысячи бразильцев.

Едва ступив на песок, обнаружил, что великий пляж довольно грязный, особенно там, куда редко достает океанский прибой. Металлические и пластмассовые пробки, бумажки, фантики, окурки, короче — мусор. Но пляжу ходят три негра в оранжевых блузах. Идущий впереди подбирает сор грабельками и бросает в большую плетеную корзину, которую несут за ним двое других.

На Копакабане нет никаких лотков, киосков, душей. Примерно в километре друг от друга у края пляжа, примыкающего к роскошной авениде Атлантика, высятся двухэтажные круглые башни. На верхнем этаже дежурят спасатели, внизу туалеты и помещения для переодевания, которыми, как я заметил, никто не пользуется, поскольку приходить сюда одетым — дурной тон. Гид предупреждал: "Сеньоры, из гостиницы можно выходить в одних плавках". Немножко диковато, конечно, гулять по улицам большого города почти в костюме Адама. Магазины, автобусы, плотная толпа, а ты — в плавках. Правда, не ты один. Таких, как ты, — много. Но все равно требуется, как говорится, преодолеть определенный психологический барьер. Мой знакомый, профессор Вильнюсского университета, преодолеть его не смог. Дошел до Копакабаны в брюках, а уж там разделся. Мы не успели выкурить на пляже по сигаретке, как брюки у него украли. Копакабана кишит воришками. Именно поэтому подавляющее большинство иностранных туристов слушают своих гидов и приходят сюда в таком виде, что обворовать их практически невозможно. В этом смысле профессор оказался для воришек просто подарком.



Копакабану нельзя воспринимать только как пляж. Это часть города, часть, а не приставка. Сюда часто приходят вовсе не затем, чтобы купаться. Приходят ради деловой беседы, например. Не зная португальского языка и прислушиваясь только к интонации, я понял, что два пожилых сеньора в черных очках пришли обсудить какие-то важные дела. Копакабана — это и парадная улица, где гуляют, встречаются, кокетничают, показывают обновки. Днем тут демонстрируют туалеты, т. е. купальные костюмы. Купальник в Рио может стоить дороже платья. Мода на купальники очень игрива, это целая наука. Я с удивлением обнаружил, что, оказывается, существует и мужская пляжная мода. Мне показали на парнишку в длинных, почти до колен, цветастых трусиках в обтяжку, которые называются "багамы" (в честь островов), бросив при этом: "Странно, они давно не в моде!" Круглый год тут происходит безмолвное, но яростное состязание плавок, купальни-; ков, очков, зонтиков.

Вот школьник. Прибежал, скинул ранец, перекусил — и на пляж! Домохозяйка развязалась с делами, пошла окунуться. Паренек в наушниках, с маленьким кассетным магнитофоном— на шее, похоже, студент из состоятельной семьи. Белокожий иностранец из отеля — у нею уже складной шезлонг, зонтик. Буржуазная мама с детишками и при ней негритянская няня.

Но что мне понравилось на Копакабане: при видимом социальном расслоении нет расслоения расового. Люди не стесняются цвета своей кожи, не замечал, чтобы черные сидели только с черными, белые — с белыми. Вместе играют. Беседуют. Много разнокожих парочек. Разумеется, расовые проблемы в бразильском обществе существуют. Исторически сложилось так, что среДи низкооплачиваемых трудящихся, среди людей, занятых неквалифицированным трудом, просто среди неимущих, больше людей с черной кожей. Но нет расового презрения к чернокожим, которое есть, например, В США, хотя американцы тщательно это скрывают и официально отрицают. Нет гостиниц, в которые не поселят негра, нет ресторанов "только для белых", общие школы для разноцветных ребятишек. Ни на Копакабане, нигде в Рио и других городах Бразилии ни разу не сталкивался я с проявлением расизма.

По огромному пляжу бродит огромное количество продавцов. Что продают? Мороженое, прохладительные напитки, сладкую вату, шляпы, циновки, эликсиры и мази для загара или против загара, я, честно говоря, так и не разобрался. Продавцы лимонада, которые тащат два ведерных никелированных бачка на ремнях через плечо и большой пластиковый мешок с бумажными стаканчиками, что-то декламируют, иногда поют. Продавцы одеты в шорты и легкие куртки. Те, которые продают кока-колу, бренчат металлической открывалкой по бутылке. Те, что продают мази и кремы, вывешивают пузырьки гирляндой, как елочные украшения, — их узнают по мелодичному перестуку пузырьков. Не пристают, не навязывают, ходят, месят босыми ногами песок, шесть километров туда, шесть обратно. Покупают редко. И вода, и мороженое, да и все другое тут, конечно, дороже, чем в городе. Более всего покупают, пожалуй, вот эти самые мази и лосьоны. Причем, что меня особенно удивило, покупают их и обладатели черной кожи...

Купающихся не так-то уж и много. Не видел ни одного человека в маске и с ластами. Но это еще и потому, что попал я не в сезон, время зимнее. В воздухе было 27—32 градуса, в воде не больше 20—21, а для бразильца это зябко. Так что из каждых 10 человек один купается, а 9 греются на солнечном песке.

Отметил: на Копакабане мало читают. С газетой, с книгой — один из сотни. Заметил, что тут весьма терпимо относятся к собакам. Правда, и собаки ведут себя воспитанно, играют в основном друг с другом. Но если, искупавшись, собака энергично отряхнется и набрызгает на кого-нибудь, никто не возмущается и не требует ее немедленного удаления с пляжа. Бразилия — страна богатейшей фауны, и любовь к животным — одна из черт национального характера. А животные доверяют людям. Километрах в ста от Рио наблюдал в маленьком ресторанчике: из леса прилетел большущий красавец попугай ара, воровато косясь, походил по краю столика, метнулся к тарелке, выхватил сосиску и улетел к великому удовольствию всех посетителей включая обладателя сосиски. Покончив с ней где-то в чаще леса, ара прилетел снова. Его встретили радостными возгласами, заманивали к своим столикам, но он приглашений не принимал, сидел на перилах веранды, чистил клюв своей удивительно выразительной когтистой и пушистой лапой...

Быть может, главное, сразу бросающееся в глаза, отличие Копакабаны от Ялты и Гагр — преданность физкультуре. Масса людей "разминается". Приходит парочка: юноша и девушка, и начинает заниматься физзарядкой. С очень серьезным выражением лица "качают пресс", отжимаются, приседают. Хочу подчеркнуть: нет никакой неловкости, все очень сосредоточенно, деловито — люди совершенствуются в физической культуре, той самой массовой, общедоступной, которая украшает тело и бодрит душу. Поэтому Копакабана — это и огромная бесплатная (что очень важно!) спортивная площадка.

На пляже закусывают, кормят детей, но нигде не видел, чтобы пили вино или кашассу — тростниковую водку. Не встретил ни одного пьяного. Никто не играет и карты. Видел, кажется, только одну пару за шахматной доской — наверняка иностранцы. Бразильцы "сидячими" играми не увлекаются, предпочитают активное движение. Исключение составляют, пожалуй, только рыбаки со спиннингами, застывшие у воды рядом с воткнутыми в песок удилищами. Не видел, чтобы кто-нибудь что-нибудь поймал.

Очень многие бегают по плотному мокрому песку трусцой. И взрослые, и дети носятся по пляжу с воздушными змеями самых разных и весьма замысловатых конструкций. Ребята постарше увлекаются сёрфингом — пробуют оседлать доски на гребне волны. Но, пожалуй, самая популярная пляжная игра — некая разновидность гснниса и пинг-понга. Играют толстыми деревянными ракетками, похожими на кухонные дощечки. Мяч — плотный, литой, меньше теннисного, но больше пинг- ионговского. Лупят сильно, со свистом, безо всякой естки, стоя метрах в 10-ти друг от друга.

Очень многие играют в волейбол. И не в кружок, как чаще всего на наших пляжах, а через сетку. Цветной ленточкой с длинными штырями по углам, которые втыкают в песок, ограничивают пространство площадки, поэтому судья легко решает все споры: до черты, за чертой.

Ну и, конечно, футбол. Где-то с 3-х, с 4-х часов дня вся Копакабана играет в футбол. Секрет знаменитого бразильского футбольного мастерства зиждется, на мой непросвещенный взгляд, на упорстве тренировок и матчей в этом зыбучем пляжном песке, где вязнут ноги и бегать по которому очень тяжело. Я специально присел в сторонке и наблюдал двух ребят, лет 16—17, которые играли в игру "чтобы мячик не упал". Ноги, голова, грудь — не скажу, что мячик прыгал между ними бесконечно, но утверждаю, что время это исчислялось минутами. А минута такой игры — это очень трудно. Попробуйте — убедитесь сами.

В тропиках темнеет стремительно, и едва опускается ночь — Копакабана пустеет. В темноте никто не купается. Мое намерение "освежиться перед сном" бразильцы встретили с недоумением. Опять заговорили о грабителях. Копакабана — район неприятный: ночью бродят подростки с пистолетами и бритвами "Сеньор, никогда не сопротивляйтесь, все сразу отдавайте, они стреляют в живот..."

Сияла огнями авенида Атлантика, белые здания на набережной словно светились изнутри. Я сидел на песке, смотрел на черный океан впереди. Бразильские мысли оставили меня, и я думал о своем, о русском, думал о том, что на лодке, ни разу не высаживаясь на сушу, даже не дотронувшись до берегов, теоретически можно приплыть с Копакабаны прямо к подъезду той знаменитой, прекрасной и грустной квартиры, так давно уже оставленной своим великим хозяином, на Мойку, к дому № 12...