Правда о «деле Нельской башни» и его последствия для истории Франции и Европы

В своей книге «Любовные истории – истории Франции» Ги Бретон совершенно справедливо отмечает лицемерие историков – претенциозных моралистов, по вине которых наша история написана так скучно. По их мнению, события, потрясавшие Францию на протяжении столетий, имели под собой лишь серьезные основания — забота о благе государства, о чести и процветании народа.

Ни у одного из них не хватило смелости сказать, что Генрих IV, которому было под 60, готовил некую войну главным образом для того, чтобы заполучить к себе в постель весьма юную (ей было 15 лет) супругу принца Конде, Шарлотту де Монморанси, в которую он был страстно влюблен.

И сколько же потребовалось мужества, чтобы признать, что Наполеон III начал Итальянскую кампанию 1859 г. прежде всего под влиянием своей любовницы Кастильоне, секретного агента Кавура и будущего короля Италии Виктора-Эммануила II Савойского? И если Франция сталкивается сегодня с политическими проблемами на Корсике, то происходит это потому, что Людовик XV хотел угодить маркизе де Помпадур (которая, впрочем, была прекрасным политиком) и послал наконец экспедиционный корпус, чтобы завоевать Остров Красоты.

То же самое произошло и с пикантной историей, называемой «делом Нельской башни». В этой главе мы увидим, какие последствия оно имело для истории Франции. Можно было бы предложить в качестве эпиграфа знаменитую фразу из фильма «Проклятые короли», которую произнес Жан Пиа, игравший роль Робера д'Артуа: «Хорошая штука – женская задница! С ее помощью можно заполучить целое графство!». «С ее помощью» можно даже изменить исторические пути великой нации. В 1832 г. Александр Дюма и один из его помощников поставили знаменитую пьесу «Нельская башня». Эта мелодрама пестрит несуразицами и историческими ошибками. Маргарита Бургундская, родившаяся в 1293 г. и умершая в 1315 г. в возрасте 22 лет, становится, благодаря дьявольской случайности, любовницей своих братьев-близнецов, Филиппа и Пьера Готье д'Онэ, выросших без нее и достигших уже зрелого возраста!

И это лишь часть дани, которую бедняжке Истории приходится платить невежественным и бессовестным авторам. Но есть и более серьезные вещи.

Эта темная история, косвенно связанная с делом тамплиеров, как это было показано выше, имеет некоторые аспекты, на которые наброшена вуаль стыдливости, а некоторые просто-напросто замалчиваются. Короли – рогоносцы! Такого во Франции не было. Если Жак Бэнвиль в своей «Истории Франции», как и все историки-конформисты, уделяет лишь несколько строк процессу тамплиеров, то о «деле Нельской башни» он не упоминает вовсе. И однако, именно благодаря ему появляется в 1316 г. так называемый салический закон, лишающий женщин права наследовать не только французский престол, но и вообще наследовать феодальные владения.

Именно с этой даты – 1316 г., — одного из ключевых моментов истории Франции, берет свое начало смена нескольких династий: Капетинги, Капетинги-Валуа, Валуа, Бурбоны. Возникнут новые проблемы престолонаследия и завяжутся новые конфликты, прежде всего ужасная Столетняя война.

А сколько других, менее значительных событий не произошло бы без истории Нельской башни? Всего один пример: будь у Маргариты Бургундской поменьше темперамента, не возникла бы загадка Людовика XVII и герцог Берри также не был бы убит, поскольку не существовало бы пресловутого салического закона.

И что же можно сказать по поводу официальных историков, которые, не будучи способными обнаружить некоторые детали дела, восполняют пробелы игрой своего воображения, забывая при этом, однако, договориться сначала между собой!

Анри Мартен, один из немногих авторов, упоминающих об этом событии, в своей «Истории Франции» пишет, что любовники Маргариты и Бланки Бургундской были казнены в Париже, на площади в квартале Сен-Жан. Хотя хорошо известно, что их казнили в Понтуазе в 1314 г.

По мнению историков, консультировавших Мориса Дрюона при написании книги «Проклятые короли», они были якобы «обезглавлены, после того как с них живых содрали кожу, кастрировали и колесовали».

Однако казнь через колесование появилась во Франции лишь в1534 г. в царствование Франциска I. Первыми ей подверглись протестанты, которых затем сжигали на кострах. А впервые колесование появилось в Германии в 1309 г., когда был казнен Родольф де Варт, один из убийц императора Альбрехта I, подкупленный племянником императора Иоганном Швабским. А с любовников бургундских принцесс живьем содрали кожу, затем их кастрировали, обезглавили и повесили тела на эшафоте.

По мнению герцога Леви-Мирпуа, Маргарита Бургундская умерла в заточении в Шато-Гайаре от лишений и болезней. Хотя из хроник того времени мы знаем, что ее удавили, и сделано это было весьма кстати, так как ее супруг Людовик Х Сварливый решил просто-напросто жениться во второй раз. Но, по мнению герцога Леви-Мирпуа, следует оправдать короля Франции. Известно также, что кузина Маргариты Бланка Бургундская заявила посетившему ее епископу Парижскому Этьену, что ее хорошо содержали в Шато-Гайаре и ей не хотелось бы менять место заключения. Наверняка так же обстояли дела и у Маргариты.

Прежде чем углубиться в рассмотрение особых деталей этого дела, следует проанализировать политический и династический аспекты проблемы. Мы приложим к нему краткую характеристику каждого из участников дела, с тем чтобы познакомить читателя с ними поближе.

Во-первых, каково было семейное происхождение каждой из трех главных героинь? В ту эпоху существовало два Бургундских Дома.

а) Герцогский Бургундский Дом, зависевший от французской короны. Герцогство было учреждено в ХI в. королем Робертом Благочестивым для своего младшего сына Роберта, первого герцога Бургундского. В начале XIV в. им правил Роберт II, девятый герцог Бургундский, муж Агнессы Французской, дочери Людовика Святого.

У него был сын Уд IV, ставший впоследствии десятым герцогом Бургундским, и две дочери: наша героиня Маргарита и Жанна, прозванная Хромоножкой, с которой мы вскоре встретимся.

б) Графский Бургундский Дом. Графство Бургундское, более известное сегодня под именем Франш-Конте, находилось в формальной, хотя и чисто теоретической зависимости от императора Священной империи. После смерти Оттона IV, пфальцграфа Бургундского, оно перешло в соответствии с древним феодальным обычаем (так как салический закон еще не ввели) к его вдове Маго д'Артуа. Таким образом, благодаря своему вдовству, Маго стала графиней д'Артуа и Бургундской и пэром Франции. От их брака родились две дочери: Жанна и Бланка, которые разделят со своей кузиной Маргаритой все последствия этого знаменитого дела.

Познакомимся теперь с персонажами, которые появятся перед нами на исторической сцене. Начнем с трех главных героинь.

Маргарита Бургундская, родившаяся около 1290 г. и умершая в 1315 г. в возрасте 22 лет. Дочь Роберта II герцога Бургундского и Агнессы Французской, дочери Людовика Святого. В 1304 г. она вышла замуж за Людовика Сварливого, старшего сына Филиппа IV Красивого, будущего короля Людовика Х, а тогда еще лишь короля Наварры, унаследованной им от его матери Жанны, графини де Шампань. Обручение Маргариты и Людовика Сварливого состоялось в воскресенье 1 февраля 1304 г. Филипп IV Красивый и Жанна Наваррская обещали родителям Маргариты сыграть свадьбу на праздник св. Дениса, то есть 9 октября 1304 г. Признанная виновной в супружеской измене с Филиппом Готье д'Онэ, она была заключена в Шато-Гайар в 1314 г., где ее и удавили в 1315 г.

Мы приблизительно знаем дату ее смерти, потому что похороны состоялись в апреле 1315 г. в церкви Кордольеров в Верноне.

Бланка Бургундская, родилась около 1296 г., скончалась в 1326 г. в возрасте 30 лет. Дочь Оттона IV, пфальцграфа Бургундского, и Маго, графини д'Артуа. Ей еще не исполнилось двенадцати лет, когда в 1307 г. ее выдали замуж за Карла Французского, графа де ла Марш, третьего сына Филиппа IV Красивого, которому самому тогда едва исполнилось 14 лет. От их брака родились двое детей: Филипп и Жанна, умершие в раннем детстве. Признанная виновной в супружеской измене с Пьером Готье д'Онэ, Бланка была заключена вместе со своей кузиной Маргаритой в Шато-Гайарв 1314 г. Согласно сообщениям хронистов, Жанале Беля и Жана Фруассара, она была «одной из самых красивых женщин своего времени».

Создается впечатление, что она довольно легко переносила неволю. Хронисты Гийом де Нанжи и Жирар де Фраше пишут, что она даже забеременела в заключении. (Однако ничто не позволяет предполагать, как это сделал Мишле, что ее специально изнасиловали, чтобы обесчестить.) Когда Этьен де Бонне, епископ Парижский, прибыл в Шато-Гайар для переговоров с Бланкой относительно расторжения ее брака с Карлом Красивым по причине его недействительности, он нашел веселую, смеющуюся женщину, которая не стала чинить никаких препятствий его миссии. В порядке компенсации епископ предложил ей перевод в другое, менее суровое место заключения, на что она очень спокойно заявила, что чувствует себя прекрасно в Шато-Гайаре.

Жители деревни Андели тайно поговаривали, что Жан д'Омон и Жан де Гравилье – сторожа Бланки – скрашивали ее заключение, а любовь иногда позволяет легко переносить очень многое. Возможно, здесь и кроется причина ее беременности, о которой было тогда многим известно. Что же случилось с ребенком? Наверное, он умер в младенчестве, или был отдан на воспитание в монастырь, или был отдан чужой кормилице, или же предполагаемый отец ребенка забрал его и спрятал в своей семье.

В «Журнале казны», относящемся ко времени царствования Карла IV Красивого, есть несколько записей о расходах на содержание Бланки и лиц из ее свиты. Идет ли речь о Жане д'Омоне и Жане де Гравилье? Известно, что комендантом крепости Шато-Гайар был сначала, в 1314 г., Робер Берсюме. В 1316 г., после смерти Маргариты, его сменил Жан де Круасси, затем Андре Тиар. Не исключено, что после них комендантами стали д'Омон и де Гравилье, каждый сроком на два года.

В 1314 г. папский престол отказал в расторжении брака. Разрешение на развод было дано 19 мая 1322 г. уже папой Иоанном XXII. Причем о супружеской измене Бланки не упоминалось вовсе. Брак признавался недействительным лишь по причине известной степени родства между супругами.

В тот же год Карл Красивый граф де ла Марш унаследовал престол Франции от своего брата Филиппа V Длинного, не оставившего после себя потомства мужского пола. В том же 1322 г. Карл женился во второй раз – на Марии Люксембургской, которая вскоре умерла. Его третьей женой стала Жанна д'Эвре, родившая ему трех дочерей, но ни одного сына. Карл умер в 1328 г. в Венсенне. Он был последним представителем прямой ветви Капетингов.

Что же касается Бланки, то в 1325 г., через три года после развода, она, уже не будучи королевой Франции, но все еще оставаясь в заключении, была переведена в замок Гор ей около Кутанса. Это случилось в тот же год, когда Карл IV Красивый женился на Жанне д'Эвре. Неизвестно, было ли это облегчением условий заключения или же наоборот. Как бы то ни было, она провела там год и в 1326 г. была пострижена в монахини в монастыре Мобюиссон, где и умерла в возрасте 30 лет.

Есть предположение, что могила 4Снеизвестной принцессы», находящаяся в правом приделе базилики Сен-Дени, принадлежит Бланке. Она соседствует с могилами Людовика Французского графа д'Эвре (ум. в 1319 г.), его супруги Маргариты д'Артуа (ум. в 1311 г.) и Клеменции Венгерской (ум. в 1328 г.). Могильные плиты были возвращены в аббатство Сен-Дени в 1816 г. из монастыря Малых Августинцев, где их с риском для жизни спрятал от разрушительной ярости санкюлотов Александр Ленуар. Так что не следует видеть в их соседстве никакого исторического смысла.

Жанна Бургундская дополняет трио так называемых «бургундских сестер», хотя лишь две из них являются таковыми в прямом смысле слова. Она родилась около 1292 г. и умерла 21 января 1329 г. Старшая дочь Оттона IV, пфальцграфа Бургундского и Маго, графини д'Артуа, она в 1307 г., в год свадьбы своей сестры Бланки с Карлом Красивым, вышла замуж за его брата Филиппа, графа де Пуатье и будущего короля Филиппа V Длинного.

Осужденная за сообщничество в супружеской измене своей сестры Бланки и своей кузины и невестки Маргариты, очевидно, на основании показаний лиц, «допрошенных» с пристрастием одновременно с братьями Готье д'Онэ, она была заключена в башню Дурданского замка, бывшего в то время центром «местности» Юрпуа. В этой крепости, построенной в 1222 г. Филиппом Августом, она находилась до 1315 г., когда король Людовик Х Сварливый освободил ее по ходатайству своего брата Филиппа, мужа Жанны.



От этого брака родились три дочери: Жанна, вышедшая замуж за герцога Бургундского, Маргарита, вышедшая замуж за графа Фландрского, и Изабелла, будущая супруга дофина Венского. Затем, уже после ее освобождении, в 1316 г. у нее родился сын, названный Филиппом. Сообщение об этом мы находим в бухгалтерских книгах Жофруа де Флери, придворного ювелира Филиппа Красивого. Однако специалисты по генеалогии упоминают еще об одном сыне, который родился в 1315 г. (год освобождения Жанны) или же годом раньше. Таким образом, он был зачат во время заключения ее в Дурдане. Ребенок якобы был наречен Людовиком, что позволяет сделать вывод, что его отцом был Филипп де Пуатье, а крестным – Людовик Х Сварливый. Любое другое объяснение было бы неправдоподобным, ибо в противном случае примирение между супругами перед лицом такого скандала было бы невозможным, и Жанна оставалась бы в Дурдане до конца своих дней. Напротив, следует допустить, что именно беременность, последовавшая после посещения ее супругом, послужила причиной освобождения Жанны Бургундской. Невозможно представить себе крещение ребенка в Дурданской тюрьме. Ведь речь идет о «Сыне Франции», которому нужны крестные того же ранга и церемонии, подобающие рождению первенца Филиппа де Пуатье, возможного претендента на престол. К этому следует добавить радость, вызванную рождением ребенка. Все это обусловливало освобождение матери из-под стражи.

Следует также сообщить некоторые подробности об ее муже. Филипп V Длинный, родившийся в 1294 г., король Франции с 1316 г., умер в 1322 г. От своего отца Филиппа Красивого получил титул графа де Пуатье. Благодаря женитьбе в 1307 г. на Жанне Бургундской он становится пфальцграфом Бургундским и сеньором Салена. Пэр Франции с 1315 г., когда в Шато-Гайаре умирает Маргарита Бургундская. После смерти Людовика Х Сварливого в июне 1316 г. он становится регентом королевства, а после кончины Иоанна I, посмертного сына Людовика (15 ноября 1316 г. – 19 ноября 1316 г.), — королем Франции. Он умер, не имея наследников мужского пола, так как оба его сына от Жанны Бургундской – Людовик (1315) и Филипп (1316), о которых говорилось выше, — умерли в раннем детстве.

Теперь настает черед Маленькой Жанны, графини д'Эвре, дочери Маргариты Бургундской и Людовика Х Сварливого, подозреваемой в том, что она – незаконная дочь Филиппа Готье д'Онэ. По этой причине ее устраняют от престолонаследия, а легисты, тайные ненавистники знати, получают задание подыскать этому акту какое-либо законное обоснование. Они его находят. Это закон, получивший название салического.

Исходно существовал сборник обычаев франков, называвшийся «Салической Правдой». Древний текст, наверняка подвергшийся изменениям в эпоху царствования Хлодвига, перерабатывался потом еще несколько раз. Последняя редакция («Lex salica emendata») датируется временем Карла Великого. Примерно на две трети «Салическая Правда» состоит из текстов, регламентирующих торговые сделки. Она включает в себя также процессуальные статьи и несколько разделов, посвященных частному праву. Именно там и находится знаменитый отрывок, так называемый Алодис, в котором женщины исключаются из числа наследников земельных угодий, доставшихся от предков, так как, выходя замуж, они покидают семью и живут во владениях мужа. Вследствие чего им запрещается получать в качестве приданого их долю земельного наследства.

Как мы видим, салический закон преследует лишь одну цель: воспрепятствовать тому, чтобы наследственные земельные владения (фьеф) попали в руки другой семьи в результате брака. Однако дело обстояло иначе, если дочь являлась законной наследницей своего отца и становилась владелицей его земель. В этом случае ее муж становился в известном смысле «сеньором-соправителем», она же оставалась законной хозяйкой отцовского наследства и передавала его затем своему сыну. Мы вскоре увидим, что именно так произошло с Жанной, графиней де Шампань и королевой Наваррской. Выйдя замуж за Филиппа IV Красивого, она оставалась хозяйкой в своих землях и передала их потом своему старшему сыну Людовику Сварливому.

Точно так же и Анна де Монфор, герцогиня Бретани, выйдя замуж сначала за Карла VIII, а затем за Людовика XII, была королевой Франции, но ее мужья никогда при этом не становились герцогами Бретонскими. И действительно, если Маленькая Жанна, графиня д'Эвре (которой, впрочем, оставили королевство Наваррское, доставшееся ей от отца), и была лишена прав на французский трон, то это произошло лишь по подозрению, что она незаконнорожденная. Основная масса феодалов еще долго сопротивлялась салическому закону, по которому имение должно было достаться какому-то племяннику, а не родной дочери, как это было на протяжении веков.

Заметим в этой связи, что псевдосалический закон ни разу не упоминался ни при воцарении Филиппа V Длинного, ни при коронации Филиппа VI Валуа. И лишь в 1358 г. в памятной записке Жана Леско, посланной на имя короля Иоанна доброго и его сына регента Карла (будущего Карла V Мудрого) мы встречаем упоминание об этом акте.

Мы увидели всех главных действующих лиц «дела Нельской башни», ибо именно под таким названием оно известно широкой публике. Теперь следует познакомиться с их прародителями.

Людовик Х Сварливый, Карл IV Красивый и Филипп V Длинный были сыновьями Филиппа IV Красивого (1268—1314). Он же родился от брака короля Филиппа III Смелого и королевы Изабеллы Арагонской.

В 1284 г. он женился на Жанне, королеве Наваррской и графине де Шампань. От этого брака он имел трех сыновей, названных выше. Королева Жанна родилась в Баре-на-Сене в 1273 г. и скончалась в Венсенне 2 апреля 1304 г. Дочь Генриха I Толстого, короля Наваррского и графа де Шампань, она, в соответствии с бытовавшим тогда феодальным обычаем, без проблем унаследовала владения отца. По тем же причинам она сохранила за собой управление этими территориями, и, женившись на ней, Филипп Красивый вовсе не стал королем Наварры или же графом де Шампань. Наваррскую корону Жанна передала своему старшему сыну Людовику, прозванному Сварливым, мужу Маргариты Бургундской.

Будучи женщиной свободолюбивой и решительной, Жанна изгнала из пределов своей Наварры арагонцев и кастильцев, захвативших королевство после смерти ее отца Генриха I. Затем она разбила войска графа Барского, оккупировавшего ее графство Шампань в 1297 г. Следует предположить, что в этом ей помог муж Филипп IV Красивый.

Филипп IV, человек молчаливый, но очень красивый, «подобный статуе, изваянной из камня., по выражению хронистов той же эпохи, человек, много размышлявший, но очень мало говоривший, родился в Фонтенблов 1268 г. и умер там же в 1314 г. Помимо трех сыновей от брака с Жанной Наваррской, он имел дочь Изабеллу, которая вышла замуж за короля Англии Эдуарда II Плантагенета, происходившего из графского дома Анжу, то есть «французского короля», как величают его британские учебники истории. Этот Эдуард II был, к сожалению, гомосексуалистом. Лишенный престола своей супругой Изабеллой, он был убит в 1327 г. в тюрьме в Беркли, посаженный, по приказу любовника королевы Роджера Мортимера, на раскаленный докрасна железный прут.

Чтобы проникнуться той атмосферой трагизма, в которой жили последние Капетинги еще задолго до знаменитого проклятья Жака де Моле, следует познакомиться также и с родителями Филиппа Красивого.

Филипп III Смелый в первом браке был женат на Изабелле Арагонской, которая родила ему трех сыновей: Людовика, Филиппа Красивого и Карла Валуа. Сын Людовика Святого и Маргариты Прованской, Филипп III родился в 1245 г., взошел на престол в 1270-м и скончался в 1285 г. Во второй раз он женился на Марии Брабантской, графине Фландрской, королеве Сицилии и Иерусалима. Мария родилась в 1254 г. Она была дочь Генриха III, герцога Брабантского и Аделаиды Бургундской. В 1274 г. она, в результате брака с Филиппом 111, стала королевой Франции. Она много покровительствовала поэтам и родила своему мужу лишь одного сына Людовика графа д'Эвре.

К несчастью, в 1276 г. некий Пьер де ла Бросс, бывший брадобрей и придворный хирург Людовика Святого и фаворит Филиппа III, обвинил Марию Брабантскую в том, что она якобы отравила Людовика, старшего сына короля от брака с Изабеллой Арагонской. Поскольку легисты ненавидели ла Бросса, обвинение обернулось против него самого и при дворе победила партия «брабантцев». Его быстро и тайно осудили и повесили на Монфоконе. Встает вопрос: кто же отравил юного Людовика? Сомнительно, чтобы это сделал ла Бросс с целью дискредитации королевы слишком велик был риск. Да и если бы судьи были действительно в этом уверены, он понес бы куда более тяжкое наказание. Напротив, не исключено, что Мария Брабантская предпочла бы видеть на троне своего сына, а не несчастного принца Людовика, который напоминал ей первую супругу мужа. На это можно возразить, что гибель Людовика вовсе не зависела от прав на престол других его братьев, и тем самым это убийство становилось бессмысленным.

Как бы там ни было, загадка не разгадана. А теперь приступим наконец к «делу Нельской башни».

Чем была вначале знаменитая Нельская башня? Обыкновенной башней (так в средние века называли маленькие укрепленные замки), построенной на левом берегу Сены и входившей в систему старых укреплений Парижа. К ней была пристроена небольшая башенка, снабженная винтовой лестницей. Ее упоминают еще в 1210 г. под названием Tornella Philippi Hamelini super Secanam, то есть «башня Гамелена на Сене», по имени парижского прево, который ее строил.

Один из сеньоров Нельских пристроил в XIII в. к башне дом, и весь ансамбль стал называться «Дворец башни». Сегодня на его месте находится здание Французского института. На западной стороне территория усадьбы заканчивалась валом Филиппа-Августа и рвом, носившим название «Нельского рва». Сейчас тут проходит улица Мазарини. Затем усадьба распалась на Большой Нелье, Малый Нелье и Сежур де Нелье. Впоследствии на ее месте были построены «Отель Невер», «Отель Генего», особняки Конти и Монне. Нельскую башню и Нельский дворец снесли лишь в 1663 г., когда на их месте был построен Коллеж Мазарини, или Коллеж четырех наций, присоединенный в 1805 г. к Французскому институту.

Но вернемся назад.

Филипп V Длинный подарил в 1319 г. Нельский дворец своей супруге Жанне Бургундской, будущей Жанне Вдовствующей (узнице Дурданского замка). Она же перед смертью в 1325 г. завещала его Бургундскому коллежу, основанному ею при Парижском университете для студентов-бургундцев. Наверняка Жанна Бургундская, овдовевшая в 1322 г., сама жила в Нельском дворце. Однако нет никаких оснований подозревать ее в ночных развлечениях со студентами университета. Народная молва, которая часто воспроизводит, хотя, естественно, и в деформированном виде, те же факты, что и хронисты, не выдвигает против Жанны обвинений подобного рода. Мы не можем быть столь же категоричными по поводу Клеменции Венгерской, вдовы Людовика Х Сварливого. Но если что-то у нее и было, то, во всяком случае, не в Нельской башне.

Итак, благодаря великодушному завещанию Жанны Бургундской, в Нельском дворце обосновался «Дом студента». В действительности она продала усадьбу Филиппу VI Валуа за тысячу ливров наличными. Эти деньги, а также 200 ливров ренты и пошли на содержание «Дома студента», превратившегося впоследствии в знаменитый Бургундский коллеж.

Через семь лет после ее смерти, в 1332 г., Филипп VI Валуа передал Нельский дворец своей супруге Жанне Бургундской, прозванной Хромоножкой, — сестре Маргариты, которая умерла в 1348 г. от чумы.

И здесь наконец появляются первые проблески света о «деле Нельской башни». Вполне вероятно, что именно ее имела в виду народная молва, говоря о бургундской принцессе, именуемой Жанной, которая иногда приглашала к себе в покои молодого студента, проводила с ним ночь, а утром надежные слуги убивали его и сбрасывали в Сену, зашив в мешок.

Жанна Хромая (Хромоножка), королева Франции с 1328 по 1348 г., действительно славилась распущенностью и злобным нравом, за что, бывало, ее поколачивал супруг Филипп VI. Целью этой женщины было сеять зло, и лишь ее положение принцессы королевской крови, а затем и королевы Франции позволяло ей избежать заслуженной кары за совершенные преступления.

Действительно, по материнской линии через Агнессу Французскую она приходилась внучкой Людовику Святому, а по отцовской линии, через Роберта II, герцога Бургундского, она восходила к Роберту Благочестивому и дальше по прямой линии к Гуго Капету – основателю династии Капетингов. Будучи не слишком разборчивым в средствах, Гуго Капет в 991 г. благодаря предательству архиепископа Реймского Адальберона взял в плен Карла I, герцога Лотарингского, прямого наследника Карла Великого и последнего из Каролингов. Герцог Карл был посажен в каменный мешок в Орлеане, где и умер год спустя. Таким образом, у Капета не осталось конкурентов.

Возможно, природное злонравие Жанны развилось вследствие ее физических недостатков – она была уродлива и хромала. Как бы там ни было, в моральном отношении она была столь же распущенна, как какой-нибудь Жиль де Ре или Эржбет Батори, печально известная «кровавая графиня». Не она ли однажды ночью украла у своего мужа печать, чтобы скрепить ею приказ о казни Робера де Бертрама, барона де Брикбека, виконта де Роншевиля и де Фогернона, прозванного «рыцарем зеленого льва» и личного друга Карла VI, ее мужа. Лишь осторожность должностных лиц, попросивших устного подтверждении приговора от короля, спасла Робера де Бертрама от смерти. В другой раз она попыталась убить в ванне с ядом одного епископа, который, как и Робер де Бертрам, ей чем-то не угодил.

Однако народная молва ошибочно приписывает ночные преступления в Нельской башне не ей, а совсем другой королеве Жанне, супруге Филиппа IV Красивого, королеве Наваррской и графине де Шампань, о которой мы упоминали выше.

Женившись на ней, Филипп Красивый вовсе не стал королем Наварры и графом де Шампань. По феодальному обычаю, действовавшему в те времена, она сама продолжала вместе с матерью управлять своими землями. Потом она передала Наварру своему сыну Людовику Сварливому. Что же касается графства Шампанского, то оно попало в зависимость от французской короны лишь в 1361 г. при Иоанне II Добром. Красивая, образованная, гордая женщина с независимым характером, за что современники считали ее надменной, победительница кастильцев и арагонцев, Жанна Наваррская, конечно же, не стала бы прибегать для удовлетворения своих сексуальных потребностей к услугам школяров или перевозчиков, хотя и была замужем за Филиппом Красивым, человеком холодным и не интересовавшимся женщинами. Возможно, у нее и было несколько галантных приключений, ведь при дворе было сколько угодно красивых сеньоров. Но жила ли она иногда в Нельской башне? Нет.

На самом деле Жанна Наваррская, родившаяся в 1273 г. в Баре-на-Сене, умерла в Венсенне в 1304 г. за четыре года до того, как в 1308 г. ее супруг купил у Амори Нельского «Дворец Башни». Таким образом, оказывается, что виновницей преступлений, о которых говорит народная традиция, может быть только Жанна Бургундская, прозванная Хромоножкой.

А уж она-то была более чем способна на такие вещи. Некрасивая, хромая, злобная и порочная, могла ли она рассчитывать на благосклонное внимание какого-нибудь знатного сеньора? Напротив, при помощи хитроумных помощников ей ничего не стоило заманить в свои покои из находившегося тут же «Дома студента» какого-нибудь отчаянного школяра или крепкого лодочника, ничего не имеющего против знакомства с таинственной знатной дамой, тоскующей по любовным утехам. Подогреть честолюбие и любопытство увесистым кошельком: дело сделано – и концы в воду... да простит мне читатель столь мрачную игру слов.

Это не могло продолжаться долго. В Париже, который тогда по площади равнялся едва ли четырем нынешним округам, новости распространялись очень быстро. И скоро поползли слухи, что лодочники стали вылавливать из Сены раздутые мешки, где находили трупы молодых людей, зарезанных и брошенных в воду.

Поэт Франсуа Вийон отразил этот факт в своей «Балладе о Дамах былых времен»:

Где королева, чьим веленьем

Злосчастный Буридан казнен,

Зашит в мешок, утоплен в Сене?..

Но где снега былых времен?

(Перев. Ф.Мендельсона)

А Франсуа де Монкорбье, прозванный Вийоном по имени его покровителя Гийома де Вийона, капеллан из Сен-Бенуа-ле-Бетурне, тоже в свое время был школяром. Он получил степень бакалавра в 1449 г., а степень лиценциата – в 1452 г. Наверное, неутомимый бродяга Вийон почерпнул этот факт в студенческой среде. Буридан, родившийся незадолго до 1300 г. и умерший после 1366 г., был в 1327 г. ректором Парижского университета. В этом качестве он неоднократно посещал «Дом студента» в Нельском дворце.

В 1332 г., когда там жила Жанна Хромоножка, ему было около 32 лет. Он вполне мог попасться в ее ловушку и каким-то чудом вырваться из нее или же, наоборот, вообще избежать этой западни благодаря помощи студентов.

А теперь перенесемся не в Нельскую башню, а в Понтуаз и Мобюиссон. Эта область была в действительности излюбленным местом пребывания Филиппа IV Красивого, а также его сыновей и преемников. Это можно легко проследить по некоторым событиям.

28 апреля 1301 г. Филипп Красивый пребывал в Асньере-сюр-Уаз. 8 октября 1308 г. он находился в том же городке, недалеко от аббатства Руайомон, основанного его предком Людовиком Святым.

16 мая 1311 г. он жил в аббатстве Мобюиссон, где написал 17 мая свое первое завещание. 5 июня того же года он собрал свой «парламент» в Понтуазе, городе, находившемся по соседству с Мобюиссоном. Комиссары, которым поручили расследовать дело тамплиеров, были собраны королем также в Мобюиссоне.

1 июня 1312 г. был подписан Понтуазский договор, по которому Роберт III граф Фландрский уступил Филиппу Красивому г. Лиль. 10 июля 1315 г. Филипп V Длинный, супруг Жанны Бургундской (Жанны Вдовствующей), находился в Понтуазе, где подписал указ об управлении своим «домом» и назначил мажордома Франции. 28 июля 1318 г. он был там же.

18 мая 1320 г. Жанна, дочь Карла IV Красивого, тогда еще графа де ла Марш, была похоронена в аббатстве Мобюиссон.

13 июня 1320 г. Филипп V Длинный находился в аббатстве Мобюиссон.

19 мая 1335 г. Филипп VI Валуа обосновался в свою очередь в аббатстве.

Чем же это место так привлекало последних прямых наследников Капетингов?

Мобюиссон находился на территории нынешней коммуны Сент-Уэн-л'Омон, в непосредственной близости от Понтуаза. Знаменитое цистерианское аббатство было основано Бланкой Кастильской в 1236 г. Сначала оно помещалось в Онэ, но потом было переведено в 1243 г. в Мобюиссон и стало излюбленным местопребыванием потомков королевы. Указ об его основании датируется 12 марта 1241 г. В нем Бланка Кастильская объявляет об основании и строительстве на ее собственные деньги аббатства «в местности, именуемой Онэ». Однако в действительности строительные работы начались на пять лет раньше.

Именно в Мобюиссоне Бланка постриглась в монахини, а ее сын Людовик Святой подписал декрет о запрещении судебных поединков и о замене их заслушиванием свидетельских показаний. Впрочем, практика судебного поединка еще долго существовала в других районах Франции. В Мобюиссоне же 25 сентября 1307 г. состоялся королевский совет, на котором Филипп Красивый принял решение об аресте тамплиеров.

Не следует удивляться тому, что короли и принцы жили в аббатствах и монастырях. Во время своих переездов они помещались там со своей свитой.

Если в близлежащем городе не было укрепленного замка с сильным гарнизоном, именно в монастыре они чувствовали себя в безопасности. Тем более, что монастыри и аббатства всегда имели оборудованные гостевые палаты, предназначенные для приема паломников. И поскольку они считались святым местом, любое нападение на монастырь приравнивалось к святотатству.

В начале XVII в. Генрих IV заставил аббатство Мобюиссон, имевшее тогда статус коменда (то есть обязанное выплачивать треть доходов своей настоятельнице), принять в качестве аббатисы Анжелику д'Эстре, сестру его фаворитки Габриэли д'Эстре. Но вышеназванная Анжелика имела 12 незаконнорожденных детей от разных отцов. Она повела себя так, что при Людовике XIII Цистерианский орден, к которому относился Мобюиссон, вынужден был направить в аббатство следственную комиссию. Когда следователи прибыли, Анжелика д'Эстре приказала арестовать их, выпороть и посадить в монастырскую тюрьму. Для того чтобы их вызволить и изгнать из монастыря гневную настоятельницу, пришлось применить вооруженную силу. Заметим попутно – и чтобы вы лучше поняли атмосферу аббатства того времени, — что, вплоть до начала XVIII в., содержательницы публичных домов прозывались аббатисами.

Перед лицом этих обстоятельств орден цистерианцев направил в 1618 г. в Мобюиссон мать Анжелику де ла Мот Арно, сестру Робера Арно Д'Андили, принявшую в монашестве имя Анжелики де Сен-Мадлен. Она стала аббатисой в 11 лет, благодаря подлогу, так как в Риме ее объявили на 6 лет старше. Поскольку она обучалась в Мобюиссоне, руководство ордена решило поручить ей навести хоть какой-то порядок и восстановить достоинство монастыря. К сожалению, Анжелика д'Эстре прибегла к помощи наемных солдат и силой выставила из аббатства новую настоятельницу, прежде чем окончательно удалиться из этих мест.

Мы рассказываем об этих событиях, случившихся значительно позже нашей истории, лишь для того, чтобы дать представление читателю о нравах, царивших в монастырях на протяжении столетий. Выше мы уже приводили ряд примеров. Вот еще два свидетельства, которых будет вполне достаточно для данной главы.

Вот что сообщает нам Николя Клеменжи, ректор университета и архидиакон г. Байо, в своей книге «О развращении монашеского сословия» и что, как нам кажется, вполне характеризует XIV в.: «Сколь много печального можно сказать о женских монастырях. Они более похожи не на общины девственниц, посвятивших себя Богу, но на дома проституции, где женщины предаются дебошу, блуду, кровосмесительству, любому разврату, бытующему у публичных девок! И являются ли наши монастыри чем-либо иным, как не гнусными вертепами Венеры, куда стекаются сладострастные и бесстыдные юноши, дабы утолить свою похоть? И разве не общепризнано сегодня, что отдать девушку в монастырь – это все равно, что продать ее в вертеп разврата? (глава «О бесстыдной жизни монахинь»).

В свою очередь Жан Жерсои, кюре церкви Сен-Жан-ан-Грев, каноник собора Парижской Богоматери, канцлер университета и Парижской церкви и выдающийся богослов (1363—1429), также мечет громы и молнии:

«Отверзните же ваши очи, и вы увидите, что монастыри и обители походят на вертепы разврата...» (Заявление об испорченных нравах монахов).

Итак, если мы вернемся к трем принцессам Бургундским, не следует удивляться нашему утверждению, что они встречались со своими любовниками не в Нельской башне в Париже, но делали это в Понтуазе, причем в двух конкретных местах:

а) в Нельском отеле в Понтуазе, принадлежавшем семейству Нель, которые были сеньорами городка Нель-ла-Валле, расположенного неподалеку;

б) в аббатстве Мобюиссон в Понтуазе.

Если Филипп Красивый находился в Мобюиссоне, любовные свидания его невесток проходили в Нельском дворце в Понтуазе, если же он и его свита пребывали в городском замке (разрушенном в 1739 г.), то свидания назначались в Мобюиссоне.

Надо сказать, что фамилия Нель вообще отмечена печатью трагизма. На месте, где стоял фамильный замок Нель, сейчас находится частное владение с большим садом. В саду есть (или был) источник, дающий начало ручейку, впадающему в р.Визону. Это одно из изумительных мест, украшающее довольно однообразный пейзаж. Во времена, к которым относится трагедия бургундских принцесс, Алисия, дочь сеньора де Неля, полюбила конюшего своего отца по имени Беранже. Слуги сеньора по его приказу убили юношу. Алисию насильно постригли в аббатство Мобюиссон, а источник, около которого встречались возлюбленные, стал называться «источником любви».

Теперь следует сделать ряд наблюдений. Во-первых, маленькая Жанна, официально считающаяся дочерью Людовика Сварливого и Маргариты Бургундской, родилась 28 января 1311 г. Следовательно, она была зачата около 28 апреля 1310 г. А к этому времени, согласно показаниям братьев Готье д'Онэ, Филипп уже состоял в связи с Маргаритой. Отсюда возникли сомнения относительно законного происхождения Жанны.

Во-вторых, мы только что увидели атмосферу сексуальной распущенности, царившую в женских монастырях. Известно, что с 1308 г. аббатисой Мобюиссона стала Изабелла де Монморанси. А кто она такая? Не более не менее, как невестка Пьера Готье д'Онэ, женатого на ее сестре Агнессе... Когда завязалась любовная интрига между ее свояком Филиппом и Маргаритой, не стала ли она покровительствовать любовникам? А почему бы и нет?

Мы прекрасно знаем, что около 1385 г. Изабо Баварская, супруга Карла VI, и Валентина Висконти, герцогиня Миланская и жена Людовика Орлеанского, брата Карла, договорились предоставить друг другу своих мужей в качестве любовников. Эта сделка произошла после небезызвестных оргий в Боте-сюр-Марн и Лувре, где вполне обнаружились личные пристрастия обеих дам.

Очевидно, ошибка всех историков, занимавшихся этим делом, происходит из-за совпадения названий Нельского замка в Париже и Нельского замка в Понтуазе.

В чем же состоит ошибка? Скажем прямо: не существует никаких данных о коллективных оргиях, групповом сексе или обмене любовниками относительно этих трех дам. Тем более не может идти речь о тайном умерщвлении случайных любовников.

Определенно известно, что две из них: Маргарита Бургундская, супруга Людовика Сварливого, и Бланка Бургундская, жена Карла Красивого, — были уличены в супружеской измене. Что касается Жанны Бургундской, сестры Бланки и жены Филиппа Длинного, то она была осуждена за соучастие и покровительство любовникам.

Однако следует признать, что в деле остается много таинственного. Конечно, придворные конюшие Маргариты и Бланки по имени Филипп и Пьер Готье д'Онэ подверглись ужасной казни. Младший, Филипп, Был любовником Маргариты, а старший, Пьер, Бланки. Их отец Готье д'Онэ (имя неизвестно), сир де Монси-ле-Нёф дю Меннль де Гран-Мулен, был вассалом Филиппа де Пуатье (Длинного). Пьер был женат на Агнессе де Монморанси, что говорит о знатности рода (женат на Монморанси!), а младший брат Филипп был еще холост.

Увы, победа над дамами из высшей знати не принесла им счастья. В пятницу 19 апреля 1314 г. их раздели донага, привязали к хвостам лошадей 11 проволокли по свежевыкошенному лугу, переворачивая то на спину, то на живот, чтобы предварительно содрать живьем кожу. Затем палач отсек им сначала половые органы и потом – головы. Тела их были подвешены на крюки на виселице в Понтуазе и были оставлены так на поживу хищным птицам.

Наверняка они под пытками на допросах признались во всем, в чем их обвиняли. Наверняка же они признались и в колдовстве, ибо после крестовых походов и контактов с Востоком к традиционно европейским бесовским методам добавились и такие элементы арабской магии, как всевозможные любовные эликсиры. Ибо весьма маловероятно, что два простых конюших (они не были даже рыцарями) были бы единственными любовниками Маргариты и Бланки.

Не подверглись ли эти, к тому же не слишком красивые молодые люди (один ИЗ них был немного горбат) своего рода «примерной казни. за неимением возможности наказать других виновных, которых защищало их высокое происхождение? А сами бургундские принцессы, не они ли щеголяли при дворе в платьях с разрезами до бедра? Напомним, что в те времена никакого нижнего белья, кроме рубашки, не носили. И не их ли скандальное поведение возмущало придворных?

И кто, как не мать одной и тетка другой, Маго д'Артуа, была лесбиянкой и нимфоманкой, не брезговавшей ни конюхом, ни кучером, ни девчонкой-служанкой, ни развратной фрейлиной. И не от этой ли безудержной развратницы унаследовали Жанна и Бланка свой горячий темперамент?

И кто поверит, что Жанна была лишь простой свидетельницей неприкрытых любовных шалостей своей сестры и кузины? А разве Маргарита Бургундская не была внучкой Маргариты Провансальской, жены Людовика IX, хранившей, конечно, верность своему супругу, но наделенной весьма незаурядным темпераментом, как об этом сообщают хронисты, и в частности сир де Жонвиль, автор Истории Людовика Святого? Да и сам король не уступал в чувственности супруге. Да, это установленный факт. Так каков же вывод?

На протяжении столетий при французском дворе содержались шуты-карлики и уродцы, которым порою стоило большого труда удовлетворять «любопытство» некоторых придворных дам.

Мода на шутов существовала очень давно. Известно, что шут был уже при дворе Людовика Благочестивого в 814 г. При дворе Карла V их было трое, а в свите его жены Жанны Бурбонской (Безумной) и того больше. Все они считались состоящими на официальной должности. Имя одного из шутов дошло до нас, как благодаря его беспримерному остроумию и дерзости, так и в результате его громких успехов в постелях некоторых высокопоставленных особ. Его звали Тевенен де Сен-Лежье, и многие дамы мечтали познакомиться с изысканными развлечениями, коими он услаждал всю ночь напролет их подруг.

Поэтому более или менее заметный горб одного из братьев д'Онэ вовсе не служил помехой.

Заметим походя, что если официальная версия обвиняет братьев в использовании магии для соблазнения принцесс, то, по слухам, именно дамы прибегли к колдовству того же рода.

Будучи молодыми и красивыми, они в этом, конечно же, не нуждались. Но их положение отпугивало любого мало-мальски осторожного и разумного человека. Это было слишком опасно – ведь совращение жены сюзерена неминуемо каралось смертью.

Известно только, что во время следствия, проведенного по настоянию Филиппа Красивого и в результате которого погибло немало людей, замешанных в эту историю, был найден некий монах, весьма сведущий в вопросах колдовства.

Будучи лицом духовным, он находился в привилегированном положении – его дело разбирал церковный суд, который приговорил его лишь к пожизненному заключению в одиночной камере на хлебе и воде.

Что говорить о том, что в деле явно не обошлось без колдовства. Теперь перед нами предстанет последний персонаж, на котором и закончится эта глава.

Изабелла Французская, дочь Филиппа Красивого и Жанны Наваррской, сестра королей Людовика Х Сварливого, Филиппа V Длинного и Карла IV Красивого, родилась в 1292 г. В 1308 г. ее выдали замуж за короля Англии Эдуарда II Плантагенета, происходившего из рода графов Анжуйских. В 1358 г. она умерла.

Считается, что именно Изабелла выдвинула обвинение против своих невесток, увидев подаренные ею богато украшенные кошельки на поясах братьев д'Онэ. Получив исчерпывающую ин формацию на сей предмет от Робера д'Артуа, графа Бомон-ле-Роже и смертельного врага своей тетки Маго д'Артуа, она якобы поделилась своими подозрениями с отцом, Филиппом Красивым. Остальное всем известно.

Конец Изабеллы трагичен. Она подняла восстание баронов против супруга, короля Эдуарда II, известного своими противоестественными сексуальными наклонностями. С помощью своего любовника Роджера Мортемера она захватила короля в плен и заставила отречься от престола. Заключенный в замок Беркли, Эдуард был в 1327 г. убит: ему вонзили в задний проход раскаленный докрасна железный прут. Став королем, ее сын Эдуард III, супруг Филиппы де Геннегау, повесил Роджера Мортемера в Лондоне и отправил в 1330 г. свою мать Изабеллу в изгнание в замок Хертворд.

На этом кончается «дело Нельской башни», которое изменило ход истории Франции...