Антисоветский мятеж в Венгрии. 1956 г

Советское руководство всегда внимательно смотрело за деятельностью властей в других странах Восточного блока и почти всегда стремилось вносить в нее «необходимые» коррективы. Это было актуальным как при возведении прообраза Берлинской стены во время кризиса 1953 г., когда после смерти И.В.Сталина начались массовые выступления и открытое сопротивление властям среди восточногерманских рабочих, подстрекаемых спецслужбами США и других стран Запада, так и при аналогичных событиях в других странах «народной демократии».

Тогда же, в 1953-м, после прихода к власти в СССР Г.М. Маленкова, на Президиуме ЦК КПСС был заслушан отчет первого секретаря ЦК Венгерской партии трудящихся (ВПТ) Матиаса Ракоши. Поводом послужили насильственная индустриализация и массовая кампания по созданию сельхозкооперативов. Все это вело к падению жизненного уровня венгров, а соответственно и к негативному отношению к строительству социализма в стране.

Результатом заслушивания стало назначение премьер-министром Венгерской Народной Республики «человека Лаврентия Павловича Берии» — Имре Надя, до этого возглавлявшего МВД и тайную полицию. Действиям лидеров ЦК ВПТ активно помогали председатель Союзной контрольной комиссии в Венгрии маршал Клим Ворошилов и посол Георгий Пушкин.

Однако примерно через год, с падением влияния Маленкова, начал падать и авторитет И.Надя. Вскоре, несмотря на достаточно сильную популярность среди населения, он был отстранен от власти как «ревизионист», допустивший повышение зарплаты трудящихся примерно на 15% при снижении налогов и темпов индустриализации. Новое правительство возглавил Андреас Хегедус, который ускорил темпы коллективизации. Вскоре началась и новая волна репрессий.

В 1956 г. прозвучал знаменитый доклад Н.С.Хрущева на XX съезде КПСС. Как обычно, для советских граждан, кроме проверенных членов партии, он остался неизвестным и секретным. Западные же спецслужбы текст доклада быстро достали и опубликовали в печати. Впервые открыто было сказано о преступлениях сталинского

режима.

В Польше рабочие, не дожидаясь перемен сверху, вышли на улицу, требуя реформ. 28 июня 1956 г. в Познани при разгоне рабочей демонстрации были убиты 73 чел., более 300 ранено. Но митинги и шествия под антисталинскими и антисоветскими лозунгами продолжались. 19 октября в Варшаву на пленум польского ЦК отправился Хрущев, одновременно приказав советским танковым частям, базировавшимся в Прибалтике, начать продвижение к границе под видом маневров.

Польский пленум в это время избрал недавно выпущенного из тюрьмы и только что реабилитированного Владислава Гомулку первым секретарем ЦК Польской Объединенной Рабочей партии (ПОРП). Рано утром 19 октября на военном аэродроме вблизи польской столицы без предупреждения приземлился советский самолет, из которого вышли Н.С.Хрущев, В.М.Молотов, А.И.Микоян, Л.М.Каганович и маршал И.С.Конев. В варшавском Бельведере произошла их встреча с польскими руководителями.

— Предатели! — заорал на них с ходу Хрущев. — Мы кровь проливали за освобождение вашей страны, а вы, сговорившись с сионистами, хотите отдать ее американцам. Но это вам не удастся! Этого не будет! Мы не позволим...

В это время он заметил среди поляков незнакомого ему человека:

— А ты кто такой?

— Я тот самый Гомулка, которого вы три года держали в тюрьме. А сейчас препятствуете возвращению к политической жизни.

Оценив сложную ситуацию в стране, Хрущев не решился применить вооруженную силу и даже пошел на уступки: было обновлено польское руководство, созданы рабочие советы на предприятиях, распущены сельскохозяйственные кооперативы, на Родину отправились бывший министр обороны Польши маршал Советского Союза

К.К.Рокоссовский и многочисленные советские советники. Кровопролития в этот раз удалось избежать. Кровь прольется позже, 17 декабря 1970 г., когда все тот же Гомулка отдаст приказ на расстрел демонстрантов в Гданьске.

Правда, уже 20 декабря он сам подаст в отставку и Первым секретарем ЦК ПОРП станет Эдвард Герек. По другому сценарию разворачивались события в Венгрии.

В Венгрии быстро росло влияние оппозиции, все громче заявлявшей о себе. События в Польше подхлестнули венгров: если полякам удалось вернуть к власти Гомулку, несмотря на сопротивление русских, то почему нельзя сделать то же самое с Имре Надем?

Все это вызвало резкую негативную оценку советского посла Ю.В.Андропова. Согласие венгерского руководства на возвращение в Политбюро «старых партийных

кадров» было расценено им как «серьезная уступка правым и демагогическим элементам». Для анализа событий и их оценки в Будапешт были направлены М.Суслов и А.Микоян. В конечном итоге Микоян уговорил «лучшего ученика товарища Сталина» М.Ракоши подать в отставку. Венгерскую партию трудящихся (ВПТ) возглавил

Эрне Гере, который почти не отличался от своего предшественника по идейно-политическим взглядам.

В сентябре заметно усилились оппозиционные выступления под лозунгами «более гуманного социализма» и восстановления в партии бывшего премьераИ. Надя. Под сильным давлением снизу партийное руководство Венгрии было вынуждено объявить 14 октября о восстановлении Надя в ВПТ. Но демонстрации протеста продолжались.

23 октября уже десятки тысяч жителей столицы вышли на улицы, требуя вывода советских войск, свободы печати, многопартийной системы и т.д. К вечеру количество демонстрантов достигло 200 тыс. чел. Толпа скандировала: «Смерть Гере!», «Имре Надя в правительство, Ракоши — в Дунай!»…

Примерно в 8 ч вечера по радио выступил Э. Гере. Его речь изобиловала выпадами в адрес демонстрантов — мол, эта демонстрация «националистическая» и «контрреволюционная». Он потребовал прекратить беспорядки и разойтись по домам. Но этим выступлением Гере лишь подлил масло в огонь: ночью группы радикально

настроенной молодежи разграбили ряд складов с оружием. На сторону уже вооруженных демонстрантов перешло небольшое армейское подразделение с двумя танками. При их поддержке демонстранты захватили здание национального радиоцентра, где секретная полиция была вынуждена открыть огонь из табельных пистолетов…

У восставших были уже автоматы и пулеметы (о двух танках уже упоминалось). Восставшие разбили на мелкие кусочки гигантскую статую Сталина. Появились первые убитые и раненые, демонстрация стремительно перерастала в восстание! Отличительными чертами венгерских событий стали радикализм и непримиримость их участников. В Венгрии произошло настоящее вооруженное восстание против Советского Союза и его сторонников. Улицы залила кровь, иногда совершенно невинных жертв, как, например, во время массового линчевания разъяренной толпой венгерских партийных активистов и новобранцев секретной полиции на площади Республики — жертвами «народного» самосуда стали 28 чел., из них 26 — сотрудники госбезопасности Венгрии. Вернувшийся к власти венгерский премьер Имре Надь успел в несколько отпущенных ему судьбой, историей и Кремлем дней вручить советскому

послу Юрию Владимировичу Андропову заявление о выходе Венгрии из Варшавского договора и ее нейтралитете и сообщить по радио всему миру о войне между венграми и русскими.

На территории страны в этот период находились части Особого корпуса советских войск (управление корпуса располагалось в Секешфехерваре, командовал им генерал-лейтенант П.Н.Лащенко) — 2-я и 17-я гвардейские механизированные дивизии, задержавшиеся по дороге на родину из Австрии после ликвидации в 1955 г. Центральной группы войск, а также 195-я истребительная и 172-я бомбардировочная авиадивизии.

Восстание для военных не стало неожиданностью — учитывая сложную политическую обстановку в стране, командование корпуса уже в июле 1956 г. по распоряжению Москвы разработало «План действий советских войск по поддержанию и восстановлению общественного порядка на территории Венгрии». После утверждения плана командиром Особого корпуса он получил название «Компас».

Восстановление порядка в Будапеште по этому плану возлагалось на 2-ю гвардейскую механизированную дивизию генерал-лейтенанта С.Лебедева. 17-я гвардейская механизированная дивизия генерал-майора А.Кривошеева своими основными силами должна была прикрыть границу с Австрией. Особо обговаривались случаи, когда разрешалось применять оружие на поражение. Другие мероприятия и специальная подготовка советских частей не проводились.

Страны Запада активно помогали венграм в подготовке мятежа: 18 июля США ассигновали на подготовку путча более 100 миллионов долларов, радиостанция «Свободная Европа» интенсивно внушала: страны НАТО придут на помощь, в Верхней Баварии, вблизи Траунштейна, готовились венгерские диверсанты (бежавшие в 1945 г.

на запад хортисты и салашисты). В октябре 1956 г. туда прибыла группа венгерских немцев, многие из которых ранее служили в СС. Из них формировались сплоченные

группы-ядра мятежных отрядов, которые затем перебрасывались самолетами в Австрию, а оттуда, на санитарных самолетах и машинах — уже в Венгрию.



В Мюнхене, на Локерштрассе, работал вербовочный пункт, возглавлявшийся капитаном американской армии. Отсюда бывшие сторонники нацистов направлялись

к месту событий. 27 октября одна из групп (около 30 человек) была переброшена в Венгрию с помощью пограничников нейтральной Австрии. Более 500 «борцов за свободу» было переброшено из Англии. Из французского Фонтенбло, где тогда располагалась штаб-квартира НАТО, было направлено несколько десятков групп.

Итак, как уже говорилось, 23 октября на улицы Будапешта вышли десятки тысяч человек, требовавшие свободных выборов и вывода из страны советских войск. Вечером в кабинете генерал-лейтенанта П.Н.Лащенко раздался телефонный звонок. Звонил советский посол Ю.В.Андропов:

— Можете ли вы направить войска для ликвидации беспорядков в столице?

— По моему мнению, наводить порядок в Будапеште должны венгерская полиция, органы госбезопасности и венгерская армия. Не в моей компетенции, да и нежелательно привлекать советские войска к выполнению подобных задач. Кроме того, для таких действий нужно соответствующее распоряжение министра обороны.

Несмотря на явное нежелание армейского начальства вмешиваться во внутренний венгерский конфликт, Андропов и Гере в тот же вечер по телефону через московских

партийных вождей, собравшихся на экстренное заседание Президиума ЦК КПСС, добились решения о приведении частей Особого корпуса в боевую готовность.

После начала стрельбы и боев на улицах Будапешта начальник Генерального штаба маршал В.Д.Соколовский в 11 часов вечера 23 октября отдал приказ о выдвижении советских войск в Будапешт. Против этого решения не возражал и сам Имре Надь. Подобную акцию поддержали Мао Цзэдун, Иосиф Броз Тито и Пальмиро Тольятти. В столицу для руководства войсками в сопровождении охраны выехал командир корпуса генерал Лащенко.

На одной из улиц Буды восставшими была сожжена радиостанция на автомобиле, убит радист. Подошедшие советские танки спасли других членов экипажа.

На городских улицах советских солдат встретили баррикады, спешно возведенные повстанцами. Огонь по войскам велся из окон домов, с крыш. Повстанцы умело использовали противотанковые средства ближнего боя и особенности городских планировок. В центре города были созданы сильные очаги сопротивления, которые оборонялись отрядами повстанцев численностью до 300 чел. каждый.

Первой в бой на улицах Будапешта вступила ранним утром 24 октября 2-я гвардейская механизированная Николаевско-Будапештская дивизия генерал-майора С.В.Лебедева, потеряв за день ожесточенных боев четыре танка и четыре бронетранспортера.

Бронетранспортеры БТР-152, не имевшие бронированной крыши, горели как свечки: любая граната или бутылка с зажигательной смесью, брошенные с верхних этажей

зданий, превращали их в пылающую стальную могилу для всего экипажа и десанта.

Сложившаяся обстановка потребовала уточнения плана «Компас», т. к. рассчитывать на помощь венгерской армии и полиции не приходилось. Как стало известно

позже, из 26 тыс. чел. личного состава Венгерской народной армии (ВНА) 12 тыс. поддержало мятежников. Только в самом Будапеште оказалось около 7 тыс. венгерских военнослужащих и до 50 танков. Кроме этого имелось несколько десятков самоходных артиллерийских установок (САУ), противотанковые орудия, станковые и ручные гранатометы. Проходы между домами были заминированы и перекрыты баррикадами.

Мятеж оказался отлично подготовлен, в руки его участников попало немало оружия. Именно упомянутые выше диверсанты в ночь на 24 октября захватили радиостанции, оружейные заводы «Данувия» и «Лампадьяр». Международный госпиталь Красного Креста в Будапеште возглавил бывший эсэсовец Отто Франк…

Венгерская революция началась с карнавала, но слишком быстро превратилась в кровавую бойню. Вмешательство советских танков политически повернуло ее ход:

гражданская война перешла в войну с Советской Армией, ее главным лозунгом теперь стал «Советы, домой!». На улицах венгерской столицы действовало уже до трех

тысяч вооруженных повстанцев. Из тюрем было выпущено около 8 тыс. чел., бoльшую часть которых составляли обычные уголовники.

Подошедшие части — 37-й гвардейский танковый Никопольский Краснознаменный ордена Суворова полк полковника Бичана, 5-й гвардейский механизированный полк полковника Пилипенко, 6-й гвардейский механизированный полк полковника Маякова и 87-й гвардейский тяжелый танко-самоходный Брестский полк Никовского — с ходу вступили в бой.

Численность советских войск, вошедших в Будапешт, не превышала одной дивизии: около 6 тыс. чел., 290 танков, 120 бронетранспортеров и 156 орудий. Для наведения порядка в огромном двухмиллионном городе этих сил было явно недостаточно.

Части Венгерской народной армии, оставшиеся верными прежнему правительству, также вступили в бой — вплоть до 28 октября в 40 городах страны венгерскими частями применялось оружие против соотечественников. По венгерским данным, погибло около тысячи человек, Венгрия была на грани гражданской войны.

В столицу прибыли и начали боевые действия против восставших четыре дивизии 3-го стрелкового корпуса ВНА. Группировка советских войск в венгерской столице также постоянно наращивалась. В тот же день, 24 октября, в город вошли бронированные машины 83-го танкового и 57-го гвардейского механизированного полков 17-й

гвардейской Енакиевско-Дунайской механизированной дивизии.

В полдень 24 октября по венгерскому радио было объявлено о введении в Будапеште чрезвычайного положения и установлении комендантского часа. Дела участников восстания должны были рассматривать специально созданные военно-полевые суды. Имре Надь объявил о введении в стране военного положения, пытаясь ввести анархию революции в русло законности и порядка. Увы, было уже поздно — слишком долго сдерживаемые события, словно нагоняя упущенное, развивались стихийно и безудержно.

За день ожесточенных боев было захвачено в плен около 300 повстанцев. Советские танки взяли под свой контроль стратегические объекты в Будапеште, мосты через Дунай.

25 октября М.Суслов и А.Микоян встретились с И.Надем. К 28 октября была достигнута договоренность о преодолении кризиса мирными средствами, но весь ход

дальнейших событий в столице и стране изменил достигнутые договоренности.

В последующие дни бои продолжались. Танкистам пришлось несладко на узких улицах среди враждебного населения. К танкам, стоявшим на перекрестках, подходили школьники, на которых поначалу не обращали внимания, доставали из портфелей бутылки с бензином и поджигали боевые машины. Из окон постоянно велась стрельба по солдатам, покинувшим танки и укрытия. Отовсюду грозила опасность. Ежедневно транспортные самолеты увозили в Союз раненых и тела погибших.

Уже к 28 октября фактически вся власть в Венгрии оказалась в руках Революционного военного совета во главе с генералами Канна, Ковачем и полковником Малетера. Официальным же лидером восстания ими был провозглашен Имре Надь. В этот же день венгерские войска получают приказ своего правительства о неучастии в боевых

действиях. Запланированный на этот день штурм центра столицы совместными усилиями советских и венгерских частей так и не состоялся.

По требованию правительства Имре Надя в конце октября советские войска были выведены из Будапешта. 30 октября Суслов и Микоян привезли из Москвы Декларацию

советского правительства о равенстве и невмешательстве в отношениях между социалистическими странами. На следующий день советские части начали выходить из Будапешта, а Имре Надь объявил по радио о начале вывода советских войск из Венгрии.

1 ноября венгерское правительство, в связи с переброской советским командованием дополнительных восьми дивизий на территорию Венгрии, заявило о выходе из Варшавского договора, о нейтралитете страны и необходимости вывода советских частей и подразделений за пределы страны. Подобного развития событий не ожидали ни в Москве, ни в столицах других социалистических государств.

В это же время 87-летний адмирал Хорти, находившийся в Португалии, предложил себя в качестве правителя Венгрии, а в канадском Монреале прошла демонстрация

венгерских эмигрантов, орущих: «Гитлер возвращается! Мы — борцы свободы!»

В октябре 1956 г. озверевшие от крови и безнаказанности «борцы за демократию и свободу» вешали, затаптывали свои жертвы ногами, выкалывали им глаза и отрезали уши ножницами. На площади Москвы в Будапеште они повесили за ноги 30 чел., облили их бензином и сожгли заживо…

Тем не менее вывод советских войск начался, но это была лишь дымовая завеса. Группировка войск в Венгрии и на соседних территориях продолжала наращиваться —

слишком велика была опасность венгерского примера для других социалистических стран Восточной Европы. Советское руководство решило как можно быстрее потушить

разгоравшийся костер.

Отведенные от столицы на 15—20 км советские части приводили в порядок технику и вооружение, пополняли запасы горючего и продовольствия. Министр обороны

Маршал Советского Союза Г.К.Жуков получил указание от ЦК партии разработать «соответствующий план мероприятий, связанный с событиями в Венгрии». Это была

последняя боевая операция, которую предстояло провести Жукову.

На вопрос Н.С.Хрущева о том, сколько времени потребуется советским войскам для наведения порядка в ВНР, Жуков ответил: «Трое суток». Потребовалось, конечно, больше, но операция уже получила кодовое название «Вихрь». Руководство советскими войсками в Венгрии было возложено на главнокомандующего Объединенными вооруженными силами государств-участников Варшавского договора маршала И.С.Конева.

В приграничных военных округах по тревоге поднимались войска. На помощь Особому корпусу срочно были направлены соединения 38-й армии генерала X. Мамсурова и 8-й механизированной армии генерала А.Бабаджаняна из Прикарпатского военного округа, в том числе 31-я танковая, 11, 13 (39), 32-я гвардейские, 27-я механизированные дивизии.

Направляемые в Венгрию части получали новые танки Т-54 и другую боевую технику. На башни танков наносили белую вертикальную полосу для опознания «свой-чужой». Из состава Отдельной механизированной армии, дислоцированной в Румынии, прибыла 33-я гвардейская механизированная дивизия генерал-майора Е.И.Обатурова. Из Одесского военного округа была переброшена 35-я гвардейская механизированная дивизия.

Тысячи танков, самоходных установок, бронетранспортеров шли по дорогам Венгрии. Со времен Второй мировой войны венгры не видели такого количества боевой техники и солдат. Кольцо советских войск стягивалось вокруг центра вооруженного восстания — Будапешта.

Министр обороны СССР маршал Жуков ежедневно докладывал партийному руководству о ходе боев на венгерской земле.

К этому времени новое правительство Венгрии во главе с Имре Надем объявило о нейтральном статусе страны, да еще и обратилось в ООН с просьбой о защите суверенитета. Эти действия венгерских властей окончательно решили их судьбу. Советское руководство отдало приказ о вооруженном подавлении «мятежа». Чтобы скрыть приготовления к проведению военной акции, советские представители вступили в переговоры о выводе войск. Естественно, что этого никто не собирался делать, просто нужно было выиграть время.

2 ноября в Москву был доставлен Янош Кадар, согласившийся возглавить новое правительство после подавления мятежа, хотя еще недавно в беседе с советским послом Ю.В.Андроповым он заявлял: «Я венгр, и если понадобится, то я голыми руками буду биться с вашими танками».

Но и восставшие не теряли времени даром. Вокруг столицы создавался оборонительный пояс, усиленный сотнями зенитных орудий. В населенных пунктах, прилегавших к городу, появились заставы с танками и артиллерией. Важнейшие объекты городов занимались вооруженными отрядами, общая численность которых достигла 50 тыс. чел.

В руках повстанцев было уже около 100 танков. Особенно жестокие бои развернулись в Венгрии в ноябре 1956 г. После усиления группировки и тщательной подготовки 4 ноября в 6 ч утра по сигналу «Гром» началась операция «Вихрь». Советское командование, завершая подготовку операции, стремилось дезинформировать, а при возможности и обезглавить венгерское руководство.

Когда войска уже заканчивали последние приготовления к штурму Будапешта, генерал армии М.С. Малинин вел переговоры с венгерской делегацией о выводе советских

войск из страны. Делегацию возглавлял Пал Малетер, уже получивший звание генерал-лейтенанта. А 3 ноября председатель КГБ СССР и его группа во время переговоров арестовали делегацию венгерского правительства, в которую входили «новый» министр обороны Пал Малетер, начальник генерального штаба Сюч и другие офицеры. Впереди их ждал военный трибунал, не суливший ничего хорошего.

Основную задачу по «нейтрализации» противника попрежнему выполняли соединения Особого корпуса. 2-я гвардейская механизированная дивизия должна была

взять под контроль северо-восточную и центральную часть Будапешта, 33-я гвардейская механизированная дивизия — войти в город с юго-востока, 128-я гвардейская стрелковая дивизия — установить контроль над западной частью города.

Главную роль в уличных боях в Будапеште сыграла 33-я Херсонская Краснознаменная дважды ордена Суворова гвардейская механизированная дивизия, усиленная 100-м танковым полком 31-й танковой дивизии и 128-м танкосамоходным полком 66-й гвардейской стрелковой дивизии. Командовал ею генерал Обатуров.

Ступать в бой советским танковым и механизированным частям пришлось с ходу, без тщательной разведки и организации взаимодействия с пехотой. Командиры для захвата важнейших объектов создавали в дивизии по одному-два специальных передовых отряда в составе батальона пехоты с приданными десантниками и 10—12 танками. В ряде случаев создавались штурмовые группы.

Для подавления очагов сопротивления войска были вынуждены применять артиллерию, а танки использовать как подвижные огневые средства. Штурмовые группы действовали огнеметами, дымовыми гранатами и шашками. В тех случаях, когда массированное применение артиллерии не давало положительных результатов, проводились внезапные ночные атаки.

Можно сказать, что тактика действий общевойсковых подразделений Советской Армии базировалась на фактически универсальном опыте Великой Отечественной войны.

К 7 часам утра 4 ноября главные силы 2-й, 33-й гвардейских механизированных и 128-й гвардейской стрелковой дивизий (около 30000 чел.) с ходу ворвались в Будапешт, за день овладев мостами через Дунай, аэродромом Будаерш, захватив при этом около 100 танков, 15 орудий, 22 самолета. В городе также сражались десантники из 7-й и 31-й гвардейских воздушно-десантных дивизий.

Танки пушечным огнем и тараном проделывали проходы в баррикадах, выстроенных на городских улицах, открывали путь пехоте и десантникам. О масштабе боев говорит такой факт: 5 ноября части 33-й гвардейской механизированной дивизии после артиллерийского налета начали штурм узла сопротивления в кинотеатре «Корвин», в котором принимали участие около 170 орудий и минометов 11 артдивизионов. С трех сторон несколько десятков танков расстреливали уцелевшие огневые точки, подавляя последние очаги сопротивления повстанцев. К вечеру 71-й гвардейский танковый полк полковника Литовцева и 104-й гвардейский механизированный полк полковника Янбахтина овладели городским кварталом.

Одновременно наши части атаковали позиции повстанцев у площади Москвы. Овладеть позициями у площади, Королевской крепости и кварталами, прилегавшими с юга к горе Геллерт, с ходу не удалось, но здесь был взят в плен один из главарей мятежников генерал Иштван Ковач. Бои в этом районе шли и в последующие дни. Штурмовые группы применяли огнеметы, дымовые и зажигательные заряды.

Упорные бои шли за Королевскую крепость и за бывший дворец диктатора Хорти. Более тысячи повстанцев умело использовали инженерные коммуникации и подземные потерны крепости. Пришлось применить тяжелые танки и бетонобойные снаряды. 7 ноября советские подразделения взяли еще один узел сопротивления — гору Геллерт.

Подавление мятежа шло и вне Будапешта. Части 8-й механизированной армии с 4 по 6 ноября разоружили 32 венгерских гарнизона, подавив вооруженное сопротивление в Дербрецене, Мишкольце, Сольноке, Кечкемете и др. Войска генералов Бабаджаняна и Мамсурова взяли под контроль аэродромы и основные дороги, была блокирована австро-венгерская граница.

8 ноября над островом Чепель, где находилось несколько военных заводов и было налажено производство противотанковых «фаустпатронов», венграм удается сбить

Ил-28Риз состава 880-го гвардейского полка 177-й гвардейской бомбардировочной авиадивизии. Погиб весь экипаж самолета-разведчика: командир эскадрильи капитан

А.Бобровский, штурман эскадрильи капитан Д.Кармишин, начальник связи эскадрильи старший лейтенант В. Ярцев. Каждому члену экипажа было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза… В том, что при штурме острова советские войска потеряли только три танка, несомненная заслуга героического экипажа — потери могли бы быть значительно больше.

Небольшие вооруженные группы, оставшиеся после разгрома основных отрядов, уже не стремились удерживать отдельные здания и позиции, а, действуя из засад,

отходили сначала на окраины населенных пунктов и далее в лесные массивы.

К 11 ноября вооруженное сопротивление повстанцев было сломлено на всей территории Венгрии. Прекратив открытую борьбу, остатки повстанческих групп ушли

в леса с целью создания партизанских отрядов, но через несколько дней, после сплошного прочесывания местности, в котором принимали участие венгерские офицерские полки, были окончательно ликвидированы.

В ходе боевых действий советские войска потеряли убитыми 669 чел. (по другим данным — 720 чел.), 1540 было ранено, пропал без вести 51 чел. Части 7-й и 31-й гвардейских воздушно-десантных дивизий потеряли убитыми 85 чел. и 12 чел. — пропавшими без вести.

Было подбито и повреждено большое количества техники, так, одна только 33-я гвардейская механизированная дивизия потеряла 14 танков и САУ, 9 бронетранспортеров, 13 орудий, 4 установки БМ-13, 31 автомобиль и 5 мотоциклов.

За период боев и после их окончания было изъято у венгерских вооруженных отрядов и населения большое количество оружия: около 30 тыс. винтовок и карабинов,

11,5 тыс. автоматов, около 2 тыс. пулеметов, 1350 пистолетов, 62 орудия (из них 47 — зенитные). По данным официального Будапешта, с 23 октября по январь 1957 г., т. е. пока не прекратились стычки повстанцев с венгерскими и советскими войсками, погибли 2502 чел. и 19226 были ранены. Только в Будапеште погибли около 2 тыс. чел. и свыше 12тыс. были ранены. Около 200 тыс. чел. покинули Венгрию.

Когда закончились бои, начали проводить следственные действия в отношении тех лиц, которые были заподозрены в участии в восстании. Председатель Совета министров Венгрии Имре Надь попросил политического убежища у Югославии. Тито почти месяц отказывался выдать мятежного премьера, но в итоге уступил, и 22 ноября 1956 г. И. Надь в сопровождении двух сотрудников югославского посольства сел в автобус и направился в свой дом.

Когда машина проезжала мимо штаба советского командования, то дорогу ей перегородил танк, югославы были высажены из автобуса, а Имре Надь арестован. Через два года он был осужден и казнен «за измену Родине». Хотя необходимо заметить, что Н.Хрущев советовал Я.Кадару вести дело бывшего венгерского лидера в «мягких рукавичках» — посадить в тюрьму на 5—6 лет, а потом устроить преподавателем в каком-нибудь институте в провинции. Но Янош Кадар не послушал «патрона»: Имре Надь и шесть главных его сподвижников были казнены через повешение. Было проведено 22 тыс. судебных разбирательств, еще 400 чел. были приговорены к смертной казни и 20 тыс. — высланы из страны.

Попытка «демократизации» венгерского общества снизу окончилась провалом. После подавления мятежа на территории Венгрии была сформирована Южная группа войск, в состав которой вошли 21-я Полтавская и 19-я Николаевско-Будапештская гвардейские танковые дивизии.

Я.Кадар правил Венгрией еще более 30 лет. Но строил он не тот социализм, который развивался на территории Советского Союза. Кадар постоянно подчеркивал, что

социализм — это далекая перспектива и спешить не надо. В Венгрии он ввел альтернативные выборы (несколько кандидатов на одно место), частичную либерализацию цен, экономические рычаги управления предприятиями.

Была осуществлена программа развития коммерческих банков, акционерных обществ и бирж, экономика Венгрии осталась многоукладной — на рынке конкурировали

между собой государственные, кооперативные и частные предприятия. В качестве ремарки можно отметить, что «отец» венгерских экономических реформ Р.Ньерш в свое время передал опыт венгерских преобразований Китаю, что по сей день дает КНР стабильность развития и положительный эффект.

После ликвидации Совета экономической взаимопомощи (читай социалистического лагеря) и, соответственно, ее военной компоненты (Организации стран Варшавского договора) Венгрия быстро выбрала прозападную ориентацию, и уже к 1999 г. стала полноправным членом военной организации Запада в ходе выполнения программы «Расширения НАТО на Восток».

Однако в настоящее время наблюдается определенное оживление контактов Венгрии и России в военно-технической сфере. Устаревшие венгерские бронемашины предлагается заменить на российские БТРы, предполагаются поставки российских танков. Заметно оживились поставки запасных частей для различных образцов военной техники и оружия российского производства, которым в основном оснащена венгерская армия.