Вторая мировая война: борьба на морских коммуникациях в Заполярье

Победы Вооруженных Сил СССР в 1943 г. привели к некоторому улучшению обстановки на морских театрах военных действий. Расширились возможности советских флотов в борьбе на морских коммуникациях, в оказании помощи сухопутным войскам при осуществлении наступательных операций на приморских направлениях. Вместе с тем противник, удерживая обширные прибрежные районы, по-прежне­му затруднял базирование и ограничивал действия флотов.

На Северном флоте, которым командовал вице-адмирал А. Г. Головко, существенных изменений не произошло. Приморский фланг Ка­рельского фронта был стабильным. Прежним остался и характер морских перевозок противника, который по прибрежной коммуникации снабжал из Германии свои войска, действовавшие в Заполярье, а обратно через порты Варангер-фьорда вывозил стратегическое сырье — никелевую и же­лезную руду. Поскольку движение вражеских конвоев было интенсивным, боевые действия вдоль северного побережья Норвегии носили систе­матический характер и требовали от обеих сторон активного использо­вания авиации, подводных лодок и надводных кораблей.

Важной задачей Северного флота являлось обеспечение переходов союзных конвоев в СССР и обратно. Порты Мурманск и Архангельск в го­ды войны приняли почти четвертую часть грузов от общего количества поставок США и Англии Советскому Союзу. Северный флот усиливал охрану союзных конвоев в своей наиболее опасной операционной зоне, так как здесь морские пути проходили вблизи побережья Норвегии, где ба­зировались крупные силы противника. Кроме того, он самостоятельно обеспечивал внутренние сообщения по Баренцеву и Белому морям, имев­шие для СССР большое значение, и содействовал 14-й армии Карельского фронта, прикрывая ее приморский фланг.

Борьба с флотом Германии, сосредоточенным в Северной Норвегии, являлась общей задачей союзников, в первую очередь СССР и Великобритании. В ходе защиты внешней коммуникации Северный флот наладил устойчивое оперативное и тактическое взаимодействие с силами англий­ского флота при совместном обеспечении движения конвоев, а также при ударах по германским кораблям и авиации.

Ядро крупных вражеских надводных кораблей неизменно находилось в Заполярье. Сюда же противник стянул значительное число подводных лодок. В Северной Норвегии в декабре 1943 г продолжали дислоцироваться линейные корабли «Шарнхорст» и «Тирпиц», 14 эскадренных мино­носцев и миноносцев, 2 минных заградителя, более 50 сторожевых ко­раблей и тральщиков, флотилия торпедных катеров и другие малые корабли. Против конвоев использовалось до 20 подводных лодок и свыше 200 самолетов.

Но группировка германских вооруженных сил в Северной Норвегии, хотя и была значительной, уже потеряла прежние возможности, поскольку ее авиация ослабла в связи с перебросками самолетов прежде всего на другие участки советско-германского фронта. Потеряв господство в воз­духе, противник главную ставку делал на подводные лодки, а крупные надводные корабли пытался использовать лишь ночью и в нелетную погоду.

Тяжелые корабли германского флота все еще сохраняли возможность выхода из Северной Норвегии для нападения на союзные конвои, вы­нуждая английское адмиралтейство держать на севере мощную группи­ровку флота, включавшую линейные корабли и авианосцы. Чтобы вы­свободить эту группировку для предстоящего вторжения во Францию, оно искало пути уничтожения линейных кораблей противника.

К этому времени общее соотношение сил в Атлантическом океане еще больше изменилось в пользу союзных держав. Усилилась активность англо-американского флота и авиации, корабли и самолеты которых осна­щались более совершенными средствами поиска и уничтожения подводных лодок противника. Западные союзники могли уже без значительных по­терь осуществлять большие перевозки через океан.

Германское командование путем введения отдельных технических новшеств — самонаводящихся акустических торпед, ботее совершенных радиолокационных и гидроакустических станций — пыталось повысить эффективность действий своих подводных лодок и изменить ход войны на море. Но потери рейха в подводных лодках были таковы, что германское морское командование все чаще стало задумываться о целесообраз­ности и оправданности продолжения подводной войны вообще, давав­шей ранее ему единственный шанс на успех при ведении борьбы на океан­ских и морских просторах.

Государственный Комитет Обороны, учитывая важную роль Северного флота в защите внешних морских коммуникаций, принимал меры для укрепления его сил Флот пополнялся торпедными катерами, самоле­тами минно-торпедной, бомбардировочной и штурмовой авиации, которые приобретали все большее значение в защите своих коммуникаций и нару­шении морских сообщений противника. К началу 1944 г в боевой состав Северного флота входили 23 подводные лодки, лидер и 8 эскадренных миноносцев, 20 сторожевых кораблей, 14 торпедных катеров, 63 охотника за подводными лодками и сторожевых катера, 36 базовых тральщиков, 40 катеров-тральщиков, 353 самолета. В январе — марте на флот прибы­ло еще 20 торпедных катеров, из которых была сформирована отдель­ная бригада. Сторожевые катера вооружались установками реактив­ной и зенитной артиллерии, оснащались радиотехническими средствами.



В марте 1943 г. союзники, ссылаясь на различные причины, а фактически по политическим мотивам, прекратили отправку конвоев в се­верные порты СССР. Советские руководители не раз настойчиво напоминали Англии и США о необходимости посылки конвоев, доказывая, что без использования наиболее короткого Северного пути осуществление запланированных поставок невозможно. Это возымело действие, и в но­ябре отправка конвоев была возобновлена.

В связи с улучшением обстановки морские перевозки стали осуществляться по-новому. Конвои направлялись непосредственно из Англии, минуя Исландию, которая прежде использовалась как место их форми­рования и исходный пункт следования. Кроме того, если раньше круп­ные надводные корабли обеспечивали безопасность следования конвоев лишь на западном участке пути, то теперь, не боясь авиации противника, они начали осуществлять это и на восточном участке с заходом в Кольский залив.

К защите союзных конвоев в операционной зоне Северного флота со­ветское Верховное Главнокомандование относилось как к задаче перво­степенной важности. Для обеспечения проводки конвоя в своей зоне флот стал каждый раз выделять более 40 боевых кораблей и вспомогательных судов, а также до 2 авиационных дивизий. Была проделана огромная работа по сокращению сроков пребывания транспортов и кораблей союз­ников в советских портах и обеспечению там их безопасности. Стало более тесным взаимодействие флота с Войсками ПВО страны; значительно воз­росла надежность противовоздушной обороны Мурманска и Кольского залива. Так, в начале апреля из состава двух конвоев (JW-57 и JW-58) в Кольском заливе находилось 117 судов и боевых кораблей, в том числе 74 транспорта и 6 танкеров, однако ни один вражеский самолет не прорвался к заливу.

На период прибытия и ухода конвоя командование флота составляло согласованный с английской военно-морской миссией план обеспечения. Реализация его, по существу, выливалась в операцию по защите конвоев. Она заключалась в непосредственном усилении их охранения, в прикры­тии конвоев истребителями, обеспечении безопасности маршрутов от не­мецких подводных лодок и мин, развертывании своих подводных лодок на пути возможного выхода крупных надводных кораблей противника из нор­вежских шхер, отражении налетов вражеской авиации на советские пор­ты, проведении воздушной разведки, нанесении ударов по аэродромам про­тивника и в других действиях флота.

Впервые такие операции были проведены в конце 1943 г. Так, 25 нояб­ря, когда из Англии прибывал конвой JW-54A, авиация флота нанесла удары по аэродромам врага, уничтожив 11 самолетов на земле и 14 — в воздушных боях, свои потери составили 14 самолетов. Торпедоносцы и бомбардировщики дежурили на аэродромах в ожидании сигнала о вы­ходе крупных вражеских кораблей. Одновременно успешно действовали и другие силы флота.

Учитывая тяжелую для себя обстановку на советско-германском фронте, враг продолжал поиски эффективных способов борьбы против союзных конвоев. Главнокомандующий военно-морским флотом Германии гросс-адмирал К. Дениц считал, что ради помощи сухопутным войскам, действовавшим на восточном фронте, стоит идти на риск и попытаться сорвать снабжение русских армий военными материалами через северные порты. Поэтому, несмотря на угрозу высадки американо-английских войск в Западной Европе, немецко-фашистское руководство не ослабляло силы флота на Севере. Планы действий против союзных конвоев неодно­кратно рассматривались в ставке германского верховного главного коман­дования, но удовлетворительного решения так и не нашлось. Дениц до­казывал, что германские подводные лодки были лишены возможности пробиться к конвоям своих противников в связи с увеличением у них противолодочных кораблей и самолетов, и настаивал на усилении гергманской авиации в Северной Норвегии. Главнокомандующий ВВС Г. Геринг отказывался увеличить там количество самолетов, утверждая, что, если конвой будет обнаружен за три дня, времени окажется достаточ­но для переброски германской авиации на Север из других районов.

Получив в декабре сведения о движении конвоя JW-55B, германское командование решило его атаковать крупными надводными кораблями. Бывший гитлеровский адмирал Ф. Руге в послевоенное время писал, что дальнейшее ухудшение положения на восточном фронте побудило военно-морское командование направить против конвоя кроме подводных лодок линейный корабль «Шарнхорст» и пять эскадренных миноносцев. Это было очень рискованное решение, поскольку преимущество было на стороне союзных флотов.

Британское адмиралтейство тщательно подготовилось к встрече вражеского линкора. Помимо непосредственного охранения были созданы отряды ближнего прикрытия (три крейсера) и дальнего (новейший линейный корабль «Дюк оф Йорк», крейсер «Джамейка» и четыре эскад­ренных миноносца). Численное превосходство сочеталось с преимуще­ством в радиолокации: на английских кораблях имелись новые стан­ции, в то время как на «Шарнхорсте» — устаревшие.

26 декабря 1943 г. в результате нескольких артиллерийских ударов и торпедных атак немецкий линкор был потоплен. Английское командование получило возможность направлять свои корабли из состава фло­та метрополии на другие театры военных действий. Потопление «Шарнхорста» имело большое морально-политическое значение. И. В. Сталин поздравил У. Черчилля и главнокомандующего флотом метрополии ад­мирала Б. Фрезера с победой. Сердечно приветствовали моряков анг­лийской эскадры офицеры и матросы Северного флота при встрече их в Кольском заливе.

С уничтожением последнего боеспособного германского линкора опас­ность нападения надводных сил противника на конвои практически пе­рестала существовать. Английское адмиралтейство возвратилось к форми­рованию крупных конвоев, изменив организацию их охранения. По­скольку основная опасность для конвоев исходила от подводных лодок и авиации, отпала необходимость в отрядах прикрытия из линейных ко­раблей и тяжелых крейсеров, а включение авианосцев и крейсеров ПВО в охранение усиливало противолодочную и противовоздушную оборону.

Дениц пытался добиться успеха, изменив тактику действий. Он приказал направлять для нанесения ударов по конвоям максимальное коли­чество подводных лодок. Если раньше они атаковывали транспорты в открытом море, то теперь занимали позиции у побережья, на выходе из баз, особенно на подходах к Кольскому заливу. Для союзных и советских судов возникла серьезная опасность в прибрежных водах.

Учитывая изменение обстановки, командование Северного флота для борьбы с подводными лодками привлекло большую часть кораблей и авиа­ции. Поиск лодок самолетами стал проводиться до меридиана 20° восточ­ной долготы в 30-мильной зоне по обе стороны маршрута конвоя.

В результате, несмотря на резкое усиление активности, немецкие подводные лодки не могли успешно действовать без поддержки авиации против сильно охраняемых конвоев. Даже в случае раннего обнаружения конвоя лодкам не удавалось нанести большой ущерб кораблям охране­ния и транспортам. Так, с 5 по 9 февраля 1944 г. восемь подводных ло­док группы «Вервольф», преследуя конвой RA-56, не сумели выйти на позиции для пуска торпед. В конце этого месяца германская воздуш­ная разведка навела на конвой, следовавший в СССР, 15 подводных ло­док группы «Хартмунт», однако корабли охранения потопили две немец­кие подводные лодки, а транспорты конвоя без потерь вошли в Коль­ский залив. 4 марта воздушная разведка, обнаружив конвой RA-57, сооб­щила его координаты подводным лодкам группы «Тайфун», развернутым в море. Но в течение трех суток немецкие подводники из-за сильного охранения конвоя не могли сблизиться с транспортами и, потеряв две лод­ки, отказались от преследования. 4 апреля в СССР прибыл также без по­терь союзный конвой JW-58 в составе 48 транспортов и 29 кораблей охра­нения, в том числе крейсера ПВО, 2 конвойных авианосцев и 20 мино­носцев. Атаки подводных лодок и одиночных самолетов на конвой были отражены, при этом потоплены четыре подводные лодки противника.

С ноября 1943 г. по апрель 1944 г. в пяти конвоях в Мурманск и Архангельск пришел 191 транспорт. В то же время из северных портов СССР было отправлено 201 транспортное судно. Германские подводные лодки потопили всего три судна. В борьбе за внешние коммуникации союзники одержали важную победу. Тем не менее руководители Велико­британии в апреле снова прервали движение конвоев, возобновив его лишь в конце августа.

Успешно защищал Северный флот и внутренние морские сообщения между портами Белого и Баренцева морей. С января по июнь здесь прошло 106 конвоев в составе 282 судов и 373 кораблей охранения. Потери их составили менее полупроцента.

Вместе с тем советский флот, систематически наращивая силу ударов по противнику, все больше нарушал имевшие для Германии важное стра­тегическое значение морские перевозки вдоль северного побережья Нор­вегии. Этим путем гитлеровцы вывозили продукцию никелевых разрабо­ток из Петсамо, снабжали 20-ю горную армию, насчитывавшую с частями усиления до 200 тыс. человек. Непрерывно растущий объем перевозок заставлял германское верховное командование усиливать оборону своих заполярных коммуникаций.

С увеличением сил Северного флота происходили изменения в способах его действий. Если в предыдущие годы на вражеских коммуникаци­ях действовали преимущественно подводные лодки, то теперь наряду с ними ударной силой стала и авиация. Район ее действий расширился к западу от мыса Нордкап вплоть до Тромсё, мощь ударов значительно возросла. За первое полугодие 1944 г. воздушные силы Северного флота совершили, главным образом по конвоям, более 240 атак, в которых в об­щей сложности участвовало 2760 самолетов. Авиация же противника про­вела 55 атак, преимущественно по объектам на берегу, с привлечением лишь 224 самолетов.

Северный флот перешел к организации операций с участием разнородных сил при нанесении ударов по одному и тому же конвою. В них использовались подводные лодки, самолеты, торпедные катера и эскадрен­ные миноносцы. При этом ударная группа подводных лодок занимала позиции ожидания севернее трассы движения конвоев. Создавалась на­висающая завеса, угрожавшая вражеским транспортам. Авиация вела разведку и действовала вплоть до Тромсё. Получив сведения об об­наружении противника, подводные лодки кратчайшим путем следовали на перехват конвоя и атаковывали его, а затем вновь занимали позиции ожидания. Их действия поддерживались другими силами флота.

С 16 января по 5 февраля флот осуществил первую такую операцию, в которой участвовало 12 подводных лодок, самолеты-торпедоносцы, 4 эскадренных миноносца и 4 торпедных катера. В ходе ее подводные лод­ки «М-201», «С-56», «С-102» потопили 3 транспорта противника водоизме­щением 7480 тонн. В феврале — мае было проведено еще ряд подобных операций на вражеских коммуникациях у берегов Северной Норвегии.

С наступлением полярного дня авиация стала одной из главных ударных сил флота. Эффективность ее действий была значительной. Так, 11 мая в течение 12 часов 207 самолетов подвергли ударам один и тот же конвой, потопив 2 транспорта и 5 кораблей охранения противника. Наибольшие результаты в действиях по конвоям были достигнуты в Варангер-фьорде, где удалось массировать все рода сил флота, а вход в Петсамо блокировать с полуострова Средний батареями береговой артил­лерии.

Северный флот нанес врагу значительные потери в тоннаже судов и в перевозимых грузах. С декабря 1943 г. по май 1944 г. было проведено 160 атак, потоплено 93 транспортных судна и боевых корабля и 63 повреждено, 7 вражеских судов подорвались на минах.

Важную роль в достижении успеха боевых действий Северного флота сыграла партийно-политическая работа, направленная на развитие высокой боевой активности и совершенствование боевой выучки личного состава. Командиры, политорганы, партийные и комсомольские орга­низации широко популяризировали боевой опыт передовых кораблей, частей и соединений, добивались примерности коммунистов и комсомоль­цев в выполнении боевых задач. Большая работа проводилась по выпол­нению требований приказа наркома ВМФ от 25 декабря 1943 г. о под­готовке старшин и сержантов как непосредственных руководителей под­чиненными в бою. Важное место в героико-патриотическом воспитании заняло, как и на других флотах, разъяснение Указов Президиума Вер­ховного Совета СССР от 5 февраля 1944 г. об утверждении нового образца Красного Знамени, гвардейского Красного Знамени и Положения о Крас­ном Знамени войсковых частей и соединений Военно-Морского Флота и от 3 марта об учреждении орденов и медалей Ушакова и Нахимова.

Значительно выросли и окрепли партийные и комсомольские организации. Количество коммунистов на флоте увеличилось с января по июнь 1944 г. с 21,7 тыс. до 25,3 тыс. человек. Особенно высокой была партийная и комсомольская прослойка на подводных лодках, малых над­водных кораблях и в авиации. Так, на 1 января 1944 г. в Краснознамен­ной бригаде подводных лодок каждый второй являлся членом или канди­датом в члены ВКП(б), а в экипажах сторожевых катеров было от 50 до 90 процентов коммунистов.

В ходе боевых действий личный состав Северного флота проявил высокий героизм. Воины не жалели жизни для победы. Например, 23 апре­ля 1944 г. в районе Варангер-фьорда совершил подвиг парторг эскад­рильи 46-го штурмового авиаполка И. Б. Катунин. Когда его самолет оказался подбитым и загорелся, отважный патриот направил машину на немецкий транспорт и потопил его. Капитану Катунину и стрелку сер­жанту А. М. Маркину посмертно было присвоено звание Героя Совет­ского Союза.

В зимне-весенний период 1944 г. Северный флот достиг значительных успехов в защите внешних морских коммуникаций. Морские перевозки союзников осуществлялись почти без потерь. Вместе с тем увеличилась сила ударов по вражеским коммуникациям. Соотношение сил на Севере еще больше изменилось в пользу антигитлеровской коалиции.