Вторая мировая война: итоги битвы на Курской дуге

Битва на Курской дуге стала одним из важнейших этапов на пути к победе Советского Союза над фашистской Германией. По размаху, напряженности и результатам она стоит в ряду крупнейших битв второй мировой войны. Битва продолжалась менее двух месяцев. За это время на сравнительно небольшой территории произошло ожесточенное столк­новение громадных масс войск с привлечением самой современной по тому времени боевой техники.

В сражения с обеих сторон было вовлечено более 4 млн. человек, свыше 69 тыс. орудий и минометов, более 13 тыс. танков и самоходных орудий и до 12 тыс. боевых самолетов. Со стороны вермахта в ней участвовало более 100 дивизий, что составляло свыше 43 процентов дивизий, находившихся на советско-германском фронте. Победоносные для Советской Армии танковые сражения явились вели­чайшими во второй мировой войне. «Если битва под Сталиш радом пред­вещала закат немецко-фашистской армии, то битва под Курском поста­вила ее перед катастрофой».

Не сбылись надежды военно-политического руководства «третьего рейха» на успех операции «Цитадель». Советские войска в ходе этой битвы разгромили 30 дивизий, вермахт потерял около 500 тыс. солдат и офи­церов, 1,5 тыс. танков, 3 тыс. орудий и более 3,7 тыс. самолетов.

Особенно тяжелые поражения были нанесены танковым соединениям гитлеровцев. Из 20 танковых и моторизованных дивизий, принимавших участие в битве под Курском, 7 оказались разгромленными, а остальные понесли значительные потери. Полностью возместить этот урон фашист­ская Германия уже не могла. Генеральному инспектору бронетанковых войск Германии генерал-полковнику Гудериану пришлось признать: «в результате провала наступления «Цитадель» мы потерпели решитель­ное поражение. Бронетанковые войска, пополненные с таким большим трудом, из-за больших потерь в людях и технике на долгое время были выведены из строя. Их своевременное восстановление для ведения обо­ронительных действий на восточном фронте, а также для организации обороны на Западе, на случай десанта, который союзники грозились высадить следующей весной, было поставлено под вопрос... и уже больше на восточном фронте не было спокойных дней. Инициатива полностью перешла к противнику...»

В этой битве окончательно потерпела крах наступательная стратегия вермахта, провалилась его попытка вырвать стратегическую инициативу и повернуть ход войны в свою пользу. Советское командование полностью закрепило за собой стратегическую инициативу и не упускало ее до окон­чания войны. После Курской битвы соотношение сил и средств решительно изменилось в пользу Советской Армии. Вооруженные силы нацистской Германии и ее союзников были вынуждены перейти к обороне на всех театрах второй мировой войны.

Провал наступательной стратегии на Востоке заставил командование вермахта изыскивать новые способы ведения войны, с тем чтобы попытать­ся спасти фашизм от надвигавшегося разгрома. Оно рассчитывало перевести войну в позиционные формы, выиграть время, надеясь внести раскол в антигитлеровскую коалицию. Западногерманский историк В. Хубач пишет: «На восточном фронте немцы сделали последнюю попытку перехватить инициативу, но безуспешно. Неудавшаяся опе­рация «Цитадель» оказалась началом конца немецкой армии. С тех пор немецкий фронт на Востоке так больше и не стабилизиро­вался».

Сокрушительный разгром немецко-фашистских армий на Курской дуге свидетельствовал о возросшей экономической, политической и воен­ной мощи Советского Союза. Победа под Курском явилась результатом ве­ликого подвига Советских Вооруженных Сил и самоотверженного труда советского народа. Это было новое торжество мудрой политики Комму­нистической партии и Советского правительства.

Планируя операцию «Цитадель», гитлеровцы возлагали большие надежды на новую технику — танки «тигр» и «пантера», штурмовые орудия «фердинанд», самолеты «Фокке-Вульф-190А». Они полагали, что поступившее в вермахт новое оружие превзойдет советскую боевую тех­нику и обеспечит победу. Однако этого не случилось. Советские конст­рукторы создали новые образцы танков, самоходно-артиллерийских уста­новок, самолетов, противотанковой артиллерии, которые по своим так­тико-техническим данным не уступали, а часто и превосходили подоб­ные системы противника. Сражаясь на Курской дуге, советские воины постоянно ощущали поддержку рабочего класса, колхозного крестьян­ства, интеллигенции, вооружавших армию превосходной боевой техни­кой, обеспечивавших ее всем необходимым для победы. Образно говоря, в этой грандиозной битве плечом к плечу с пехотинцем, танкистом, артил­леристом, летчиком, сапером сражались металлист, конструктор, инже­нер, хлебороб. Ратный подвиг солдат сливался с самоотверженной работой тружеников тыла. Единение тыла и фронта, выкованное Коммунисти­ческой партией, создавало незыблемый фундамент боевых успехов Со­ветских Вооруженных Сил. Большая заслуга в разгроме немецко-фашист­ских войск под Курском принадлежала советским партизанам, развер­нувшим активные действия в тылу врага.

Битва под Курском имела огромное значение для хода и исхода со­бытий на советско-германском фронте в 1943 г. Она создала благоприят­ные условия для общего наступления Советской Армии.

Победа советских войск на Курской дуге имела крупнейшее международное значение. Она оказала большое воздействие на дальнейший ход второй мировой войны. В результате разгрома значительных сил вер­махта создались выгодные условия для высадки англо-американских войск в Италии в начале июля 1943 г. Поражение вермахта под Курском прямо повлияло и на замыслы немецко-фашистского командования, свя­занные с оккупацией Швеции. Ранее разработанный план вторжения гитлеровских войск в эту страну был отменен в связи с тем, что советско-германский фронт поглотил все резервы врага. Еще 14 июня 1943 г. швед­ский посланник в Москве заявил: «Швеция прекрасно понимает, что если она до сих пор остается вне войны, то только благодаря военным успехам СССР. Швеция признательна за это Советскому Союзу и прямо об этом говорит».

Возросшие потери на фронтах, особенно на Востоке, тяжелые послед­ствия тотальной мобилизации и растущее освободительное движение в странах Европы сказались на внутренней обстановке в Германии, на моральном состоянии немецких солдат и всего населения. В стране усили­валось недоверие к правительству, участились критические высказыва­ния в адрес фашистской партии и государственного руководства, росло сомнение в достижении победы. Гитлер пошел на дальнейшее усиление репрессий для укрепления «внутреннего фронта». Но ни кровавый террор гестапо, ни колоссальные усилия пропагандистской машины Геббельса не могли нейтрализовать то влияние, которое оказало поражение под Кур­ском на моральный дух населения и солдат вермахта.

Огромные потери боевой техники и вооружения предъявили новые требования к военной промышленности Германии и еще больше осложнили положение с людскими ресурсами. Привлечение в промышленность, сельское хозяйство и транспорт иностранных рабочих, которым гитлеров­ский «новый порядок» был глубоко враждебен, подрывало тыл фашист­ского государства.

После поражения в Курской битве еще больше ослабло влияние Германии на государства фашистского блока, ухудшилось внутриполити­ческое положение стран-сателлитов, усилилась внешнеполитическая изо­ляция рейха. Катастрофический для фашистской верхушки итог Курской битвы предопределил дальнейшее охлаждение отношений между Германи­ей и нейтральными странами. Эти страны сократили поставки сырья и материалов «третьему рейху».



Победа Советской Армии в битве на Курской дуге еще выше подняла авторитет Советского Союза как решающей силы, противостоящей фашизму. Весь мир с надеждой смотрел на социалистическую державу и ее армию, несущую человечеству избавление от нацистской чумы.

Победоносное завершение Курской битвы усилило борьбу народов пора­бощенной Европы за свободу и независимость, активизировало деятель­ность многочисленных групп движения Сопротивления, в том числе и в са­мой Германии. Под влиянием побед на Курской дуге народы стран анти­фашистской коалиции стали еще решительнее выступать с требованием о быстрейшем открытии второго фронта в Европе.

Успехи Советской Армии отразились на позиции правящих кругов США и Англии. В самый разгар Курской битвы президент Рузвельт в специальном послании главе Советского правительства писал: «В течение месяца гигантских боев Ваши вооруженные силы своим мастерством, своим мужеством, своей самоотверженностью и своим упорством не толь­ко остановили давно замышлявшееся германское наступление, но и на­чали успешное контрнаступление, имеющее далеко идущие последствия...

Советский Союз может справедливо гордиться своими героическими победами».

В Курской битве с новой силой проявилось превосходство советского военного руководства и военного искусства. Она показала, что Советские Вооруженные Силы представляют собой хорошо слаженный организм, в котором гармонически сочетаются все виды и рода войск.

Оборона советских войск под Курском выдержала суровые испытания и достигла своих целей. Советская Армия обогатилась опытом орга­низации глубоко эшелонированной обороны, устойчивой в противотанко­вом и противовоздушном отношении, а также опытом решительного ма­невра силами и средствами. Широко использовались заранее созданные стратегические резервы, большинство которых было включено в специаль­но созданный Степной округ (фронт). Его войска увеличивали глубину обороны в стратегическом масштабе и приняли активное участие в обо­ронительном сражении и в контрнаступлении. Впервые в Великой Оте­чественной войне общая глубина оперативного построения фронтов в обороне достигала 50—70 км. Возросли массирование сил и средств на на­правлениях ожидаемых ударов противника, а также общие оперативные плотности войск в обороне. Значительно возросла стойкость обороны за счет насыщения войск боевой техникой и вооружением.

Противотанковая оборона достигала глубины до 35 км, увеличилась плотность артиллерийского противотанкового огня, более широкое применение нашли заграждения, минирование, противотанковые резервы и подвижные отряды заграждения.

Большую роль в повышении устойчивости обороны играл маневр вто­рыми эшелонами и резервами, который осуществлялся из глубины и вдоль фронта. Так, например, в ходе оборонительной операции на Воронежском фронте перегруппировкой были охвачены около 35 процентов всех стрелковых дивизий, свыше 40 процентов частей истребительно-противотанковой артиллерии и почти все отдельные танковые и механизи­рованные бригады.

В битве на Курской дуге Советские Вооруженные Силы в третий раз в ходе Великой Отечественной войны успешно осуществили стратегическое контрнаступление. Если подготовка контрнаступления под Моск­вой и Сталинградом протекала в обстановке тяжелых оборонительных боев с превосходящими силами противника, то под Курском сложились иные условия. Благодаря успехам советской военной экономики и целе­направленным организационным мероприятиям по подготовке резервов со­отношение сил уже к началу оборонительного сражения сложилось в пользу Советской Армии.

В ходе контрнаступления советские войска показали высокое искусство в организации и ведении наступательных операций в летних условиях. Правильный выбор момента перехода от обороны в контрнаступление, тесное оперативно-стратегическое взаимодействие пяти фронтов, ус­пешный прорыв заблаговременно подготовленной обороны противника, умелое ведение одновременного наступления на широком фронте с нане­сением ударов на нескольких направлениях, массированное использо­вание бронетанковых войск, авиации и артиллерии — все это имело гро­мадное значение для разгрома стратегических группировок вермахта.

В контрнаступлении впервые за время войны стали создаваться вторые эшелоны фронтов в составе одной-двух общевойсковых армий (Во­ронежский фронт) и мощные группировки подвижных войск. Это позво­ляло командующим фронтами наращивать удары первого эшелона и раз­вивать успех в глубину или в сторону флангов, прорывать промежуточные оборонительные рубежи, а также отражать сильные контрудары гитлеров­ских войск.

В битве под Курском обогатилось военное искусство всех видов воору­женных сил и родов войск. В обороне артиллерия более решительно мас­сировалась на направлении главных ударов противника, что обеспечи­вало по сравнению с предыдущими оборонительными операциями создание более высоких оперативных плотностей. Возросла роль артиллерии в контрнаступлении. Плотность орудий и минометов на направлении глав­ного удара наступающих войск достигала 150—230 стволов, а максималь­ная до 250 стволов на километр фронта.

В Курской битве советские танковые войска успешно решали самые сложные и разнообразные задачи как в обороне, так и в наступлении. Если до лета 1943 г, танковые корпуса и армии применялись в оборони­тельных операциях преимущественно для нанесения контрударов, то в битве под Курском они, кроме того, использовались для удержания оборонительных рубежей. Этим достигалась большая глубина оператив­ной обороны и повышалась ее устойчивость.

В ходе контрнаступления бронетанковые и механизированные войска использовались массированно, являясь основным средством коман­дующих фронтами и армиями в завершении прорыва вражеской обороны и развитии тактического успеха в оперативный. Вместе с тем опыт боевых действий в Орловской операции показал нецелесообразность использова­ния танковых корпусов и армий для прорыва позиционной обороны, так как при выполнении этих задач они несли большие потери. На белго­родско-харьковском направлении завершение прорыва тактической зоны обороны было осуществлено передовыми танковыми бригадами, а глав­ные силы танковых армий и корпусов применялись для действий в опе­ративной глубине.

На новую ступень поднялось советское военное искусство в применении авиации. В битве на Курской дуге более решительно осущест­влялось массирование сил фронтовой авиации и авиации дальнего дей­ствия на главных направлениях, улучшилось их взаимодействие с сухо­путными войсками.

В полном объеме была применена новая форма использования авиа­ции в контрнаступлении — авиационное наступление, в котором штур­мовая и бомбардировочная авиация непрерывно воздействовали на вра­жеские группировки и объекты, оказывая поддержку наземным войскам. В Курской битве советская авиация окончательно завоевала стратеги­ческое господство в воздухе и тем самым содействовала созданию благо­приятных условий для проведения последующих наступательных опера­ций.

В битве под Курском успешно выдержали проверку организацией ные формы родов войск и специальных войск. Танковые армии новой орга­низации, а также артиллерийские корпуса и другие формирования сы­грали важную роль в завоевании победы.

В сражении на Курской дуге советское командование продемонстрировало творческий, новаторский подход к решению важнейших за­дач стратегии, оперативного искусства и тактики, свое превосходство над военной школой гитлеровцев.

Органы стратегического, фронтового, армейского и войскового тыла приобрели большой опыт всестороннего обеспечения войск. Характерной особенностью организации тыла являлось приближение тыловых ча­стей и учреждений к линии фронта. Это обеспечивало бесперебойное снабжение войск материальными средствами и своевременную эвакуацию раненых и больных.

Громадный размах и напряженность боевых действий потребовали большого количества материальных средств, прежде всего боеприпасов и горючего. За период Курской битвы войскам Центрального, Воронеж­ского, Степного, Брянского, Юго-Западного и левого крыла Западного фронтов железнодорожным транспортом было подано из центральных баз и складов 141 354 вагона с боеприпасами, горючим, продовольствием и другими материальными средствами. Воздушным транспортом только войскам Центрального фронта было доставлено 1828 тонн различных снабженческих грузов.

Медицинская служба фронтов, армий и соединений обогатилась опытом проведения профилактических и санитарно-гигиенических меро­приятий, умелого маневра силами и средствами медико-санитарных учреждений, широкого применения специализированной медицинской помощи. Несмотря на значительные потери, которые несли войска, мно­гие раненые уже в ходе Курской битвы благодаря усилиям военных ме­диков возвратились в строй.

Гитлеровские стратеги для планирования, организации и ведения операции «Цитадель» использовали старые, ставшие шаблоном способы и методы, которые не соответствовали новой обстановке и были хорошо известны советскому командованию. Это признается рядом буржуазных историков. Так, английский историк А. Кларк в работе «Барбаросса» отмечает, что немецко-фашистское командование снова делало ставку на молниеносный удар с широким применением новой боевой техники: «Юнкерсы, короткая интенсивная артподготовка, тесное взаимодейст­вие массы танков и пехоты... без должного учета изменившихся условий, за исключением простого арифметического увеличения соответствующих компонентов» . Западногерманский историк В. Гёрлитц пишет, что на­ступление на Курск в основе своей осуществлялось «в соответствии со схемой предыдущих сражений — танковые клинья действовали с целью охвата с двух направлений».

Реакционные буржуазные исследователи второй мировой войны при­ложили немало усилий, чтобы извратить события под Курском. Они ста­раются реабилитировать командование вермахта, затушевать его про­махи и всю вину за провал операции «Цитадель» возложить на Гитлера и его ближайших сподвижников. Это положение было выдвинуто сразу же после окончания войны и упорно отстаивается до настоящего времени. Так, бывший начальник генерального штаба сухопутных сил генерал-полковник Гальдер еще в 1949 г. в работе «Гитлер как полководец», умы­шленно искажая факты, утверждал, будто весной 1943 г. при выработке плана войны на советско-германском фронте «командующие группами армий и армиями и военные советники Гитлера из главного командования сухопутных сил безуспешно пытались для преодоления большой оператив­ной угрозы, создавшейся на Востоке, направить его на единственный путь, обещавший успех, — на путь гибкого оперативного руководства, которое, подобно искусству фехтования, заключается в быстром чередо­вании прикрытия и нанесения удара и компенсирует недостаток сил искусным оперативным руководством и высокими боевыми качествами войск...».

Документы свидетельствуют, что просчеты в планировании вооруженной борьбы на советско-германском фронте допустило как полити­ческое, так и военное руководство Германии. Не справилась со своими за­дачами и разведывательная служба вермахта. Утверждения о непричаст­ности немецкого генералитета к выработке важнейших политических и военных решений противоречат фактам.

Не выдерживает критики и тезис о том, что наступление гитлеровских войск под Курском имело ограниченные цели и что провал операции «Цитадель» не может рассматриваться как явление стратегического зна­чения.

В последние годы появились работы, в которых дается довольно близкая к объективной оценка ряда событий Курской битвы. Американский историк М. Кейдин в книге «Тигры» горят» характеризует Курскую битву как «величайшее сухопутное сражение, какое когда-либо имело место в истории», и не соглашается с мнением многих исследователей на Западе, что она преследовала ограниченные, «вспомогательные» цели. «История глубоко сомневается, — пишет автор, — в немецких утвержде­ниях, будто они не верили в будущее. Все решалось под Курском. То, что случилось там, определяло будущий ход событий». Эта же мысль отражена в аннотации к книге, где отмечается, что битва под Курском «сломала хребет немецкой армии в 1943 году и изменила весь ход второй мировой войны... Немногие за пределами России понимают всю чудовищ­ность этого ошеломительного столкновения. Фактически даже сегодня Советы испытывают горечь, так как они видят, как западные историки умаляют значение русского триумфа под Курском».

Почему же последняя попытка немецко-фашистского командования осуществить крупное победоносное наступление на Востоке и вернуть утраченную стратегическую инициативу потерпела крах? Главными причинами провала операции «Цитадель» явились все более крепнущая экономическая, политическая и военная мощь Советского Союза, превос­ходство советского военного искусства, беспредельный героизм и мужество советских воинов. В 1943 г. советская военная экономика дала боевой техники и вооружения больше, чем промышленность фашистской Германии, использовавшей ресурсы порабощенных стран Европы. Но рост военного могущества Советского государства и его Вооруженных Сил игнориро­вали нацистские политические и военные руководители. Недооценка возможностей Советского Союза и переоценка собственных сил явились выражением авантюризма фашистской стратегии.

С чисто военной точки зрения полный провал операции «Цитадель» в известной мере обусловливался тем, что вермахту не удалось достичь внезапности удара. Благодаря четкой работе всех видов разведки, в том числе и воздушной, советское командование знало о готовящемся наступлении и приняло необходимые меры. Военное руководство вермах­та полагало, что мощным танковым таранам, поддержанным массирован­ными действиями авиации, не способна противостоять никакая оборона. Но эти прогнозы оказались необоснованными, танки ценой огромных потерь лишь незначительно вклинились в советскую оборону к северу и югу от Курска и завязли в обороне.

Важной причиной краха операции «Цитадель» явилась скрытность подготовки советских войск как к оборонительному сражению, так и к контрнаступлению. Фашистское руководство не имело полного представ­ления о планах советского командования. В подготовленной 3 июля,, то .есть накануне немецкого наступления под Курском, отделом изучения армий Востока «Оценке действий противника при проведении операции «Цитадель» нет даже упоминания о возможности перехода в контрнасту­пление советских войск против ударных группировок вермахта. О круп­ных просчетах немецко-фашистской разведки в оценке сил Советской Армии, сосредоточенных в районе Курского выступа, убедительно свиде­тельствует отчетная карта оперативного отдела генерального штаба сухопутных сил немецкой армии, подготовленная 4 июля 1943 г. На ней даже сведения о советских войсках, развернутых в первом оперативном эшелоне, отражены неточно. Совсем отрывочные данные немецкая развед­ка имела о резервах, находившихся на курском направлении.

В начале июля положение на советско-германском фронте и воз­можные решения советского командования оценивались политическими и военными руководителями Германии, по существу, с прежних пози­ций. Они твердо верили в возможность крупной победы.

В сражениях под Курском советские воины проявили мужество, стойкость и массовый героизм. Коммунистическая партия и Советское правительство высоко оценили величие их подвига. На знаменах многих соединений и частей засверкали боевые ордена, 132 соединения и части получили гвардейское звание, 26 соединений и частей удостоены почет­ных наименований Орловских, Белгородских, Харьковских и Карачевских. Более 100 тыс. солдат, сержантов, офицеров и генералов были на­граждены орденами и медалями, свыше 180 человек удостоены звания Героя Советского Союза, в том числе рядовой В. Е. Бреусов, командир дивизии генерал-майор Л. Н. Гуртьев, командир взвода лейтенант В. В. Женченко, комсорг батальона лейтенант Н. М. Зверинцев, командир батареи капитан Г. И. Игишев, рядовой А. М. Ломакин, помкомвз- вода старший сержант X. М. Мухамадиев, командир отделения сержант В. П. Петрищев, командир орудия младший сержант А. И. Пет­ров, старший сержант Г. П. Поликанов, сержант В. Ф. Черненко и другие.

Победа советских войск на Курской дуге свидетельствовала о возросшей роли партийно-политической работы. Командиры и политработники, партийные и комсомольские организации помогли личному составу понять значение предстоящих боев, их роль в победе над врагом. Личным примером коммунисты увлекали за собой бойцов. Политорганы принимали меры, чтобы сохранить и пополнить парторганизации в под­разделениях. Это обеспечивало непрерывное партийное влияние на весь личный состав.

Важным средством мобилизации воинов на боевые подвиги являлась пропаганда передового опыта, популяризация отличившихся в боях частей и подразделений. Большой вдохновляющей силой обладали при­казы Верховного Главнокомандующего с объявлением благодарности личному составу отличившихся войск — они широко пропагандиро­вались в частях и соединениях, зачитывались на митингах, распростра­нялись с помощью листовок. Выписки из приказов вручались каждому воину.

Повышению морального духа советских воинов, уверенности в победе способствовала своевременная информация личного состава о собы­тиях в мире и в стране, об успехах советских войск и поражениях про­тивника.Политорганы, партийные организации, проводя активную работу по воспитанию личного состава, сыграли важную роль в достижении по­бед в оборонительных и наступательных боях. Вместе с командирами они высоко держали знамя партии, были носителями ее духа, дисциплины, стойкости и мужества, мобилизовывали и вдохновляли воинов на раз­гром врага.

«Гигантская битва на Орловско-Курской дуге летом 1943 года, — отмечал Л. И. Брежнев, — сломала хребет гитлеровской Германии и испепелила ее ударные бронетанковые войска. Всему миру стало ясным превосходство нашей армии в боевом мастерстве, в вооружении, в стратегическом руководстве».

Победа Советской Армии в битве под Курском открыла новые возможности для борьбы с немецким фашизмом и освобождения временно захваченных врагом советских земель. Прочно удерживая стратегичес­кую инициативу, Советские Вооруженные Силы все шире развертывали общее наступление.