Вторая мировая война: оборона Севастополя

Поражение советских войск на Керченском полуострове и в районе, Харькова в мае 1942 г. облегчило немецко-фашистскому командованию подготовку большого летнего наступления на Восточном фронте. Верхов­ному Главнокомандованию Советских Вооруженных Сил в той обстановке потребовались серьезное корректирование принятого стратегического решения и организация неотложных мер по противодействию наступле­нию врага.

Используя успехи, достигнутые в мае, противник в течение июня под­готовил и провел наступательные операции в районе Севастополя, на волчанском и купянском направлениях.

Еще 18 мая, когда завершался отход войск Крымского фронта с Кер­ченского полуострова, командующий Севастопольским оборонительным районом вице-адмирал Ф. С. Октябрьский получил директиву Генераль­ного штаба. В ней указывалось на необходимость усиления боеготовности войск для отражения ожидаемого вражеского наступления в Крыму: «Имея в виду возможность наступления противника в ближайшее время на Севастополь, необходимо в кратчайший срок устранить все не доделки в оборудовании оборонительной полосы, занять войсками подготовленны рубежи обороны и быть в постоянной готовности к отражению возмож ного наступления противника».

В ночь на 19 мая была подписана директива Ставки о преобразовании Северо-Кавказского направления в Северо-Кавказский фронт и определе­нии ему конкретных боевых задач, прежде всего по обороне Крыма и Кавказа. Согласно этой директиве Крымский фронт упразднялся, а его войска, а также все воинские части, соединения и учреждения, находившиеся в непосредственном подчинении главнокомандующего войскам Северо-Кавказского направления, включались в состав Северо-Кавкского фронта.

Командующему Северо-Кавказским фронтом маршалу С. М. Буденному были подчинены Севастопольский оборонительный район (часть командующего Черноморским флотом), Черноморский военно-морской флот, Азовская военная флотилия и Северо-Кавказский военный округ.

Общие задачи фронта Ставка определила так: «а) прочно удержи Севастопольский оборонительный район, оборонять Таманский полуостров и ни в коем случае не допустить форсирования противником Керчен­ского пролива и проникновения его со стороны Крыма на Северный Кавказ; б) не допустить во взаимодействии с Черноморским флотом, Азовской военной флотилией и авиацией высадки морских и воздушных десан­тов на побережье Азовского и Черного морей в границах фронта; в) не допустить высадки воздушных десантов на Таманском полуострове и тер­ритории СКВО; г) на случай попыток противника выдвинуться на ростовско-кавказском направлении прочно удерживать рубеж р. Дон и во взаи­модействии с войсками Южного фронта не допустить противника в преде­лы Северного Кавказа; д) силами Черноморского флота предусмотреть оборону всего побережья Черного моря, включая и Закавказское побе­режье».

Неудача, постигшая войска Крымского фронта на Керченском полуострове, привела к резкому ухудшению положения Севастополь жого оборонительного района. К началу июня в его составе насчитывалось 106 тыс. человек, 600 орудий и минометов и 38 танков. Авиация, базиро­вавшаяся на аэродромах в районе Севастополя, имела лишь 53 исправных самолета.

Немецкое командование после завершения наступательной перации на Керченском полуострове сосредоточило основные силы 11-й армии в составе 10 пехотных дивизий в районе Севастополя и поставило им задачу овладеть городом в кратчайший срок.

С целью усиления блокады Севастополя с моря немецкое командова­ние перебросило в крымские порты Ак-Мечеть, Евпаторию и Ялту 19 тор­педных, 30 сторожевых и 8 противолодочных катеров, 6 итальянских под­водных лодок, а также выделило специально подготовленную для действий против кораблей авиационную эскадру в составе 150 бомбардировщиков. Торпедные катера базировались главным образом на Ялту и имели воз­можность действовать на основных коммуникациях, ведущих к Севасто­польскому оборонительному району. Все это сильно затрудняло снаб­жение севастопольского гарнизона и потребовало привлечения большей части быстроходных кораблей Черноморского флота и полка транспортной авиации Ставки ВГК. Для подвоза в Севастополь боепри­пасов, горючего и продовольствия использовались также подводные лодки.

2 июня враг начал пятидневную артиллерийскую и авиационную подготовку, а утром 7 июня бросил в атаку пехоту и танки. К этому времени Приморская армия под командованием генерала И. Е. Петрова, составлявшая основу Севастопольского оборонительного района, занимала следующее положение. Первый сектор (фронт — 7,5 км), комендантом которого был командир 109-й стрелковой дивизии генерал П. Г. Новиков, обороняли 109-я и 388-я стрелковые дивизии. Второй сектор (фронт — 4 км), возглавлявшийся командиром 386-й стрелковой дивизии полковником Н. Ф. Скутельником, удерживали части 386-й стрелковой дивизии, и 8-я бригады морской пехоты. Третий сектор (фронт — 8,5 км), где комендантом был командир 25-й Чапаевской стрелковой дивизии генерал Коломиец, обороняли части 25-й дивизии, 79-я морская стрелковая бригада, 3-й полк морской пехоты, 2-й Перекопский полк морской пехоты. Оборона четвертого сектора (фронт — 6 км) возглавлялась командиром 95-й стрелковой дивизии полковником А. Г. Капитохиным. Здесь дейст­вовали части 95-й и 172-й стрелковых дивизий. В резерве командующего Приморской армией находились 345-я стрелковая дивизия полковника Н. О. Гузя, местный стрелковый полк береговой обороны, один полк 308-стрелковой дивизии, два отдельных танковых батальона, бронепоезд «Железняков».

В каждом секторе обороны Севастополя на усиление стрелковым в помощь были приданы артиллерийские полки, пулеметные батальоны дотов береговой обороны, батареи противотанковых артиллерийских полков.

В рядах защитников города было немало женщин. Воинские подвиги многих из них отмечены высокими правительственными наградами, а пу­леметчица Нина Онилова, снайпер Людмила Павличенко и разведчица Мария Байда удостоены звания Героя Советского Союза.

В адрес командования Черноморского флота и Приморской армии 12 июня поступила приветственная телеграмма от Верховного Главнокомандующего:

«Вице-адмиралу Октябрьскому, генералу Петрову.

Горячо приветствую доблестных защитников Севастополя — красноармейцев, краснофлотцев, командиров и комиссаров, мужественно отстаи­вающих каждую пядь советской земли, наносящих удары по немецким за­хватчикам и их румынским прихвостням.

Самоотверженная борьба севастопольцев служит примером героизма для всей Красной Армии и советского народа.



Уверен, что славные защитники Севастополя с достоинством и честью выполнят свой долг перед Родиной. Сталин»

Теплое приветствие Верховного Главнокомандующего еще выше подняло боевой дух в войсках Севастопольского оборонительного района.

О героизме севастопольцев в те дни много писали центральные газеты. Так, в передовой статье газеты «Правда» от 15 июня 1942 г. говорилось: «Весь советский народ, народы свободолюбивых стран с затаенным дыха­нием следят за ожесточенным сражением, которое ведет севастопольский гарнизон, отражая бешеные атаки врага. Фашистские разбойники делают отчаянную попытку сломить боевой дух защитников города.

Военные моряки, морские летчики в тесном взаимодействии и содружестве, бок о бок с доблестной Красной Армией отражают бесчисленные атаки врага, его авиации, его танков и пехоты.

Стойкость защитников Севастополя, их доблесть бессмертны. На подобный героизм способны только люди, которым свобода, честь, незави­симость и процветание своей Родины, своего государства превыше всего, превыше жизни. Плечом к плечу здесь держат оборону моряк, красноар­меец и летчик. Взаимная выручка, помощь, поддержка, совместный удар по врагу делают их непобедимыми. Самоотверженная борьба севастополь­цев — это пример героизма для всей Красной Армии, для всего советского народа».

Несмотря на самоотверженную борьбу, положение Приморской армии с каждым днем становилось все тяжелее. Отражая непрерывные атаки противника, армия несла большие потери в людях и технике. Резервы были израсходованы. С половины июня бои достигли крайнего напряже­ния. Остро ощущался недостаток боеприпасов. Сообщение с портами Кавказа было осложнено действиями специального авиационного корпу­са, торпедных катеров, подводных лодок и артиллерийских орудий врага, блокировавших Севастополь.

Подвозимое количество боеприпасов не превышало одной трети потребности. Поэтому в конце июня артиллерия вынуждена была вести огонь только прямой наводкой. Бои все чаще переходили в рукопаш­ные схватки. Контратаки поддерживались слабым пулеметным огнем и ручными гранатами. Нередко в рукопашных схватках участвовали артиллеристы и минометчики.

Для оказания помощи защитникам Севастополя Ставка Верховного Главнокомандования директивой от 19 июня приказала командующему Северо-Кавказским фронтом подготовить десантную операцию с задачей захватить восточную часть Керченского полуострова по рубежу мыс Тар­хан, гора Высокая, Керчь Начало операции было назначено на первые числа июля. В состав десантной группы были включены стрелковые диви­зия и бригада, две бригады и три батальона морской пехоты Черномор­ского флота. 66-ю отдельную морскую стрелковую бригаду Ставка переда­вала из Карельского фронта, а 154-ю — из Северо-Западного. Их перевоз­ка началась 20 июня. Однако выполнить эту задачу не удалось. Пока шла подготовка десантной операции, положение защитников Севастополя к концу месяца особенно обострилось. 29 июня противник захватил вок­зал и прорвался к центру города. Нанося огромный урон врагу, советские части и сами несли большие потери. Сохранившаяся авиация Севасто­польского оборонительного района была вынуждена перебазироваться на кавказские аэродромы. Войска остались без авиационного прикрытия. Зенитная артиллерия не имела боеприпасов. С самолетами противника борьбу вели только пехотинцы огнем стрелкового оружия. Снаряды были на исходе. Несмотря на все это, советские воины продолжали удерживать свои позиции.

Оказывая поддержку войскам Приморской армии, черноморцы в июне доставили в город с побережья Кавказа 23,5 тыс. человек. Транспортная авиация с 21 июня по 1 июля перебросила в Севастополь около 220 тонн боеприпасов и продовольствия. Обратными рейсами она вывезла 2162 че­ловека, в том числе 1542 раненых, 11,7 тонны грузов государственного значения. 22—26 июня на боевых кораблях прибыло последнее пополне­ние — 142-я стрелковая бригада. В последующем боеприпасы и продо­вольствие доставлялись в Севастополь на подводных лодках в ограничен­ном количестве.

Утром 30 июня командующий Северо-Кавказским фронтом маршал С. М. Буденный получил донесение командующего Севастопольским обо­ронительным районом вице-адмирала Ф. С. Октябрьского о тяжелой обста­новке в Севастополе. Этот документ отражал суровую правду тех дней. Руководители Севастопольской обороны писали: «Оставшиеся войска сильно устали... хотя большинство продолжает героически драться. Про­тивник резко увеличил нажим авиацией, танками, учитывая резкое сни­жение нашей огневой мощи... В таком положении мы продержимся мак­симум два-три дня».

Получив донесение, маршал С. М. Буденный доложил Ставке, что Севастопольский оборонительный район подготовленных оборонительных рубежей больше не имеет, боеспособность войск снизилась и оказать скорую помощь защитникам Севастополя с моря и воздуха командование Северо-Кавказского фронта не может. В докладе отмечалось, что все ко­рабли, прорывающиеся в Севастополь и обратно, подвергаются сильной бомбардировке с воздуха и торпедным атакам катеров и подводных лодок. Только за последние три-четыре дня на подступах к Севастополю были потоплены две подводные лодки, миноносец «Безупречный» и серьезно поврежден лидер «Ташкент». Учитывая, что подготовленная десантная операция уже не может изменить ход событий, командующий Северо-Кавказским фронтом просил прекратить подвоз пополнения и продоволь­ствия и подтвердить задачу войскам Севастопольского оборонительного района бороться до тех пор, пока из Севастополя не будет вывезено все возможное. Организация эвакуации раненых возлагалась на командую­щего Черноморским флотом, которому было приказано использовать для этой цели все средства флота.

Во второй половине дня 30 июня начальник Генерального штаба генерал А. М. Василевский сообщил командованию Северо-Кавказского фронта, что Ставка утверждает предложения фронта и приказывает при­ступить немедленно к их реализации.

Вечером 30 июня, когда кончились боеприпасы, продовольствие и питьевая вода, защитники Севастополя по приказу Ставки отошли к бухтам Стрелецкая, Камышовая, Казачья и на мыс Херсонес. Их положение было крайне тяжелым. Остатки многих соединений Севастопольского обо­ронительного района понесли большие потери и потеряли боеспособ­ность.

К исходу 30 июня в составе Севастопольского оборонительного района из числа частично сохранивших боеспособность остались только 109-я стрелковая дивизия (около 2000 бойцов), 142-я стрелковая бригада (около 1500 бойцов), четыре сводных батальона, сформированных из остатков разбитых частей, артиллерийских полков береговой обороны, ПВО и военно-воздушных сил флота (до 2000 бойцов). Все эти войска, кроме стрелкового оружия, имели лишь небольшое число минометов и орудий малокалиберной артиллерии.

Сообщая об этом в своем последнем боевом донесении на 24 часа 30 июня Верховному Главнокомандующему, наркому Военно-Морского Флота и командующему Северо-Кавказским фронтом, Военный совет Се­вастопольского оборонительного района одновременно докладывал:

«...3. Захватив Севастополь, противник никаких трофеев не получил. Город как таковой... представляет груду развалин.

4. Отрезанные и окруженные бойцы продолжают ожесточенную борьбу с врагом и, как правило, в плен не сдаются. Примером чему является то, что до сих пор продолжается борьба в районе Мекензиевых Гор и Люби­мовки.

5. Все защитники Севастополя с достоинством и честью выполнили свой долг перед Родиной.

6. ...Ночь с 1 на 2 июля является последним этапом эвакуации и организованной борьбы за Севастополь».

Неравная по силам борьба продолжалась на отдельных участках до 9 июля. Часть защитников Севастополя ушла в горы и сражалась там в партизанских отрядах.

За героической обороной Севастополя следил весь мир, восхищаясь мужественной борьбой его защитников. Мировое общественное мнение, печать, радио расценивали оборону Черноморского бастиона как великий подвиг советских людей, как крупную моральную победу СССР. «Севасто­поль — это имя, которое навсегда останется в сердцах свободных людей... Что бы ни случилось, советские войска заслуживают право на благодар­ность цивилизованного мира»,— писала английская газета «Дейли ге­ральд» 4 июля 1942 г. А губернатор острова Мальта в своем послании ге­роическим защитникам Севастополя сообщал о том, что весь гарнизон и население Мальты восхищаются «замечательной обороной Севастополя, добавляющей новые лавры к историческому имени Севастополя». Приме­чательны были комментарии американского радио по поводу итогов сева­стопольской обороны: «Эта оборона наглядно показала, что Гитлер не мо­жет выиграть войну. Он может еще добиться кое-каких местных успехов, но вынужден будет платить за них чрезвычайно высокую цену. Оборона Севастополя является героической страницей мировой истории. Она по­служила большим вкладом в общее дело окончательного разгрома гитле­ровской Германии».

Восьмимесячная оборона Севастополя вошла в историю как образец длительной обороны, как яркий пример массового героизма и самопожерт­вования. Ее военно-политическое значение было огромно. Длительная и упорная борьба защитников города-героя и большие потери противника нарушили планы фашистского командования. Осенью 1941 г. Севастополь приковал к себе крупные силы врага, что способствовало срыву его плана по захвату Кавказа. Во время контрнаступления советских войск под Ростовом в ноябре 1941 г. враг был лишен возможности усилить 1-ю тан­ковую армию за счет 11-й армии. Весной и в первой половине лета 1942 г. гитлеровцы не смогли использовать 11-ю армию для наступления на юж­ном крыле советско-германского фронта. Она высвободилась только в ию­ле, но была настолько обескровлена под Севастополем, что требовала дли­тельного отдыха и пополнения.

4 июля 1942 г. «Правда» опубликовала сообщение Совинформбюро «250 дней героической обороны Севастополя», в котором говорилось: «...В течение 250 дней героический советский город с беспримерным муже­ством и стойкостью отбивал бесчисленные атаки немецких войск. Послед­ние 25 дней противник ожесточенно и беспрерывно штурмовал город с су­ши и с воздуха. Отрезанные от сухопутных связей с тылом, испытывая трудности с подвозом боеприпасов и продовольствия, не имея в своем распоряжении аэродромов, а стало быть, и достаточного прикрытия с воз­духа, советские пехотинцы, моряки, командиры и политработники совер­шали чудеса воинской доблести и геройства в деле обороны Севастополя... Основная задача защитников Севастополя сводилась к тому, чтобы прико­вать на севастопольском участке фронта как можно больше немецко-фа­шистских войск и уничтожить как можно больше живой силы и техники противника.

Сколь успешно выполнил севастопольский гарнизон свою задачу, лучше всего видно из следующих фактических данных. Только за послед­ние 25 дней штурма севастопольской обороны полностью разгромлены 22, 24, 28, 50, 132 и 170-я немецкие пехотные дивизии и четыре отдельных полка, 22-я танковая дивизия и отдельная мехбригада, 1, 4 и 18-я румын­ские дивизии и большое количество частей из других соединений. За этот короткий период немцы потеряли под Севастополем до 150 000 сол­дат и офицеров, из них не менее 60 000 убитыми, более 250 танков, до 250 орудий. В воздушных боях над городом сбито более 300 немецких са­молетов. За все 8 месяцев обороны Севастополя враг потерял до 300 000 своих солдат убитыми и ранеными. В боях за Севастополь немецкие войска понесли огромные потери, приобрели же — руины. Немецкая авиация, в течение многих дней производившая массовые налеты на город, почти разрушила его...

Севастополь оставлен советскими войсками, но оборона Севастополя войдет в историю Отечественной войны Советского Союза как одна из самых ярких ее страниц. Севастопольцы обогатили славные боевые тра­диции народов СССР. Беззаветное мужество, ярость в борьбе с врагом и самоотверженность защитников Севастополя вдохновляют советских пат­риотов на дальнейшие героические подвиги в борьбе против ненавистных оккупантов...»

В ознаменование героической обороны города была учреждена медаль «За оборону Севастополя», которой было награждено более 39 тыс. его за­щитников. На основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1965 г. городу-герою Севастополю были вручены орден Ленина и медаль «Золотая Звезда».

Потеря Севастополя и Керченского полуострова летом 1942 г. резко изменила обстановку на южном участке советско-германского фронта. Перед вермахтом открылся кратчайший путь на Кавказ через Керченский пролив. Турция все чаще стала нарушать нейтралитет, пропуская через проливы в Черное море корабли и суда государств фашистского блока с боевой техникой, вооружением и боеприпасами.

В июне 1942 г. тяжелая для советских войск борьба продолжалась не только в районе Севастополя, но и в полосе действий фронтов юго- западного направления. Последние не могли выполнить поставленную перед ними оборонительную задачу — не допустить дальнейшего развития вражеского наступления на восток.

Руководство вермахта, стремясь быстрее реализовать успех, достигнутый в борьбе за барвенковский плацдарм, тотчас приступило к подго­товке двух запланированных на этом участке фронта частных наступа­тельных операций. Первая, получившая название «Вильгельм», должна была проводиться на волчанском направлении основными силами 6-й ар­мии. Ко второй операции — «Фридерикус-II» привлекались 1-я танковая армия и остальные дивизии 6-й армии с задачей нанести удар из района юго-восточнее Чугуева на Купянск и захватить плацдарм на восточном берегу реки Оскол. По свидетельству Ф. Паулюса, целью обеих операций было создание выгодного исходного положения для наступления к боль­шой излучине Дона.

К началу наступления немецко-фашистских войск на волчанском направлении, подготовка к которому завершилась только 10 июня, в составе 6-й и 1-й танковой армий насчитывалось 33 дивизии, в том числе 7 танко­вых и моторизованных. Враг имел полуторное превосходство в силах над занимавшими этот участок войсками Юго-Западного фронта. Еще более неблагоприятное соотношение сил для советских войск было под Купянском — на направлении главного удара противника, который предстояло отражать 28-й и 38-й армиям.

Командование Юго-Западного направления, опасаясь развития удара гитлеровцев на восток, предприняло меры по укреплению обороны Юго- Западного фронта. Оценивая обстановку на 29 мая 1942 г., соотношение сил и намерение врага прорваться на Кавказ, оно пришло к выводу, что фашистское наступление в полосе Юго-Западного фронта начнется в бли­жайшие 5—10 дней. Наиболее вероятными считались главный удар с Чу­гуевского плацдарма на Купянск и вспомогательный — из района Изюма на Старобельск.

Однако командование и штаб Юго-Западного направления и фронта придерживались прежней точки зрения относительно немецко-фашистских планов на лето. Указав на сосредоточение крупных сил противника на юге, они тем не менее не сделали вывода о том, что именно здесь развер­нется его летнее наступление. Оценка обстановки на 29 мая сводилась к тому, что противник готовится нанести на юге не главный, а вспомога­тельный удар, а основными силами он намерен наступать на московском направлении.

10 июня немецкие войска начали операцию «Вильгельм». Их настуление на волчанском направлении продолжалось в течение пяти дней. Только 14 июня в 35 км восточнее Волчанска контрударом двух танковых корпусов и двух стрелковых дивизий Юго-Западного фронта удалось оста­новить продвижение гитлеровцев на восток.

В течение следующей недели противник завершил подготовку к операции «Фридерикус-II». Перегруппировав силы из 6-й армии в 1-ю тан­ковую, командование группы армий «Юг» развернуло на участке от Чу­гуева до Славянска 13. дивизий, причем главная ударная группировка в составе 7 дивизий была сосредоточена непосредственно в районе Чугуев, Купянск.

Враг начал операцию 22 июня. На купянском направлении он прорвал оборону советских войск и вынудил армии Юго-Западного фронта в период с 23 по 26 июня отойти на восточный берег реки Оскол, на рубе­же которой атаки гитлеровцев были отражены.

Таким образом, в течение июня Юго-Западный фронт после неудачной Харьковской операции дважды вынужден был отступать и отойти за реку Оскол.