Вторая мировая война: отражение контрнаступления противника в районе озера Балатон в начале 1945 г

В середине февратя войска 4-го Украинского фронта, преодолевая сопротивление противника в Карпатах, вели наступление в Чехословакии с целью выхода к Моравска-Остравскому промышленному району. 2-й Ук­раинский фронт в составе 40, 53, 7-й гвардейской, 6-й гвардейской танко­вой и 5-й воздушной армий, конно-механизированной группы, а также находившихся в оперативном подчинении 1-й и 4-й румынских армий вел боевые действия в южных районах Словакии на рубеже Брезно, Зволен, река Грон до Дуная.

Войска его 7-й гвардейской армии занимали плац­дарм на правом берегу Грона восточнее Комарно, а 27-я армия сосре­доточивалась южнее Будапешта. Войска 3-го Украинского фронта (46-я, 4-я гвардейская, 26, 57 и 17-я воздушная армии) вышли на рубеж вос­точнее Эстергома, озеро Веленце, озеро Балатон, река Драва и далее вниз по ее течению до Торянца. В оперативном подчинении фронта на­ходились 1-я болгарская армия и Дунайская военная флотилия. Левее по Драве действовала 3-я югославская армия.

Против войск 4, 2 и 3-го Украинских фронтов действовали соединения армейской группы «Хейнрици», группы армий «Юг» под командованием генерала О. Вёлера, в которую входили 8-я немецкая армия, армейская группа «Б ал к» (6-я немецкая и остатки 3-й венгерской армии) и 2-я не­мецкая танковая армия. Болгарской и югославской армиям противостоя­ли части из состава немецкой группы армий «Е».

Планируя дальнейшее наступление на южном крыле фронта, Ставка Верховного Главнокомандования уделяла большое внимание взаимодейст­вию войск центрального и юго-западного направлений. Выдвинувшись к Одеру, советские войска вынуждены были принять меры для ликвида­ции угрозы ударов по их флангам с севера и юга. В сложившихся условиях требовалось максимально ускорить начало наступления на венском на­правлении, тем более что этому вполне благоприятствовали успешные действия войск 4-го Украинского фронта. Уже на четвертый день после взятия Будапешта, 17 февраля, последовали указания Ставки о подготовке и проведении наступления силами 2-го и 3-го Украинских фронтов на братиславско-брновском и венском направлениях. Ставка приказала пере­дать 27-ю армию 2-го Украинского фронта в состав 3-го Украинского фронта, а 46-ю армию и 2-й гвардейский механизированный корпус 3-го Украинского фронта — во 2-й Украинский фронт. Из своего резерва она передавала во 2-й Украинский фронт 9-ю гвардейскую армию, при­бывавшую в район Сольнока В оперативное подчинение этому же фрон­ту были переданы Дунайская военная флотилия под командованием контр-адмирала Г. Н. Холостякова и 83-я отдельная морская стрел­ковая бригада, находившиеся в Будапеште и Ваце.

2-му Украинскому фронту предписывалось силами 9-й и 7-й гвардейских, 53-й и 6-й гвардейской танковой армий и конно-механизированной группы подготовить удар севернее Дуная в общем направлении Нове-Замки, Малацки, Зноймо. Одновременно вдоль правого берега Дуная должна была наступать 46-я армия, усиленная 2-м гвардейским механизи­рованным корпусом. Перед войсками стояла задача освободить Брати­славу, не позднее 20-го дня операции занять Брно, Зноймо и во взаимодей­ствии с 3-м Украинским фронтом овладеть Веной. В дальнейшем предус­матривалось развивать наступление в общем направлении на Пльзень.

3-й Украинский фронт имел задачу ударом из района Секешфехервара (силами 4-й гвардейской, 27-й и 26-й армий) в общем направлении на Папа, Сомбатхей разбить группировку противника севернее озера Бала­тон и не позднее 15-го дня операции выйти на венгеро-австрийскую грани­цу. Одновременно войска левого крыла фронта должны были перейти в наступление с целью овладеть нефтеносным районом Надьканижа. В дальнейшем предполагалось главными силами фронта развивать удар в направлении Винер-Нёйштадт, Санкт-Пёльтен для содействия войскам 2-го Украинского фронта в овладении Веной. Болгарскую армию приказывалось использовать для обеспечения левого крыла фронта, разверты­вая ее по левому берегу Дравы. Наступление назначалось на 15 марта.

Подготовка к нему началась сразу же после получения директивы Ставки. Однако обстановка резко изменилась. 17 февраля группировка противника в составе трех пехотных и двух танковых дивизий СС насчитывавшая около 400 танков и штурмовых орудий, из района Комарно нанесла внезапный удар по войскам 7-й гвардейской армии 2-го Украин­ского фронта, оборонявшей плацдарм на правом берегу реки Грон север­нее Эстергома. 24 февраля армия была вынуждена отойти на левый берег Грона. В ходе боев было установлено, что противник использовал в на­ступлении две танковые дивизии 6-й танковой армии СС. На основании этих и других разведывательных данных советское командование при­шло к выводу: враг перебрасывает сюда значительные силы с запад­ного фронта.

Появление 6-й танковой армии СС в районе Комарно полностью опро­вергло сведения американской разведки, которые были сообщены совет­скому Верховному Главнокомандованию в порядке взаимного обмена ин­формацией. 20 февраля начальник штаба американской армии генерал Д. Маршалл сообщил начальнику Генерального штаба Советской Армии генералу А. И. Антонову, что противник создает на восточном фронте две группировки: одну — в Померании для удара на Торн, другую — в рай­оне Вена, Моравска-Острава для наступления в направлении Лодзи. По со­общению Маршалла, южная группировка должна была включать 6-ю танко­вую армию СС. Аналогичные сведения поступили и от английского командо­вания. Однако все это не подтвердилось последующим ходом событий. «Не исключена возможность,— сообщал генерал А. И. Антонов Д. Маршаллу 30 марта,— что некоторые источники этой информации имели своей целью дезориентировать как Англо-Американское, так и Советское командование и отвлечь внимание Советского командования от того района, где готови­лась немцами основная наступательная операция на восточном фронте».

Использовав часть сил 6-й танковой армии СС против 7-й гвардейской армии генерала М. С. Шумилова, немецко-фашистское командование до­билось частного успеха, но вместе с тем утратило такой важный фактор, как внезапность, что в конечном счете позволило выявить его намерения и замыслы в Венгрии . Не помогли противнику и принятые меры с це­лью маскировки сосредоточения войск в районе озера Балатон и подготов­ки контрнаступления. Например, 6-я танковая армия СС во всех доку­ментах называлась «штабом старшего начальника инженерных войск в Венгрии», а сама операция имела условное наименование «Весеннее пробуждение».

Уже во второй половине февраля советское командование располага­ло сведениями о сосредоточении в западной части Венгрии крупной, пре­имущественно танковой группировки противника и намерениях немецко-ашистского командования осуществить контрнаступление в районе озера Балатон. Было очевидно, что враг по-прежнему стремится удержать за собой Венгрию и Австрию. Противник преследовал цель уничтожить войска 3-го Украинского фронта в районе река Дунай, озеро Балатон, ре­ка Драва и остановить их продвижение в Венгрии. В дальнейшем пла­нировалось перебросить танковые дивизии вновь на центральное направ­ление. «Решение фюрера бросить 6-ю танковую армию СС в Венгрию, — указывается в дневнике военных действий верховного главнокомандова­ния вермахта, — для защиты нефтяного района, имеющего решающее значение для исхода войны, предполагало также, что в марте вместе с вы­свободившимися здесь силами будет нанесен удар на центральном участке восточного фронта».

Замысел контрнаступления противника предусматривал нанесение трех ударов по сходящимся направлениям. Главный удар намечалось на­нести силами 6-й полевой армии и 6-й танковой армии СС между озера­ми Веленце и Балатон в юго-восточном направлении с целью выйти к Ду­наю и захватить Дунафёльдвар и тем самым рассечь войска 3-го Украин­ского фронта на две части. В последующем войска 6-й танковой армии СС должны были наступать на север и юг вдоль правого берега Дуная. Вто­рой удар планировалось нанести 2-й танковой армией из района Надьканижи в направлении на Капошвар и захватить его. Третий удар предпо­лагалось осуществить силами 91-го армейского корпуса группы армий «Е» из района Дони-Михоляц на север, навстречу войскам 6-й танковой армии СС. Немецко-фашистское командование рассчитывало, что в ре­зультате этих ударов главные силы 3-го Украинского фронта будут ок­ружены и уничтожены, а немецкие войска выйдут к Дунаю и захватят плацдармы на левом берегу этой реки. С воздуха наступление должна была поддерживать авиация 4-го воздушного флота.

Для проведения контрнаступления на участке Гант, озеро Балатон помимо 6-й танковой армии СС были сосредоточены основные силы армейской группы «Балк». Всего с учетом частей и соединений 2-й танковой армии, а также войск из группы армий «Е», действовавших по правому бе­регу реки Драва, противник имел здесь 31 дивизию (из них 11 танковых), 5 боевых групп и моторизованную бригаду. В составе этой группировки насчитывалось свыше 430 тыс. солдат и офицеров, более 5600 орудий и ми­нометов, около 900 танков и штурмовых орудий, 850 самолетов.



В сложившейся обстановке войскам 3-го Украинского фронта было приказано, не приостанавливая подготовку наступления на Вену, времен­но перейти к обороне, на заранее подготовленных оборонительных рубе­жах отразить контрнаступление врага, а затем перейти в решительное наступление на венском направлении. Таким образом, фронту предстояло последовательно решить две задачи — по обороне и наступлению. Оборо­нительную операцию надлежало провести таким образом, чтобы добиться максимального успеха, сохранив силы и средства для предстоящего на­ступления.

К началу марта 3-й Украинский фронт в своем составе имел 5 армий, включавших 37 стрелковых и 6 болгарских пехотных дивизий, воздушную армию, 2 танковых, механизированный и кавалерийский корпуса. Во фронте насчитывалось более 400 тыс. солдат и офицеров, около 7 тыс. орудий и минометов, 400 танков и самоходно-артиллерийских установок, около 1 тыс. самолетов.

Общее соотношение сил в людях, артиллерии и самолетах было почти равным, но по танкам и самоходно-артиллерийским установкам (штурмо­вым орудиям) противник превосходил более чем вдвое. На направлении же главного удара враг обладал значительным перевесом в силах и средст­вах. Так, на всем фронте наступления, между озерами Веленце и Бала­тон, он имел плотность до 20, а на участке прорыва шириной 18 км — 43 танка и штурмовых орудия на 1 км фронта.

20 февраля командующий 3-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза Ф. И. Толбухин принял решение на оборону, установив полную ее готовность к 3 марта. Сущность плана оборонительной операции, представленного в Ставку Верховного Главнокомандования Военным со­ветом фронта, сводилась к тому, чтобы упорной обороной на заранее под­готовленных рубежах в сочетании с широким маневром силами измотать и обескровить ударную группировку противника, после чего перейти в наступление с целью окончательного ее разгрома и развития успеха на венском направлении Это не первый случай, когда в ходе войны со­ветское командование принимало решение о переходе к преднамеренной обороне. Так было летом 1943 г. под Курском. Как и тогда, войска в районе озера Балатон имели задачу измотать и обескровить врага, а затем, перейдя в наступление, разгромить его.

Основные усилия войск фронта сосредоточивались в полосах обороны 4-й гвардейской и 26-й армий, где ожидалось наступление главных сил врага. 27-я армия, находившаяся во втором эшелоне фронта, оборо­няла тыловую полосу 26-й армии: 57-я и 1-я болгарская армии удер­живали оборонительный рубеж озеро Балатон, Бабоча и далее по ле­вому берегу реки Драва до Торянца. В резерве командующего фронтом находились 18-й и 23-й танковые, 1-й гвардейский механизированный,5-й гвардейский кавалерийский и 133-й стрелковый корпуса, несколь­ко артиллерийских бригад. 17-я воздушная армия имела задачу вести раз­ведку, наносить удары по вражеским войскам и прикрывать соединения фронта с воздуха. Дунайская военная флотилия осуществляла перевозку грузов через Дунай для обоих фронтов и проводила траление реки.

К началу марта войска фронта подготовили развитую в инженерном отношении оборону. Общая протяженность всех заранее подготовленных рубежей на плацдарме достигала 1500 км. На направлении главного удара противника советские войска занимали первую, вторую и тыловую поло­сы обороны. Оборона была эшелонирована в глубину и достаточно обору­дована в противотанковом и противоартиллерийском отношениях. Однако оперативное положение фронта на плацдарме западнее Дуная было невы­годным. Плацдарм имел глубину 25—30 км северо-восточнее озера Ба­латон и до 120 км южнее его. Протекавшая в тылу советских войск река Дунай ограничивала маневр силами и средствами, создавала значительные трудности в снабжении войск материальными средствами. Положение осложнялось еще и тем, что тыловые органы фронта должны были не толь­ко обеспечить войска всем необходимым в ходе оборонительного сражения, но и создать запасы для последующего перехода фронта в наступление.

Для переправы через Дунай войск и грузов инженерные части фронта навели наплавные мосты и оборудовали паромные переправы грузоподъ­емностью от 10 до 60 тонн. Интенсивно использовались также построен­ные ранее канатно-подвесная дорога и трубопровод. По канатной дороге перевозились в основном боеприпасы, а по трубопроводу перекачивалось горючее. Когда на Дунае начался ледоход, а затем и разлив, снабжение войск, находившихся на правом берегу реки, осуществляла также военно- транспортная авиация, которая доставила на плацдарм 1648 тонн раз­личных грузов, из них 794 тонны боеприпасов . К началу операции обе­спеченность войск боеприпасами составляла от 1,3 боекомплекта до 2,3, горючим — от 1,6 заправки до 7,7. Наступившая весенняя распутица создала ряд трудностей и в организации аэродромного базирования авиа­ции фронта.

В войсках 3-го Украинского фронта проводилась непрерывная, целеустремленная партийно-политическая работа, направленная на созда­ние непреодолимой обороны и обеспечение предстоявшего наступления. Она осуществлялась политуправлением фронта, политотделами армий и соединений под руководством члена Военного совета фронта генерала А. С. Желтова. Не прекращая разъяснять цели вступления Советской Армии на территорию европейских государств, в частности в Венгрию, политорганы фронта считали главной задачей в сложившейся обстанов­ке мобилизовать личный состав на отражение предстоящего контрна­ступления немецко-фашистских войск, обеспечить стойкость и выдержку в оборонительных боях.

Мобилизуя воинов на борьбу с танковой группировкой врага, военные советы фронтов и армий, командиры, политорганы, партийные и ком­сомольские организации добивались того, чтобы каждый боец и командир глубоко осознали необходимость удержать за собой плацдарм на правом берегу Дуная, обескровить вражескую группировку противника, не дать ей прорваться к Дунаю и форсировать его. Ибо впереди была Вена, и для того, чтобы ею затем овладеть, потребовалось бы снова преодолевать с боями эту полноводную широкую реку и нести новые потери.

Оборону войск необходимо было обеспечить материальными средства­ми. Решение этой задачи зависело от мобильной и четкой работы органов тыла. Особенно важно было своевременно и в достаточной мере снабдить войска боеприпасами, горюче-смазочными материалами и продовольстви­ем. Военные советы, командиры и политорганы вопросам снабжения уделяли пристальное внимание. В воспитании воинов тыла усилия пар­тийно-политической работы сосредоточивались на том, чтобы они проник­лись чувством высокой ответственности за порученное дело, понимали свою роль в борьбе с врагом и трудились с максимальным напряжени­ем сил. Партийные и комсомольские организации тыловых частей и под­разделений, обеспечивая авангардную роль коммунистов и комсомольцев, мобилизовали воинов на точное и своевременное выполнение задач по снабжению войск всем необходимым.

Военный совет фронта обратился к солдатам и офицерам с призывом дать врагу достойный отпор. Политотделы соединений выпустили специаль­ные листовки. Вопросы подготовки войск к обороне обсуждались на пар­тийных и комсомольских собраниях. Командиры и политработники разъяс­няли воинам, что истребление танков противника в данной обстановке является главной задачей в бою. Агитаторы подразделений рассказывали о высоком воинском мастерстве и героических подвигах их товарищей, о боевых традициях частей. Важное место в партийно-политической работе занимала информация о положении на других фронтах. Сообщения об успешном наступлении Советской Армии на центральном направлении, ос­вобождении Будапешта поднимали боевой дух бойцов и офицеров, укреп­ляли в них уверенность в скорой победе над врагом. Фронтовые, армей­ские и дивизионные газеты широко освещали конкретные боевые дела частей, подразделений, героизм отдельных солдат, сержантов и офицеров. В целях улучшения агитационно-массовой работы с личным составом при политотделах корпусов и в дивизиях были проведены совещания заместителей командиров полков по политической части и секретарей партийных бюро полков, а также семинары парторгов рот и батарей.

Многие беспартийные солдаты, сержанты и офицеры, желая идти в бой коммунистами, подавали заявления с просьбой принять их в ряды партии. В своих заявлениях они заверяли, что с честью выполнят задачу по разгрому фашистских танковых соединений. Одной из форм массовой политической работы в подразделениях были беседы опытных солдат с мо­лодыми воинами. На конкретных примерах они объясняли, как вести бой в траншее, как бороться с вражескими танками, рассказывали о герои­ческих подвигах солдат и сержантов в минувших боях.

Активная партийно-политическая работа с личным составом была одним из основных факторов, обеспечивших успешное осуществление оборонительной операции.

Крупные мероприятия по подготовке обороны проводились в 1-й болгарской армии генерала В. Стойчева. Военный совет 3-го Украинского фронта неоднократно рассматривал вопрос об оказании ей материально-технической помощи. Она была взята на снабжение, которое производи­лось по нормам, установленным для Советской Армии. К началу марта ее войска получили все необходимое для боя. Группа советских офицеров, в том числе и политработники, была направлена в качестве военных инструкторов в 1-ю болгарскую армию. 5 марта штаб этой ар­мии посетил командующий 3-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза Ф. И. Толбухин. Он ознакомился с ходом подготовки болгар­ских войск к обороне и на месте уточнил задачи армии. Значительное внимание уделялось передаче болгарским войскам советского боевого опы­та. Болгарские командиры и политработники принимали участие в показ­ных занятиях на местности. Широко практиковались выступления в бол­гарских частях и соединениях советских офицеров с лекциями и доклада­ми. Многие болгарские офицеры посещали позиции советских войск, где на местности знакомились с организацией обороны и подготовкой к наступлению. Военный совет 3-го Украинского фронта оказывал помощь 1-й болгарской армии в повышении политической и военной подготовки командного состава. С этой целью при штабе армии в городе Сигетвар бы­ли организованы краткосрочные курсы помощников командиров дивизий и полков. Занятия с ними проводили политработники фронта. Кроме того, политуправление фронта оказало помощь в организации армейской и ни­зовой печати. С 22 января 1945 г. регулярно стала выходить газета «Фронтовак» — орган 1-й болгарской армии. Болгарским воинам часто демонст­рировались советские фильмы.

Активно готовилась к предстоявшим боям и 3-я югославская ар­мия генерала К. Наджа. Дивизии пополнялись личным составом и материальной частью. В авиационной группе генерала А. Н. Витрука, которая была передана в распоряжение югославского командования, авиаспециалисты обучали югославских воинов летному делу.

Оборонительное сражение войск 3-го Украинского фронта началось в ночь на 6 марта на южном участке фронта, где противник нанес два удара: первый — из района Дони-Михоляц по войскам 1-й болгарской, второй — из района Валпово по частям 3-й югославской армии. Немецко-фашистским войскам удалось форсировать реку Драва и захватить на ее левом берегу два плацдарма до 8 км по фронту и до 5 км в глубину каж­дый. Для усиления обороны на этот участок фронта командующий 3-м Украинским фронтом выдвинул из резерва 133-й стрелковый корпус. По его указанию штурмовики и бомбардировщики 17-й воздушной армии в те­чение дня наносили удары по скоплениям войск противника и его пе­реправам.

В полосе обороны 57-й армии, которой командовал генерал М. Н. Шарохин, а членом Военного совета был генерал Л.П. Бочаров, противник нанес удар из района Надьбайом в направлении на Капошвар, стремясь развить наступление в тыл 57-й и 1-й болгарской армий. Однако ни в этот день, ни в последующие ему не удалось выполнить поставленную задачу.

Утром 6 марта между озерами Веленце и Балатон противник обрушил на войска фронта главный удар. После 30-минутной артиллерийской под­готовки крупные силы 6-й танковой армии СС и 6-й армии при поддержке авиации перешли в наступление против соединений 4-й гвардейской и 26-й армий. Развернулись ожесточенные бои. Следовавшие одна за дру­гой атаки мотопехоты и танков противника поддерживались артиллерией и авиацией. На отдельных участках фронта шириною 1,5—2 км одновре­менно действовало до 70 и более танков и штурмовых орудий врага. С ис­ключительной стойкостью и мужеством встретили советские воины этот натиск противника. Командующие фронтом и армиями, командиры соеди­нений и частей и их штабы искусно и уверенно руководили действиями войск. Оборону стрелковых соединений в полосе 26-й армии усилили 18-й танковый и 1-й гвардейский механизированный корпуса под коман­дованием генералов П. Д. Говоруненко и И. Н. Руссиянова. Летчики 17-й воздушной армии, которой командовал генерал В. А. Судец, задень боя совершили 358 самолето-вылетов, в том числе 227 вылетов для ударов по танковым дивизиям врага.

Наиболее кровопролитные бои развернулись в полосе обороны 30-го стрелкового корпуса. Особенно тяжелая обстановка сложилась на участ­ке обороны 436-го стрелкового полка подполковника И. С. Ерошкина. Вражеским танкам ценою больших потерь удалось ворваться на пози­ции полка. Советские воины проявили стойкость и самоотверженность, отразили все атаки противника и удержали обороняемые позиции, уничтожив более 200 гитлеровцев, 15 танков и бронетранспортеров. Во­енный совет армии поблагодарил личный состав полка и всей дивизии за успешные действия в обороне. В результате упорного сопротивления войск фронта противнику не удалось добиться существенного продвиже­ния — он вклинился в оборону всего на глубину от 2 до 4 км.

С утра 7 марта и в последующие дни танковые клинья противника, несмотря на большие потери, продолжали вгрызаться в оборону советских войск. Между озерами Веленце и Балатон одновременно действовало от 170 до 450 танков и штурмовых орудий, а также крупные силы пехоты врага на бронетранспортерах. В целях усиления обороны на вто­рую полосу, южнее озера Веленце, по указанию командующего фрон­том были выдвинуты соединения 27-й армии, которой командовал генерал С. Г. Трофименко, а членом Военного совета армии был генерал П. В. Севастьянов. В ее состав были переданы войска 4-й гвардейской ар­мии, оборонявшиеся южнее озера Веленце. Генерал Трофименко в раз­вернувшихся боях умело руководил подготовкой войск армии к обороне и обеспечил в ходе оборонительного сражения твердое управление войска­ми. Несмотря на превосходство противника в силах, особенно в танках, армия генерала Трофименко удержала свои позиции.

Восточнее Шерегейеша заняла огневые позиции созданная по приказу командующего артиллерией фронта генерала М. И. Неделина группи­ровка артиллерии в составе 160 орудий и минометов, которая вела огонь в полосе шириною 3 км, нанося большой урон противнику. Особенно напряженная обстановка в этот день сложилась в полосе обороны 26-й армии. Здесь против одного правофлангового стрелкового корпуса наступали 2 пехотные дивизии, а также 170 танков и штурмовых ору­дий врага. Для усиления этого направления командующий фронтом направил на рубеж Шимонторнья, Озора 5-й гвардейский кавалерий­ский корпус под командованием генерала С. И. Горшкова и самоходно- артиллерийскую бригаду из своего резерва. Танковые и механизированные соединения и самоходно-артиллерийские полки, действуя под­разделениями из засад, широко использовались для борьбы с танками врага. Усилили удары авиация 17-й воздушной армии и часть сил 5-й воздушной армии 2-го Украинского фронта. Советские летчики унич­тожали танки и штурмовые орудия противника на поле боя, смело вступали в воздушные бои с вражескими самолетами. 8 марта Герой Советского Союза капитан А. И Колдунов и 5 его товарищей вступили в неравный бой с 12 вражескими истребителями и уничтожили 6 из них. На следующий день эскадрилья капитана Колдунова вела бой уже с 26 са­молетами противника. И в этом бою враг потерял 5 самолетов, а советские летчики благополучно вернулись домой. К концу войны на счету Колду­нова имелось 46 уничтоженных вражеских самолетов, и он был вторично награжден Золотой Звездой Героя Советского Союза

В боях за освобождение Венгрии так же доблестно сражались Герои Советского Союза командир эскадрильи 240-го истребительного авиационно­го полка старший лейтенант К. А. Евстигнеев, командир эскадрильи 210-го штурмового авиационного полка старший лейтенант Г. Ф. Сивков и командир эскадрильи 31-го истребительного авиационного полка капи­тан Н. М. Скоморохов. За образцовое выполнение боевых задании коман­дования и проявленные при этом мужество, отвагу и героизм все они были в 1945 г. награждены второй медалью «Золотая Звезда».

Благодаря мерам, осуществленным командующими фронтом и армия­ми, немецко-фашистские войска понесли значительные потери. Однако, несмотря на это, введя дополнительные резервы, противник продолжал настойчиво продвигаться вперед. В цетях улучшения управления войска­ми командующий 3-м Украинским фронтом возложил оборону участка южнее озера Веленце и до канала Шарвиз на 27-ю армию. Ей были под­чинены все соединения, оборонявшиеся на этом участке, а также 18 й танковый, 1-й гвардейский механизированный корпуса и переброшенный из полосы 4-й гвардейской армии 23-й танковый корпус генерала А. О. Ахманова В полосе армии был осуществлен маневр артиллерийскими частями, в результате которого плотность артиллерии значительно воз­росла 26-я армия, усиленная резервами фронта, обороняла участок от канала Шарвиз до озера Балатон.

Противник по-прежнему вел атаки крупными танковыми ситами, не прекращая их даже ночью. Как утверждает Гудериан, на отдельных танках применялись приборы ночного видения, обеспечивавшие наблюдение на расстояние до 400 м. Непрерывные бои с превосходящими тан­ковыми силами гитлеровцев ослабили войска фронта, большая часть ре­зервов которого была уже введена в действие.

9 марта командующий 3-м Украинским фронтом обратился в Ставку с просьбой разрешить ввести в сражение 9-ю гвардейскую армию, которая за день до этого была передана в состав фронта. Ставка, считая, чю враг напрягает последние силы, не дала согласия втягивать соединения армии в оборонительные бои и приказала использовать ее только для развития удара и окончательного разгрома противника. Это, как показали собы­тия, было правильным.

В период с 9 по 14 марга враг продолжал настойчиво атаковать позиции советских войск, сосредоточивая основные усилия на участке между озерами Веленце и Балатон. Войска 27-й и 26-й армий отбивали по шесть-семь атак танков и пехоты в день. Упорная оборона стрелко­выми войсками своих позиций, хорошо продуманный и успешно осущест­вленный маневр на поле боя, главным образом артиллерийскими частями, эффективная поддержка наземных войск авиацией, осуществившей с 8 по 14 марта только соединениями 5-й воздушной армии около 4500 само­лето-вылетов, сводили на нет все усилия гитлеровцев.

Умелое руководство боевыми действиями войск командующего фрон­том Маршала Советского Союза Ф И Толбухина, его личное мужество, воля к победе и незаурядный полководческий талант, а также хорошо организованная и слаженная работа штаба во главе с опытным воена­чальником генералом С. П. Ивановым, высокое воинское мастерство ко­мандующих армиями, командиров всех степеней обеспечили успех совет­ских войск в операции.

14 марта немецко-фашистское командование ввело в сражение свой последний резерв — 6-ю танковую дивизию. В течение двух дней свыше 300 танков и штурмовых орудий врага наносили удар за ударом по войскам 27-й армии, но все атаки были отбиты советскими воинами.

За десять дней ожесточенных боев немецко-фашистские войска прорвали главную и вторую полосы обороны и продвинулись между озерами Веленце и Балатон на узком участке фронта до 20—30 км. Однако враже­ским танкам не удалось выйти к Дунаю. 15 марта измотанная и обескров­ленная ударная группа войск врага прекратила наступление и перешла к обороне. На южном участке фронта противник продвинулся на 6—8 км. На этом его попытки прорвать оборону 57-й, 1-й болгарской и 3-й югос­лавской армий, по существу, закончились. С 15 по 26 марта немецко-фашистские войска еще пытались на отдельных участках активизировать свои действия, но это не оказало никакого влияния на общий ход и ис­ход операции.

Контрнаступление немецко-фашистских войск в районе озера Балатон закончилось их поражением. Противнику не удалось разгромить со­ветские войска и ликвидировать плацдарм на правом берегу Дуная. Бывший начальник штаба группы армий «Е» Э. Шмидт-Рихберг по этому поводу писал: «Это была... последняя отчаянная попытка полити­ческого спасения германского юго-востока. Если бы наступление имело хотя бы частичный успех, то это могло бы повлечь за собой временную разрядку обстановки и в Югославии. Ход операций на фронте группы армий «Юг» не только похоронил последние надежды на восстановление положения в Дунайско-Карпатском районе, но и отвлек новые необходи­мые силы из района группы армий «Е» в Венгрию».

В ходе Балатонской оборонительной операции противник потерял свыше 40 тыс. солдат и офицеров, более 300 орудий и минометов, около 500 танков и штурмовых орудий, свыше 200 самолетов и, что очень важ­но, утратил уверенность в сохранении за собой западной части Венгрии.

Особенность Балатонской операции заключалась в том, что она была проведена войсками 3-го Украинского фронта в ходе подготовки наступ­ления на Вену. Операция явилась примером умелого использования на­копленного Советской Армией опыта подготовки и ведения обороны в условиях, когда части и соединения имели пониженную укомплекто­ванность людьми и техникой. В этой операции советские войска продемон­стрировали большую мобильность в действиях, высокие моральные каче­ства и боевую выучку. Героические усилия воинов всех видов и родов войск сорвали наступление немецко-фашистских танков и пехоты.

Темп маневра резервами 3-го Украинского фронта оказался выше тем­на наступления немецко-фашистских войск. Это достигалось упорством и стойкостью частей и соединений в обороне и умелым осуществлением маневра силами, главным образом артиллерией, на поле боя. В ходе обо­ронительного сражения был осуществлен маневр 45 артиллерийскими частями и соединениями к участкам прорыва немецко-фашистских войск. Он производился как внутри корпусов и армий, так и между армиями, а также за счет использования резервов фронта. Это позволяло советским войскам создавать превосходство в силах и средствах на участках прорыва и не допускать развития наступления противником.Танки и самоходно-артиллерийские установки применялись дляповышения устойчивости обороны, в основном для действий из засад. Группы танков располагались на флангах вероятного направления дви­жения танков врага. Для их огневого прикрытия выделялась артиллерия. Танковые и самоходно-артиллерийские части использовались также в ка­честве подвижных противотанковых резервов.

В восстановлении нарушенной обороны большое значение приобрел маневр средствами инженерных заграждений, особенно широко применя­лись подвижные отряды заграждений. С 6 по 15 марта на минных полях, установленных этими отрядами, противник потерял около 130 танков и штурмовых орудий, свыше 850 солдат и офицеров, значительное количест­во бронетранспортеров и автомашин.

Балатонская оборонительная операция, короткая по времени, но очень напряженная, потребовала от советских войск больших усилий ивысокого воинского мастерства. Несмотря на ограниченную глубину плацдарма и превосходство противника в танках, войска 3-го Украинского фронта успешно выполнили свою задачу.