Вторая мировая война: планы советского командования в 1943 г

К разработке плана ведения войны на лето и осень 1943 г. советское командование приступило в конце марта, сразу же после завершения зимних сражений. Выработка плана прошла ряд этапов. В этой сложной работе участвовали Ставка Верховного Главнокомандования, Генеральный штаб, командование и штабы видов вооруженных сил и родов войск, командование и штабы ряда фронтов.

Первоначально намечалось начать кампанию широкими наступатель­ными действиями, нанося главный удар на юго-западном направлении. Верховное Главнокомандование исходило из того, что Советская Армия владела стратегической инициативой и превосходила вермахт в силах и средствах. Уже в начале апреля в резерве Ставки находилось на укомплек­товании шесть общевойсковых и две танковые армии, а также ряд отдель­ных соединений. Однако вскоре в эти замыслы были внесены изме­нения.

Стремясь разгадать намерения противника, советское командование пристально следило за его действиями. Ставка ВГК требовала обратить самое серьезное внимание на организацию разведки всех видов. В дирек­тиве Ставки от 3 апреля 1943 г., в частности, указывалось на необходи­мость «обязательно добиваться захвата пленных, чтобы постоянно сле­дить за всеми изменениями в группировке противника и своевременно определять направления, на которых противник производит сосредоточе­ния войск, и особенно своих танковых частей». Разведывательному уп­равлению Генерального штаба и Центральному штабу партизанского дви­жения ставилась задача выяснить наличие и расположение резервов, ход перегруппировок и сосредоточения войск, перебрасываемых из стран За­падной Европы.

Все виды разведки внесли свой вклад в раскрытие планов немецко- фашистского командования. Напряженно действовала войсковая развед­ка. Только в общевойсковых соединениях и частях Центрального и Воро­нежского фронтов с апреля по июль 1943 г. было организовано более 2700 разведывательных наблюдательных пунктов, не считая командир­ских и артиллерийских. Войска этих фронтов свыше 100 раз провели раз­ведку боем, осуществили более 2600 ночных поисков и устроили 1500 за­сад. В результате было захвачено 187 гитлеровских солдат и офицеров. Велась глубокая разведка в тылу врага. Так, разведгруппа старшего лейтенанта С. П. Бухтоярова обнаружила 7 аэродромов, 13 полевых складов боеприпасов, 8 складов с горючим и захватила более 30 пленных. Разведчики сообщили командованию о наличии у противника новых типов танков и штурмовых орудий, а также данные о возможности его перехода в наступление.

Интенсивно проводившаяся воздушная разведка вскрыла районы сосредоточения главных группировок противника, базирование и состав немецкой авиации, систему противовоздушной обороны аэродромов, ха­рактер оборонительных сооружений, расположение опорных пунктов, огневых позиций артиллерии и районы расположения резервов. Аэрофо­тосъемка дала ценные данные о перегруппировках немецко-фашистских войск, сосредоточении сил и средств на курском направлении. Воздушная разведка уже к середине мая установила сосредоточение в районе Орел, Кромы более 900 танков врага, а на 16 аэродромах этого направления — более 580 самолетов. Весьма ценные разведывательные данные давали партизаны, а также органы агентурной разведки.

Сведения, поступавшие в Генеральный штаб, содержали данные о пла­нах фашистского командования, численности, вооружении и перегруппи­ровках войск противника в районе Курской дуги и на других участках советско-германского фронта. Так, от действовавшей под Ровно оператив­ной группы «Победители» весной были получены сведения о переброске гитлеровских войск на курское направление. Разведчик этой группы Н. И. Кузнецов на приеме у гаулейтера Украины Э. Коха установил, что Гитлер готовит «сюрприз» большевикам под Курском. Под «сюрпризом» подразумевалось крупное наступление. Сведения об этом были переданы по радио в Москву.

7 мая органы агентурной разведки информировали Государственный Комитет Обороны о готовящейся на орловско-курском направлении крупной наступательной операции под условным наименованием «Цитадель». 23 мая они представили новые данные, подтверждающие сообще­ния о приготовлениях врага к большому стратегическому наступлению в районе Орла и Курска. 26 мая было передано донесение одного из совет­ских разведчиков: «Немцы готовят наступление из Орла на Елец и из Харькова на Воронеж с задачей окружить группировку советских войск в этих районах». Разведчик сообщал о развертывании фашистских войск в районе Орла и севернее города. В это же время органы государственной безопасности передали сведения о намерении гитлеровского командова­ния применить в предстоящей наступательной операции впервые в боль­шом количестве новые танки, в том числе и «тигры».

Организованная и целенаправленная деятельность всех видов разведки помогала Ставке ВГК раскрыть замысел противника, установить состав его ударных группировок и направление готовящихся ударов, то есть получить важные данные для принятия наиболее целесообразного решения. Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, отмечая сложность и многообразие проблем, решавшихся штабами и командованием в период подготовки к летпе-осенней кампании, писал: «Обрабатывая полученные сведения, Генштаб должен был глубоко проанализировать их, сделать над­лежащие выводы из всех многочисленных сообщений, среди которых могли быть и дезинформационные, и ошибочные. Ведь такую многогран­ную работу, как известно, выполняют тысячи людей в органах агентурной и войсковой разведки, партизаны и сочувствующие нашей борьбе люди».



После того как стали ясны намерения противника предпринять в районе Курского выступа крупное наступление, перед Ставкой Верховного Главнокомандования встал вопрос о характере действий советских войск. При сложившихся условиях можно было придерживаться прежнего замысла, предпринять широкие наступательные действия и упредить тем са­мым готовившийся удар. Однако советское командование, реально оценив си­лы еще мощного противника и то обстоятельство, что нацистская Германия снова сосредоточивает свои главные силы на советско-германском фронте, включая крупные танковые группировки, признало более целесообразным не спешить с переходом в наступление, а создать мощную оборону на кур­ском направлении, дать возможность вермахту первому нанести удар и в ходе тщательно подготовленного оборонительного сражения обессилить его наиболее мощные ударные группировки, сосредоточенные в районе Орла и Белгорода, а затем перейти в контрнаступление и далее в общее стратегическое наступление. «Анализируя разведывательные данные о подготовке врага к наступлению, — отмечает А. М. Василевский,— фронты, Генеральный штаб и Ставка постепенно склонялись к идее пере­хода к преднамеренной обороне. Этот вопрос в конце марта — начале апреля многократно обсуждался в ГКО и Ставке».

10 апреля И. В. Сталин дал указание Генеральному штабу подготовить совещание в Ставке по обсуждению плана на лето и осень и запросить мнение командующих фронтами о возможном характере действий и веро­ятных направлениях ударов немецко-фашистских войск. Командующие Центральным и Воронежским фронтами выразили твердую уверенность в том, что враг будет наступать на курском направлении.

12 апреля в Ставке состоялось совещание по обсуждению плана. На нем присутствовали И. В. Сталин, Г. К. Жуков, А. М. Василевский и заместитель начальника Генерального штаба А. И. Антонов. Участ­ники совещания пришли к выводу: наиболее вероятной целью летнего наступления вермахта будет окружение и уничтожение советских войск в районе Курского выступа. В последующем гитлеровцы попытаются развить наступление в восточном и юго-восточном направлениях, при этом не исключена возможность их наступления на северо-восток для обхода Москвы. Предполагалось, что на остальных участках фронта немецко-фашистское командование будет обороняться или вести отвлекающие дей­ствия, так как там оно не располагает силами, необходимыми для крупных наступательных операций.

Хотя стратегическая инициатива находилась у Советской Армии и она имела возможность вести активные наступательные действия, Ставкой ВГК было принято предварительное решение о преднамеренной обороне. Было признано необходимым создать прочную, глубоко эшелонированную оборону на всех важнейших направлениях, и в первую очередь в районе Курского выступа. При выработке решения учитывалось, что на вооруже­ние вермахта поступили новые танки и штурмовые орудия, борьба с ко­торыми представит значительные трудности. Предполагалось использо­вать сильные стороны заблаговременно подготовленной обороны, измо­тать в ходе оборонительного сражения мощные танковые группировки врага и создать благоприятные условия для перехода советских войск в контрнаступление на орловском и белгородско-харьковском направлениях. Оборонительная и наступательные операции на Курской дуге были органически объединены единым замыслом и представляли собой систему операций, осуществление которых должно было обеспечить прочное удержание стратегической инициативы и переход в общее наступление на важнейших стратегических направлениях. Наступление противника необходимо было остановить в тактической зоне обороны, так как прорыв его танковых соединений в район Курска поставил бы войска Централь­ного и Воронежского фронтов в тяжелое положение. Именно в районе Курской дуги нужно было нанести главным силам противника решающее поражение.

Переход к временной преднамеренной обороне представлял в сложившихся условиях наиболее выгодный способ измотать ударные груп­пировки вермахта и создать благоприятные условия для перехода в общее наступление. На совещании был предусмотрен и другой вариант: переход советских войск к активным действиям в случае, если фашистское коман­дование не предпримет наступления под Курском в ближайшее время, а отложит его на более поздний срок.

Оборона советских войск была не вынужденной, а преднамеренной. Советская Армия не теряла захваченную в зимних боях инициативу, а избирала выгодный ей характер военных действий. Выбор момента пере­хода в наступление ставился в зависимость от развития обстановки. Произошел редчайший в истории войн случай —сильнейшая сторона пред­намеренно переходила к обороне. Принятие такого плана свидетельствует о творческом подходе советского Верховного Главнокомандования к ре­шению стратегических задач войны. Советская Армия сумела бы нанести упреждающие удары. Однако нетрудно представить, каких колоссальных усилий и потерь стоило бы это в той конкретной обстановке, когда враг оставался еще весьма сильным. Переход в контрнаступление после того, как противник будет измотан в ходе бесплодных атак, позволял рассчи­тывать на гораздо большие успехи с меньшими потерями. Развитие собы­тий подтвердило абсолютную правильность планов советского командования.

Ставка ВГК считала, что летом 1943 г. основные события произойдут в полосе Западного (левое крыло), Брянского, Центрального и Воронежского фронтов. Генеральный штаб, командование Центрального и Воронеж­ского фронтов получили указание спланировать и подготовить оборони­тельную операцию на Курском выступе. Одновременно началась разра­ботка планов наступательных операций на орловском и белгородско-ха­рьковском направлениях. Готовность войск левого крыла Западного, Брянского и правого крыла Центрального фронтов к переходу в наступ­ление на орловском направлении назначалась на 20 мая. Задачи этим фронтам были поставлены в последних числах апреля.

25 апреля Ставка рассмотрела обстановку на Воронежском фронте, против которого противник сосредоточивал мощную группировку войск, и одобрила план обороны фронта, представленный его командованием. Срок ее готовности назначался на 10 мая. Вместе с тем Ставка предписала войскам фронта быть в готовности к наступлению не позднее 1 июня.

Отразить наступление вермахта со стороны Орла предстояло войскам Центрального фронта, а из района Белгорода — Воронежского фронта. После решения задач обороны планировался переход советских войск в контрнаступление на орловском и белгородско-харьковском нап­равлениях. Это должно было произойти, когда противник истощит свои силы в наступательных боях. Наступательная операция на орловском направлении, которую должны были провести войска левого крыла За­падного, Брянского и правого крыла Центрального фронтов, получила кодовое название «Кутузов». Разгром белгородско-харьковской группи­ровки врага предстояло осуществить силами Воронежского фронта и Степного округа во взаимодействии с войсками Юго-Западного фронта. План этой операции получил наименование «Полководец Румянцев».

Важная роль в сражениях отводилась Степному военному округу — мощному стратегическому резерву Ставки. На него возлагалось предотвращение глубокого прорыва противника как со стороны Орла, так и со стороны Белгорода, а при переходе в контрнаступление его войска дол­жны были наращивать силу удара из глубины. Главной для округа была наступательная задача. Уже 23 апреля он получил указание войска «го­товить главным образом к наступательному бою и операции».

Советское командование предусматривало в ходе разгрома группиро­вок вермахта в районе Курской дуги развернуть общее наступление на юго-западном и западном направлениях, нанести порая«ение основным силам групп армий «Юг» и «Центр». Основные усилия сосредоточивались против группы армий «Юг». Войскам ставилась задача перейти в наступле­ние и сокрушить немецко-фашистскую оборону на огромном фронте от Великих Лук до Черного моря и освободить важнейшие экономические районы Левобережной Украины, Донбасс, преодолеть важный страте­гический рубеж — реку Днепр, отодвинуть фронт дальше от Москвы и Центрального промышленного района, освободить восточные районы Бе­лоруссии, очистить от противника Таманский полуостров и овладеть плацдармом в Крыму.

Войскам, действовавшим на северо-западном направлении, предстояло сковать противостоящие силы вермахта и не дать противнику возмож­ности маневрировать резервами. Войска Ленинградского и Волховского фронтов должны были наступлением на Мгу сорвать готовившийся удар противника по Ленинграду, втянув в сражение его оперативные ре­зервы.

В выработке плана на лето и осень важное место занимал вопрос о выборе направления главного удара. Военный совет Воронежского фронта предложил сосредоточить основные усилия южнее Курска и развивать удар на Харьков, Днепропетровск, овладеть плацдармом на пра­вом берегу Днепра с последующим выходом на рубеж Кременчуг, Кривой Рог, Херсон, а при благоприятных условиях — на меридиан Черкассы, Николаев.

Разгром южного крыла немецкого фронта, который предусматривался в предложениях Военного совета Воронежского фронта, имел большое значение. Однако более перспективным, по мнению Генерального штаба, являлся удар на Харьков, Полтаву, Киев. Освобождение столицы Укра­ины давало огромный политический, стратегический и экономический выигрыш. В этом случае фронт противника рассекался, затруднялось взаимодействие между важнейшими его группировками, создавалась угроза флангам и тылу групп армий «Юг» и «Центр», советские войска занимали выгодное положение для последующего развития наступления. Этот план был принят.

План советского командования преследовал решительные цели: разгром наиболее мощных группировок вермахта, освобождение важнейших экономических районов, ресурсы которых были жизненно необходимы для дальнейшего ведения войны, вызволение из фашистской неволи мил­лионов советских людей. То, что план предусматривал разгром наиболее мощных вражеских группировок из всех, которые вермахт имел на фронтах второй мировой войны, означало: Советский Союз снова, как и на предшествовавших этапах войны, брал на свои плечи основную тяжесть борьбы с фашистской Германией.

В период подготовки к решающим операциям Ставка ВГК уделяла большое внимание ослаблению авиационных группировок вермахта. Основные усилия советских Военно-Воздушных Сил направлялись на завоевание и удержание стратегического господства в воздухе на всем советско-германском фронте, на содействие сухопутным войскам в разгроме вражеских группировок и ведение воздушной разведки.

На Войска ПВО страны были возложены задачи оборонять от ударов с воздуха крупные административно-политические центры СССР, а также промышленные районы и объекты; прикрывать войска действующей армии и защищать ее коммуникации; наращивать систему ПВО на театре воен­ных действий в ходе стратегического наступления. При обороне комму­никаций действующей армии усилия Войск ПВО страны сосредоточивались на надежном прикрытии прифронтовых железных дорог, являвшихся ос­новой всей системы коммуникаций.

На Военно-Морской Флот возлагались задачи по обеспечению приморских флангов советских войск, защите своих коммуникаций и борьбе на морских сообщениях противника.

Значительный вклад в борьбу с врагом предстояло внести советским партизанам. Центральный штаб партизанского движения должен был организовать в тылу противника невиданные по своим масштабам удары по коммуникациям немецко-фашистских войск на огромной территории, прежде всего на территории Орловской и Харьковской областей.

Государственный Комитет Обороны, Ставка и Генеральный штаб отводили важную роль в предстоящих операциях стратегическим резервам. Они создавались главным образом посредством вывода армейских объединений и соединений из действующих фронтов. В начале июля в стратегическом резерве находилось девять общевойсковых, две танко­вые и одна воздушная армии.

Резервные объединения и соединения располагались в соответствии с планом операций на важнейших направлениях — орловском, курском, харьковском и донбасском. Значительная их часть вошла в Степной воен­ный округ.

Планирование тылового обеспечения войск фронтов Генеральный штаб осуществлял в тесном взаимодействии с командующими артиллерией, бронетанковыми войсками, ВВС, начальником тыла Советской Армии, главными и центральными довольствующими и обеспечивающими управ­лениями НКО.

На основе планов боевых действий, численности армии, ее насыщен­ности боевой и транспортной техникой, а также реального производства всех видов материально-технических средств в течение подготовительного периода и в ходе операций были произведены расчеты обеспеченности и потребности войск фронтов. Основная масса боевой и транспортной тех­ники, вооружения, боеприпасов, горючего, продовольствия, вещевого и медицинского имущества и других материально-технических средств шла в войска, действующие на юго-западном направлении. Район Курска стал крупнейшим за время войны местом сосредоточения материальных средств и войск. В соответствии с этим планировались и меро­приятия по организации и осуществлению оперативных и снабженческих перевозок.

Советское Верховное Главнокомандование заблаговременно создало на основных стратегических направлениях необходимую группировку сил и средств. Кроме сосредоточения войск на юго-западном направлении была создана сильная группировка на западном направлении, которую составляли войска Калининского, Западного и Брянского фронтов.

На Курской дуге в полосах Центрального и Воронежского фронтов было сосредоточено с учетом стратегических резервов (Степного округа) около одной трети людей и боевых самолетов, до половины танков и само­ходно-артиллерийских установок и более четверти орудий и минометов действующей армии. 11-я гвардейская армия Западного фронта, Брян­ский, Центральный, Воронежский фронты и Степной военный округ имели около 20 млн. артиллерийских и минометных выстрелов Советское ко­мандование последовательно проводило в жизнь принцип сосредоточения основных усилий тыла на обеспечении той группировки, которая выпол­няет главную задачу.

К началу июля советскому Верховному Главнокомандованию удалось достичь высокой степени массирования сил и средств на направлении глав­ного удара и создать мощные группировки войск на юго-западном и за­падном стратегических направлениях.