Вторая мировая война: Туапсинская и Нальчикская оборонительные операции

К концу сентября 1942 г. обстановка на Северном Кавказе несколько стабилизировалась. Советские войска нанесли врагу большой урон, оста­новили его продвижение на кавказском направлении. Гитлеровский план прорыва в Закавказье был сорван. Ставка Верховного Главнокомандова­ния выиграла время, чтобы накопить резервы и усилить ими Закавказ­ский фронт.

Истощенные вражеские войска были уже не в состоянии наступать на широком фронте. Перебросить резервы на Кавказ из-под Сталинграда гитлеровское командование не могло. Втянутые в тяжелые бои на берегах Волги, 6-я и 4-я танковая армии вермахта, 3-я и 4-я румынские армии сами нуждались в подкреплении. «С середины августа стало ясно,— пишет в своей книге «Поход на Сталинград» бывший гитлеровский генерал Г. Дёрр,— что операции на юге России шли не по намеченному плану; армия вместо «победного марша» с трудом продвигалась вперед. В таком положении принято бросать в бой резервы или же менять план операции». Но резервов у гитлеровского командования не было.

Тем не менее командование вермахта не намерено было отказываться от планов захвата Кавказа. К концу сентября в составе группы армий «А» насчитывалось 29 дивизий. Было принято решение нанести последователь­ные удары силами 17-й армии на Туапсе, а затем 1-й танковой армией — на Орджоникидзе. На туапсинском направлении противник надеялся выйти на побережье Черного моря в районе Туапсе, отрезать Черномор­скую группу войск от основных сил Закавказского фронта, лишить Чер­номорский флот баз и портов и высвободить часть своих сил для перебро­ски на другие участки фронта. 1-я танковая армия должна была про­рваться к Грозненскому нефтяному району. Осуществлению такого плана немецко-фашистское командование придавало большое значение. В беседе с Кейтелем 18 сентября 1942 г. Гитлер, анализируя обстановку на Кав­казе, подчеркивал: «Решающим является прорыв на Туапсе, а затем бло­кирование Военно-Грузинской дороги и прорыв к Каспийскому морю».

Таким образом, советским войскам пришлось проводить на этих направлениях две оборонительные операции: Туапсинскую и Нальчикскую. Они осуществлялись в тесной оперативной связи, в тяжелых усло­виях горно-лесистой местности и закончились поражением ударных груп­пировок 17-й и 1-й танковой немецких армий.

Туапсинская оборонительная операция началась 25 сентября и продолжалась до 20 декабря. Еще в период боев в районе Новороссийска Ставка ВГК требовала от командования фронта не ослаблять обороны на туапсинском направлении. По ее указанию усиливалась оборона Чер­номорской группы войск с севера и по побережью Черного моря от Ново­российска до Сочи. Был создан Туапсинский оборонительный район, а на усиление Черноморской группы из резерва командующего Закавказ­ским фронтом передавались две стрелковые дивизии и две стрелковые бри­гады. Укреплялась оборона восточного берега Цемесской бухты, перева­лов и горных проходов через Главный Кавказский хребет.

В состав Черноморской группы войск, фронт обороны которой состав­лял около 250 км, вошли 18, 56, 47-я армии (12-я армия была расформи­рована, а ее личный состав передавался на пополнение первых трех ар­мий). Всего в этих армиях насчитывалось 109 134 человека, 515 орудий и 637 минометов. Войска Черноморской группы поддерживала авиация 5-й воздушной армии (71 самолет) и частично авиация Черноморского флота

Командование немецкой 17-й армии планировало наступление через Главный Кавказский хребет из района Хадыженской в направлении Туап­се. Сущность плана состояла в нанесении двух ударов по сходящимся направлениям с целью окружить основные силы 18-й армии северо-вос­точнее Шаумяна. Главный удар намечался из района Нефтегорска на Шау­мян и вспомогательный — из района Горячего Ключа на Шаумян. Для нанесения главного удара была создана группа «Туапсе» в основном из горнострелковых и легкопехотных дивизий, специально экипирован­ных и прошедших длительное обучение ведению боевых действий в горах. Всего 17-я армия имела 162 396 человек, 147 танков и штурмовых ору­дий, 1316 орудий и 950 минометов. Ее войска поддерживал 4-й авиацион­ный корпус 4-го воздушного флота, располагавший 350 самолетами. Соот­ношение сил, таким образом, было в пользу противника, который превос­ходил войска Черноморской группы: в личном составе — в 1,5, в ору­диях — в 2,6, в минометах — в 1,5 раза, в танках — абсолютно, в само­летах — в 5 раз.

25 сентября после авиационных ударов, наносившихся в течение двух дней по коммуникациям и боевым порядкам 18-й армии, противник пере­шел в наступление.

Не добившись успеха в течение первых двух дней, немецко-фашистское командование бросило в бой против соединений центра 18-й армии дивизионную группу генерала X. Ланца. К исходу 30 сентября ее ча­стям удалось вклиниться в оборону 18-й армии на глубину 5—10 км.

Боевые действия велись одновременно на нескольких направлениях. Особенно ожесточенные бои шли за коммуникации, исключительно важные для действий в горных условиях. На правом фланге 56-й армии Закав­казского фронта противник продвинулся на глубину до 8 км. Дальнейшее его наступление было остановлено упорным сопротивлением советских войск.

Чтобы ликвидировать угрозу, нависшую над Туапсе, Ставка 4 октяб­ря поставила командующему войсками Закавказского фронта конкретную задачу по восстановлению положения на участках прорыва. Она требовала немедленно уничтожить врага в районе Сосновки, прочно прикрыть направление Перевальный, Шаумян и восстановить положение в районе Котловины. В дальнейшем Черноморская группа должна была нанести удар из района Рожет, Маратуки в направлении на Красное Кладбище и из района Белая Глина на Первомайский, Хадыженскую. Ставка при этом указала, какие дополнительные силы нужно привлечь для решения поставленной задачи.

Выполняя требования Ставки, командование фронта произвело перегруппировку войск, усилив их на направлениях наступления противника и создав соответствующие группировки для нанесения контрударов.

К исходу 9 октября 18-я армия контратаками остановила насту­пление гитлеровцев на всех направлениях. Их попытка прорваться к Туапсе потерпела неудачу. Враг потерял более 10 тыс. солдат и офи­церов.

14 октября противник возобновил наступление одновременно с востока на Шаумян, Садовое и из района восточнее Фанагорийского на Са­довое с целью окружить основную группировку войск 18-й армии и про­рваться к Туапсе. К исходу 15 октября ее части вынуждены были отойти к южной окраине Шаумяна и железнодорожному мосту у Островской Щели. Несколько были потеснены и войска правого фланга 56-й армии — здесь фашисты пытались выйти в район Садовое. Попытки гитлеровцев перейти в наступление на других участках фронта успеха не имели.



В связи с активизацией действий противника на туапсинском направлении Ставка в директиве от 15 октября приказала командующему За­кавказским фронтом основное внимание уделить Черноморской группе. Она потребовала усилить 18-ю армию тремя гвардейскими стрелковыми бригадами из резерва Северной группы, а резерв создать за счет перебро­ски трех стрелковых бригад из Баку. По указанию Ставки на туапсинское направление передавалась из 46-й армии кавалерийская дивизия, а в райо­не Туапсе сосредоточивалась прибывшая в состав фронта горнострелко­вая дивизия. В распоряжение фронта направлялись четыре истребитель- но-противотанковых артиллерийских полка, два полка ПВО и зенитный артиллерийский дивизион 85-мм орудий. Доукомплектовывались шесть стрелковых дивизий. Три из них было приказано дислоцировать на Чер­номорском побережье в районе Новомихайловский, Туапсе, Лазаревское. Эти мероприятия оказались своевременными. 16 и 17 октября гитлеровцы, продолжая наступление, овладели районом Шаумяна и завязали бои за перевал Елисаветпольский. На стыке 56-й и 18-й армий они продвинулись в глубь обороны советских войск и пытались овладеть горой Кочканова.

17 октября командующий Черноморской группой генерал И. Е. Петров и начальник штаба Закавказского фронта генерал П. И. Бодин вы­ехали в войска и на месте решили ряд вопросов по организации устойчи­вой обороны и управления 18-й и 56-й армиями. Принятые меры спо­собствовали созданию условий для нанесения мощных контрударов по вражеской группировке, прорвавшейся в район Шаумяна.

Командование и штабы Закавказского фронта и Черноморской группы войск укрепляли воинский порядок в соединениях и частях и улучшали управление боевыми действиями. Особое внимание они уделяли обороняв­шейся на туапсинском направлении 18-й армии, командующим которой с 19 октября стал генерал А. А. Гречко.

Большое внимание уделялось партийно-политической работе, которая проводилась под руководством командующего фронтом генерала И. В. Тюленева, члена Военного совета бригадного комиссара П. И. Ефи­мова и начальника политического управления полкового комиссара А. Ф. Хромова. Основные усилия партийных органов направлялись на обеспечение выполнения воинами боевых задач. Была проведена мобили­зация коммунистов и комсомольцев Туапсе. В партийные организации частей направлялись политические работники для разъяснения необхо­димости любой ценой задержать врага и не допустить его к городу.

Принятые меры позволили к исходу 23 октября остановить наступление противника. Ему не удалось захватить гору Оплепен и Маратуки. Не добился он успеха и в районах Сарай Горы и горы Кочканова. Однако передовые части гитлеровцев находились в долине реки Туапсинка, от ко­торой до Туапсе оставалось немногим более 30 км.

Советские войска заканчивали подготовку для нанесения контрударов на флангах прорвавшейся вражеской группировки. 24 октября 383-я и 353-я стрелковые дивизии нанесли удар и стали медленно продвигаться в северном и северо-восточном направлениях. 27 октября войска правого фланга 56-й армии нанесли контрудар по противнику. В результате упор­ных боев в горно-лесистой местности гитлеровцы были отброшены за реку Пшиш. К концу октября с прибытием в состав Черноморской группы новых соединений соотношение сил и средств стало изменяться в пользу советских войск.

С 31 октября немецко-фашистские войска вынуждены были прекратить наступательные действия и перейти к обороне. Немецкая 17-я армия израсходовала все свои резервы. Не располагал резервами и командую­щий группой армий «А». Кроме того, в этот период в районе Орджони­кидзе большие потери понесла и 1-я танковая армия.

И все же противник в середине ноября предпринял еще одну, последнюю, попытку выйти к Туапсе через Георгиевское. К 23 ноября он вкли­нился в оборону в центре 18-й армии на глубину до 8 км и по фронту до 10 км. Дальнейшее его продвижение на этом направлении было оста­новлено упорным сопротивлением советских войск.

Командующий Черноморской группой войск решил контрударом по флангам прорвавшегося противника перехватить коммуникации и, окружив, уничтожить его. В соответствии с принятым решением создавались две ударные группы. В состав каждой вошли стрелковая дивизия и стрелковая бригада.

26 ноября войска обеих групп перешли в наступление. Они действовали в сложных условиях горно-лесистой местности. Из-за сильных тума­нов видимость иногда не превышала двадцати метров. Но, несмотря на все трудности, к 17 декабря группировку противника удалось ликвидиро­вать, а ее остатки отбросить за реку Пшиш. Так была устранена послед­няя угроза прорыва немецко-фашистских войск к Туапсе.

В ходе Туапсинской оборонительной операции напряженные бои вела 5-я воздушная армия. Враг имел в воздухе трех- , пятикратное численное превосходство. И все же в октябре — декабре было совершено более 11 300 самолето-вылетов, проведено 175 воздушных боев, сбито 99 фашистских самолетов и 32 уничтожено на аэродромах.

Активное участие в Туапсинской оборонительной операции принимали морская пехота, береговая артиллерия, авиация и корабли Черномор­ского флота. Выполняя указания Ставки и Военного совета фронта, бое­вые корабли и суда Черноморского флота за сентябрь—ноябрь пере­бросили в Туапсинский оборонительный район три стрелковые бригады, кавалерийскую и горнострелковую дивизии, артиллерийские и другие части. Всего они доставили 52 844 человека и 57 796 тонн грузов и эва­куировали в Поти более 2500 раненых.

Туапсинская оборонительная операция Черноморской группы закончилась, началась подготовка к наступлению. Противник, трижды пытавшийся прорваться к Туапсе, понес большие потери и был вынужден перейти к обороне на всем фронте Черноморской группы.

Спустя месяц после начала Туапсинской оборонительной операции, 25 октября, немецко-фашистские войска предприняли новое наступление на нальчикском направлении. Началась Нальчикская оборонительная операция — последняя оборонительная операция Закавказского фронта, продолжавшаяся до 12 ноября.

Северная группа войск этого фронта занимала оборону в полосе шириной около 350 км, имея в своем составе 9, 37, 44 и 58-ю армии, два отдельных стрелковых и кавалерийский корпуса, две кавалерийские дивизии и 4-ю воздушную армию.

Главная группировка советских войск находилась на грозненском и орджоникидзевском направлениях, в то время как на нальчикском направлении оборонялась ослабленная боями 37-я армия, против которой противник и планировал нанести главный удар. Здесь, на шестикиломет­ровом участке прорыва, он создал трехкратное превосходство в людях, одиннадцатикратное — в орудиях, десятикратное — в минометах и абсо­лютное — в танках.

Командование Закавказского фронта не ожидало наступления на нальчикском направлении. Поэтому здесь находилась слабая группировка советских войск. Более крупные силы были сосредоточены в полосе 9-й армии генерала К. А. Коротеева, где готовилась наступательная опе­рация. Военные советы 37-й армии и Северной группы войск не сумели разгадать замысел врага, несмотря на донесения разведки 9-й и 37-й ар­мий о производившейся им перегруппировке. Ее рассматривали как мероприятие по укреплению обороны.

Наступление войск Северной группы на малгобекско-моздокском направлении намечалось начать 3 ноября. Однако 25 октября рано утром около 70 самолетов противника произвели мощный налет на войска и штаб 37-й армии, располагавшийся в Долинском. Связь Северной группы со штабом армии была прервана. В 10 часов 2-я румынская горнострел­ковая дивизия, усиленная немецкими частями, после короткого, но силь­ного огневого налета перешла в наступление. За день врагу удалось про­двинуться на отдельных участках до 8 км. Утром 26 октября он возоб­новил наступление и во второй половине дня подошел к Нальчику. Гит­леровцы считали, что советские войска уже не смогут остановить их. В тот же день штаб группы армий «А» доносил в ставку Гитлера: «В райо­не 1-й танковой армии наступление на Нальчик, по-видимому, застало противника врасплох. Танковые дивизии уже в первый день продвину­лись до Псыгансу, некоторые их части повернули на север и создали предпосылки для окружения приблизительно четырех дивизий против­ника. Уничтожение этой группировки должно закончиться в несколько дней. Противник оттеснен в горы. Представляется, что продвижение тан­ковыми силами в южном, а затем в восточном направлении на Владикав­каз (Орджоникидзе.— Ред.) откроет широкие перспективы...»

Враг продолжал теснить 37-ю армию к предгорьям Главного Кавказского хребта. Между ее частями на участке от Уруха до Чиколы обра­зовался разрыв. Фашистам открылась дорога на Орджоникидзе. Коман­дование Северной группы, стремясь остановить их продвижение, выдви­нуло в ночь на 30 октября в район Дигоры танковую бригаду, усиленную противотанковой артиллерией, а на участок устье реки Ардон, Суадаг — стрелковую дивизию из 58-й армии. Это позволило замедлить наступление врага. Однако обстановка оставалась напряженной.

Преодолевая сопротивление советских войск, 1 ноября немцы заняли Алагир и переправились через реку Ардон. Их авиация подвергла силь­ной бомбардировке Орджоникидзе. В воздухе разгорелись ожесточенные бои, в которых было сбито 18 и повреждено 12 вражеских самолетов.

В район Орджоникидзе из 9-й армии и резерва командующего Северной группой войск перебрасывались пять полков истребительно-противотанковой артиллерии и три полка реактивной артиллерии. Усилива­лись и стрелковые соединения.

С утра 2 ноября противник при поддержке почти 100 танков прорвал внешний обвод Орджоникидзевского оборонительного района на участке Фиагдон (20 км западнее Орджоникидзе), Дзуарикау и вышел к пригороду Орджоникидзе. К исходу дня он захватил Гизель.

Советские войска не смогли сдержать натиск сильной танковой группировки, и все же они делали все, чтобы остановить продвижение врага. В районе Фиагдона части 11-го гвардейского стрелкового корпуса под командованием генерала И. П. Рослого, подбив 30 немецких танков, не отошли от стен города.

В эти тяжелые осенние дни большая нагрузка легла на летчиков 4-й воздушной армии. Несмотря на плохую погоду, они сделали на нальчикском направлении около 2200 самолето-вылетов и в течение 12 дней провели около 100 воздушных боев, в ходе которых сбили 60 самолетов противника

Гитлеровцы продолжали рваться к Орджоникидзе. Захватив Гизель и сосредоточив в этом районе до 150 танков, они 3 и 4 ноября пытались расширить прорыв, но всюду были отброшены с большими для них потерями. 4 ноября штаб 1-й немецкой танковой армии сообщил в штаб группы армий «А» о том, что «придется приостановить наступление на Владикав­каз до тех пор, пока район южнее реки Терек не будет очищен от про­тивника и этим будет устранена опасность удара во фланг и тыл танко­вых дивизий». Однако не тактические соображения были причиной того, что гитлеровцы приостановили наступление на Орджоникидзе. Их выну­дило к этому упорное сопротивление советских воинов и отрядов народ­ного ополчения, а также большие потери.

5 ноября противник был остановлен. Теперь немецко-фашистское командование думало не о преследовании советских войск, а о спасении своих. В тот день штаб 1-й танковой армии получил приказ, в котором говорилось: «...на всем Восточном фронте в русский революционный праздник 7 ноября следует ожидать крупных наступательных операций; фюрер выражает надежду, что войска будут защищать каждую пядь земли до последнего человека».

Узкий мешок, в котором оказались вражеские войска под Орджоникидзе, все плотнее стягивался частями, прибывавшими из резерва Север­ной группы войск. Создалась реальная возможность полного окружения и уничтожения противника в районе Гизели. Командующий Северной группой войск решил нанести контрудар тремя стрелковыми и четырьмя танковыми бригадами. Главные силы группы получили задачи оборони­тельного характера. В таком решении сказались осторожность командо­вания и опасения за грозненское направление, желание прикрыть его глубоко эшелонированной обороной.

Утром 6 ноября 11-й гвардейский стрелковый корпус двумя стрелковыми и двумя танковыми бригадами нанес удар вдоль восточного берега реки Фиагдон на Дзуарикау. В полдень 10-й гвардейский стрелковый корпус одной стрелковой и двумя танковыми бригадами перешел в атаку на Гизель. Благодаря успешному продвижению 11-го гвардейского стрел­кового корпуса основные силы 23-й танковой дивизии гитлеровцев ока­зались почти полностью окруженными. У них оставался лишь узкий ко­ридор в районе Майрамадага шириной не более 3 км. Враг предпринимал отчаянные попытки вырваться из мешка и спасти свою группировку.Ожесточенные бои разгорелись в Суарском ущелье за Майрамадаг (12 км западнее Орджоникидзе), где оборонялась 34-я отдельная стрел­ковая бригада полковника А. В. Ворожищева, сформированная из кур­сантов военно-морских училищ. Более десяти дней моряки героически отстаивали рубеж. Они не позволили противнику захватить Майрамадаг и проникнуть в Суарское ущелье. Не смог он и оказать помощь своей группировке, окруженной в Гизели.

Утром 11 ноября войска левого фланга 9-й армии сломили сопротивление гитлеровских арьергардов, овладели Гизелью, а во второй поло­вине дня заняли Новую Санибу. На следующий день 9-я армия вышла на рубеж рек Майрамадаг и Фиагдон. Дальнейшее ее продвижение было остановлено упорным сопротивлением противника, организовавшим обо­рону по западному берегу реки Фиагдон.

Разгромом гизельской немецко-фашистской группировки закончи­лась Нальчикская оборонительная операция Северной группы войск Закавказского фронта. Было захвачено 140 танков, 70 орудий разных калибров и другие трофеи. На поле боя противник оставил убитыми свыше 5 тыс. солдат и офицеров.

Недооценка сил и возможностей Закавказского фронта и стойкости советских воинов привела к провалу планов командования немецкой 1-й танковой армии. Ее соединения не смогли преодолеть оборону советских войск на всю глубину и развить тактический успех в оперативный. С разгромом врага на подступах к Орджоникидзе провалилась его пос­ледняя попытка прорваться к Грозненскому и Бакинскому нефтяным районам, а также в Закавказье.

Нальчикская оборонительная операция проходила в период жесто­ких боев под Сталинградом. Невиданная стойкость советских воинов не позволяла врагу овладеть городом на Волге. Немецко-фашистское командование искало новые резервы для усиления своей сталинградской группировки. Эти резервы оно намеревалось взять и с кавказского на­правления.

Ставка Верховного Главнокомандования поставила перед Северной группой войск Закавказского фронта задачу активными действиями сковать немецкую 1-ю танковую армию и не дать немецко-фашистскому командованию перебросить войска из группы армий «А» под Сталинград.

Выполняя указания Ставки, Северная группа войск во второй половине ноября и в декабре 1942 г. нанесла несколько контрударов на моз­докском и нальчикском направлениях. Однако из-за недостатка сил и средств эти контрудары ожидаемого успеха не принесли.

11 декабря Ставка Верховного Главнокомандования указала командующему Северной группой войск: «Противник уже перебросил из района ваших войск часть своих сил на север и тем ослабил себя. Судя по ходу операции под Сталинградом, противник будет и впредь перебрасывать часть своих сил на север. Самовольный отход противника на северном берегу Терека нельзя считать случайностью. Создалась, таким образом, благоприятная обстановка для наступления всех ваших войск. Ваша за­дача состоит в том, чтобы не упускать момента и действовать посмелее».

Но командование Северной группы войск медлило. Противнику удалось вывести из боя танковую и моторизованную дивизии и бросить их в район Котельниковского на помощь окруженной 6-й армии. И все же Северная группа в результате контрударов к концу декабря значитель­но улучшила свои позиции и создала условия для удара во фланг и тыл главных сил 1-й немецкой танковой армии.