Убийство Клавдия

Император Клавдий был, казалось, прямой противоположностью своему неистовому племяннику. Однако и он не избежал той же печальной участи. Система была сильнее отдельных людей, пусть даже императоров. Они неизбежно втягивались в придворную борьбу, семейные интриги, преследовали «подозрительных» родственников и, наконец, все же оказывались жертвами очередного заговора. Правда, если Калигулу изрубили с не меньшей жестокостью, чем он пытал и казнил своих подданных, то для более скромного Клавдия хватило и отравленного обеда.

Тиберий Клавдий Нерон Германик, которого в исторической литературе принято называть только родовым именем Клавдий, был братом отца Калигулы Германика. Он был слаб физически и, казалось, умственно. Мальчик перенес паралич, у него была неуклюжая походка, тряслась голова, заплетался язык. С юных лет все родственники считали его недоразвитым.

Долгое время Клавдия держали в стороне от государственных дел. Его видимая безобидность и «недалекость» сослужила ему хорошую службу при Калигуле. В то время как летели головы многих родственников императора, «дядя Клавдий» счастливо избежал подобной участи. Калигула держал его при себе на положении шута – то заставлял подменять самого себя на торжественных мероприятиях, то вместе с собутыльниками кидал в заснувшего на пиру Клавдия кости. Вероятнее всего, Клавдий намеренно подчеркивал свое слабоумие, боясь безумно жестокого племянника. Когда же Калигула был убит (в 41 г.), оказалось, что Клавдий обладает несомненными преимуществами в качестве претендента на титул императора – ведь он был братом все еще не забытого Германика.



Впрочем, сам Клавдий, кажется, менее всего хотел этой власти. Когда в городе начался переполох из‑за убийства императора, дядя покойного спрятался в одной из галерей за занавесом, полагая, что его жизнь как родственника деспота находится в опасности. Один из преторианцев, пробегая мимо, заметил выглядывавшие из‑под портьеры ноги. Обнаружив там Клавдия, гвардеец по неожиданному наитию приветствовал его как императора. К нему присоединились и другие преторианцы, а затем и высыпавший на улицы народ. На следующий день Клавдий принял присягу у солдат. Сенаторы, которые начали было обсуждать, кому теперь должна принадлежать власть, вынуждены были лишь попросить стихийно избранного императора принять власть из рук сената. Так, во многом случайно, Клавдий стал наследником Калигулы.

Хотя римская знать продолжала относиться к Клавдию с изрядной долей презрения, он показал себя достаточно мудрым политиком и управленцем. Император планомерно восстанавливал жизнь Рима, разлаженную при его предшественнике. Процессы об оскорблении величия были прекращены, урегулирована финансовая политика, улучшено снабжение Рима продовольствием. Было также закончено строительство водопровода, построена гавань в Остии. Клавдий проявлял уважение к сенату, но параллельно строил новую внесенатскую императорскую бюрократию. Она создавалась на основе управления личным хозяйством императора. Почти ничего не меняя в этой системе, Клавдий возвел службу в хозяйстве императора на уровень государственной и стал награждать своих наиболее выдающихся вольноотпущенников знаками отличий магистратов. Бюрократами в новой системе стали и многие выдвинутые императором всадники. Клавдий решился продолжить политику Юлия Цезаря по распространению прав римского гражданства на жителей провинций и привлечению провинциальной знати к управлению империей. При нем очень интенсивно шел процесс романизации Галлии. В 48 г. знать Нарбоннской Галлии получила право добиваться сенаторского достоинства, что положило начало формированию общеимперской знати. В 43 г. была предпринята удачная экспедиция в Британию, которую превратили затем в римскую провинцию. В 44–45 гг. за Римом была закреплена Мавретания, разделенная на две провинции. Кстати, император был, если так можно выразиться, профессиональным историком. Увлекаясь историей и археологией, Клавдий написал два труда по истории этрусков и карфагенян.

Однако у Клавдия были и отрицательные черты, и свои слабости. Он был непостоянен и не всегда внимателен, азартен в игре, любил выпить и поесть. Роковую роль в его судьбе сыграло пристрастие к женщинам. Клавдий был женат четыре раза. Будучи императором, он взял себе в жены Валерию Мессалину, прославившуюся своим развратным поведением. Она имела большую власть над мужем, но когда попыталась составить вместе с любовником заговор против императора, тому удалось подавить его. Мессалина была казнена. Но уже очень скоро, в 49 г., Клавдий женился еще раз – на этот раз на еще более опасной женщине, Агриппине Младшей.

Она была сестрой Калигулы, а следовательно, племянницей Клавдия. Для такого брака императору понадобилось специальное разрешение сената. У Агриппины был сын от первого брака – Луций Домиций Агенобарб, которого, по ее настоянию, Клавдий усыновил. Агриппина также не была верна мужу и властна, как и Мессалина. Основной целью всей ее жизни было обеспечение императорского наследия своему сыну. Поэтому ее очень взволновало охлаждение к ней Клавдия, уставшего от постоянных просьб и догадывавшегося об изменах. Тем более опасным было открытое проявление отцовских чувств императора к его сыну от Мессалины Британику. Клавдий повторял, что ждет‑не дождется совершеннолетия этого своего отпрыска, так как это будет «настоящий Цезарь».

Агриппина организовала заговор со всей возможной тщательностью, заручилась поддержкой все тех же преторианцев. 13 сентября 54 г. Клавдий был отравлен, по наиболее распространенной версии, блюдом из белых грибов, в которое был подсыпан яд, изготовленный знаменитой отравительницей Локустой. О смерти мужа Агриппина не спешила сообщать народу. Покойника, обложенного припарками и одеялами, развлекали актеры, произносились молитвы за здоровье императора, а его убийца тем временем металась между знатными людьми, гвардейцами и родственниками, надевая все новые маски. Британика соратники Агриппины не выпускали из покоев. Наконец префект преторианцев представил своим воинам нового императора – Луция Домиция Агенобарба, более известного как Нерон.