Граф Монте-Кристо

После поражения Наполеона префект парижской полиции Паскье принял меры, чтобы обеспечить себе теплое место в администрации вернувшихся Бурбонов. В официальных бумагах не осталось никаких упоминаний о видных роялистах, состоявших агентами наполеоновской разведки. Зато Людовик XVIII, принявший Паскье, получил от него из рук в руки оригинальный подарок – изящно переплетенный том, содержащий список всех агентов полиции начиная с 1790 г.

Паскье уверил короля, что это единственный экземпляр столь ценного реестра. Может быть это соответствовало действительности. Несомненно, однако, что список был не совсем полным, — в нем отсутствовали имена немалого числа влиятельных роялистов. Они сумели оценить скромность Паскье, усердно способствуя его карьере (он стал позднее министром иностранных дел) и всячески рекомендуя бывшего императорского префекта вниманию и без того благосклонного к нему короля.

Между прочим, Реставрация не уменьшила количества соперничавших полиции и разведок. Была дворцовая полиция, полиция графа д'Артуа – наследника престола, военная полиция разведки отдельных министров, собственная полиция и разведка духовенства. Это перечисление можно легко продолжить Специальную разведку завело и французское посольство в Лондоне. Ее возглавлял в 1822 г. некий Бривазак-Бомон. Эта разведка имела прежде всего задачу наблюдать за бонапартистами, но отнюдь не гнушалась и дипломатических тайн. Бривазак-Бомон тратил на разведку больше, чем присылали из Парижа; в результате два раза он попадал в долговую тюрьму. Позднее его отозвали, но созданная им секретная служба продолжала активно действовать.

Полиция Реставрации очень гордилась улучшением техники перлюстрации писем – особенно дипломатической корреспонденции, при вскрытии которой приходилось соблюдать особые меры предосторожности. Служащий полиции – некий Лендар изобрел быстро застывавший сплав, с помощью которого можно было легко по конвертам, запечатанным сургучом, сделать копии употреблявшихся дипломатами печатей. Впрочем, использовался и другой, старинный способ. Был подкуплен, например, служащий британского посольства, который передавал на просмотр французской полиции все посылавшиеся через него депеши. Англичанин брал недорого, всего 300-400 франков в месяц (эти деньги ему еще выплачивались осенью 1822 г.).



К эпохе Реставрации относится действие одного из наиболее известных романов А. Дюма «Граф Монте-Кристо», сюжет которого большинству читателей хорошо знаком с детских лет. Однако далеко не всем известно, что главные линии сюжета знаменитый французский романист позаимствовал из исторической работы некоего Пеше, основанной на архиве парижской полиции. Дюма отнес начало романа к 1814—1815 гг. – ко времени первой Реставрации. Юный моряк Эдмон Дантес, выполняя последнюю волю своего умершего капитана, привозит во Францию письмо, не подозревая, что в нем содержатся инструкции тайной бонапартистской организации, подготовлявшей возвращение Наполеона с острова Эльба. Данглар, завидовавший сослуживцу, который теперь стал капитаном корабля, и Фернан, мечтавший отнять у него невесту Мерседес, пишут донос на Дантеса. Следователь Вильфор приказывает без суда заточить Дантеса в замок Иф. Таким путем этот судейский чиновник, сделавший карьеру при Бурбонах, надеется скрыть, что Дантес привез письмо к отцу Вильфора – руководителю бонапартистского подполья.

В жизни все было иначе, хотя тоже самым непосредственным образом было связано с происходившей тогда ожесточенной тайной войной. Прототипом Дантеса являлся бедный парижский сапожник Франсуа Пико родом из Нима. Однажды он зашел к своему земляку трактирщику Матье Лупиану и с торжеством сообщил радостную новость – в следующий вторник он женится на богатой и красивой девушке Маргарите Вигору. Завистливый кабатчик был уязвлен в самое сердце. Когда Пико ушел, Лупиан предложил трем своим приятелям, тоже уроженцам Нима, наказать хвастуна Пико. Сказано – сделано. Несмотря на робкие возражения одного из друзей – Антуана Аллю, был состряпан донос полицейскому комиссару, а тот поспешил переправить его начальнику одной из наполеоновских полиций Савари. В доносе утверждалось, будто Пико – агент английской разведки, дворянин из Лангедока, обеспечивающий связь с роялистами в южных и восточных департаментах Франции. По приказу Савари Пико был схвачен и брошен в темницу. Тщетно родители и невеста пытались наводить справки – арестованный исчез без следа.

Семь лет просидел Пико в мрачном каземате. Другой заключенный – прелат из Милана, также, очевидно, жертва тайной войны завещал ему свое наследственное имение, капиталы, положенные в иностранные банки, рассказал о тайнике, где было спрятано много золота и драгоценных камней. После падения Наполеона, в 1814 г., Пико вышел из тюрьмы и отправился в Италию, потом в Амстердам и вступил в права наследства.

Трудно было поверить, что этому сгорбленному от страданий человеку всего 34 года, невозможно было узнать в нем прежнего жизнерадостного и веселого малого, завоевавшего любовь красавицы Маргариты. Однако бедный ремесленник вышел из тюрьмы миллионером.

Во время ста дней Пико притворялся больным. После вторичного воцарения Бурбонов он стал наводить справки о причинах своего ареста. Он узнал, что его невеста Маргарита Вигору два года ждала пропавшего жениха, а потом приняла предложение кабатчика Лупиана. Под именем аббата Бальдини Пико приехал в Рим, где жил Антуан Аллю. Итальянский священник рассказал Аллю, что во время владычества Наполеона его, Бальдини, держали в суровом заключении в Неаполе, в замке Окуф. В тюрьме Бальдини познакомился с Пико. Тот перед своей кончиной просил прелата выполнить одну его просьбу. Он, Пико, получил от другого заключенного – англичанина в наследство алмаз стоимостью в 50 тыс. франков. Пусть Бальдини съездит в Рим к Антуану Аллю и расспросит того, не известна ли ему причина ареста Пико. Если Аллю согласится рассказать об этом, Бальдин должен передать ему в подарок алмаз, а сам вернуться в Неаполь и начертать имена людей, погубивших Пико, на его могильной плите. После некоторых колебаний Аллю назвал имена Лупиан и двух его сообщников. Получив алмаз, Аллю продал его ювелиру за шестьдесят с лишним тысяч франков. Однако вскоре Аллю узнал, что драгоценный камень был перепродан ювелиром какому-то турецкому купцу за сумму, вдвое большую. Подстрекаемый женой, Аллю убил ювелира и похитил его деньги, после чего преступная чета скрылась.

А Пико приступил к осуществлению своего плана мести Он добыл отличные рекомендации и нанялся официантом в ресторан, который содержал разбогатевший Лупиан. Его жене показалось знакомым лицо нового слуги по фамилии Просперо, но и она не узнала его. Двое соучастников Лупиана по-прежнему часто бывали у земляка. Вскоре одного из них нашли на мосту заколотого кинжалом, на ручке которого были вырезаны слова «номер первый». Прошло немного времени, и был отравлен другой сообщник; к черному сукну, которым был обтянут его гроб, кто-то прикрепил записку: «номер второй». Еще до этого на семью Лупиана обрушились тяжкие несчастья. Его дочь была обесчещена каким-то богатым маркизом. Он, правда, неожиданно согласился жениться на обольщенной им девушке, но во время свадебного бала выяснилось, что мнимый маркиз – беглый каторжник, который снова скрылся от преследовавшей его полиции. А еще через несколько дней сгорел дом, где помещался ресторан Лупиана. Прошло немного времени, и юного сына Лупиана втянули в воровскую компанию, его арестовали и приговорили к двадцати годам тюрьмы. Жена Лупиана умерла от горя, а дочь стала любовницей Просперо, который обещал уплатить долги ее отца.

Поздно вечером в темной аллее парка Тюильри Лупиан встретил человека в маске. Это был Пико, который рассказал Лупиану о своей мести и поразил его кинжалом, на котором было написано «номер три». Однако, когда Пико покидал место преступления, на него набросился какой-то незнакомец, заткнул рот, связал веревками руки и ноги. Пико пришел в себя в темном подвале. Незнакомец – Аллен Аллю, который наконец догадался, кто погубил Лупиана и его друзей. Несколько дней Аллю издевался над теперь беззащитным Пико, морил его голодом и жаждой, требуя за каждый кусок хлеба и глоток воды по 25 тысяч франков. Пико, которого богатство сделало скупым, отказывался платить до тех пор, пока голод и страх не лишили его рассудка. Надежды Аллю овладеть миллионами Пико были разрушены. Аллю в ярости убил своего пленника и бежал в Англию. В 1828 г., перед кончиной, он признался во всем католическому священнику, который под диктовку умирающего записал страшный рассказ о целой цепи преступлений, Скрепленный подписью Аллю, этот документ поступил в архив парижской полиции, был изложен в работе Пеше и стал после этого материалом для лучшего романа Дюма.

Конечно под пером художника мрачная история Пико преобразилась. Кровожадный убийца превратился в мстителя, воплощавшего справедливость и правосудие. Неизвестно, чем руководствовался Дюма, отнеся арест своего героя ко времени не империи, а Реставрации. Возможно, здесь сыграло роль стремление приблизить годы, когда в «Графе Монте-Кристо» развертываются сцены мщения, ко времени написания романа (таковым было пожелание издателя). Однако Эдмона Дантеса, как и Франсуа Пико, бросают в тюрьму на основании столь же обычного, сколь и страшного в ту эпоху обвинения, что он – секретный агент неприятеля. Герой «Графа Монте-Кристо», как и его прототип, становится одной из многих случайных жертв тайной войны.