Португальская афера: «Банкноты для Анголы»

Американский писатель Мюррей Т. Блум, исследовавший эту аферу во всех деталях, сравнил ее с землетрясением, разрушившим Лиссабон в 1755 году. Конечно, сравнение несколько преувеличенное, но большая доля истины в нем есть. Но обо всем – по порядку.

В первой половине 1920-х годов экономика Португалии находилась в плачевном состоянии. За семь лет в стране сменилось 26 правительств, причем каждый кабинет министров успевал ввести в обращение новые банкноты. Типографии Банка Португалии уже не справлялись с заданиями, заказы размещались на зарубежных предприятиях. В таких условиях мало кто из португальцев отваживался инвестировать развитие колониальных владений, таких, например, как Ангола и Мозамбик.

В этой обстановке развернулась уникальная афера, духовным отцом которой стал Артур Виргилий Альвеш Рейс.

Он родился в 1896 году. Отец его был не только гробовщиком, но и ростовщикам – ссужал деньги под большие проценты. Когда во время Первой мировой войны Альвеша хотели призвать на военную службу, он скрылся в Анголе. Рейс основательно подготовился к поездке в Африку: взял с собой очаровательную жену и поддельный диплом инженера. Существовал только один изъян – факультета, который он якобы окончил, в Оксфорде вообще не существовало. Тем не менее он получил в Луанде место сначала в железнодорожной компании, а затем – в Министерстве общественного труда. Потом Рейс занялся бизнесом и вернулся в Лиссабон, где открыл фирму по продаже автомобилей. Но инфляция поставила его фирму на грань разорения. В июле 1924 года Рейса был арестован по обвинению в финансовых махинациях. Почти два месяца он провел в следственной тюрьме Порту.

Выйдя на свободу, Рейс приступил к осуществлению грандиозного плана. Он решил завладеть Португальским государственный банком и всеми национальными финансами! Первым делом Рейс обзавелся официальными бланками и сфабриковал договор, согласно которому он уполномочивался колониальным управлением Анголы на выпуск в обращение денежной суммы, номинированной в португальских эскудо, эквивалентной одному миллиону фунтов стерлингов. Эти деньги колониальное управление якобы получало в кредит от некоего международного консорциума, не называемого в целях сохранения коммерческой тайны. Первый лист договора Рейс украсил белым бантом и сургучом печати с гербом Португалии. Гербовая печать была заказана аферистом для гимнастического союза, так и не зарегистрированного. На третьей странице бланка появились подписи управляющего Банка Португалии Камачо Родригеса и его заместителя Жозе да Мотта Гомеша. Рейс умудрился заверить этот договор в британском, германском и французском посольствах.

Аферист также подделал контракт между правительством Португалии и колониальным управлением Анголы.

4 декабря 1924 года его сообщник Карел Маранг ван Иссельвеере, владелец фирмы «Маранг э Коллиньон», когда-то процветающей, а ныне стоявшей на грани банкротства, приехал в Лондон для размещения заказа на печатание денег в типографии «Уотерлоу и сыновья», постоянного партнера португальского банка. Он передал президенту фирмы Уильяму Уотерлоу доверенность, выданную Артуром Рейсом голландской фирме «Маранг и Коллиньон» (Гаага, Королевство Нидерланды) на размещение заказов, право подписи контрактов от имени Рейса и «ведение организационной работы».



Маранг описал нищенское положение португальской провинции – Анголы. С целью ее возрождения в Нидерландах и создан синдикат, к которому принадлежит Маранг. Синдикат готов для эмиссии банкнот предоставить кредит в сумме одного миллиона фунтов стерлингов. Банк Португалии согласен. Фирма «Уотерлоу и сыновья» должна отпечатать соответствующую сумму денег в португальских банкнотах, переправить их в Лиссабон, откуда деньги с середины февраля 1925 года будут поступать в Анголу. Именно там деньги получат соответствующую пометку «Ангола».

Уотерлоу ухватился за выгодный заказ. Стороны договорились печатать банкноты номиналом 500 эскудо с изображением портрета Васко да Гамы. Эти банкноты год назад лондонская типография изготавливала для Банка Португалии. Соответствующие типографские пластины лежали в сейфе. Но пластины – собственность Банка Португалии, поэтому без его официального и юридически заверенного разрешения заказ не мог быть выполнен.

Маранг сразу согласился, но попросил сохранить сделку в тайне. В курсе дела только президент Банка Португалии сеньор Родригес и его заместитель сеньор Гомеш.

Через две недели Маранг вручил Уотерлоу два нотариально заверенных договора: один – между Банком Португалии и колониальным управлением Анголы, второй – между колониальным управлением Анголы и Артуром Виргилио Артуром Рейсом. Согласно последнему договору, Рейс получал полномочия на организацию эмиссии новых ангольских денег.

По просьбе Уотерхауса лондонский нотариус перевел эти документы на английский язык и заверил. Нотариус подтвердил, что все документы в полном порядке. После этого сэр Уильям написал доверительное письмо президенту Банка Португалии, в котором запросил полномочия на изготовление банкнот. В силу своего конфиденциального характера письмо надо было отправить в Лиссабон со специальным курьером. По предложению Маранга курьера подыскал секретарь Жозе душ Сантуш Бандейра, еще один участник аферы, чей брат служил португальским консулом в Гааге.

6 января 1925 года Маранг доставил тщательно запечатанное и подписанное Камачо Родригесом, управляющим Банка Португалии, ответное послание. Естественно, сфабрикованное Рейесом. Все проблемы, таким образом, были решены.

«Уотерлоу и сыновья» и «Маранг и Коллиньон» подписали договор, согласно которому лондонская типография обязывалась до 31 января 1925 года напечатать 200 тыс. ассигнаций достоинством 500 эскудо и предоставить их своему контрагенту для последующей переправки их в Анголу и допечатки на лицевой стороне банкноты надписи: «Деньги для Анголы». Стоимость выполнения заказа – 1500 фунтов стерлингов.

10 февраля 1925 года Карел Маранг получил в Лондоне первую партию из 20 тысяч банкнот на общую сумму 10 млн эскудо. Он упаковал деньги в чемодан и отбыл в Лиссабон. Документы Маранга, заверенные Антонио Бандейрой, португальским консулом в Гааге, освободили его от таможенного досмотра.

Артур Рейс вместе с Марангом и еще двумя подельниками Адольфом Хеннисом и Адриано Сильвой решили учредить собственный банк и осторожно скупать акции Банка Португалии, пока в их распоряжении не окажется контрольный пакет. Аферисты открыли «Банк Анголы и метрополии» с уставным капиталом 20 млн эскудо.

Появление в большом количестве новых купюр достоинством 500 эскудо встревожило португальское общество. В мае 1925 года руководство национального банка выступило с официальным заявлением: «Администрация Банка Португалии доводит до всеобщего сведения, что для беспокойств по поводу якобы появившихся в обращении фальшивых ассигнаций в 500 эскудо нет никаких оснований». Доверие к банкнотам оказалось восстановленным.

25 июля 1925 года Карел Маранг вновь обратился в лондонскую фирму «Уотерлоу и сыновья». «Я привез письмо сеньора Камачо Родригеса с просьбой отпечатать еще 380 тысяч банкнот с изображением Васко да Гамы по 500 эскудо каждая, – сказал он сэру Уильяму. – Вы могли бы использовать те же пластины». Уотерлоу рад был ему помочь.

К ноябрю в сейфах Рейса и Хенниса уже находилась 31 тысяча акций Португальского государственного банка. Если бы они скупили еще 14 тысяч акций, то получили бы в свои руки контрольный пакет и возможность распоряжаться банком и контролировать его операции.

4 декабря 1925 года управляющий Банком Португалии Камачо Родригес принял банкира из Порту Кондельса. Визитер был обеспокоен тем фактом, что в стране в огромном количестве циркулируют новые банкноты с изображением Васко да Гамы, хотя официально они уже три года не выпускаются. Кондельса рассказал о ювелире, клиенте своего банка, который расплачивается исключительно банкнотами в 500 эскудо.

На следующий день отряд криминальной полиции отправился в Порту. Подозрительный ювелир был задержан и допрошен. Выяснилось, что деньги он держал в местном отделении «Банка Анголы и метрополии». Судья Дирейто выписал ордер на обыск помещений этого банка в Порту и арест его управляющего Адриано Сильвы.

В ночь с 5 на 6 декабря было вскрыто хранилище «Банка Анголы и метрополии». Следователи обнаружили в нем 40 пачек новых банкнот достоинством 500 эскудо – всего 4000 ассигнаций. После тщательного изучения эксперт Банка Португалии Педросо пришел к выводу, что деньги в хранилище – настоящие. Полицейские старательно переписали номера всех банкнот достоинством в 500 эскудо. Группа работников проделала ту же операцию в хранилище Банка Португалии в Лиссабоне.

Сверка номеров банкнот дала неожиданный результат: четыре пары подлинных ассигнаций достоинством 500 эскудо имели одинаковые номера и находились одновременно в двух разных хранилищах! Полиция предположила, что типографские пластины похищены. Однако специалисты Банка Португалии отвергли эту версию: деньги печатались в Лондоне солидной фирмой «Уотерлоу и сыновья» и клише вряд ли могло попасть в руки злоумышленников.

Судья Дирейто выписал ордера на арест учредителей «Банка Анголы и метрополии», членов его Совета директоров и высших администраторов. 6 декабря был задержан Артур Рейс, только что вернувшийся из Анголы, где он вместе с Хеннисом проворачивал свои делишки. Хеннису удалось сбежать в Германию.

Правление Банка Португалии распорядилось об изъятии из обращения всех банкнот номиналом 500 эскудо. 7 декабря 1925 года португальские вечерние газеты вышли с заявлением государственного банка: «…до 22 декабря необходимо в любом банке обменять имеющиеся на руках 500-эскудовые банкноты на любые другие».

По стране поползли слухи о неких документах, доказывающих причастность высших государственных чиновников к подделке денег. Президент Камачо Родригес и вице-президент Банка Португалии Жозе да Мотта Гомеш были задержаны полицией. Правда, уже через два дня они оказались на свободе. Руководство банка к этой афере действительно не имело никакого отношения.

В январе 1926 года был арестован в Голландии Карел Маранг ван Иссельвеере. 26 ноября он предстал перед судом в Гааге и получил 11 месяцев лишения свободы, которые он уже отсидел во время предварительного следствия. Маранг вместе с женой и четырьмя детьми спешно уехал из Голландии. С приговором суда второй инстанции – два года тюрьмы – он ознакомился в Брюсселе, где ухитрился получить второе гражданство – бельгийское.

В Португалии расследование аферы вышло на финишную прямую. Активно помогал полицейским Жозе Бандейра, который по указанию Рейса отслеживал ситуацию на биржевых площадках Европы и осуществлял скрытую скупку акций Банка Португалии. Он назвал свои банковские счета в Португалии, Великобритании и Нидерландах.

Но только 6 мая 1930 года начался суд над основными обвиняемыми. Дело рассматривала специальная судебная коллегия, процесс проходил в помещении военного суда Португалии. Заговор, подделка договоров и писем, использование фальшивого диплома, незаконное изготовление 580 тысяч банкнот и их частичная эмиссия – вот далеко не полный перечень важнейших обвинений, предъявленных Артуру Рейсу и его сообщникам.

На суде Артур Рейс выступал в течение пяти часов. Он уверял, что стремился всего лишь оживить экономику Португалии и Анголы и не преследовал цель личного обогащения. Ему помогали Карел Маранг и Адольф Хеннис, но их следует рассматривать как невинных жертв его махинаций.

19 июня 1930 года суд приговорил Артура Рейса, Адольфа Хенниса и Жозе Бандейру к 8 годам заключения в каторжной тюрьме и 12 годам ссылки в колонии. Суд разрешил по желанию приговоренных заменить данное наказание 25 годами ссылки в колонии. Остальные обвиняемые получили менее длительные сроки заключения.Судьба вдохновителя этой единственной в своем роде аферы в истории фальшивых денег известна. Артур Рейс вышел на свободу 7 мая 1945 года. Как и Жозе Бандейра, он предпочел весь срок отсидеть в Лиссабоне. В тюрьме Рейс обратился к Богу. До конца своих дней он помогал братьям по протестантской вере в качестве проповедника. Его редкие возвращения в бизнес сопровождались сплошными неудачами. Рейс умер 8 июля 1955 года от инфаркта. Газета «Диарио популар» откликнулась на его смерть следующими строками: «Человек, придумавший и осуществивший самую фантастическую из известных денежных афер, наводнившую страну банкнотами в 500 эскудо, не имел в конце жизни даже нескольких сентаво».