Культовые места и святилища славян

1142
Просмотров



Языческие верования пронизывали всю жизнь древних славян, определяли их быт и обычаи. Пережитки языческих представлений сохраняются до XX века и переплетаются с христианскими обрядами. Поэтому вполне правомерен тот огромный интерес, который проявляли исследователи — историки, фольклористы, этнографы, археологи — к изучению славянского язычества, начиная с середины XIX в.

Ему посвящена колоссальная по объему литература, как русская, так и зарубежная. К настоящему времени для исследования мировоззрения и обычаев славян привлечены почти все письменные источники и в значительной мере учтены этнографические материалы. Гораздо в меньшей мере для этой цели использованы данные археологии.

В то же время именно культовые места, святилища и другие вещественные памятники, отражающие верования народа, позволяют осветить многие пока еще темные стороны мировоззрения славян, дать конкретные представления о религиозных обрядах и раскрыть роль религии в жизни древнего общества.

Археологические источники, касающиеся языческих верований, в значительной своей массе еще не собраны со всех славянских земель и недостаточно систематизированы. Обычно в общих работах по славянскому язычеству приводятся лишь отдельные примеры широко известных памятников и упоминаются наиболее выдающиеся находки идолов и других культовых предметов. Хотя число культовых объектов славян, открытых археологами, особенно в последние годы, быстро возрастает и находит отражение во многих публикациях.

Значительные археологические материалы привлечены в фундаментальных работах Б.А. Рыбакова, посвященных славянскому язычеству (1981; 1987). Автором рассмотрены многочисленные данные о погребальной обрядности славян, языческих святилищах и городищах, домашних оберегах, женских украшениях, отражающих языческие верования, дана их интерпретация. Археологические источники в работах Б. А. Рыбакова заняли вполне достойное место в освещении славянского язычества наряду с разносторонними данными истории и этнографии. Сводка данных о культовых памятниках восточных славян приведена в работе В.В. Седова (1982, с. 261-268).

Тщательно собраны, хорошо и многократно опубликованы данные о языческих находках и культовых объектах славян, живших между Одером и Эльбой (Herrmann J., 1967; 1969; 1971; 1974; 1978а, б; Германн И., 1980). Археологические материалы, связанные с языческими культами и расположенные на территории Польши, обобщены в книге М. Ковальчик (Kowalczyk М, 1968). Карта с обозначениями святилищ, жертвенных мест и идолов на землях западных и восточных славян приведена в книге 3. Вани (Vana Z., 1983, S. 93). На этой карте было отражено состояние изученности памятников языческого культа на славянских землях: наибольшее число памятников сосредоточено в восточных областях Германии, тогда как на территории Польши, Чехии, Словакии, Украины, Беларуси и России они почти отсутствуют, в восточнославянских областях отмечены лишь Киев и Новгород. Такое положение не отвечает действительности и лишний раз показывает необходимость скорейшего и полного издания материалов.

В изучении славянских святилищ можно отметить несколько основополагающих открытий, которые до сих пор являются эталонными и оказывают влияние на последующие исследования.

В 1908 г. В.В. Хвойко на Старокиевской горе в Киеве раскопал святилище, представляющее собой, по его описанию, эллипс, сложенный из камней и имевший четыре выступа по странам света (Хвойко В. В., 1913, с. 66). Данных для датировки памятника нет. Дата определяется по глубине залегания находок (около 3 м) концом V-VI вв. (Толочко П. П., 1983, с. 328) или VIII-IX вв. (Каргер М.К., 1958, с. 111). Несмотря на то, что сохранились лишь краткие описания и очень схематичный рисунок сооружения и что при повторных раскопках, проведенных в 1937 г. Ф.Н. Молчановским, такой правильной кладки и регулярной формы, как на рисунке В.В. Хвойко, не было обнаружено, памятник до сих пор рассматривается как классический образец славянских капищ, делаются его реконструкции, по его выступам пытаются определить азимуты (Kotlarczyk J., 1988, S. 160), а сам памятник расценивается как «большой культовый центр» Полянского княжества (Козак Д.Н., Боровский Я.Е., 1990, с. 89). В свете новейших археологических открытий В.В. Хвойко, вероятно, были открыты остатки языческого капища, но его рисунок и план едва ли достоверны.



Крупным открытием явились работы К. Шухгардта, проведенные им в 1921 г. на городище Аркона, расположенном на о. Рюген в Балтийском море. Это городище, описанное Саксоном Грамматиком в начале XII в., было разрушено датчанами в 1168 г. Уже ко времени первых научных раскопок городище в значительной мере было разрушено морем, а к настоящему времени его мысовая часть уничтожена почти полностью. К. Шухардт заложил на городище несколько траншей и в результате этих работ, по его мнению, в мысовой части городища были открыты фундаменты прямоугольного храма и яма, в которой стоял идол Святовита, упоминавшийся Саксоном Грамматиком (Schuchardt С, 1926, S. 14-22). Сведения об этом «храме» долгое время служили основой для реконструкции славянских языческих храмов (Нидерле Л., 1956, с. 289, рис. 53) и привлекались в качестве аналогий (Когоёес }., 1948, S. 5-42). Позднее обнаруженное на Арконе каменное сооружение рассматривали как остатки романской базилики, построенной на месте разрушенного святилища (Dyggve Е., 1959, S. 193-205). При раскопках, проведенных в 1969—1971 гг., было установлено, что на самом деле К. Шухгардтом были частично вскрыты древний вал и ров, отделявшие мысовую часть городища, а языческий храм, вероятно, находился на участке, полностью уничтоженном морем (Berlekamp Н., 1973, S. 285-289; 1974, S. 211-252; Herrmann J., 1974, S. 177-207). В эти годы через сохранившуюся часть городища было проложено несколько траншей шириной 1 м и выяснено, что на городище не было жилых сооружений, а в некоторых местах находились углубления со скоплениями разнообразных вещей ГХ-ХП вв., человеческими костями и черепами. И. Германн считал скопление вещей, здесь найденных, кладами, зарытыми купцами во время опасности (Herrmann J., 1974, S. 199). Углубления на городище, характер находок в них, особенности конструкции вала и рва, оставшиеся непонятыми при раскопках, находят аналогии на других городищах-святилищах, в основном на Збруче, и таким образом получают объяснение.

В 20-х гг. XX в. были выделены городища-святилища под Смоленском. При обследовании городищ в верхнем течении Днепра А.Н. Лявданский обратил внимание на группу болотных городищ круглой формы и с маленькой внутренней площадкой. Эти городища по своим крошечным размерам «не могли быть укрепленными пунктами на случай защиты от нападения, а тем более местом жилищ... остается допустить, что они служили для обрядовых и вообще религиозных целей» (Лявданский А.Н., 1924, с. 174). А.Н. Лявданским было обследовано семь таких городищ, затем они были осмотрены в 1955—1958 гг. В.В. Седовым. По его данным, в Смоленском Поднепровье насчитывается до 20 таких городищ, радом с ними он открыл поселения VIII-XIII вв. (Седов В.В., 1962, с. 57-64). На двух болотных городищах в 1960—1961 гг. провел раскопки П.Н. Третьяков (Третьяков П.Н., Шмидт Е.А., 1963, с. 124-129). В.В. Седов наметил ряд признаков болотных городищ-святилищ и сопоставил план и размеры этих памятников со святилищем на Перыни под Новгородом и с планами древнерусских курганов (Седов В.В., 1962, с. 63).

Крупнейшим событием в изучении языческих памятников славян явилось открытие святилища в урочище Перынь на берегу озера Ильмень в 4 км южнее Новгорода. Здесь в 1951—1952 гг. В.В. Седов раскопал остатки трех круглых площадок, ограниченных круговыми рвами. Одна из площадок вскрыта почти полностью, две другие раскопаны частично, так как были испорчены позднейшим селищем и церковью, построенной здесь в XII в. (Седов В.В., 1953, с. 92-103; 1954, с. 105-108). Святилище датируется IX-X в. и сопоставимо с сообщением летописи о низвержении идола Перуна в 991 г. (ПСРЛ, М., 1965, т. 30, с. 38). Капища, имевшие вид ограниченных рвом круглых площадок, впервые раскопанные на Перыни, в последующие годы были открыты в разных местах славянского мира и являлись одним из характерных элементов многих культовых памятников.

Новый тип культовых сооружений — деревянный храм — был открыт в 1974 г. при раскопках селища и городища Гросс Раден в Германии (Schuldt Е., 1985, S. 35-73,208-216). Остатки подобного храма обнаружены около городиша Фельдберг (Herrmann J., 1969, S. 33-68). Открытие деревянных храмов в междуречье Одера и Эльбы привело И. Германна к мысли, что этот тип сооружений, известный здесь и по описаниям немецких хронистов, был присущ только северо-западным славянам и его истоки связаны с древней кельтской традицией (Herrmann J., 1978, S. 20, 26). Этот вывод едва ли справедлив, так как при работах последних лет деревянные языческие храмы исследованы и на восточнославянских землях в Прикарпатье. Эти храмы относятся к XII — началу XIII вв. и их появление скорее могло быть вызвано влиянием христианства, что первоначально признавал и сам И. Германн.

На территории Украинского Прикарпатья большое количество городищ обследовано Б.А. Тимощуком и предложена их социальная типология, сделанная на основе общих для всех городищ критериев: система и конструкция оборонительных линий городищ; характер застройки их площадок; место городища в системе окружающих синхронных поселений (Тимощук Б.О., 1982, с. 6). В результате проделанной работы выделены городища разных типов, для каждого из которых свойственен свой набор признаков. Городища разделены на две большие группы: первую группу составляют городища, служившие общинными центрами, среди них различаются городища административно-хозяйственные, убежища и святилища; ко второй группе относятся городища — раннефеодальные центры, включающие городища — княжеские крепости, замки и города. На землях Украинского Прикарпатья к типу святилищ могут быть отнесены восемь городищ, для которых характерны свои строго определенные признаки (Тимощук Б.О., 1976, с. 83-93; 1989, с. 74-83).

Начиная с 1982 г. Прикарпатская экспедиция Института археологии РАН проводила целенаправленные исследования славянских святилищ в Прикарпатье, что привело в 1984 г. к открытию целого культового комплекса на реке Збруч (левый приток Днестра) в пределах Тернопольской области Украины, в районе находки Збручского идола. Эта местность со времени обнаружения идола — с середины XIX в. до сих пор специально не изучалась и характер городищ, известных здесь (Lenczyk G., 1964, S. 5-12; Janusz В., 1918, S. 133-134), не был определен. Прикарпатской экспедицией были обследованы и частично раскопаны три городища-святилища и примыкающие к ним селища-городища Богит, Звенигород и Говда, расположенные в 3-5 км друг от друга (Русанова И.П., Тимощук Б.А., 1986, с. 90-99; Тимощук Б. А., Русанова И.П., 1988, с. 78-91; Тимощук Б. А., 19896, с. 79-83). На городищах Збруча отмечены те же признаки, которые характерны для других городищ-святилищ. Но, в отличие от рядовых святилищ, святилища Богит и Звенигород занимают большую площадь, разделенную на несколько разных по значению частей, здесь открыты многочисленные культовые постройки разнообразной конструкции, сохранились остатки жертвоприношений, в одной из построек находился каменный идол. По своим размерам, планировке и находкам городища-святилища на Збруче могут быть сопоставлены с культовыми центрами на Арконе, горе Шлонжа в Силезии и городищами-святилищами в Свентокжицких горах Польши.

Раскопки на городищах Богит и Звенигород дали совершенно новые конкретные материалы для освещения многих языческих обрядов и верований. Эти материалы подтверждают и уточняют данные письменных и этнографических источников и помогают понять многие прежние археологические находки.

Верования и обряды, которые сопровождали славянина от рождения до самой смерти, требовали большого количества культовых мест и святилищ для молений, жертвоприношений и гаданий. По данным Гельмольда (XII в.), у славян все поля и селения изобиловали божками (1963, с. 129). По его сообщениям, «у славян имеется много разных видов идолопоклонства. Ибо не все они придерживаются одних и тех же языческих обычаев» (с. 183). По представлениям И. Срезневского, в той же мере, как различны были боги, различны должны были быть и сами святилища (Срезневский И.И., 1948, с. 18).

Сравнительно небольшое количество исследованных археологами славянских святилищ вызвано трудностями их открытия и интерпретации. Для культовых памятников характерно расположение за пределами поселений, иногда на краю могильников, часто на неудобных для обычной жизни землях — на высокой горе, на крутом склоне или среди болот. В связи с этим большинство известных культовых мест и святилищ было обнаружено случайно и дало мало информации. К тому же сооружения язычников специально уничтожались христианами и на их месте часто строили христианские церкви. Наиболее перспективными могут быть полевые работы, направленные специально на поиски и изучение таких памятников и учитывающие уже известные их особенности.

Обосновать культовый характер открытого памятника довольно трудно. Для этого далеко недостаточны лишь необычный вид объекта или непонятное с современной точки зрения его назначение. Для подтверждения культового значения памятников необходимо выявить их определенные признаки, отражающие закономерности в расположении, конструкции, планировке, характерные для большинства культовых мест и святилищ. Эти закономерности могут быть выделены при сопоставлении часто отрывочных, но существенно дополняющих друг друга данных, которые получены при раскопках достоверных культовых объектов. Идеальным доказательством культовой принадлежности памятника являются соответствующие свидетельства о нем синхронных письменных источников. Но случаи совпадения письменных и археологических данных крайне редки, можно назвать только Аркону, Перынь и гору Шлонжу. В некоторых случаях обоснованию культового значения памятника помогает совпадение его особенностей с описаниями западнославянских святилищ в трудах немецких хронистов XI-XII вв. Довольно важным обстоятельством могут служить легенды, поверия, а иногда и праздники, устраивавшиеся почти до современности на бывшем священном месте. Общей особенностью культовых объектов оказывается их расположение за пределами населенных пунктов, обычно на возвышенности или высокой горе. Бесспорным свидетельством культовой принадлежности объектов являются находки идолов и специальных мест, где они были поставлены (капищ), сохранение остатков жертвоприношений, длительное употребление огня на одном и том же месте. Выделяется целый ряд конструктивных деталей, свойственных большинству святилищ: символическое ограждение, обычно круглая форма капищ с идолом в центре, широкое применение камня и каменных вымосток, наличие священных колодцев, целебных источников, расположение поблизости общественных зданий. Различное сочетание этих признаков определяет целый круг памятников, выделяющихся среди обычных жилых и производственных комплексов. Закономерности в той или иной степени оказываются характерными для всей славянской земли.

Известные к настоящему времени в славянских землях культовые памятники, обладающие хотя бы некоторыми из перечисленных признаков, могут быть разделены на несколько видов и типов. В особый вид выделяются почитаемые места и объекты естественного происхождения, в создании которых участие человека было минимальным. Это камни, лишь иногда искусственно подработанные, деревья, источники, рощи, горы, которые часто входят в состав больших культовых комплексов. Следующим видом памятников служат культовые места — ямы или площадки, устроенные человеком для жертвоприношения по какому-либо определенному поводу и затем оставленные. Основным видом культовых памятников являются собственно святилища — места постоянных молений и жертвоприношений, на которых имелся объект поклонения — идол. Среди святилищ можно выделить несколько типов:

1) круглые площадки-капища с идолом в центре, ограниченные ровиком или системой отдельных ям;

2) такие же площадки, огражденные валом и рвом, — малые городища-святилища;

3) деревянные постройки, внутри которых стояли идолы, — храмы;

4) городища-убежища, служившие одновременно и культовым целям, содержавшие отдельные культовые объекты;

5) большие культовые центры, в которых сочетаются все типы святилищ, культовых мест и почитаемых природных объектов.

Этим обусловлена необходимость краткого рассмотрения всех видов и типов культовых памятников прежде, чем приступить к описанию материалов Збручского культового центра.

Вполне правомерно считать курганы одним из видов культовых памятников, тем более что планы многих курганов близки культовым площадкам-капищам и сами курганы собственно являлись семейными святилищами. Привлечение курганных материалов совершенно необходимо при изучении религиозных верований и обрядов славян, но это специальная работа и она еще ждет своего исследователя.

Намеченные виды и типы культовых памятников, конечно, очень условны, между ними нет четких границ и резких отличий. Но это Деление в какой-то мере отражает возможности того коллектива людей, который сооружал и поклонялся святилищам, — отдельных семей, жителей села или целой общины, иногда более широкого круга населения.