Германик Тиберий Друз Нерон (15 г. до н. э. – 19 г. н. э.) – представитель рода Германиков, римский полководец

Германик Тиберий Друз Нерон (15 г. до н. э. – 19 г. н. э.) – представитель рода Германиков, римский полководец

Род, к которому принадлежал Германик, оставил в истории Древнего Рима заметный след. Представители этого рода были и императорами, и полководцами. Не только мужчины, но и женщины стали знаменитыми и вошли в анналы римской истории.

Германик Тиберий Друз Нерон был сыном Друза Старшего и Антонии Младшей. Он родился в 15 году до н. э., и в некоторых источниках приводится даже точная дата его рождения – 24 мая. О его детстве и ранней юности, то есть о времени до начала его военной и общественной деятельности, известно немного. Германик получил прекрасное общее и военное образование. Возможно, он учился в школе вольноотпущенника и знаменитого в то время педагога Верия Флакка. Да и Август Октавиан любил сам заниматься воспитанием своих внуков, обучая их грамоте. Он и пригласил во дворец Верия Флакка вместе со всей его школой, чтобы его внуки, не покидая дворца, могли пользоваться всеми выгодами публичного обучения и воспитания. Отличительной чертой такого обучения была разносторонность. Юноши знакомились с основами юриспруденции, финансов, ораторским искусством, поэзией, философией, историей, военным делом и другими науками, чтобы в дальнейшем иметь возможность занимать различные государственные должности.

По желанию императора Августа Октавиана Германик был усыновлен своим дядей Тиберием, который сделал это вопреки интересам собственного сына. Затем Германик женился на Агриппине – дочери Марка Агриппы и Юлии (дочери Августа Октавиана).

Военную карьеру Германик начал в 7 году н. э. в звании квестора Дунайской армии. Состоя помощником своего дяди Тиберия, Германик был послан на подавление восстания в Паннонии, где нанес вождю паннонских туземцев Батону ряд поражений, взял штурмом укрепленный город Ардубу и захватил в плен самого Батона.

В 10 году н. э. Август поставил Германика во главе восьми рейнских легионов с правами главнокомандующего и званием проконсула. Он участвовал вместе с Тиберием в военных походах против германских племен. Во время военных походов Германика часто сопровождали жена с сыном. Ребенка родители одевали в военную форму, сделанную специально для него по особому заказу. Обувь также была военного образца, маленькие сапожки – калигулы. Калигулой и стали называть его солдаты, и с этим именем, став императором, он вошел в историю.

Военные походы против германцев были предприняты после того, как в 9 году н. э. восставшие племена уничтожили в Тевтобургском лесу римские легионы под командованием Публия Квинтилия Вара, что привело к утрате Римом территорий между Рейном и Эльбой – плоды более чем 20-летних военных усилий. Тогда погибли три римских легиона. Для укрепления обороны по Рейну сюда были направлены шесть новых легионов, которые имели опыт подавления восстания на Балканах и ранее участвовали в военных кампаниях против германцев. Руководил этими легионами легат Германика Авл Цецина Север, один из опытнейших римских военачальников. Все это свидетельствовало о том, что Рим был намерен вести наступательную войну для возвращения утраченных позиций. Еще до смерти Августа Октавиана Германик был назначен наместником галльских провинций, и в его подчинение вошли все легионы, расположенные на Верхнем и Нижнем Рейне. Рим тщательно готовился к наступлению на германские земли, и его подготовка заняла несколько лет. В войсках находились и Тиберий, и Германик, но затем Тиберий вернулся в Рим, чтобы находиться там на случай смерти Августа.

И вот в 14 году н. э. Август Октавиан умирает, его преемником провозглашается Тиберий. Когда известие об этом дошло до войск, рейнские легионы подняли мятеж и потребовали, чтобы вместо Тиберия был избран Германик, который имел наибольшую популярность среди легионеров. В то время в войсках находились жена Германика и его сын Гай Калигула. Германик хотел, чтобы они были переправлены в Трир в целях их безопасности, но легионеры не допустили этого, стремясь заставить Германика принять власть. Положение спасла безукоризненная лояльность самого Германика, который решительно отказался от предложенной ему императорской власти. Он не поддался искушению захватить верховную власть в Риме, несмотря на требования своих легионеров, а мятеж он с большим трудом и мужеством усмирил.

Наведя в войсках порядок, он стал активно готовиться к походу за Рейн. В поход он выступил весной 15 года н. э., несколько раньше намеченного срока, поспешив на помощь Сегесту, осажденному войсками германского вождя Арминия. В результате этого похода Сегест был освобожден, а римлянам даже удалось захватить дочь Арминия Туснельду.

На помощь Арминию выступил его дядя Ингвиомер, но, исходя из сложившейся к тому времени ситуации в германских племенах, силовое решение проблем в германских землях уже не имело большого значения.

Летом того же года Германик предпринял новый поход. Эта кампания сопровождалась огромными потерями в войсках с обеих сторон. Больших результатов она не принесла, но моральное удовлетворение римляне получили – им удалось отбить орла – штандарта XIX легиона и захоронить останки павших в Тевтобургском лесу легионеров Вара.

В Риме летний поход Германика и одержанные им победы были пышно отмечены. Самому Германику декретировался триумф, три его легата получили триумфальные отличия, было принято постановление о сооружении триумфальной арки в честь отвоевания у германцев римских знамен. В принципе, война была закончена, но не для Германика, который стал снова готовиться к весенней военной кампании против германцев в следующем, 16 году н. э. По многим объективным причинам новый поход был бессмысленной тратой жизней римских солдат. Кампания готовилась с огромным размахом, но по своим результатам она не оправдала тех потерь, которые понесли римские легионы. Самым значительным событием этой кампании стало сражение при Идиставизо. Идиставизская равнина, образованная Везером и лесистыми возвышенностями, стала местом битвы римских легионов Германика с войсками Арминия и Ингвиомера. Перед началом сражения римляне заметили в воздухе восемь больших орлов, летящих в сторону леса, что сочли за счастливое предзнаменование, видя в нем залог победы. Они хладнокровно, стройной боевой линией двинулись на ряды неприятеля. Сражение, начавшееся ранним утром, продолжалось до поздней ночи, но уже к середине дня было ясно, что победа достанется римлянам. Напрасно Арминий криками и личным примером старался воодушевить германцев, появляясь верхом то в одном, то в другом месте битвы. Все большее количество отрядов Арминия отступало под натиском легионеров, а к вечеру началось беспорядочное бегство германцев с поля боя. К ночи вся равнина была усеяна убитыми и ранеными. Сам Арминий и раненый Ингвиомер спаслись, вымазавшись кровью и грязью, чтобы не узнанными проскользнуть сквозь ряды легионеров.

Одержав победу над германцами при Идиставизо, войска и, конечно же, сам Германик считали, что уже в следующем году можно будет победоносно завершить войну. Германик считал, что легионы Вара еще недостаточно отомщены, так как главный виновник катастрофы Арминий уцелел и продолжает действовать.

Кампания 16 года н. э. принесла Германику высший военный титул – императора. Но вместе с тем она же способствовала усилению подозрения Тиберия, который видел в своем племяннике не только талантливого полководца, но и постоянную угрозу своей власти, так как в отличие от самого Тиберия Германика обожали и армия, и народ. Он настоял на прекращении военных действий и отозвал Германика в Рим. Тем самым Тиберий желал разлучить его с верными легионами. Но популярность Германика была необычайно широка и в преторианской гвардии. Когда он приближался к Риму, для его торжественной встречи выступили все преторианские когорты, хотя должны были выступить по приказу Тиберия только две. Все это вряд ли радовало властителя Рима, и в дальнейшем он стремился переориентировать лояльность войск, особенно Рейнской армии, с Германика на самого себя. Для укрепления своего авторитета в войсках Тиберий на памятных знаках в честь побед в Германии повелевает изображать себя как победителя над германскими племенами, приписывая тем самым все заслуги лично себе.

Затем Тиберий решает отправить своего популярного племянника подальше от Рима. Под предлогом того, что только Германик сможет уладить все проблемы, возникшие в восточных провинциях, Тиберий направляет его на Восток. В сенате Тиберий просит особых полномочий для своего племянника как единственного надежного члена своей фамилии, на которого можно положиться в столь важных обстоятельствах. Для Германика новая должность стала самой трудной, так как здесь ему приходилось действовать больше как администратору, нежели как военачальнику. Для него это было и непривычно и сложно. Простую лагерную жизнь среди легионеров ему пришлось сменить на другую, полную интриг, обманов и козней избалованных роскошью продажных чиновников. Кроме того, Тиберий посылает в Сирию Пизона, заменив им на посту правителя Сирии друга Германика Сплана. Зачем это было сделано – неизвестно. Возможно, и к этому склоняются многие древние историки, Пизон получил особое задание от Тиберия – вредить Германику всеми способами, подрывая его авторитет и донося обо всех его действиях Тиберию. Может быть, Пизон был наделен особым доверием Тиберия и получил приказ при удобном случае избавиться от Германика. Но, скорее всего, Тиберий просто сделал ставку на характер Пизона, зная, что тот не сможет ужиться с Германиком и сам сделает все, чтобы ликвидировать последнего.

По пути к новому месту назначения Германик посетил Грецию. Греки встретили его с огромными почестями, сопровождая по всем знаменитым местам, рассказывая и показывая ему все, что он хотел видеть. Здесь Германик не только восхищался красотой мест и интересовался историей страны, но и не забывал действовать, как обязывали его данные полномочия, проводя проверку деятельности чиновников. Есть сведения, что во время его пребывания в Колофоне местный оракул предсказал ему преждевременную кончину.

Германик уезжает на Родос, а следом за ним в Грецию приезжает Пизон. Он старается свести на нет то хорошее впечатление, которое произвел Германик на греков, рассказывая о нем и его жене Агриппине самые неприглядные истории. При переезде в Сирию корабль Пизона попадает в шторм. Узнав об этом, Германик, находившийся в то время на Родосе, посылает на выручку Пизону корабли. Но в дальнейшем этот благородный поступок Германика только ухудшил отношения между ним и Пизоном. В Сирию Пизон прибывает первым и сразу же с помощью наветов или денег старается создать о Германике невыгодное мнение.

Тот знал, какие интриги плетет против него соправитель, но решил сначала заняться делами, а уже потом разбираться с Пизоном. При его содействии в Армении царем стал сын понтийского царя Полемона Зенон, которого Германик лично короновал. Для его поддержки он затребовал у Пизона послать в Армению несколько легионов, но это требование Пизоном было проигнорировано. Между ними произошло объяснение, которое привело к новым конфликтам. Дошло даже до того, что во время пира, данного царем масботеев, Пизон швырнул на пол поднесенный ему золотой венок, сочтя его менее богатым, чем тот, который поднесли Германику. Пизон старался действовать во всем наперекор Германику, демонстрируя всем, что не признает его авторитета.

Находясь в восточных провинциях, Германик сумел привести к власти Рима новые территории. Он заключил выгодный Риму дружественный союз с парфянским царем Артабаном, который при личной встрече с Германиком попросил убрать из Сирии Вонона, действовавшего против интересов парфянского царя. Германик удовлетворил просьбу Артабана и отослал Вонона в Киликию, несмотря на то что Вонону покровительствовал Пизон.

Устав от постоянной борьбы с Пизоном, Германик под предлогом административной необходимости решает посетить Египет. Путь его лежал через Сицилию, где он также провел проверку работы чиновников. Он снискал особую любовь населения острова тем, что снизил цены на хлеб. В Сиракузах Германик появился без стражи и облаченный в греческий наряд, что вызвало особый восторг у жителей города. Но Тиберий воспринял это иначе. Он с завистью смотрел на новые успехи своего племянника, которому и на новом поприще и новом месте удавалось легко добиваться любви и обожания жителей. Выступая в сенате, Тиберий осудил поведение Германика в Сицилии, а также напомнил сенату, что со времен Августа лицам, наделенным властью, запрещалось посещение Египта без особого разрешения императора. Но Германик ничего не знал о недовольстве Тиберия и продолжал свое путешествие по Египту, наслаждаясь красотой этого края.

Вернувшись в Сирию, он узнал, что все данные им распоряжения были отменены Пизоном, с которым у него произошло новое объяснение. К этому времени Германик уже чувствовал первые признаки болезни, о чем стало известно и жителям. Когда Германик стал выздоравливать, жители Антиохии стали приносить благодарственные жертвы богам по случаю его выздоровления. Пизон этого вынести не мог. Он приказал раскидать жертвы, принесенные к подножию алтарей, а людей, пришедших в праздничных одеждах к храмам, разогнать. Германик был настолько потрясен действиями Пизона, что это привело к новому обострению болезни. Он начал подозревать, что его болезнь вызвана действиями Пизона, который каким-то образом отравил его. У Тацита можно найти сведения, что у дома Германика стали находить куски вырытых трупов, кучи пепла и свинцовые таблички, талисманы и заклинания с именем Германика. Долго терпел Германик выходки Пизона, но только перед самой кончиной он приказал ему покинуть Сирию, написав письмо, где, по обычаю, отказывал ему публично во всяких дальнейших дружеских отношениях. Пизон все время откладывал отъезд, и, даже покинув страну, его корабль плыл очень медленно, чтобы при первой же вести о кончине Германика снова вернуться в Сирию.

Болезнь Германика прогрессировала. Рядом с ним находились его семья и друзья. В последние часы он сказал, что «умирает жертвой злодеяния Пизона и Планцины» – жены Пизона, враждовавшей с Агриппиной.

Германик умер в Антиохии 10 октября 19 года н. э. По обычаю того времени, его тело было выставлено на площади в течение нескольких дней. Похороны Германика прошли очень просто и трогательно – не было фамильных портретов или особенных знаков отличия. Тело его сожгли, а пепел собрали в урну, которую его жена и друзья приготовили для перевозки в Рим. Смерть Германика была встречена в Риме и в армии с чувством искренней и глубокой скорби. Многие обвинили в его кончине Пизона, и Тиберию пришлось провести расследование. Но оно выявило непричастность Пизона и его жены Планцины к этому печальному факту.

Жена Германика, Агриппина, имела характер сильный и непреклонный. Притворяться она не умела и всегда помнила о том, что приходится внучкой Августу Октавиану. Тацит писал, что она, «никогда не мирившаяся со скромным уделом, жадно рвавшаяся к власти и поглощенная мужскими помыслами, была свободна от слабостей». Но после смерти Германика она осталась беззащитной, так как и Тиберий, и Ливия относились к ней с неприязнью. Возведя на нее клевету, будто она хотела искать поддержку у войска, Тиберий сослал ее на остров Пандатерию, где она погибла в 33 году н. э. Двух ее старших сыновей, Нерона Цезаря и Друза Цезаря, по приказу Тиберия объявили врагами государства. Нерон Цезарь умер от голода в ссылке на Понтийских островах в 30 году н. э., а Друз Цезарь – в Риме в 33 году н. э.

До конца жизни Германик создавал для Тиберия проблему своей огромной популярностью у всего римского народа. Преемниками Тиберия стали последовательно сын, дядя и внук Германика. Именно кровное родство с ним явилось в глазах гвардии и легионеров решающим аргументом в пользу избрания императорами Калигулы, Клавдия и Нерона. И только бездарная политика Нерона запятнала доброе имя Германика, а новая гражданская война привела к власти другую династию.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Решите пример *