Максимилиан де Робеспьер – террор как временная необходимость

2861
Просмотров
(attribue a)Boze Joseph. Portrait en buste de profil de Maximiliien de Robespierre represente en costume de depute du Tiers-Etat aux Etat Gerereaux de 1789. pastel, 0,445*0,365 m. Versailles, chateaux de Versailles et de Trianon



(attribue a) Boze Joseph. Portrait en buste de profil de Maximiliien de Robespierre represente en costume de depute du Tiers-Etat aux Etat Gerereaux de 1789. pastel, 0,445*0,365 m. Versailles, chateaux de Versailles et de TrianonДля любого политического переворота, по словам историков, необходимо смешение трех составляющих: неблагополучная обстановка в стране, недовольство народа и наличие харизматической личности, фанатично преданной своей идее и своему делу. Такой личностью в годы Французской революции стал Максимилиан Мари Изидор де Робеспьер.

Человек достаточно жесткий, но также на редкость проницательный и дальновидный. Он был и остается фигурой необычайно противоречивой. Его деятельность нельзя оценивать однозначно. Кровавый террор, развязанный в те времена во Франции, был во многом результатом труда Робеспьера. Именно поэтому его имя до сих пор заставляет некоторых историков содрогаться от ужаса. Вместе с тем вся деятельность революционера была направлена на установление равноправия и справедливости в родной стране. К несчастью, путь исполнения его мечты был очень тернистым, жестоким, а порой и насильственным.

Для того чтобы понять Робеспьера и оценить его вклад в революцию, необходимо прежде всего узнать больше о ранних годах его жизни. Ведь корни всех наших действий растут из детства и юности. Родился Максимилиан в 1758 г. в небольшом городке Аррас. Многие люди считали, что на самом деле он даже не француз, а ирландец. Лишь гораздо позднее благодаря стараниям ученых эти сомнения окончательно развеялись. Историки пришли к выводу, что несколько поколений Робеспьеров выросло на севере Франции. Отец Максимилиана был адвокатом, мать — дочерью работника пивоваренного цеха. Примечателен и тот факт, что мальчик родился всего лишь после четырех месяцев семейной жизни, а это в те времена само по себе фактически являлось поводом для скандала. Конечно, такое событие не могло пройти мимо прозорливых соседей, и не один раз маленький Робеспьер услышал о своем порочном зачатии.

Первое потрясение он испытал в 6 лет, когда при родах умерла его мать. В дальнейшем жизнь мальчика вряд ли можно назвать благополучной. Его отец, Франсуа, после смерти жены полностью позабыл о своих обязанностях. Он мог несколько недель отсутствовать дома, абсолютно не заботиться о детях. Через некоторое время Франсуа исчез окончательно, оставив после себя лишь немалое количество долгов. Вскоре его отпрысков французские власти «раскидали» по многочисленным родственникам. Детские годы Максимилиана не были счастливыми. С юных лет он познал, что такое нищета, отсутствие заступника и огромная ответственность за людей, которые находятся рядом с тобой. Типичное детство будущего деспота.

Луч света коснулся мальчика лишь в 12 лет, когда он выиграл стипендию на обучение в парижском коллеже Людовика Великого. Уже там он проявил себя как человек необычайно трудолюбивый и целеустремленный. В 20 лет Максимилиан закончил свое образование и вернулся в родной город, где вплотную занялся своей профессиональной деятельностью и уже через некоторое время с гордостью мог похвастаться первыми успехами. Это позволило ему начать выплачивать отцовские долги. Робеспьер уделял большое внимание юриспруденции и литературе. Он много читал, и его политические взгляды сформировались под влиянием Руссо и Монтескье. Вольнолюбивые идеи двух этих философов оказали неизгладимое впечатление на молодого адвоката. Тогда же Максимилиан увлекался сочинением стихов, как правило, романтического направления, посвящая свои творения аррасским дамам. Поэтому о нем говорили как о человеке необычайно чувствительном и мечтательном. Однако имелись в его характере и видимые странности. Любого, кто был с ним несогласен, он представлял как потенциального «угнетателя» всего рода человеческого. Естественно, что такие речи мало кому нравились, и постепенно Робеспьер растерял большинство своих друзей и знакомых. А оставшимся продолжал с нескрываемым упорством доказывать свою «особенность» и высшее предназначение. И вскоре они в это поверили.

Упорства и целеустремленности Максимилиану было не занимать. Во всех сферах своей жизни он старался любой ценой добиться совершенства, прикладывая к этому немалые усилия и не жалея собственных сил. Об этом свидетельствует, например, такая особенность его характера. С детских лет Робеспьер был необычайно застенчивым, выступления на сцене для него были сущим наказанием. Накануне любого собрания или судебного процесса он переживал действительно неприятные минуты, с трудом унимал предательскую дрожь в ногах и голосе. Тем не менее в историю он вошел как блестящий оратор. Он превосходно умел выдерживать паузы и мог заставить умолкнуть даже самую шумную публику.



Весной 1789 г. Робеспьер решительно продвинулся в сторону намеченных целей: он был избран депутатом в Генеральные штаты Франции и в скором времени переехал в Версаль. Там он состоял в небольшой группе радикалов, которая, однако, не привлекала к себе особого внимания. Но Максимилиан не расстраивался на этот счет, наоборот, свято верил, что его время придет позже. А пока необходимо было работать и работать. На первых порах он отстаивал даже больше либеральную программу, категорически выступал против нарушения прав человека. Делая все возможное для выдвижения своей кандидатуры, молодой депутат не побоялся незавидной оценки и молчаливого неодобрения других депутатов. Шаг за шагом он терпеливо шел к своей цели, заставляя других себя слушать, а затем и прислушиваться. Но такое либеральное направление не стало приоритетом в его деятельности. Напротив, в скором времени он сам начал критиковать тех депутатов, которые, по его мнению, были недостаточно радикальны в собственных суждениях. Очень часто свои идеи Максимилиан Робеспьер озвучивал на трибуне Якобинского клуба. Кстати, впоследствии он стал его лидером. В тот период адвокат имел широкий успех, и многие люди относились к нему с нескрываемым уважением. В первую очередь это сами парижане, санкюлоты. Речи молодого депутата были настолько убедительными и искренними, что Робеспьер снискал даже себе прозвище Неподкупный. Надо сказать, что такой эпитет ему немало льстил. Нередко выступал адвокат и с критикой в адрес короля. По его мнению, верховный монарх был слишком тяжелым грузом для Франции. Всеми силами он старался подорвать его авторитет и продемонстрировать «истинную, недалекую» сущность. Наверное, это можно считать тактически правильным шагом. Для того чтобы сменить старый режим, необходимо сменить старую верхушку. Одним из первых людей, заметивших Робеспьера, был Мирабо. Уже тогда он предвидел судьбу и участь молодого адвоката. «Этот человек обязательно сделает что-то. Он верит каждому слову, которое произносит», — сказал Мирабо и оказался прав. Как бы то ни было, но на бегство короля Максимилиан отреагировал остро и быстро. И если раньше у депутата были какие-то сомнения насчет монарха, то теперь они полностью развеялись. Робеспьер был в числе немногочисленных сторонников того, чтобы короля приговорили к смертной казни. Его яркая речь на трибуне была тому доказательством. «Людовик должен умереть, чтобы здравствовало Отечество. Если бы народ наш был свободным, если бы он пользовался уважением как у себя в стране, так и за ее пределами, тогда бы можно было прислушаться к тем, кто советует вам проявить великодушие. Но народ, у которого после стольких жертв и стольких сражений до сих пор оспаривают его свободу, — этот народ должен стремиться к отмщению. И великодушие, которым нас обольщают, слишком походило бы на великодушие шайки бандитов, занятых дележом добычи... Я требую, чтобы Конвент отныне объявил Людовика предателем французской нации, преступником против человечества...»

В 1791 г. Робеспьер стал общественным обвинителем в уголовном суде Парижа. Однако отходить от политики он тоже не собирался. Вообще у молодого Робеспьера начало 90-х гг. было на редкость насыщенным. Ко всем прочим занятиям примешивалась работа в Якобинском клубе, где адвокат вступал в дискуссии со своими политическими оппонентами. Целью депутата было не развязывать войну с соседями, а развязать войну внутри страны с теми людьми, которые не хотят отдать ей свободу и права. Надо сказать, что в конечном итоге у него это получилось. Только цена за такую свободу оказалась слишком высокой и кровавой. Через год Робеспьер основал собственный якобинский Журнал. Это событие доставило молодому адвокату небывалую радость.

В обыденной жизни Максимилиан старался избегать комфорта. На долгое время его пристанищем в Париже стала небольшая комнатка у семейства Дюпле. Холодная, скверно обставленная и с низкими потолками, она с большим трудом тянула на уютный домашний очаг. Согревала ее лишь дочка столяра Дюпле, которая души не чаяла в Максимилиане и считал а его божьим посланцем. Найдя в ней незаурядного собеседника, Робеспьер отдыхал в обществе девушки от тяжелых политических дрязг.

В период Парижского восстания депутат вел себя очень терпеливо и аккуратно, решив пока занять выжидательную позицию. Народные волнения привели к созданию нового законодательного органа в Париже. Им стал Конвент. В скором времени адвокат из Арраса выдвинулся в лидеры «горы», якобинского меньшинству. Конечно, эта должность была еще далека от абсолютной власти, но зато давала очень выгодную возможность бороться за свои идеи. В таких случаях депутаты Конвента старались уничтожить своих политических противников. Особенно сильно выступали против Робеспьера жирондисты, обвиняя его во всех смертных грехах, особенно в нерациональной оценке происходящего. Они всячески старались решить возникающие проблемы в Пределах верхушки власти, в то время как якобинцы выдвигали лозунги «Власть народу» и «Мы есть народ». Такое отношение к делу мало кому нравилось. Сложно сказать, была ли такая политика тактическим шагом Робеспьера или он действительно верил в то, что говорил. Узнать нам это достоверно уже не суждено. Тем не менее стратегия у адвоката была очень тонкой и, нельзя не заметить, дальновидной.

В сторону якобинцев сыпались постоянные обвинения в разжигании военных действий и внесении разногласий внутрь Конвента. В конечном итоге Максимилиан решил сосредоточить все свои усилия на жирондистах и на их исключении из законодательного органа. Затея увенчалась успехом. Уже в 1793 г. вооруженные жители добились отстранения представителей жирондистов от дел. Это означало уничтожение последнего сильного соперника, а значит, можно считать, что власть на тот период времени перешла к якобинцам. И в первую очередь, конечно, к Робеспьеру.

Дальше встает логичный вопрос: что станет со страной, если ее управление доверить такому фанатическому патриоту с собственным видением развития Франции? Ничего хорошего. И спустя какое-то время это поняли абсолютно все. Год 1793-й был поистине тяжелым для Франции. Узнав о расколе внутри страны, объединенные войска некоторых европейских государств решили воспользоваться подходящим моментом и начать наступление. Момент был подобран действительно удачно. Франция находилась в затяжном кризисе, который касался всех сторон деятельности государства — неопределенность в политике, подгнившая экономика, массовые недовольства. В таких неблагоприятных условиях был организован Комитет общественного спасения, который принял у Конвента исполнительную власть. Вскоре Робеспьер вместе со своими сподвижниками Ж. Кутоном и Л. А. Сен-Жюстом вошел в ряды этой организации. Именно они и стали играть главную, если не решающую, роль в Комитете. Недолго выбирали и путь, по которому можно направить страну, — общественный террор. С того самого момента декреты о казнях стали сыпаться с пугающей регулярностью. Робеспьер объяснял это тем, что, лишь уничтожив всех жадных, порочных и невежественных, страна добьется процветания. И уничтожение продолжалось. Однако бедное население страны почти не пострадало от массовых репрессий. А те, кто имел хоть какой-нибудь капитал, сразу попадали под подозрение. Но тогда это было лишь началом жестокого террора, продолжение не заставило себя долго ждать. Интересно, что Робеспьер не испытывал угрызений совести, отправляя большое количество народа на казнь. Вместе с тем он не был жестоким самодуром. И террор он признавал как временную необходимость. Воспитанный на трудах французских философов, Максимилиан Робеспьер считал высшей ценностью добродетель. Он свято верил, что каждый человек по своей природе добр, честен и ответственен. Однако неправильная власть может изменить человека, заставить его вступить на неправильный путь. Такое произошло и с Францией. Поэтому, по мнению Робеспьера, его роль заключается в том, чтобы убрать с дороги всех уже неисправимых, порочных людей и помочь сбросить личину зла всем оставшимся. Таким образом, террор стал лишь средством достижения цели. Предводитель якобинцев осознанно оправдывал смерть какого-то количества людей во благо другим людям. Но слишком уж много французов не соответствовало идеальной добродетели Робеспьера.

В конце этого же 1793 г. Максимилиан Робеспьер вместе со своими соратниками добился осуждения эбертистов и их политики. Они ратовали за «дехристианизацию» и пропагандировали атеизм. Их взгляды на религию в корне отличались от взглядов якобинцев. Робеспьер верил в высшее божество, которое наблюдает за своими непослушными созданиями с небес. Он хотел создать новое общество, которое бы признавало культ «Верховного существа». Тогда в стране бы наступил порядок и гармония. Однако в скором времени революционер столкнулся с другой проблемой. Все большее количество соратников и друзей переставало поддерживать его идеи. Робеспьер начал замечать, что многие из них абсолютно не хотят заглянуть в будущее страны, а стараются ограничиться сиюминутными действиями и недальновидными поступками. В это же время пришло осознание того, что большинство союзников не просто не одобряют действий революционера, но и всячески стараются ему воспрепятствовать. Это привело руководителя якобинцев к убежденности, что только полная диктатура может привести к осуществлению задуманных целей.

Переворот произошел в психике Робеспьера, он перестал кому-либо верить, не признавал союзников и мечтал лишь о своей собственной неопровержимой единоличной власти. Начав с эбертистов, Максимилиан решил расправиться и с другими своими политическими оппонентами. И в 1794 г. отправил на гильотину Жоржа Дантона, который выступал за прекращение террора и насилия. Теперь уже ничто не могло помешать якобинцам. Ведь еще к концу 1793 г. они расправились с более слабыми противниками: роялистами, федералистами. Робеспьер получил ту неограниченную власть, о которой так долго мечтал. Надо сказать, что монархи других европейских стран относились к нему вполне положительно. Для них он стал усмирителем революционных движений, а значит, человеком, достойным уважения. В конечном итоге никого не интересовало, каким образом Робеспьер это сделал и какую цену заплатили французы.

По настоянию Робеспьера в стране начали праздновать новую дату — 8 июня объявили днем «Верховного существа» и высшего разума. Достигли апогея насильственные действия революционера. Вершиной бесправия простых граждан стал новый закон. Суть его сводилась к тому, что каждый человек был обязан донести на заговорщика. Самое страшное заключалось в том, что суд как таковой перестал существовать. Человек, на которого донесли, фактически сразу становился неприятелем государства. Не делалось никаких попыток выслушать его и оправдать. После ареста прямая дорога была только на гильотину. Именно поэтому можно было безнаказанно и безосновательно донести на любого человека, с которым хочешь свести личные счеты.

Неудивительно, что в то страшное время пострадало очень много невинных людей. За одну неделю из жизни ушло около полутора тысяч французских жителей. Постоянный страх за себя и своих близких ожесточил людей. В массах зрела ненависть к Робеспьеру и его сподвижникам. Он давно уже утратил свой титул Неподкупный, но вступить с ним в открытую борьбу пока никто не решался. Нужно сказать, что Робеспьер ощущал непрочность своих позиций. Опасаясь за свою жизнь, он старался не покидать родных стен Якобинского клуба. А свои немногочисленные выходы в свет теперь осуществлял лишь в окружении верных соратников, которые выступали в роли телохранителей. Это было вполне объяснимо, на жизнь революционера несколько раз покушались.

Развязка наступила неожиданно. 27 июля 1794 г. Робеспьера арестовали. За него вступились якобинцы и некоторые представители Комитета, но это его не спасло. Один из жандармов выстрелил в Максимилиана и раздробил ему челюсть. На следующий день его отправили на гильотину — вместе с друзьями и соратниками Кутоном, Сен-Жюстом, Леба и др.

Со смертью Робеспьера пришло освобождение от террора. Жители Франции вздохнули спокойно. На могиле Робеспьера появилась устрашающая эпитафия: «Прохожий! Не печалься над моей судьбой. Ты был бы мертв, когда б я был живой!»

И все же нельзя сказать, что деятельность Робеспьера не была уроком для Франции и для нас всех. Любой опыт, даже самый трагический, не проходит бесследно.

Для некоторых Робеспьер был предметом восхищения и зависти, а некоторым внушал отвращение. Лорд Актон писал, что «Робеспьера можно считать самым отвратительным после Макиавелли персонажем на авансцене истории, чье имя стало нарицательным обозначением безнравственного политика». Жорж Санд же поистине боготворила этого человека, объявляя его «величайшим деятелем не только Французской революции, но и всей истории человечества».

В последние дни своей жизни Робеспьер был необыкновенно притихшим и задумчивым. Он практически не выступал ни перед Комитетом, ни перед Конвентом. А в последней своей речи признался, что необыкновенно устал. И эта усталость была рождена осознанием провала своих идей и планов. Революционер не тешил себя ложными надеждами. Его можно обвинять во многом, но одного не отнять — свой проигрыш он встретил достойно. Вряд ли Робеспьер раскаивался в своих поступках, но, может, задумался об их целесообразности.