Айну икири

419
Просмотров



Сколько вас, айны? – Две точки зрения на действительность. – Благие намерения и реальные результаты. — Хочешь жить – умей бороться. — Ассоциация «Утари». – Цвета туристской экзотики. — Умирающий язык, живой народ, бессмертная культура. – Самосознание на подъеме.

Икири икиру – айнское слово, имеющее много значений. Первоначальный его смысл – линия, шов, который ведет айнка, мастеря одежду и обувь. Но это и «поколение», и «жизнь», и «судьба», и «доля». Наш заключительный рассказ – именно о судьбе современных айнов Хоккайдо.

Ныне ареал Айнумосири ограничивается отдельными местностями острова, главным образом востоком и юго-востоком, прежде всего округом Хидака. Здесь расположено крупное туземное поселение Нибутани в черте Биратори. Биратори – бывший айнский котан, ныне ставший многолюдным японским поселком или, скорее, небольшим городом.

Аборигены более или менее сосредоточены еще в городе Сираои, селении Акан близ одноименного озера, в местечке Тикабуми близ города Асахикава и некоторых других местах. Айны живут и дисперсно, в японской среде, в том числе в так называемых сямо – «смешанных деревнях».

Демографическая статистика айнов по-прежнему сильно запутана. Многие авторы констатируют, что точных данных нет. Оценки численности чаще всего колеблются от 6-7 тыс. до 16-20 тыс. челове. Известно, что айнское население Хоккайдо в 1940 г. определялось приблизительной цифрой в 16 300 человек – «число, которое оставалось неизменным с 1854 г.». В последние годы появились и более оптимистические оценки – 24 тыс. и даже 40-50 тыс. Некоторые авторы, приводя статистику айнского населения острова, подчеркивают исключительно малую долю людей чисто айнского происхождения: от 200 до 1000 человек.

Конечно, «чистокровность» — отнюдь не окончательный показатель сохранения или исчезновения этнической культуры. Метисированный айн может выступать более характерным носителем этничности, нежели «чистый», но полностью забывший наследие предков, ояпонившийся. И если в общем высокая степень ассимиляции туземцев Хоккайдо – явление очевидное, то все же частные оценки сильно варьируют. Еще в 1941 г. К. Киндаити утверждал: айны так ояпонились, что понятие о них должно скоро исчезнуть. Этот мрачный прогноз явно не оправдывается. Этнограф С. А. Арутюнов в начале 60-х годов писал: «До той ассимиляции айнов с японцами, о которой говорят японские этнографы, очень далеко». Более полутора десятилетий спустя Ю. Симонов рассказал о сохранении айнами многих элементов национальной культуры. Мы, однако, обязаны сослаться на авторитетное мнение Х. Ватанабе, глубоко изучившего жизнь хоккайдских туземцев. Он заметил: «Эти коренные обитатели Японии, культура, язык, религия и хозяйство которых некогда так подчеркивали их явственное отличие от японцев, ныне фактически неотличимы от большинства тех, среди которых они живут». Достаточно пессимистичен он и в оценке возможностей дальнейших этнографических исследований: «Нет более в живых айнов с личным опытом традиционно айнской жизни. Изучение распространения элементов айнской культуры или исторические реконструкции, основанные на том, что нынешние айны слыхали от своих дедов и отцов... еще возможны, но большая часть вопросов, касающихся айнской культуры, неизбежно останется неразрешенной».

И все же, как нам кажется, основания для этнографического оптимизма у айноведов есть, что мы далее и покажем. А пока отметим, что и в 70-80-е годы японские ученые собрали немало уникальных данных, касающихся духовной жизни айнов. И возможно, прав С. А. Арутюнов: «...айны осознают себя особым народом; особым народом считают их и окружающие японцы».

Как живут современные айны? Далеко позади мрачная эпоха японской экспансии, войн, истребления туземцев. Нет уже и явно насильственных форм ассимиляции, когда мужчин заставляли брить усы и бороды, а женщинам запрещали татуировку губ и ношение национального платья. Не возбраняется исполнение традиционных обрядов. Но теперь лишь старики помнят их, в том числе знаменитый медвежий праздник. Да и медведь стал редкой добычей лицензионной охоты. Активно проводившаяся земельная реформа с переселением коренных жителей с насиженных мест в более удобные (с точки зрения японской администрации) привела к разительным переменам.

Не все, конечно, в этом было негативным.

Еще в конце прошлого и начале нашего столетия принимался ряд мер для облегчения участи айнов и их аккультурации. В начале века Б. Пилсудский, сравнивая прежние времена с эпохой Мэйдзи, сообщал: «Что касается айнов, то в некоторых местах острова Хоккайдо исключительное почти занятие их – хлебопашество и скотоводство, и в этих только районах айны, по их собственному свидетельству, не только не вымирают, но увеличиваются в численности». Примерно в это же время Н. Новомбергский со ссылкой на Н. Кириллова писал: «…те самые японцы, от ига которых спасал айнов г. Невельской, заводят для них в Саппоро и Хакодате школы, больницы, оспопрививание, поощряют огородничество и скотоводство». В общем и целом, признавал Д. Н. Позднеев, «со стороны правительства делается кое-что для айну, которые слишком малочисленны, чтобы стать неудобными или опасными, и их стараются сохранить как достопримечательность».

Вместе с тем миграция японцев на Хоккайдо, отмечал С. Такакура, все более сужала возможности для прежней жизни туземцев. Этот процесс привел к расстройству традиционно поддерживаемой экологии. Развивающийся капитализм нарушил целостность социальной жизни, тяжелый удар претерпел исконный уклад хозяйства и быта. Распались родовые связи, что повлекло за собой и эрозию территориальных общин. В айнских селениях наблюдались скученность, плохие гигиенические условия, недостаток питания, растущее потребление алкоголя. Переход к новому типу хозяйства, непривычному для айнов, и связанные с этим перемены в питании неизбежно отражались на здоровье. Даже строительство утепленных домов – казалось бы, явление сугубо положительное – способствовало распространению легочных заболеваний. Все это вело к исчезновению целых селений.

Ю. Симонов писал о 70-х годах: «Сейчас айны, живущие близ моря и рек, стараются сочетать земледелие с животноводством и рыболовством для того, чтобы застраховаться от неудачи... Одно сельское хозяйство прокормить их не может, потому что земли, оставшиеся у айнов, сухие, каменистые, неплодородные». Ему вторит Х. Ватанабе: «Традиционно главные продукты питания, лосось и олень уступили место возделываемым пищевым растениям, поскольку айны превращены в фермеров. Все запасы пищи животного происхождения доставляются им сегодня местными торговцами... Дикие растения также перестали играть заметную роль для айнов. Возделывание земли и животноводство опустошают участки съедобных дикоросов, прежде столь важных в их повседневной диете». Мнение С. Такакуры: «Сегодня айны живут так же, как и жители Японии, хотя намного беднее, чем простой японский рабочий и фермер». Резюме Х. Ватанабе: «Образ жизни айнов в разных семьях сильно варьирует, но в общем айны, видимо, беднее, чем японские соседи».

Короче говоря, старые формы жизни разрушались, а то новое, что создавалось, не отвечало ни традиционному укладу, ни экологии, ни среднестатистическому уровню жизни. И если в немногочисленных айнских селениях люди еще пытались сохранить остатки этнического достояния, если в какой-то мере, возможно, им удавалось это и в сямо, то неизбежные обнищание, пауперизация целых групп айнов толкали на добывание средств к жизни вне общины, на поиски работы, и вот тогда-то им грозила потеря этничности. «Многие айны вынуждены сегодня покидать свои поселки и отправляться на заработки в город или на лесозаготовки. Но и там они далеко не всегда могут найти работу». В лучшем случае «наиболее обычным занятием представляется земледелие или земледелие, дополняемое наемным трудом в промышленности, а также в лесном хозяйстве. Видимо, — признает Х. Ватанабе, — есть много бессемейных айнов, работающих в городах Хоккайдо и на различных промышленных предприятиях в местах, отдаленных от их домов».



Конечно, часто такое соприкосновение с цивилизацией ничего хорошего не сулит. Издавна на айнов в Японии привыкли смотреть как на дешевую рабочую силу, пригодную там, где уж никто не соглашается работать. Ввиду повсеместной механизации предприниматели склонны нанимать их лишь на самые тяжелые и низкооплачиваемые виды труда. Получить же квалификацию у туземцев возможностей очень мало. В результате единицы находят свое место в чуждых условиях, большинство же перебиваются случайными заработками, опускаясь на социальное дно. По данным бюро трудоустройства в городе Саппоро, каждый второй айн в 1985 г. был безработным.

Экономическое притеснение айнов – не единственная их беда. «Дискриминация довлеет над каждым представителем айнов, — подчеркивает американец Дуглас Ли. — С ней они встречаются повсюду: при найме на работу, поступлении в высшие учебные заведения и даже в брачных делах. При выборе жениха или невесты в японских семьях заходят настолько далеко, что нанимают специального детектива, чтобы он проверил родословную юноши или девушки. И если выясняется, что в ком-то из них есть хотя бы капля крови айнов, то браку, как правило, не бывать». Х. Ватанабе пишет: «...вопреки воспитательным и административным усилиям остается социально-психологический барьер между айнами и местным населением».

Бытовой расизм наблюдается среди взрослых и детей, например в школах 26. Вот почему айны, вступая в самостоятельную жизнь, нередко стремятся скрыть свое этническое происхождение.

Но многовековая борьба айнов за существование, независимость и человеческие права отнюдь не прекращена, в новейшую эпоху она постепенно стала приобретать более активные формы. Длительное время айны безуспешно добивались возвращения исконных земель. Сразу после окончания второй мировой войны, когда последовал новый этап колонизации Хоккайдо, здесь шло движение за независимость острова. В Саппоро, пишет Дуглас Ли, есть стометровая башня, воздвигнутая в ознаменование столетия основания на Хоккайдо первого японского поселения. «Для японцев это символ прогресса, для айнов – векового угнетения. Вот уже несколько лет каждую весну на площади рядом с башней проходят бурные демонстрации протеста потомков айнов, требующих улучшения своего социально-экономического положения».

Еще в 1931 г. была создана ассоциация «Айну кекай» (с 1961 г. – «Утари»). Ее программа – повышение жизненного уровня аборигенного населения, право на образование, борьба за сохранение национальной культуры. К сожалению, есть попытки вовлечь айнов в политику, именуемую движением за возвращение «северных территорий». «Теоретическое обоснование для этого, — пишет М. И. Бок, — таково: ранее айны жили не только на Хоккайдо, но и на Сахалине и Курилах. Значит, все эти острова являются землей их предков. Поэтому айны имеют право на возвращение этих территорий». Здесь мы видим нечестный политический прием: канализировать национальное недовольство хоккайдских туземцев в ложное русло.

Несколько слов к вопросу о резервациях. Практика управления туземцами Хоккайдо в нынешнем ее виде мало чем напоминает соответствующие структуры других стран. «Резервационная система, подобная той, что мы видим у американских индейцев, не может быть применена к айнам», — утверждает Х. Ватанабе, поясняя, что невозможно провести административное разграничение между японцами и айнами, хотя «среди сегодняшних айнов есть тенденция сохранять собственные общины и жить в селениях, более или менее отделенных от японских». Но факт тот, что айнов в массовом порядке переселили из рассредоточенных вдоль рек и побережья (в соответствии с хозяйственно-экологическими факторами) кота нов в новые селения, лишив прежних угодий и навязав иные формы хозяйства и быта. Жизнь здесь далека от процветания.

Многочисленные туристские проспекты, красочные, отличного полиграфического исполнения плакаты и журнальные иллюстрации зовут японца и иностранца посетить Хоккайдо, посмотреть на экзотическую жизнь айнов. Нередко в таких изданиях можно увидеть фигуры бородатых аборигенов при полном национальном параде – в роскошных одеяниях, замысловатых головных уборах, со старинными саблями. Путеводители укажут конкретные адреса. В таких достопримечательных местах, специально созданных для путешественников, можно действительно увидеть пестрый колорит. Здесь бойко торгуют экзотическими поделками, устраивают спектакли с танцами и ритуальными сценами. «Некоторые из... айнских селений, — пишет Х. Ватанабе, — пользуются популярностью у туристов, и айны там вовлекаются в коммерческую деятельность, связанную с туризмом, но большинство айнов, в общем, к туристам никакого отношения не имеет». Конечно, конъюнктура индустрии досуга позволяет части туземцев подрабатывать продажей сувениров, изготовление которых подчинено коммерции. Иные обзаводятся нарядной одеждой и фотографируются за плату. Бизнес есть бизнес. Сложно ожидать, что такая занятость сугубо плодотворна для айнской культуры, но доход части из них она дает. Однако подлинные ценители и знатоки айнского материального и духовного наследия судят о нем по иным меркам и образцам.

Научные учреждения и общественные организации Японии многие годы, особенно в последние десятилетия, ведут благородную, исполненную гуманизма работу, ценность которой не преувеличить. Это давняя и стойкая традиция, идущая от таких подвижников, как англичане Дж. Бэчелор и Н. Г. Мунро, которые фактически посвятили целую жизнь исследовательской и просветительской деятельности среди туземцев Хоккайдо. Их дело продолжил, в частности, К. Киндаити, а его учеником стал образованный айн Пири (Цири) Масихо, доктор этнографии.

Таким образом, сначала европейцы и японцы, затем и сами айны последовательно ведут линию на сохранение и развитие этнической культуры туземцев, по крупицам собирая бесценные богатства Айнумосири.

Были времена, когда подобная деятельность отнюдь не поощрял ась. После краткого периода прогрессивных мер в отношении аборигенов, когда даже создавались школы для их детей, вновь усилился шовинизм, особенно накануне второй мировой войны. Всех подданных Японии. стали считать японцами, так что изучение айнской народности, как отмечает С. Такакура, встречалось неодобрительно.

Тем не менее именно в этот период айн Канета Кавумура, старший сын знаменитого вождя Монокуте, на собственные средства открыл на окраине города Асахигава музеи айнов. А вот что пишет современный автор дуглас Ли: «Вокруг одноэтажного дома расположилось 12 соломенных хижин – традиционны жилищ айнов. Все они созданы руками человека, едва ли не в одиночку борющегося за то, чтобы не дать угаснуть трепетному огоньку наследия народа... Имя его Сигэру Каяно. Айну по происхождению, учитель по профессии, этот сорокалетний мужчина стал хранителем национального богатства своего народа, его культурного наследия. Его руками сделана прекрасная деревянная резьба по мотивам ритуальных обрядов айнов. Сцены на охоте, праздниках, бытовые зарисовки скрупулезно, фрагмент за фрагментом воссозданы Каяно со слов старцев, последних хранителей традиций». Речь идет о совершенно своеобразном музее под открытым небом в Биратори. Сигэру Каяно предпринимает массу усилий, благодаря которым здесь происходит приобщение молодого поколения айнов к собственным истории и культуре. Он пытался организовать национальную школу, детский сад для маленьких туземцев. Увы, подобные старания далеко не всегда встречают поддержку властей. Учитель с горечью констатирует утрату айнами своего языка, «который ныне понятен только ему да еще небольшой горстке людей...».

Сигэру Каяно помогает ученым в сборе этнографической информации среди айнов, в выявлении сказителей и записи фольклора. Надо отметить, что эта работа и сегодня приносит богатые плоды. Стараниями Ассоциации айнского фольклора с 1980 по 1986 г. вышел в свет объемный труд по духовной культуре туземцев. Опубликовано пять томов серии «Язык и литература», в том числе две книги фольклорных текстов, и еще два тома серии «Жизнь и обычай». Такие результаты были достигнуты благодаря объединению усилий многих исследователей ряда научных организаций. Только на Хоккайдо действуют несколько групп археологов и этнографов, объединенных вокруг Хоккайдского и Саппорского университетов, Исторического музея Хоккайдо, Института сохранения айнской культуры в Сираои; есть Музей малых народностей в городе Абасири, ряд муниципальных музеев и кружков энтузиастов-краеведов. Многолетние исследования истории и культуры Айнумосири традиционно ведутся начиная со второй половины прошлого столетия в Токийском университете.

Разумеется, не все японские айноведы интересуются конкретно судьбой современных айнов, многие исследования носят чисто академический характер и сосредоточены в основном на прошлом этого народа. Тем не менее польза любой из подобных работ бесспорна, в целом же японские, особенно хоккайдские, ученые в сотрудничестве с зарубежными, в том числе советскими, ведут огромную работу, смысл которой – сохранить для человечества существенную часть его достояния, наследие загадочных аЙнов. И пока археологи и антропологи выявляют, интерпретируют бесчисленные памятники дзёмон, сатсумон, охотской культуры, этнографы, фольклористы, лингвисты, краеведы содействуют сохранению современной айнской культуры, ее популяризации, привлекают общественное внимание к проблемам и судьбе туземцев Хоккайдо.

В последнее время возрос интерес историков и этнографов к новому прочтению старых исследований и трудов, свидетельств путешественников, общественных деятелей, администраторов. Многое извлечено из архивов и постепенно вводится в оборот. Характерна в этом смысле судьба коллекций Б. Пилсудского. В Польше сохранилось 65 валиков фонографа с фольклорными записями, сделанными им в начале века. Эти драгоценные живые голоса были переданы японским специалистам. Применив новейшую лазерную технику, они восстановили, казалось, безнадежно испорченные временем записи.

Бесспорные успехи достигнуты и в этнографических исследованиях среди туземного населения. Глубокое и добросовестное исследование провел в 50-е годы Х. Ватанабе, опросивший более 20 старых информаторов, многих из которых ныне уже нет в живых. В последнее время работа айноведов оживилась благодаря растущему самосознанию туземцев. Айны теперь сами способствуют выявлению и сохранению полузабытых традиций, ритуалов, фольклорных и мифологических произведений. Труд ученых, как мы полагаем, щедро вознагражден, ибо дал главный результат: оживил интерес народа к собственному духовному наследию. Старые хранители традиционной айнской культуры сегодня официально регистрируются. И характерно: одна из искуснейших сказительниц, Теру Нисидзима (мать Сигэру Каяно), охотно помогающая фольклористам, объяснила свое стремление сберечь родной язык и эпос тем, что ее родители, будь они живы, были бы очень рады этому.

В общем источник традиционной духовности айнов не иссяк, есть надежда сохранить биение его животворных струй, не допустить, чтобы эта тончайшая нить оборвалась. Во всяком случае и в 80-е годы еще имелась группа талантливых народных сказителей, знатоков жанров айнского фольклора хауки, юкар и уве6екер, таких, как Теру Нисидзима, Кие Курокава, Кими Кимура, Мацуко Каваками, передающих ученым бесценную информацию. Так, в 1981 г. сотрудники Института сохранения айнской культуры в Сираои записали новый фольклорный текст – «История младшей сестры с Исикари» в исполнении 82-летней Орита Сукено, превосходной рассказчицы и мастера по предметам народноприкладного искусства. Важно и то, что нужда в услугах таких хранителей древностей среди самих айнов не отпала. Скажем, Теру Нисидзима и в 80-е годы продолжала совершать по просьбе соседей ритуалы каму инами.

Очень существенно, конечно, падают ли эти семена на благодатную почву, обеспечена ли преемственность традиционной культуре. Летом, в японский сезон отпусков – бон, туземцы, уезжающие далеко от родных мест на заработки, имеют редкую возможность побывать у себя дома. «Именно в этот период, — обращает внимание Х. Ватанабе, — современные айны совершают собственный ритуал предков, хотя его форма, вероятно, претерпела большее или меньшее влияние буддизма».

Целый ряд представителей айнского народа, даже будучи вовлеченными в коммерческую деятельность, связанную с обслуживанием туристов, стараются развивать традиционное мастерство предков. Вот свидетельство о работе одного из таких умельцев. «Всю жизнь Тойодзи Теси вырезает из дерева фигурки медвежат и уже потерял счет зверушкам, что вышли из его умелых рук. Во всяком случае, на Хоккайдо нет, пожалуй, ни одного «котану» — деревни айнов, где бы в домах аборигенов острова не поселились изделия талантливого мастера... Шли годы, все меньше становилось косолапых на Хоккайдо. И хотя культ почитания медведей у айнов остался, его форма претерпела большие изменения. Теперь вместо того, чтобы держать в клетках живых зверей для праздника иоманде, Тойодзи Теси и другие мастера вырезают их фигурки... Причем сколько бы ни вышло их из рук мастера, двух одинаковых не бывает. Ведь натурщиками служат малыши со специальной «медвежьей фермы» возле Ноборибецу, а мастер вырезает медвежонка таким, каким видит в данный момент». Значит, не только туристам нужны изделия айнских мастеров – любовь айнов к собственной культуре не исчезла.

Остров Хоккайдо, где ныне сохраняются последние осколки некогда обширной Айнумосири, — территория для Японии особая. Сполна изведав издержки современной цивилизации, ведущей к прогрессирующему загрязнению природной среды, обострению противоречий во взаимодействии человека и биосферы, распаду традиционных связей в самом обществе, японцы стараются теперь сберечь то, что осталось, возродить прежнее высоконравственное отношение нации к естественному миру. В этом смысле условия самого северного острова страны наиболее благоприятны. По сравнению с другими регионами, особенно югом Хонсю, это малоосвоенная территория, где еще есть возможности развития земледелия и животноводства с соблюдением природного баланса в той мере, каков он на сегодняшний день.

К началу 80-х годов на Хоккайдо, занимающем пятую часть площади Японии, проживало лишь 5% населения страны – чуть более 5 млн человек, т. е. почти вдвое меньше, нежели в Токио. Здесь сохранились густые и обширные леса, плодородные долины, нетронутые таежно-тундровые пространства. В последние десятилетия хоккайдцы активно борются за охрану окружающей среды. Идет массовая кампания против загрязнения рек, за умножение нерестилищ и поголовья лосося, и есть очевидные успехи: многие нерестовые реки буквально возрождены.

Понятно, что на этом поприще ничто не может разделять интересы японцев и айнов. Для двух народов лосось – поистине национальное достояние и важная статья питания. Да и в целом жители Хоккайдо, как японского, так и айнского происхождения, включая метисированное население, заинтересованы в лучшем будущем родной земли.

...Рукопись книги была уже закончена, когда одному из авторов посчастливилось получить много новой информации, что называется, из первых рук. Для этого он вылетел на Сахалин, куда прибыла с дружеским визитом делегация айнов Хоккайдо – представителей национальных общин, кооперативов и ассоциации «Утари» Научная общественность и население области с живейшим интересом приняли посланцев народа, о котором у нас так мало известно. Тесные контакты, откровенные беседы, великолепная концертная программа фольклорного ансамбля, покорившего зрителей неподдельно самобытным и высоким искусством... Все это выявило картину, прямо скажем, существенно отличающуюся от многих стереотипных представлений, которые распространены у нас, когда судят о положении малых этнических групп за рубежом.

За последние 10-15 лет произошли существенные изменения в жизни хоккайдских туземцев. Значительная часть их, консолидировавшись в рамках национальных общин, создала промысловые и промышленно-сбытовые кооперативы. Получаемый доход позволяет выделять суммы на общинные нужды, вспомоществование неимущим, улучшение быта и культуры в котанах и сямо. Многие айны заняты самостоятельным бизнесом, сосредоточенным вокруг туристских мест: держат здесь рестораны, пункты автосервиса, сувенирные мастерские, торговые лавки. Айнские кооперативы в основном ведут лов, переработку и продажу рыбы, рыбной продукции, а также других даров моря: собственные консервные предприятия и разнообразный ассортимент, включающий экзотические национальные виды изделий, позволили существенно повысить рентабельность и выйти на экспортные поставки. Промысловые места закреплены за такими кооперативами, арендная плата не взимается. Существует конкуренция между японскими и айнскими кооперативами, но последние благодаря общинной взаимопомощи выдерживают ее. Ныне на Хоккайдо около 30% айнов являются членами ассоциации «Утари».

Много интересных сведений сообщил Акибэ Имакити, председатель айнского кооператива в Акан. Шестидесятилетний Акибэ-сан содержит гостиницу близ горячих источников и животноводческую ферму. На эту поездку, сказал он, айны собрали 8 млн иен. Ее идею поддержало правительство Японии и администрация Хоккайдо. «Утари» считает одним из направлений деятельности по развитию айнской культуры установление контактов с малочисленными народами Севера СССР и других стран. Ассоциация все активнее борется за международное признание этнической самостоятельности айнов, равно как и за культурную автономию в Японии. Некоторые лидеры считают необходимым добиваться создания территориальной автономии Айнумосири. Но пока что «Утари» даже не имеет формального права заниматься политической деятельностью.

Тем не менее у айнов все же есть некоторый минимум возможностей представлять интересы своего народа. Так, Акибэ Имакити состоял членом комиссии при губернаторстве Хоккайдо по контролю за рыбной промышленностью: в течение 8 лет он предлагал свою кандидатуру и избирался на это место.

Ассоциация «Утари» не выдвигает притязаний на «северные территории». Куда важнее, подчеркивают они, добиваться расширения экономического сотрудничества с северным соседом. Айны приветствуют идею создания советско-японских предприятий, в которых участвовали бы и айнские рыболовецкие и рыбопромышленные кооперативы. Стоит добавить, что айнские кооперативы накопили полезный опыт охраны и воспроизводства популяций рыбы на своих промысловых участках.

Среди членов ассоциации «Утари» существуют разногласия по ряду вопросов. Но не это определяет ее лицо. В конце концов утари означает множественность и общность, совокупность людей, народ; одно из значений данного слова – «сотоварищи». Культурно-этническая консолидация является первейшей задачей.

В последнее время ассоциация весьма активна в рамках японской конституции. Так, члены «Утари» установили, что выделенные в 1974 г. японским правительством крупные суммы на развитие айнов используются не по прямому назначению. За счет данных средств сооружаются общественные здания, прокладываются дороги, т. е. они уходят на общее благоустройство Хоккайдо, а не на развитие айнских селений. Этот и ряд других фактов, в частности отсутствие айнов в парламенте страны, побудили «Утари» выступить с критикой существующей политики по отношению к коренным хоккайдцам.

По мнению ассоциации, конституция недостаточно внимательна к айнам. Официальная доктрина исходит из того, что Япония – однонациональная страна. Это само по себе предопределяет ассимиляционные и дискриминационные действия властей. Исследования показывают, сообщили члены ассоциации, что процент образованных людей среди айнов значительно ниже, чем среди японцев. Соответственно айны, как правило, менее конкурентоспособны. Тревожные явления в сфере айнской культуры побудили айнов подать в губернаторство острова прошение об учреждении преподавания на айнском языке.

На вопрос, все ли японцы предвзято относятся к айнам, Акибэ-сан ответил: «Нет, не все. В основном это характерно для некоторых официальных кругов».

В мае 1984 г. пленум ассоциации «Утари» рассмотрел и одобрил проект закона об айнской народности. В нем обосновывается необходимость реабилитации прав айнского этноса, коренного улучшения национального образования и культуры. Отмечается, что айны как вторая национальная единица должны быть представлены в органах власти – центральных и местных, что назрел вопрос о правах туземцев на хозяйственные угодья, что необходима система поощрительных мер для формирования айнской интеллигенции, обучения детей родному языку, найма на работу, т. е. мер, направленных на устранение укоренившейся социальной несправедливости.

Как будут развиваться дальнейшие события предугадать трудно. Завтрашний день хоккаидских туземцев во многом решающем зависит от расстановки сил, от успеха идей гуманизма, разума, от разрушения стереотипов прошлого.