Государство Инков: голова пумы

364
Просмотров



Говоря об истории и культуре «сыновей Солнца», следует подробнее рассказать о чудесном городе Куско, который был сердцем, символом империи и ее правящего рода, был «Римом» древней Америки. В его дворцах и храмах, на его площадях, улицах и аллеях произошли события, сыгравшие ключевую роль в истории крупнейшего в мире государства индейцев.

Нам, естественно, не известно, как выглядел Куско в ту пору, когда в него вступили первые «сыновья Солнца». Вероятно, это действительно была убогая деревушка с хижинами из необожженного, высушенного на солнце кирпича, которая ничем не отличалась от дюжины других, столь же жалких деревушек в горах Перу.

Сразу же после своего прибытия в Куско инки с присущей им основательностью, судя по всему, начали подумывать о его перестройке и расширении. До первыхинков здесь проживали две сотни людей. Когда пришли испанцы, в Куско было по крайней мере 200 тысяч индейцев, живших примерно в 20-25 тысячах домов.

Первые четыре городских квартала Куско — Кинтакананча, Чумбикананча, Саирикананча и Ярамбукананча — были, очевидно, основаны уже первыми инками.

Основательную перестройку города осуществили девятый правитель инков, Пачакути Юпанки, и его сын, десятый Инка, Тупак Юпанки. Благодаря этому Куско превратился в столицу их империи. Как позднее писали испанцы, они были очарованы городом.

Очертания столицы, расположенной между маленькими речками Уатанай и Тульюмайо, напоминали инкам тело пумы.

Вытянутую в длину нижнюю часть Куско, лежащую, подобно языку, между двумя водоемами, они называли Тумачунам — Хвост Пумы. В крепости Саксауаман — заградительном щите города и, бесспорно, его доминанте, возвышающейся над крышами дворцов и храмов Куско, — инкам виделась голова пумы. Некоторые же считали, что огромная крепость была похожа на сокола — на языке кечуа «уаман» («гуаман»), — поэтому ее и назвали Саксауаман.

Автор хроники Гарсиласо де ла Вега пишет о Саксауамане следующее: «Это величайшее, достойнейшее творение, которое инки создали, чтобы доказать свое величие и могущество».

Это величайшее и достойнейшее, по словам Гарсиласо, творение «сыновей Солнца» действительно до сих пор впечатляет своих посетителей как сверхъестественное явление.

Помню, еще во время своего первого посещения Куско я заметил, что крепость возвышается над крышами города как раз в том месте, где некогда столице инков грозила наибольшая опасность в случае нападения врага.

Там я и увидел заградительный щит города-три гигантских вала, которые волнообразно тянутся вдоль горы. Саксауаман построен из плотно пригнанных громадных каменных блоков, которые не могли бы сдвинуть с места самые современные машины. Индейцы же не только вручную доставили на вершину горы эти гигантские плиты весом более 350 тонн, но, как мы можем видеть еще и ныне, возвели из них три вала. Не зная ни тачки, ни какого-либо другого транспортного средства, они создали это гигантское творение голыми руками. Сейчас никто не может сказать, как они строили крепость. Сделать это позволили выдающиеся организационные способности и упорство инков.



Идея строительства этой фантастической доминанты Куско принадлежала девятому Инке — Пачакути, однако приступил к осуществлению проекта его сын, десятый Инка, Тупак Юпанки.

Трудно даже представить себе, что одновременно около 70 тысяч рабочих тащили каменные блоки в крепость Куско. Со времен египетских фараонов нигде и никогда в мире — разве что за исключением китайской империи — при строительстве одного и того же сооружения не применялось так много рабочей силы.

Строительство крепости Саксауаман было завершено несколько десятилетий спустя — во время правления Уайна Капака. Три вала построены один за другим и тянутся параллельно на горных террасах. Каждый вал Саксауамана имеет длину около 360 метров и состоит из 21 бастиона. Часть этих бастионов была выдвинута вперед, другая же отодвинута назад.

Самая мощная, конечно, первая крепостная стена. Ее составляют каменные блоки высотой в девять метров, шириной — пять метров и толщиной — четыре метра. В стенах Саксауамана было несколько ворот в форме трапеции, которые в случае опасности могли запираться с помощью каменных блоков. Крепость имела также три большие башни, бывшие, собственно, казармами, в которых размещались войска, задачей которых было охранять и защищать Куско.

К сожалению, башни крепости Саксауаман во время испанского господства были разрушены. В период ранней колонизации крепость сровняли с землей, так как власть имущие опасались, что испанские мятежники, недовольные господством своих земляков в Перу, поднимут восстание, завладеют крепостью и превратят орлиное гнездо индейцев в неприступную цитадель.

Остатки крепостных башен Саксауамана были обнаружены в 30-е годы нашего столетия во время археологических раскопок. Как было установлено, башни с помощью подземных ходов были связаны с так называемой Муякмаркой, своего рода военной ставкой, бывшей вместе с тем бункером главы государства. Если Куско и Инке угрожала непосредственная опасность, правитель со своей семьей мог укрыться в Муякмарке в стенах крепости Саксауаман. Здесь, как полагали строители этой неприступной крепости, божественный «сын Солнца» и его ближайшие родственники находились в безопасности во время осады.

В случае если Куско подвергался нападению, то и казна государства, а именно золото из Храма Солнца, должна была быть переправлена в Муякмарку. Муякмарка, как и сам Саксауаман, была связана потайным ходом с городом, который был расположен ниже, с дворцами Инки и национальной святыней государства. Этот подземный ход был извилистым и состоял, собственно, не из одного, а из нескольких ходов, имевших чрезвычайно запутанные лабиринты. Таким образом, враг, даже если ему и удалось проникнуть в один из ходов, непременно сбился бы с пути и безнадежно заблудился.

Высоко поднимающаяся над Куско Голова Пумы действительно грандиозное творение, создание которого еще и сегодня во многом остается загадкой.

Впрочем, сама крепость — не единственное строительное сооружение в этом мире, рожденном из камня и высящемся над Куско. Так, в северной части Саксауамана с крепостью непосредственно граничит комплекс, имеющий название «Трон Инки». Он представляет собой гладко отшлифованную (возможно, в результате действия ледника) скалу, на одном из склонов которой древние перуанцы вырубили сиденья, очень похожие на королевский трон. Поскольку отсюда открывалась великолепная панорама окружающих покрытых снегом вершин Кордильер, Инка любил восседать здесь (на своем каменном сиденье). Впрочем, его привлекала,. очевидно, не столько сама панорама, сколько то, что происходило внизу, на земле. Повинуясь воле правителя, 70 тысяч людей-«муравьев» возводили новый черный (горный) гребень, три гребня Головы Пумы, тянувшихся параллельно друг другу.

Возможно, что на каменных скамьях Трона Инки занимали место не только здравствовавшие «сыновья Солнца», но иногда и покойные правители империи. Их мумии доставлялись сюда по большим праздникам из самого Куско, с тем чтобы они своими незрячими глазами могли «видеть» быстро растущее творение или же наслаждаться играми и празднествами, которые здесь, высоко над городом, устраивались в честь умерших вождей. Впрочем, возможно, что каменные сиденья Трона Инки предназначались и для членов усена — древнеперуанского верховного суда, проводившего заседания на фоне чарующей панорамы южноамериканского высокогорья.

Кроме Трона Инки, с крепостью Саксауаман граничит также Купальня Инки, называемая индейцами «Тампу-Мучай» (Татри Muchay). Этот комплекс руин состоит из ряда террасовидных возвышающихся стен, в которых были проделаны типичные для инков входные отверстия.

Неподалеку от Тампу-Мучай инки вырубили в скале еще одно примечательное сооружение. Это был вырубленный в скале пятиметровый рельеф пумы (разумеется, он существовал до тех пор, пока испанцы не увидели в этом произведении индейского искусства деяние дьявола и не уничтожили его), животного, которое было символом как Саксауамана и его окрестностей, так и для всего Куско.

Изображение пумы в Кенко проливает свет на многие другие, более ранние ритуалы доинкского времени, когда было широко распространено поклонение животным (о древнем всеобъемлющем религиозном культе ягуара среди носителей чрезвычайно своеобразной и необычной культуры Чавин автор писал в книге о перуанской культуре доинкской эпохи — «Поклоняющиеся звездам»).

Подобные религиозные церемонии в честь животных — по крайней мере в Кенко, — очевидно, совершались и во времена инков. Об этом свидетельствует и название самого места, так как Кенко на языке кечуа, государственном языке империи, означает «раненый».

Это инки, вернее, их жрецы, нанесли скале зияющую рану в виде широкого, глубокого и извилистого желоба, по которому кровь животных, принесенных в жертву, стекала внутрь скалы.

Если мы пойдем вдоль этого странного «кровавого желоба» инков, то через узкий вход попадем в подземные пещеры Кенко. Здесь также в стенах были вырублены сиденья: на них во время церемоний, устраиваемых в честь умерших правителей империи, усаживали мумии Инков. Внутри одной из пещер вырублен двухметровый каменный трон. На нем, очевидно, восседал сам владыка империи, когда он спускался в этот таинственный подземный мир, чтобы выполнить им самим введенный ритуал.

Образ пумы доминирует в этом месте. Именно поэтому инки и назвали весь комплекс Саксауамана и прилегающих к нему священных мест Головой Пумы. Голова Пумы, возвышающаяся над городом, вырастает, однако, из тела животного. Телом же пумы в собственном смысле слова является Куско, то есть та часть страны перуанцев, в которой развертывался столь значительный этап истории инков.