Государство Инков: Майта Капак, или Рождение народа

750
Просмотров



Льоке Юпанки был третьим владыкой инков Куско. Сведения о Манко Капаке, как уже говорилось, относятся скорее к области легенд, чем к истории.

О втором Инке, Синчи Рока, мы также знаем очень мало. О третьем известно еще меньше, кроме, пожалуй, того, что он не был первородным сыном Синчи Рока. Остается неясным, почему второй Инка в качестве своего преемника на престоле избрал в итоге не ранее намеченного для этого принца Манко Капака, а непервородного сына Льоке Юпанки.

Имя «Льоке» означает примерно то же, что «левша» или же «неуклюжий», то есть «тот, у кого обе руки левые», «ни к чему не пригодный», человек, который «ни на что не годится» и «ничего не делает». Именно таким оказался в действительности третий Инка. Он родился в королевском дворце, Дворе Солнца — Интиканча, — в Куско. Здесь провел он большую часть своей жизни и здесь же умер.

Льоке Юпанки являлся продолжателем политики, проводимой его отцом, — политики первого Инки. Сущность ее заключалась в том, чтобы найти modus vivendi с соседями, с общинами гуаро, уамай, сако и другими и поддерживать с ними дружеские отношения.

Так, например, он не стремился вести завоевательные походы. Так же как и его отец, Льоке Юпанки больше заботился о развитии столицы государства, перестройке своего дворца, Двора Солнца. Он основал или же расширил дом «невест Солнца», которые должны были также прислуживать в национальной святыне страны.

Если его отец дал жизнь нескольким дюжинам законных, но прежде всего незаконных детей, Льоке Юпанки долго оставался бездетным. Он даже не вступал в официальный брак и жил лишь с женщинами из своего гарема. То обстоятельство, что он не подарил государству наследника трона, вероятно, очень огорчало Льоке Юпанки. Не случайно авторы хроник характеризуют третьего Инку как человека печального, погруженного в свои мысли меланхолика. Лишь достигнув почтенного возраста, он, по совету прорицателей, ввел наконец в дом койю. Его избранницей была дочь главы общины в долине Куско, носившая имя Мама Кауа (Рассудительная Женщина). Ей удалось разжечь мрачного, погруженного в себя «безразличного человека». Так в Тауантинсуйу (как это государство стало называться позже) родился «дофин»- принц Майта Капак.

Если Льоке Юпанки на первый взгляд производил впечатление сдержанного, замкнутого человека, жившего больше для себя, чем для окружающего мира, то Майта Капак был тверд и властолюбив. Вместе с тем окружающих подкупали его обаяние и светское поведение. Майта Капак-первый Инка, создавший культ исключительности Инки. Так, например, он акцентировал «тезис» о том, что «сыновьям Солнца» вследствие их божественного происхождения принадлежит право господствовать над всеми людьми в Перу. Именно им, поскольку они стоят выше всех.



В годы правления Майта Капака инкам, «наделенным божественным правом завоевателей», удалось установить полное господство над долиной Куско. Они сделали всех ее жителей «гражданами» одного, теперь уже более монолитного государства. Один из американских историков справедливо заметил, что только начиная с периода правления Майта Капака «мы можем говорить о подлинном народе инков».

Таким образом, Майта Капак явился создателем государства инков. И хотя древние перуанские источники не слишком много сообщают о «творце народа» «сыновей Солнца», тем не менее в сохранившихся до наших дней хрониках этот человек обычно характеризуется как незаурядный, наделенный почти сверхчеловеческими способностями и гениальностью. О деятельности же его они не пишут почти ничего. Любопытно, что все источники единодушно утверждают, будто Майта Капак при рождении имел почти все зубы. В годовалом возрасте он был такого же роста и веса, как восьмилетние дети. А когда ему исполнилось года два-три, он мог помериться силой со взрослыми юношами.

Юный Геркулес Перу отличился еще при жизни отца, Льоке Юпанки, во время опасного заговора уже упоминавшихся «черно-белых» индейцев племени алькауиса. Тогда десять наиболее обученных воинов этого племени проникли во Двор Солнца, чтобы убить Инку и его сына. Если Льоке Юпанки не оказал вторгшемуся врагу никакого сопротивления, то юный Майта Капак вместе с двумя товарищами смело противостоял захватчикам и в одно мгновение уничтожил весь отряд алькауисов.

Урок, полученный Майта Капаком в схватке с «черно-белыми» агрессорами, засел у него в памяти. Поэтому позже, когда он взял бразды правления в свои руки и вступил во владение Куско, одной из первых его акций было военное подавление индейцев этого племени.

Майта Капак окончательно подчинил своей власти все остальные племена, населявшие долину Куско и до тех пор сохранявшие независимость от «сыновей Солнца», сосуществуя с ними на основе modus vivendi, соблюдаемого Синчи Рока и Льоке Юпанки.

Майта Капак раз и навсегда покончил с эрой «мирного сосуществования» различных этнических групп в долине Куско. Посредством военных походов — иначе говоря, с помощью силы — он постепенно подчинил и все крошечные индейские государства. Всех их членов четвертый Инка сделал «гражданами» своей империи. Этим гражданам, между прочим, пришлось полностью принять правила игры, навязанные им инками. Тот, кто был с этим не согласен, жестоко наказывался. В подземелье своего собственного дворца Интиканча Майта Капак приказал оборудовать настоящую камеру пыток, называвшуюся Санкауаси. Именно здесь с помощью орудий пыток истязали вождей и сановников племени алькауиса, того самого племени, которое во времена молодости Майта дерзнуло организовать против «сыновей Солнца» опасный заговор.

Майта Капак, который в интересах своего государства столь успешно осуществил объединение как своих собственных, так и чужеземных подданных, ныне жестко проводил политику одной-единственной веры. Именно он начал твердо насаждать культ бога-Солнца, именно с его именем связано и восстановление культа одноименного символа

Солнца — золотого сокола Инти, доставленного в свое время в Куско Манко Капаком.

Существовало мнение, что золотой сокол инков обладал даром провидения; он давал своему хозяину множество ценных советов, «предсказывал» ему будущее и, что было особенно важно, предупреждал об успехе или же неудаче подготавливаемых Майта военных походов.

Инка Майта Капак, придававший столь большое значение единой, «солнечной» идеологии своего государства, был убежден в том, что только эта государственная религия более, чем мощь его оружия, способна объединить души и мысли подданных. Он понимал также, — что государству необходим человек, который будет блюсти развитие этого религиозного культа. Если предшественники Майта Капака — первые Инки (Манко Капак, Синчи Рока, Льоке Юпанки) — сами являлись верховными служителями культа Солнца, то Майта первым учредил специальную должность Верховного жреца в государстве-должность Вильяка Уму. Эту функцию высшего «идеолога» и «папы» Тауантинсуйу он передал своему старшему сыну. Тот, выполняя волю отца, создал большой аппарат высшего и низшего духовенства, в обязанности которого входило распространение культа бога Инти и тем самым распространение учения об исключительности инков — кровных сыновей священного Солнца. Насаждая это учение, в том числе и среди тех жителей империи, которые до недавнего времени не принадлежали к числу инков, духовенство стремилось показать, что именно божественное происхождение дает инкам — «сыновьям Солнца» — полное право владычествовать над всеми другим народами, а в будущем, возможно, и над всем миром. Майта Капак стал первым Инкой, который начал успешно осуществлять эту идею. В представлении инков, мир, который должен был им по праву принадлежать, все больше и больше расширялся.

До начала царствования Майта Капака мир инков ограничивался лишь границами долйны Куско. Очевидно, Майта Капак первым перешагнул через эти рубежи. Авторы некоторых древнеперуан- ских хроник, в частности самый известный из них, Гарсиласо де ла Вега, утверждают, что четвертый Инка совершал большие военные походы. Если бы так было на самом деле, то Майта Капак оказался бы на расстоянии сотен километров от Куско, то есть там, откуда, если верить легенде, некогда отправился в путь его прадед Манко Капак. Что касается мнения автора настоящей книги, то он полагает, что походы за границы долины Куско начали предпринимать лишь преемники Майта Капака.

Впрочем, если мы признаем за Майта Капаком лишь военные успехи на территории долины Куско, а расширение границ империи за пределы долины Куско (видимо, это будет более справедливо) припишем его преемникам, то даже тогда мы отнюдь не преуменьшим заслуг этого предприимчивого твердого человека перед империей. Ведь именно он не только овладел всей долиной Куско (мы намеренно подчеркиваем слово «всей»), но и внес свою лепту в создание национального единства «сыновей Солнца», сделав всех (на этот раз акцент на слове «всех») столь разнородных в этническом отношении жителей «гражданами» единого, общего государства. Начиная с Майта Капака мы по праву можем говорить не только о государстве инков, но и о народе инков.