Когда стада были большими, или Миф о добрых индейцах

61
Просмотров
Когда стада были большими, или Миф о добрых индейцах

Вся история человечества – это история невольного или сознательного разрушения среды, окружающей его. Так повелось начиная еще с каменного века. И говорить об индейцах только как о «прекрасных детях Природы» было бы совершенно наивно.

Двенадцать тысяч лет назад, когда люди еще не населили Северную Америку или просочились сюда лишь отдельными группками, вся свободная ото льдов часть континента напоминала огромный заповедник Древнего мира. Всюду бродили удивительные звери, например гигантские броненосцы и ленивцы, что были ростом со слона, наконец, паслись прародители важнейших для нас домашних животных – американские верблюды и огромные стада диких лошадей.

Ученые говорят о так называемой мегафауне, что развилась в Америке, надолго отделенной океаном от остальных континентов. Первые люди, попавшие в эту часть света, не знали ни малейшего недостатка в пище. Племена переселенцев стремительно размножались, и так же быстро уменьшалось поголовье зверья, которое уничтожали охотники. Охота отныне была неизменным фактором, менявшим состав американской фауны. По оценкам некоторых историков, все великолепие «американского Серенгети» исчезло уже через какую-нибудь пару тысяч лет после появления здесь предков современных индейцев. Всего на обоих изолированных прежде континентах за этот короткий срок исчезло 130 видов животных, причем три четверти из них относилось к мегафауне.

Справедливости ради отметим, что общение с человеком окончилось гибелью также для мастодонтов, мамонтов, шерстистых носорогов и саблезубых тигров, населявших Северную Евразию еще 13 000 лет назад. В Австралии вскоре после появления там аборигенов вымерли гигантские вомбаты и такие же гигантские кенгуру.

Итак, европейцы совершили немало масштабных экологических преступлений. Однако археологические исследования показывают, что так же жестоко относились к природе и дикие племена, жившие якобы в согласии с ней. Новейшие данные, собранные учеными, показывают, что вымирание бизонов (к счастью, несостоявшееся) было вызвано несколькими факторами. И не последнюю роль в этой трагедии играли индейцы.

В конце XVIII в. землемер Питер Фидлер по поручению «Компании Гудзонова залива» отправился на десять дней в дикие степи Канады, на территорию современной провинции Альберта, где его поразили стада бизонов. По оценкам историков, прерии Северной Америки населяли тогда около 30 миллионов бизонов. Это был самый многочисленный вид животных на континенте.

Минуло столетие. Во всей Америке не осталось и тысячи живых бизонов. Что случилось? Обычное объяснение, которого придерживаются зоологи вот уже столетие, таково: всех бизонов истребили белые охотники. Катастрофой для диких быков обернулась затея с железными дорогами, которые пересекли просторы США, связывая отдельные части страны. Железные дороги принесли бизонам гибель. В 60-х годах XIX в. строилась трансконтинентальная Тихоокеанская железная дорога. Отряды строителей, охотников, бродяг, авантюристов устремились в прерии. За два месяца здесь было перебито 210 тысяч бизонов.



Другой «грозой бизонов» стала армия. Стремясь оттеснить индейцев в резервации, американские генералы решили отрезать их от источников пропитания. При полном одобрении властей браконьеры и сквоттеры, вооружившись карабинами и ружьями, «щелкали» из них бизонов, как мух. Один лишь знаменитый Буффало Билл – аферист, циник и пьяница, который объездил в конце XIX в. Америку и Европу со своим шоу, посвященным завоеванию Дикого Запада, – хвастался тем, что за полтора года перебил 4280 бизонов. Туши бизонов гнили в прериях. Лишь фермеры скупали за бесценок их шкуры.

Однако был у бизонов и другой, не менее опасный враг, также нещадно истреблявший их поголовье. Это – сами индейцы.

По заявлению ряда современных историков, индейцы (и без помощи белых) со временем непременно перебили бы миллионное поголовье бизонов. Правда, гораздо медленнее.

Однако индейцы были не единственными обитателями Северной Америки, которые исконно охотились на бизонов. Просторы континента населяли около двух миллионов волков, которые были также не прочь полакомиться бизоньим мясом. Историки зоологии обрекают на эту естественную убыль – гибель от волков – около двух миллионов бизонов. Впрочем, эти потери тоже были восполнимы.

Однако в баланс жизни и смерти огромных стад регулярно вмешивались природные факторы. Бизоны страдали от эпидемий, степных пожаров, резких похолоданий, ураганов и наводнений. В среднем от этих причин ежегодно гибли от одного до трех миллионов бизонов. Наконец, каждый десяток лет в прериях случалась засуха, вызывавшая гибель до десяти процентов бизонов.

Ритм жизни индейцев подчинялся ритму жизни бизоньих стад.

Животные в этом симбиозе были для человека и скатертью-самобранкой, подолгу кормившей его, и фабрикой, одаривавшей самыми нужными вещами. Американский зоолог Том Макхью назвал бизона «супермаркетом для индейцев». В крупных самцах было около 700 килограммов мяса. А еще бизон – это шкура, из которой выделывали одежду и вигвамы. Это жилы, служившие нитками индейским швеям (а еще из них вили веревки). Это рога и кости, нужные для изготовления орудий труда и наконечников стрел. Это зубы, из которых получались украшения. Даже навоз шел в дело: его высушивали и использовали в качестве топлива.

В индейских мифах и ритуалах бизоны также играли центральную роль. Из них явствовало, что люди с незапамятных времен жили в ладу с дикими быками. Однако в начале XIX в. ни европейцы, ни большинство индейцев (исключая, может быть, стариков) уже не знали, что всего каких-то сто лет назад отношение к бизонам было у аборигенов совсем иным.

Последние лошади вымерли в Северной Америке около 10 миллионов лет назад. Лишь в 1519 году конкистадор Эрнан Кортес вновь привез в Мексику лошадей. В XVII в. стада мустангов (так стали называть одичавших лошадей) достигли современного штата Нью-Мексико, а уже в следующем столетии их поголовье превысило, по некоторым оценкам, четыре миллиона.

Особенно увлеклись охотой на лошадей индейцы навахо, команчи и шошоны: они ловили животных, объезжали их и торговали ими.

Оседлые, земледельческие, племена индейцев жили к северу от Нью-Мексико: племена сиу – на территории современной Миннесоты, чейенны – на берегах Миссисипи, черноногие – в Канаде, близ города Виннипег. Их деревни располагались обычно в перелеске или на лесной опушке, поближе к прерии.

В середине XVIII в. жители северных прерий стали покупать лошадей у команчей и шошонов. Молодые воины увлеклись верховой ездой; они открывали для себя новые возможности охоты.

Чейенны, как и другие оседлые племена, обзавелись табунами лошадей и стали вести кочевую жизнь.

Участь индейцев была такова: либо бледнолицые уничтожат их, либо оттеснят далеко на запад. Туземцы опасались не только «огненных ружей» своих врагов. С появлением пришельцев индейские поселки стали в одночасье вымирать от неведомых прежде болезней – от оспы и кори, коклюша и тифа, скарлатины и желтой лихорадки.

От неведомой опасности надо было бежать. Лошади унесли индейцев в прерии. Сто двадцать тысяч индейцев снова стали кочевниками. Круглый год они следовали по степи за стадами бизонов.

Теперь всадникам было легко охотиться на бизонов. Шкуры бизонов служили хорошим товаром. В обмен на них охотники получали ножи, топоры, ружья, порох, текстиль, утварь. Больше шкур – больше оружия и богатства. Чтобы платить за все новые товары, индейцам надо было все чаще отстреливать диких быков.

Была и другая причина, по которой поголовье бизонов сокращалось. Огромные стада мустангов, бродившие по степи, питались тем же, что и бизоны. Они стали им конкурентами, понемногу оттесняя быков.

Индейцам казалось, что их ждет процветание. «Жадные бледнолицые» готовы были платить хорошие товары за такую доступную вещь, как шкура дикого быка. Как выяснилось, индейцы заблуждались. Их ждала засуха. Она разразилась в конце 50-х годов. Стада бизонов резко уменьшились. Порой охотники едва могли найти себе пропитание, уж не говоря о том, чтобы добыть что-нибудь на продажу. Недавние «богачи» умирали в нищете. В поисках пищи они охотились на зайцев, ловили саранчу, выкапывали коренья. В 1860 году в американских прериях осталось всего около 60 000 индейцев.

Вместе с людьми вымирали бизоны.

Если в начале века на рынок ежегодно поступало несколько тысяч бизоньих шкур, то уже к 1830 году это количество возросло до 130 000. Азарт овладел индейцами. Они распродавали свою страну. Брошенные освежеванные туши с вырезанными языками – вот итог их торговых предприятий. Так поступали и предки этих охотников.

Пока поголовье того или иного вида животных было достаточно велико, «дебет волков, стихий и индейцев» ему был не страшен. Однако если равновесие нарушалось, следовала катастрофа. Колебания климата, внезапная эпидемия, натиск новых врагов приводили очередной вид животных на грань вымирания. Так случилось с бизонами. Они, как и сами индейцы, были обречены. Внезапное появление на сцене авантюристов вроде Буффало Билла лишь ускорило развязку.

В конце концов, немногие выжившие после войны индейцы удалились в резервацию. Генералы и политики подсчитали победы, а зоологи – уцелевших бизонов. К началу XX в. осталось лишь около 500 диких быков, проживавших под охраной в Йеллоустонском национальном парке в США, а также на некоторых ранчо. Тогда-то и было создано Общество спасения бизона. Исчезающих быков стали разводить.

Долгое время успехи были очень незначительны. Так, в 1933 году численность бизонов достигла всего 4000 голов. Лишь в последние десятилетия цифры стремительно стали расти. По различным данным, популяция бизонов в Северной Америке колеблется сейчас от 200 000 до 350 000 голов. Теперь стада бизонов целенаправленно расселяют в степных районах США. Их выращивают на частных фермах, ведь бизон хорошо поддается приручению, и еще в прошлом веке зоологи отмечали, что он мог бы стать отличным домашним животным.