Однозарядные пистолеты с заряжанием с казенной части и развитие автономных патронов

1545
Просмотров



Многие пушки Средневековья и эпохи Возрождения заря жались с казенника в том смысле, что у них были отдельные камеры, извлекавшиеся для заряжания. Несомненно, они не могли удовлетворить пользователя, потому что не существовало эффективного метода обтюрации (герметизации), т. е. предотвращения обратной утечки газов от взрыва заряда через стык патронника и ствола.

Как следствие, казнозарядные пушки в период после второй четверти XVI в. и до нашего времени изготавливались редко. Многие оружейники продолжали экспериментировать с ручным оружием казенного заряжания, но никакой действительно удовлетворительной системы не было изобретено до тех пор, пока проблема обтюрации не была преодолена во второй четверти XIX в.

По этой причине, а также потому, что оно было дороже в изготовлении и менее прочно и выносливо, чем оружие, заряжающееся с дула, казнозарядное огнестрельное оружие с начала XIX в. было относительно редким. Особенно это касалось пистолетов, потому что до появления автономных патронов преимущества, получаемые от казенного заряжания, были сравнительно меньшими для короткоствольного оружия, чем для длинноствольного. Главное преимущество, состоявшее в возможности более плотно загнать пулю в ствол, а потому сделать более мощный и точный выстрел, было обеспечено поворотной системой, которая, будучи проще и надежнее, чем любая из чисто казнозарядных, была предпочтительней их. Фактически, многие классифицируют поворотное огнестрельное оружие как казнозарядное, но я предпочел бы ограничить употребление этого термина лишь пистолетами, которые заряжаются с задней части, а также включают в себя некоторые движущиеся узлы или узел в казенной части.

Первым автономным патроном в современном смысле этого слова, вероятно, был тот, который запатентовал в Париже в 1826 г. Гали-Казалат. Этот патрон имел оболочку из кожи либо пергамента и ударный детонатор, находившийся в углублении в центре основания патрона, и он расходовался путем вспышки при выстреле. Он ни в коей мере не удовлетворял практическим требованиям и, возможно, даже не был запущен в производство.

За патентом Гали-Казалата последовала целая серия других патронов, в большинстве которых использовались бумажные оболочки, хотя были опробованы и мездра, и коллодий, и фольга, и латунь, и медь. Среди тех, что имели значение в развитии современного патрона центрального боя, можно назвать патроны, изобретенные Клементом Поте (Париж, 1829), Робером (Париж, 1831, с дополнениями в 1832 и 1835 гг.), Ажозефом Нидхэмом (Лондон, 1852), Чарльзом Ланкастером (Лондон, 1854), Сильвестром Кринкой (Австрия, 1855), Морзе (США, 1856—1858), Бернсайдом (США, 1856—1863), Эдвардом Мейнардом (США, 1859—1867), Сайласом Криспином (США, 1863) и Хирамом Берданом (США, 1866). Нидхэм одним из первых придумал автономный патрон с гильзой, сделанной целиком из латуни на современный манер, но потребовалось еще 14 лет, чтобы эта идея была успешно развита в патроне Боксера.



Первым полностью успешным патроном центрального воспламенения, вероятно, был тот, что запатентовал Клемент Поте в 1855 г., улучшенная версия патрона, запатентованного тем же изобретателем в 1829 г. Он был сделан из бумаги с металлическим основанием, содержащим центральный капсюль-детонатор, установленный напротив наковальни, на которой его ударяют. Это был прямой предшественник современного охотничьего патрона. В 1858 г. еще один француз, Эжен Шнейдер, запатентовал улучшенную версию с другим типом наковальни, который можно было делать либо с бумажной, либо с металлической гильзой, последняя завинчивалась в основание патрона. Патрон Шнейдера, привезенный в Лондон и запатентованный Джорджем Х. До в 1861 г., стал прототипом винтовочного патрона, запатентованного в 1866 г. полковником Боксером из Королевской лаборатории в Вулвиче. Он имел железное основание и змеевиковый латунный корпус, и из него и развился в 1867 г. цельнотянутый латунный пистолетный патрон. Эта форма патрона скоро доказала свое превосходство над всеми остальными, кроме кольцевого типа, о котором речь пойдет ниже, и будущие разработки были лишь вариациями конструкции, оставшейся в основном неизменной.

Вариант патрона центрального воспламенения имел взрыватель, а иногда и заряд, содержавшиеся в основании пули. Первый и самый известный из них был создан немцем Иоганном Николаусом фон Дрейзе в 1827 г., и в нем использовался фульминат как для воспламенения, так и для основного заряда. Однако детонационный порох для последней цели был нестабилен, и в последней версии изобретения Дрейзе, известной как прусское игольчатое ружье, он использовался лишь как взрыватель в бумажном патроне, через который ударник должен был войти в основание пули, чтобы вызвать выстрел. Несколько револьверов и однозарядных пистолетов – последние с вращающимися казенниками с заглушками, — использовавшие патрон этой формы, были сделаны сыном изобретателя Франчем в 1850-х гг., но его главное значение связано с областью длинноствольного оружия. Лишь еще один патрон из этой группы нуждается в упоминании – это «пуля-ракета» Ханта.

Вторая важная линия развития патрона представлена системой кольцевого воспламенения, в которой взрыватель расположен по кольцу внутри мягкой металлической базы, и по нему ударяет молоточек с похожим на стамеску выступом на бьющей плоскости. Его происхождение обнаруживается в патроне, запатентованном Робером в Париже в 1835 г., у которого вся база была покрыта инициирующим зарядом. В 1841 г. Уильям Голден и Джон Хэнсон получили британский патент на запирающее устройство в оружии, заряжающемся с казенной части, первоначально сконструированное для использования с заряженной пулей. Оно также было способно принимать патрон, состоящий из пули, цементированной в большом капсюле-детонаторе. Этот последний, очень мало отличавшийся от изобретения Флобера, которое рассматривается ниже, был фактически патроном кольцевого воспламенения.

В 1849 г. Флобер получил французский патент на оружие казенного заряжания, которое стреляло медными патронами малого калибра, содержавшими небольшой заряд пороха, а также имевшими диск фульмината, целиком покрывающего свою базу. А пулю здесь толкали вперед объединенные силы соли гремучей кислоты и пороха. По всему диаметру этого «пулевого казенного капсюля» бил ударник с выступающим ребром на бьющей плоскости, и, поскольку этот заряд был мал, стало возможным сделать ударник достаточно тяжелым для того, чтобы он выполнял и функцию блока казенника. Два крючка на его поверхности ловили ободок патрона после совершения выстрела и, перезарядившись, извлекали пустую гильзу. Сам казенник просто оставался открытым в задней части, а стволу не надо было никуда двигаться для заряжания.

Хотя Флобер предусматривал применение своей системы для всех размеров оружия, огромной популярности она достигла лишь в сфере оружия малого калибра. Легкая и дешевая в производстве, к тому же недорогая в использовании, эта система была идеальной для огнестрельного оружия, предназначенного для охоты на мелкую дичь и для «салонных» (т. е. учебных) пистолетов. Ружья и пистолеты, немногим отличающиеся от первоначальной конструкции Флобера, продолжали выпускаться еще и в ХХ в., и, возможно, их все еще производят в Европе для использования на стрельбищах и в тирах. Некоторые из салонных пистолетов XIX в. были искусно украшены и упакованы в коробки, но система Флобера лучше всего известна по группе изготавливавшихся в Льеже гладкоствольных пистолетов калибра 0,22 дюйма самого низкого качества. Сотни тысяч таких пистолетов были произведены в период от третьей четверти XIX в. до начала Второй мировой войны. От первоначальной конструкции Флобера они отличаются в том, что функцию блокирования казенника выполняет пластина на шарнирах, в которой проделано отверстие для ударника, в то время как небольшая часть казенника изготовлена отдельно и подвешена на петлях для действия в качестве выбрасывателя. Все они имеют приклады и рамки примерно одного размера, хотя длина ствола меняется. Немногие, выпущенные со стволами длиной 12-13 дюймов, сопровождались крепившимися скобой каркасными плечевыми прикладами для использования в качестве оружия для браконьеров.

Изобретение Флобера, конечно, не было настоящим патроном кольцевого воспламенения. Честь производства его принадлежит, вероятно, Улье, которому в 1850 г. был выдан французский патент, охватывавший ряд различных типов патронов, включая и тот, у которого было кольцо детонирующей смеси в его узком ободке. Система кольцевого воспламенения не достигла реальных результатов, пока ее не стали применять в револьвере Смита и Вессона.

Остается обсудить еще один важный тип патрона – шпилечного воспламенения. В 1835 г. Казимир Лефоше получил французский патент на бумажный патрон с тонким латунным основанием, содержащим капсюль-детонатор, установленный под прямым углом. В отверстие в боковой части основания над капсюлем вставлялась маленькая шпилька, которая, когда патрон заряжался в ружье, проступала через щель в верху казенника. При стрельбе по этой булавке ударял плоский носик ударника и вбивал ее в капсюль, тем самым вызывая его детонацию.

Вышеописанное устройство, возможно, было первым реально эффективным автономным самозапирающимся патроном, которое стали производить в больших количествах. Оно широко применялось в охотничьих ружьях переломного действия Лефоше и его 5-6-зарядных револьверах. Улье в упомянутый выше патент 1850 г. включил значительно улучшенную цельнометаллическую версию, потом она была использована в револьвере Эжена Лефоше 1854 г., и в итоге это оружие завоевало огромную популярность в Европе.

Эра, на которую пришлось полное развитие автономного патрона и револьвера, также по очевидным причинам вместила в себя упадок однозарядного пистолета. Как стандартное оружие он оставался в употреблении до 1880-х гг., но начиная с 1840 г. его производство сократилось, не считая потребностей карманного и учебного оружия. Помимо вышеописанных дешевых пистолетов кольцевого воспламенения, во второй половине XIX в. было изготовлено много хороших однозарядных шпилечного и центрального воспламенения салонных пистолетов. Их часто выпускали парами, иногда тщательно упакованными и декорированными, и, когда этого требовали обстоятельства, они исполняли роль дуэльных пистолетов.

Ряд оружейников продолжали выпускать пистолеты-гауды (погонщиков слонов) крупного калибра, с двумя стволами (также называвшихся седельными пистолетами) до начала ХХ столетия. Поначалу их предназначали для использования против крупных животных на охоте с близкой дистанции, как это было и с описанными выше гаудами. Их также широко применяли британские офицеры в войне в Судане в конце XIX в.

Самая простая форма механизма казенника обнаружена в однозарядных пистолетах, стреляющих патронами, уже описанных выше в связи с оружием Флобера. Помимо этого, данные механизмы разбиваются на две категории: одна – с подвесным блоком казенника позади патронника, а другая – в которой казенная часть зафиксирована, а ствол необходимо двигать вперед или разламывать вниз для заряжания. Там, где применялись патроны центрального воспламенения, этот акт обычно осуществлялся с помощью бойка взрывателя, по которому ударял курок. Пистолет шпилечного воспламенения всегда был механизмом разломного типа, который произошел от Паулу через Казимира Лефоше, он обычно управлялся с помощью рычага перед спусковой скобой. Эта конструкция в 1860-х гг. фактически вытеснила все другие.

Следует отметить, что разработка оружия, стреляющего патронами, имела два важных побочных эффекта. С этими системами было легче заряжать ружье или пистолет с нарезным стволом, нежели гладкоствольное оружие, и поэтому скоро стало обычной практикой нарезать стволы на любом оружии, кроме самого дешевого. Это, в свою очередь, привело к тому, что старые сферические пули были заменены на снаряды цилиндрическо-конической формы. Само по себе это не было изобретением, поскольку эта система была в ограниченном пользовании по крайней мере с конца XVIII в.