Летом 1938 года

Летом 1938 года

Лето этого года могло стать переломным в ходе мировой истории, поскольку возникла реальная возможность не допустить начала Второй мировой войны, остановить агрессивные устремления Гитлера и созданного им в Германии нацистского режима. Однако этого так и не случилось по целому ряду причин, среди которых не только определенная нерешительность созревшей и оформившейся к тому времени оппозиции в Германии, но и политика Запада.

Заговоры в Германии против Гитлера, активное участие в них высших военных чинов и руководителей разведки, проведенные ими переговоры с Западом долгое время оставались тайной. Наиболее известно было о сепаратных переговорах немцев с американцами весной 1945 года, которые проводил в Швейцарии генерал СС Вольф с Алленом Даллесом. Но немецкие военные, разведчики, финансисты и государственные деятели, недовольные политикой Гитлера и его авантюрным военным курсом, начали искать возможности сблизиться и договориться с Англией и Соединенными Штатами Америки значительно раньше, еще за несколько лет до начала Второй мировой войны. Активное участие в переговорном процессе принимал глава абвера адмирал Фридрих Вильгельм Канарис.

Несомненно, адмирал являлся талантливым организатором и руководителем разведки, лично зарекомендовав себя неплохим разведчиком-нелегалом и опытным резидентом, хорошо владевшим всем арсеналом методов и тактических приемов оперативной работы. Также несомненно, что глава абвера был загадочной, если не сказать таинственной, фигурой среди нацистского руководства. В особенности, среди руководителей германских спецслужб периода 30—40-х годов XX века. Большинство его тайн осталось нераскрытыми – он унес их с собой в небытие после казни.

Летом 1938 года возник заговор против Гитлера, который возглавлял генерал-полковник Людвиг Бек – в случае успеха переворота ему прочили пост главы нового правительства Германии. В заговоре также активно участвовали генерал-полковник Курт фон Хаммерштейн, президент Рейхсбанка Ялмар Шахт, известный государственный деятель Карл Фридрих Герделер и другие. Основным курьером для связи с англичанами большинство заговорщиков считали Дитриха Бонхеффера – богослова и теолога, имевшего сильные связи в кругах англиканской церкви. Примкнувший к заговору адмирал Канарис сделал Бонхеффера агентом абвера и дал ему вполне легальное, – с точки зрения нацистов, – прикрытие для поездок в Великобританию. Дитрих, несомненно, был очень порядочным и умным человеком, искренне стремившимся сделать все возможное, чтобы избавить свою страну от чудовища национал-социализма, за что он в конце концов и поплатился головой.

Однако опытный разведчик адмирал Канарис не был бы таковым и не сумел бы стать главой абвера, если бы он, по меткому выражению британцев, «складывал все яйца в одну корзину». Нет, всецело поддерживая заговор «верхов» против Гитлера, и помогая заговорщикам, он шел к известным ему целям своими путями, о которых стало возможно узнать уже после окончания Второй мировой войны.

Нельзя с полной определенность сказать, почему адмирал встал в ряды заговорщиков – возможно, им двигали патриотические чувства, как и представителями старого немецкого генералитета. Патриотизм каждый может понимать по-своему. Явно, что Канарис не желал поражения Германии в неумолимо надвигавшейся мировой войне и, с профессиональной стороны, как глава военной разведки, делал все от него зависящее, чтобы немцы одержали решительную победу. Но как здравомыслящий политик он хотел победы без Гитлера! Вероятно, он вообще хотел поскорее избавить от него Германию и ни при каких обстоятельствах не развязывать войну. Но тайны адмирала никогда никому узнать не удастся.

Как свидетельствует ряд западных источников, летом 1938 года адмирал Канарис имел строго конфиденциальную встречу с будущим генерал-фельдмаршалом, а в тот период отстраненным от службы генералом кавалерии и бывшим командующим военным округом в Бреслау Эвальдом Паулем Людвигом фон Клейстом.

Я намерен сделать вам необычное предложение, генерал, – после обмена приветствиями, неожиданно сказал Вильгельм Канарис. – Хотите поехать на Острова?

Адмирал называл Великобританию на манер англичан, и прекрасно разбирался в хитросплетениях британской политики. Канарис не питал никакого доверия к Чемберлену, возглавлявшему тогда английское правительство и считал единственным реальным и непримиримым врагом Гитлера среди британских политических деятелей только сэра Уинстона Черчилля. Потомок герцогов Мальборо постоянно с бульдожьим упрямством выступал против внешнеполитического курса Болуина-Чемберлена. По его мнению, политика умиротворения агрессивных аппетитов Гитлера являлась крайне рискованной и неизбежно приведет к большой войне.

Зачем? – прямо спросил фон Клейст.

Чтобы встретиться с Уинстоном Черчиллем и передать ему некоторые предложения, подготовленные рядом здравомыслящих немецких генералов и финансистов.

Канарис был полностью уверен: фон Клейст его не выдаст рейхсфюреру СС Гиммлеру или начальнику СД Гейдриху, не говоря уже о костоломах из гестапо. Поэтому смело шел ва-банк. Он очень хотел отправить для переговоров с англичанами не сопливого мальчишку, каким считал теолога-богослова, а солидного умудренного боевым и жизненным опытом известного генерала. Конечно, молодой богослов Бонхеффер сделает все, что в его силах, однако у адмирала имелись свои тайные каналы связи с Западом и именно по ним он уже принципиально договорился о встрече представителя заговорщиков с сэром Уинстоном Черчиллем.

Фон Клейст прекрасно подходил для роли посланца оппозиции. Генерал Бек или президент Рейхсбанка Шахт не могли незамеченными выехать из Германии на Острова, а вот отстраненный Гитлером от службы фон Клейст, под прикрытием военной разведки мог частным образом совершить подобное путешествие.

Не боитесь? – поднял бровь генерал, и Канарис его сразу отлично понял.

Нет! – твердо ответил адмирал.

Хорошо, – благосклонно кивнул фон Клейст. – Я готов вас выслушать. Наверняка, вы сообщите мне некоторые подробности, которые нежелательно доверять бумаге…

В первой половине августа 1938 года, полулегально, генерал Эвальд фон Клейст выехал в Англию, имея необходимые полномочия для переговоров с английскими политическими деятелями, данные ему руководителями германской оппозиции. 18 августа 1938 года состоялась его тайная встреча с сэром Уинстоном Черчиллем.

В ходе секретных переговоров фон Клейст по поручению руководства оппозиции сообщил английскому политику о твердом намерении Гитлера оккупировать Чехословакию и назвал примерный срок вторжения немецких войск в Судетскую область. Но самое главное, он прямо заявил Черчиллю, что если Англия даст отпор агрессивным планам и действиям Адольфа Гитлера и его правительства, то оппозиция внутри Германии немедленно попытается произвести государственный переворот и лишить фюрера власти, а национал-социалистическую партию распустить и объявить под запретом.

Сделанные генералом фон Клейстом неожиданные и крайне серьезные предложения очень заинтересовали сэра Уинстона, который всегда старался поддерживать хорошие отношения с людьми из «Интеллиженс Сервис» – он весьма ценил нелегкую работу разведки и оказываемые ему спецслужбами конфиденциальные услуги. В ответ разведка отвечала ему взаимным благорасположением. Поэтому Черчилль смог быстро по секретным каналам «Интеллиженс Сервис» проверить достоверность заявлений и полномочий фон Клейста. Естественно, все точно подтвердилось и даже сама фигура прибывшего из Германии на Острова генерала внушала британскому политику уважение.

Черчилль немедленно ринулся в бой за реализацию предложений немецкой оппозиции, но… проиграл своим же соотечественникам, стоявшим на иных политических позициях и вынужденно отступил перед рьяным натиском ненавидевшего его кабинета Чемберлена. Потом, в 1939 году, когда уже разразилась Вторая мировая война, сэр Уинстон все припомнил своим политическим противникам. Однако летом 1938 года он вынужденно ушел в тень, переговоры пришлось свернуть, и фон Клейст вернулся в Германию ни с чем.

Генерал не выдал никого из заговорщиков, даже когда Гитлер вновь сделал его фаворитом, обласкал и вернул на службу, а за успехи на Восточном фронте 31 января 1943 года присвоил высокое звание генерал-фельдмаршала. Позже фон Клейст попал в плен в Югославии, и в 1948 году был передан англичанами Советскому Союзу. Умер генерал-фельдмаршал в 1954 году в советском лагере для военнопленных.

Итак, намечавшийся на осень 1938 года государственный переворот не состоялся и Германия осталась всецело во власти Гитлера. Оппозиционеры-заговорщики просто чудом уцелели и, не получив никакой поддержки англичан, не решились на кардинальные действия.

Однако адмирал Канарис не сложил оружия: он был упорным и настойчивым человеком, к тому же обладал многими тайными возможностями, летом 1939 года адмирал присмотрелся к молодому юристу, племяннику богослова Бонхеффера, онемеченному венгру Хансу Донаньи и вскоре пригласил его работать в абвере, намереваясь решать при его посредстве некоторые собственные секретные задачи: Канарис нуждался в людях, которым мог лично всецело доверять, не опасаясь предательства, возведенного в Третьем рейхе в ранг добродетели.

Глава абвера справедливо полагал: если первый раз не получилось в одном месте, непременно нужно попытать счастья в другом. Коль скоро не получилось в Англии, Канарис решил прощупать политическую почву в Соединенных Штатах. Сделать это оказалось не так-то просто, и адмиралу, даже с его возможностями, понадобилось больше года, чтобы выйти на нужных людей, подобрать надежного курьера и осуществить задуманную еще летом 1938 года акцию.

В октябре 1939 года, когда уже вовсю заполыхала Вторая мировая, под плотным прикрытием абвера в Вашингтон прибыл молодой немецкий дипломат Тротт цу Зольц. Он имел полномочия на переговоры и привез американцам заманчивые предложения оппозиционеров о заключении сепаратного мира между Германией и Англией.

Однако усиленно добивавшийся встречи с президентом США немецкий дипломат так и не дождался приема в Белом доме, – при огласке это могло вызвать ужасающий международный скандал, – зато он имел несколько продолжительных конфиденциальных встреч с руководящими работниками госдепартамента, которым изложил суть подготовленных оппозиционерами предложений. При успехе переговоров мирные предложения Германии могли быть несколько расширены и в отношении Франции.

Американцы очень боялись, что все это окажется не более, чем провокационной затеей немецких спецслужб, действовавших по указке и с полного ведома Гитлера. В Европе уже вовсю шла война и верить немцам на слово никто более не решался. Кроме того, Соединенные Штаты всегда чувствовали себя в полной безопасности за океаном, который не мог перелететь немецкий бомбардировщик – слишком долго, далеко, а на обратный путь горючего не хватит! Поэтому они потихоньку, вежливо свели на нет все секретные переговоры с эмиссаром адмирала Канариса. Впрочем, они предусмотрительно оставили некоторые лазейки, которыми и воспользовались в конце войны.

Вильгельм Канарис опять не успокоился. В октябре 1939 года по его личному поручению уполномоченный Абвера в Риме Иозеф Мюллер провел секретные переговоры о мире между Германией и Англией при посредничестве в так называемом «Меморандуме X», основным автором которого явился ставший сотрудником абвера племянник богослова Бонхеффера, правовед Ханс Донаньи.

Под давлением сэра Уинстона Черчилля британцы теперь огульно не отвергали возможность заключения сепаратного мира, но настоятельно требовали твердых гарантий смещения Адольфа Гитлера и отсутствия возобновления агрессии Германии в направлении Запада. При этом они легко и просто соглашались на «урегулирование «Восточной проблемы» в пользу Германии». Таким образом, британцы отдали немцам то, что те уже успели захватить в Польше и Чехословакии, не говоря уже об аншлюсе с Австрией.

Канарис рискнул ознакомить с текстом меморандума высших чинов вермахта – командующего сухопутными силами генерала Вальтера фон Браухича, молчаливо поддерживавшего оппозиционеров, но полностью подчинявшегося Гитлеру, и начальника Генерального штаба сухопутных войск генерал-полковника Франца Гальдера, который ранее сам состоял в рядах заговорщиков. Однако генералы опять не решились на активные действия по устранению Гитлера. Но никого не выдали, являясь людьми чести и офицерами старой, монархической школы.

Так закончился большой и малоизвестный этап тайных переговоров германской оппозиции с Западом о мире.