Вторая мировая война: Московская конференция министров иностранных дел СССР, США и Англии

Для согласования между членами антигитлеровской коалиции назревших вопросов дальнейшего ведения войны, а также для выработки общей позиции по ряду международных проблем была созвана конфе­ренция министров иностранных дел СССР, США и Англии. Она проходила в Москве с 19 по 30 октября 1943 г.

Об общих целях, выдвигаемых на этой конференции советской стороной, газета «Правда» в статье «К предстоящему совещанию трех дер­жав» писала: «Чем полнее и эффективнее будет военное, политическое и экономическое сотрудничество трех великих держав — СССР, Англии и США, тем скорее будет разгромлена гитлеровская Германия, тем креп­че будет фундамент будущего мира и тем успешнее будут разрешены про­блемы послевоенного устройства в интересах всех союзных стран».

По рекомендации советской делегации первым пунктом повестки дня стал вопрос «Рассмотрение мероприятий по сокращению сроков войны против Германии и ее союзников в Европе». Она предложила принять решение, согласно которому правительства Англии и США обязались бы провести такие безотлагательные мероприятия, которые обеспечили бы вторжение англо-американских армий в Северную Францию и наря­ду с мощными, ударами советских войск по основным группировкам вермахта коренным образом подорвали военно-стратегическое положение Германии и привели к решительному сокращению сроков войны. Совет­ская сторона попросила подтвердить обязательства союзников об откры­тии второго фронта весной 1944 г.

Уклоняясь от прямого ответа, английский генерал Исмей, выступавший от имени Англии и США, говорил о влиянии на сроки вторжения в Северную Францию ряда моментов, в частности наличия благоприят­ных метеорологических условий в районе Ла-Манша, значительного со­кращения германских военно-воздушных сил в Северо-Западной Европе. При этом он отметил, что германские резервы в данном районе в момент вторжения не должны превышать 12 дивизий, и немцы не должны иметь возможности перебросить во Францию с других фронтов более 15 дивизий в течение первых двух месяцев после вторжения. 26 октября Черчилль направил Идену следующую телеграмму: «Вы должны ему (И. В. Стали­ну. — Ред.) дать понять, если найдете это целесообразным, что я, пока на мне лежит ответственность, не допущу, чтобы великая и плодотворная кампания в Италии, которая уже заставила немцев бросить в бой круп­ные резервы, была заброшена и закончилась ужасной катастрофой из-за переправы через Ла-Манш (операция «Оверлорд») в мае... Ничто не из­менит моего твердого решения не забрасывать на этом этапе битву в Ита­лии... Эйзенхауэр и Александер должны иметь все, что им необходимо, для того чтобы выиграть эту битву, как бы это ни повлияло на последую­щие операции. Конечно, это может отразиться и на дате операции «Овер­лорд». В беседе с И. В. Сталиным, которая состоялась на следующий день, Иден заявил, что Черчилль «очень обеспокоен положением в Ита­лии» и это «может повлиять на вопрос... о дате вторжения через Ка­нал».

В коммюнике конференции говорилось, что правительства трех держав признали «первейшей целью ускорение конца войны». Относитель­но второго фронта представители США и Англии согласились лишь за­фиксировать в протоколе заверения: принятые решения о вторжении в Северную Францию весной 1944 г. при наличии условий, изложенных генералом Исмеем, остаются в силе.

Московская конференция приняла весьма важный документ — Декларацию по вопросу о всеобщей безопасности. Его подписали предста­вители четырех великих держав антигитлеровской коалиции — СССР, США, Англии и Китая. В Декларации впервые совместно была провоз­глашена формула безоговорочной капитуляции фашистских государств как непременное условие прекращения войны. Правительства союзных держав заявляли о своей решимости «продолжать военные действия против тех держав оси, с которыми они соответственно находятся в состоянии войны, пока эти державы не сложат своего оружия на основе безогово­рочной капитуляции».

Относительно принципов послевоенного сотрудничества союзники в англо-советско-американском коммюнике выразили единодушие в том, «что в их собственных национальных интересах и в интересах всех миро­любивых наций важно продолжить теперешнее тесное сотрудничество, установленное для ведения войны, и на период, который последует за окончанием военных действий, и что только этим путем можно добиться поддержания мира и полного развития политического, экономического и социального блага их народов»

Участники конференции признали необходимым в ближайшее время учредить международную организацию для поддержания мира и безопасности, основанную на принципе равенства всех входящих в нее госу­дарств.

Одним из важных пунктов повестки дня Московской конференции являлся германский вопрос. Перед отъездом в Москву государственный секретарь США Хэлл подробно обсуждал с президентом данную проблему. Рузвельт прямо высказался «за расчленение Германии на три или большее количество государств». Следуя этому указанию, 23 октября Хэлл предложил осуществить «политическую децентрализацию Герма­нии», а выступая 25 октября, заявил, что расчленение Германии «отве­чает интересам США».

Министр иностранных дел Англии Иден изложил планы своего правительства о будущем Германии. Он энергично поддержал предложение Xэлла: «Мы хотели бы разделения Германии на отдельные государства, в частности, мы хотели бы отделения Пруссии от остальных частей Герма­нии. Мы хотели бы поэтому поощрять те сепаратистские движения в Германии, которые могут найти свое развитие после войны.

Что касается позиции Советского правительства относительно после­военного устройства Германии, то народный комиссар иностранных дел СССР заявил на конференции, что «вопрос находится в процессе изуче­ния». В результате обмена мнениями конференция решила передать воп­рос о будущем Германии для дальнейшего изучения в Европейскую кон­сультативную комиссию.

Для обсуждения и согласования проблем, связанных с выходом вражеских государств из войны и обеспечением выполнения ими условий ка­питуляции, Московская конференция постановила создать Европейскую консультативную комиссию из представителей СССР, США и Англии с местопребыванием в Лондоне. Комиссии предстояло «изучать европей­ские вопросы, связанные с окончанием военных действий, которые три правительства признают целесообразным ей передать, и давать трем пра­вительствам по ним объединенные советы». Одной из первоочередных задач комиссии являлась выработка условий капитуляции вражеских государств и определение механизма, необходимого для проведения в жизнь этих условий. Согласно специально принятому решению «О линии поведения в случае получения пробных предложений мира от враждеб­ных стран» три державы обязывались немедленно информировать друг друга об этих фактах и проводить взаимные консультации, «с тем чтобы согласовывать свои действия в отношении подобных предложений».

На конференции было обсуждено положение в Италии. Как уже отмечалось, политика США и Англии на занятой их войсками территории

Южной Италии имела антидемократический характер. Советская делегация, выразив пожелание получить всестороннюю информацию о том, как выполняются условия перемирия с Италией, представила проект пред­ложений о мерах, направленных на полную ликвидацию фашизма в этой стране и на обеспечение ее демократического развития. По предложению советской делегации конференция приняла Декларацию об Италии. В ней говорилось: «Политика союзников по отношению к Италии должна ба­зироваться на основном принципе: что фашизм и все его пагубные влия­ния и последствия должны быть полностью уничтожены и что итальян­скому народу должна быть предоставлена полная возможность устано­вить правительственные и другие учреждения, основанные на принципах демократии». В Декларации определялись конкретные меры по реали­зации этих положений. Постановлением конференции был учрежден Консультативный совет по вопросам Италии, в который вошли представители СССР, США, Англии, Французского комитета национального ос­вобождения, Греции и Югославии.

Решения Московской конференции в отношении Италии имели крупное политическое значение, поскольку являлись важным фактором ней­трализации антидемократических тенденций в политике, проводившейся англо-американским командованием, которые наносили ущерб борьбе с наследием и остатками фашизма в этой стране. Эти решения служили примером для выработки странами антигитлеровской коалиции общего курса по отношению к государствам, выходившим из агрессивного блока, ж странам, освобождаемым от оккупантов.

По инициативе Советского правительства конференция министров иностранных дел приняла Декларацию об Австрии. В ней объявлялся недействительным и несуществующим захват этой страны Германией в 1938 г. и выражалось желание правительств трех держав «видеть восстановленной свободную и независимую Австрию».

На конференции рассматривались некоторые вопросы, касавшиеся Восточной Европы. Представители западных держав пытались добиться от СССР поддержки планов создания различных федераций в этом районе. Советская делегация выступила с категорическими возражениями, ибо планы такого рода не отвечали интересам народов восточноевропейских стран и, как говорилось в редакционной статье газеты «Известия», опуб­ликованной после окончания конференции, имели целью воскресить пред­военную враждебную СССР политику «санитарного кордона» . Советская делегация придерживалась следующего принципа: освобождение малых стран и восстановление их независимости является одной из главных за­дач послевоенного устройства, народам Европы должно быть предостав­лено право самим решать свои судьбы после войны.

В надежде обеспечить в послевоенной Польше власть лондонского эмигрантского правительства представители США и Англии пытались склонить Советский Союз к восстановлению дипломатических отношений с этим правительством. Советская сторона не поддержала этого предло­жения, заявив, что СССР стоит за независимую Польшу и готов оказать ей помощь, но он заинтересован в том, чтобы польское правительство про­водило дружественную по отношению к Советскому Союзу политику. Представители западных держав занимали нелояльные позиции в отно­шении Советского Союза и по некоторым другим вопросам. Так, например, английская делегация предпринимала попытки сорвать подписание советско-чехословацкого договора о дружбе, взаимной помощи и послево­енном сотрудничестве. Советскому правительству удалось добиться сня­тия английской делегацией своих возражений. Это было зафиксировано в протоколе конференции.

Конференция рассмотрела согласованный между английским и американским правительствами документ «Основная схема управ­ления освобожденной Францией», согласно которому союзные вой­ска, вступив на территорию этой страны, получали верховную власть, означавшую, по сути дела, установление оккупационного режи­ма. Советская сторона не могла согласиться с подобными планами, ибо они явно противоречили освободительным целям СССР в войне. По предложению советской делегации англо-американский документ передавал­ся на рассмотрение Европейской консультативной комиссии.

В дни работы конференции была согласована и опубликована за под­писями глав правительств США, СССР и Англии Декларация об ответ­ственности гитлеровцев за совершаемые зверства. В ней отмечалось, что германские офицеры, солдаты и члены нацистской партии, ответственные за зверства, убийства и массовые казни на оккупированных территориях или добровольно принимавшие в них участие, будут отправлены в те стра­ны, где они совершали преступления и где понесут наказание в соответ­ствии с законами этих стран. «Пусть те, кто еще не обагрил своих рук не­винной кровью, — говорилось в Декларации, — учтут это, чтобы не ока­заться в числе виновных, ибо три союзных державы наверняка найдут их даже на краю света и передадут их в руки их обвинителей с тем, чтобы смогло совершиться правосудие».

На Московской конференции обсуждались также некоторые частные вопросы, связанные с координацией совместных усилий союзников в вой­не против фашистского блока. Западная сторона высказала пожелание, чтобы Советский Союз предоставил базы для американских и английских самолетов, которые будут производить «челночные» операции с целью бомбардировки промышленных районов Германии. В дальнейшем эта просьба была удовлетворена. Второй вопрос касался более эффективного обмена информацией о метеорологических условиях. Обмен вскоре зна­чительно расширился. Третий вопрос относился к улучшению воздушных сообщений между СССР и США. Он также в последующем получил поло­жительное решение.

В связи с Московской конференцией встал вопрос о возможном участии СССР в разгроме японских агрессоров. США, не надеясь собственными силами в короткие сроки победоносно закончить войну против Японии, стре­мились добиться вступления в нее Советского Союза. Глава американской военной миссии Дж. Дин, прибывший в Москву осенью 1943 г., писал, что его главной и непреходящей целью было «обеспечить советское уча­стие в войне против Японии». В инструкции, полученной Дином от Объединенного комитета начальников штабов накануне Московской кон­ференции, указывалось: «Полное участие России в войне против Японии после разгрома Германии имеет важное значение для более быстрого и сокрушительного разгрома Японии с наименьшими потерями для Соеди­ненных Штатов и Англии».

После завершения Московской конференции 30 октября И. В. Сталин устроил в Кремле прием в честь ее участников. Во время беседы с К. Хэллом, по словам последнего, глава Советского правительства зая­вил о готовности СССР принять участие в войне против Японии и помочь нанести поражение дальневосточному врагу после разгрома Германии. Как писал Хэлл в своих мемуарах, Сталин сделал это заявление «уверен­но, совершенно бескорыстно, не требуя ничего взамен». Хэлл считал его «заявлением исключительной важности».

Московская конференция министров иностранных дел имела большое значение. Хотя на ней и выявились серьезные разногласия между СССР и его союзниками из капиталистического мира, но вместе с тем она пока­зала возможность согласованного решения сложнейших вопросов, от­носящихся к послевоенному урегулированию. Результаты конференции были повсеместно с большим одобрением встречены демократическим об­щественным мнением. Московская конференция подготовила условия для первой встречи глав правительств трех держав, которая состоялась в Тегеране с 28 ноября по 1 декабря 1943 г.

В передовой статье «Важный вклад в общее дело союзников» газета «Правда» 2 ноября отмечала, что Московская конференция «дала возмож­ность прийти к общим существенным решениям трем ведущим союзным госу­дарствам... Конференция добилась успеха в решении ряда важных и не­отложных вопросов ведения войны и вместе с тем выработала общие прин­ципы для подготовки послевоенного сотрудничества больших и малых го­сударств, заинтересованных в обеспечении национальной безопасности и всеобщего мира».

Выступая 11 ноября в английском парламенте, Идеи говорил, что на Московской конференции была создана настоящая база доброй воли, поз­волившая преодолевать самые сложные на первый взгляд проблемы. Еще из Москвы Идеи направил Черчиллю телеграмму, в которой констатиро­вал: русские искренне стремились к установлению дружественных отно­шений с Англией и США, и по ряду вопросов они сделали все возможное, чтобы пойти навстречу взглядам английского и американского прави­тельств. Хэлл возвратился в Вашингтон с уверенностью, что США и СССР могут и им следует находить общий язык по важнейшим мировым проблемам, и это будет иметь первостепенное значение и в послевоенный период. Эти высказывания представителей западных держав являются признанием того факта, что успеху Московской конференции прежде все­го способствовала конструктивная позиция Советского правительства.

Высокую оценку Московской конференции давала также американская печать. Так, газета «Нью-Йорк тайме» писала 2 ноября 1943 г.: «Ре­зультаты Московской конференции превзошли самые оптимистические ожидания и должны приветствоваться как крупная победа Объединенных наций». Итоги конференции расценивались в странах антигитлеровской коалиции как серьезный удар по фашистскому блоку.

Проект Тайны веков копит на мощный компьютер! Есть желание помочь? Жми!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Решите пример *