Вторая мировая война: наступление советских войск в районах Ржева и Воронежа

Летом и осенью 1942 г. напряженные боевые действия велись и на за­падном направлении, где обе стороны проводили или готовили наступательные операции. Здесь противник располагал одной из самых силь­ных стратегических группировок — группой армий «Центр» под коман­дованием генерал-фельдмаршала Г. Клюге.

В ее состав входили 59-й ар­мейский корпус, 9-я, 3-я танковая, 4-я и 2-я танковая армии — всего по состоянию на 1 июля 1942 г. около 70 дивизий. Общая протяженность линии фронта в полосе от Великих Лук до Орла, на которой действовали немецкие войска, достигала более 1500 км. В районе Могилева распола­гался 57-й моторизованный корпус резерва главного командования сухо­путных войск.

С советской стороны на западном направлении действовали войска Западного и Калининского фронтов и две армии правого крыла Брянского фронта , которые имели почти 140 дивизий. Однако по укомплек­тованности они уступали немецким почти в два раза. В качестве страте­гического резерва Ставки на этом направлении в районах Калинина, Тулы, Сталиногорска, Ефремова, Горького и Иваново были сосредоточе­ны четыре общевойсковые и две танковые армии

Еще летом, в период подготовки наступления немецко-фашистских войск на юге Восточного фронта, Гитлер поставил перед группой армий «Центр» задачу готовиться к возможному наступлению на московском на­правлении. Он был уверен, что ожидаемые крупные успехи вермахта на юге поколеблют стратегический фронт Советской Армии и вынудят ее командование снять часть войск с западного направления. В сере­дине мая командование группы армий получило уже конкретные указа­ния о необходимости создать во всех армиях способные к наступательным действиям моторизованные группы, привести их в полную боевую готовность для преследования советских войск, как только они начнут отход.

В это же время группа армий «Центр» получила директиву о подготовке и проведении специальной операции для дезинформации советского командования. Штаб группы 29 мая составил оперативный план «Кремль», согласно которому предусматривалось наступление трех армий правого крыла группы. Проведение мероприятий должно было начаться за не­сколько дней до развертывания операции «Блау». Характерно, что 1 ию­ля 1942 г., на четвертый день немецкого наступления, была опубликова­на первая сводка верховного главного командования вермахта о начале летнего наступления на Восточном фронте. В ней сообщалось, что немец­кие войска «перешли в наступление на южном и центральном участках фронта».

Группа армий «Центр» решала также задачу по защите своих тыловых коммуникаций. В конце мая началась серия наступлений («Ганновер-I», «Ганновер-II») по ликвидации действовавшей южнее Вязьмы в ты­лу 4-й немецкой армии группы советских войск генерала П. А. Белова. Одновременно осуществлялись операции и в тылу 2-й танковой армии против советских партизан, действовавших в обширном районе под Брян­ском.

Гитлеровское командование предприняло также в полосе группы армий «Центр» частную наступательную операцию «Зейдлиц» с целью отвлечь резервы Советской Армии и улучшить оперативное положение своих войск. Она была начата 2 июля 9-й немецкой армией против 39-й армии Калининского фронта, занимавшей выступ в районе города Белый. Противник нанес удар по самой узкой части коридора, связывавшего эту армию с основными силами фронта. В итоге врагу удалось прорвать обо­рону армии, перерезать коммуникации и окружить ее соединения. Более трех недель продолжалась мужественная борьба воинов 39-й армии, стре­мившихся вырваться из вражеского кольца. Отдельным частям и подраз­делениям удалось выйти из окружения на участках южнее и севернее го­рода Белого в полосы 30-й и 22-й армий. Важный плацдарм советских войск юго-западнее Ржева был потерян. Противнику удалось улучшить оперативное положение действовавшей в этом районе 9-й армии.

Советское командование с 5 по 12 июля предприняло на брянском направлении наступление 10, 16 и 61-й армий Западного фронта против 2-й немецкой танковой армии. Боевые действия развернулись на участке между Жиздрой и Волховом. Хотя вражескую оборону прорвать не уда­лось, противник был вынужден перебросить на это направление из опе­ративного резерва три дивизии. Это ослабило его группировку в районе Ржева, готовившуюся гитлеровским командованием для планируемого удара 9-й армии на Осташков с юга (операция «Дерфлингер»).

Июльское наступление Западного фронта сорвало намерения командования группы армий «Центр» организовать силами трех армий операцию «Оркан» («Ураган») с целью ликвидировать глубокое вклинение советских войск в треугольник Юхнов, Киров, Белев и выйти на линию Ока, Шанья

Так как немецкое командование не имело возможности создать мощную группировку, Гитлер 9 июля принял решение о проведении операции меньшего масштаба — «Вирбельвинд» («Смерч»). Она намечалась на 7— 9 августа и должна была осуществляться только частью сил 4-й и 2-й танковой армий с целью сокращения линии фронта в районе Сухиничей. Немецкое командование рассчитывало, что высвободившиеся после опе­рации силы смогут принять участие в неоднократно откладывавшемся наступлении 9-й армии на Осташков по плану «Дерфлингер». Однако развернувшаяся в конце июля на западном направлении Ржевско-Сычевская операция вынудила гитлеровцев пересмотреть свои планы.

Организуя эту операцию как крупное наступление Западного и Калининского фронтов в рамках стратегической обороны Советской Армии, Ставка рассчитывала сковать на данном направлении вражеские силы, лишить гитлеровское командование возможности перебрасывать соеди­нения из группы армий «Центр» на юг, где в это время развертывалось наступление немецко-фашистских войск, и притянуть на центральный участок фронта часть стратегических резервов врага. Кроме того, плани­ровалось сорвать намечавшееся командованием группы армий «Центр» наступление на торопецком и сухиническом направлениях.

16 июля, перед началом оборонительного сражения под Сталинградом, Ставка поставила перед командованием Западного и Калининского фронтов задачу на подготовку Ржевско-Сычевской операции. Ее цель заключалась в том, чтобы общими усилиями левого крыла Калининского и правого крыла Западного фронтов «очистить от противника территорию к северу от р. Волги в районе Ржев, Зубцов и территорию к востоку от р. Вазузы в районе Зубцов, Карамзино, Погорелое Городище, овладеть городами Ржев и Зубцов, выйти и прочно закрепиться на реках Волга и Вазуза, обеспечив за собою тет-де-поны (предместные укрепле­ния.— Ред.) в районе Ржева и Зубцова...».

Калининский фронт под командованием генерала И. С. Конева должен был войсками левого крыла нанести главный удар с севера на Ржев и вспомогательный — вдоль левого берега Волги на Зубцов, очистить от противника этот берег реки и овладеть Ржевом. Западный фронт во главе с генералом Г. К. Жуковым должен был двумя армиями нанести удар в общем направлении Погорелое Городище, Зубцов. Ближайшая задача фронта — прорвать вражескую оборону и, обеспечивая себя с юга, выйти на реку Вазуза и прочно там закрепиться.

Сроки готовности к переходу в наступление Ставка определила: для Калининского фронта — 28 июля, для Западного — 31 июля. Калинин­ский фронт выделял для выполнения поставленной ему задачи 30, 29 и 3-ю воздушную армии, а Западный — 31, 20 и 1-ю воздушную армии.

Главную роль в совместной операции двух фронтов играл Западный фронт. Генерал Г. К. Жуков принял следующее решение: силами 31-й и 20-й армий прорвать оборону врага на реке Держа в районе Погорелое Городище, разгромить его зубцовско-кармановскую группировку (соединения 46-го танкового корпуса 9-й армии) и выйти на рубеж рек Вазуза и Гжать; затем 31-я армия должна была ударом с юга в направлении Зубцов, Ржев содействовать войскам Калининского фронта в освобожде­нии Ржева, а 20-я армия наступать на Сычевку. На этом же направле­нии имелось в виду ввести в сражение и подвижную группу фронта. Ей во взаимодействии с 20-й армией следовало срезать глубоко вдавшийся в расположение советских войск ржевский выступ противника. В решении командующего фронтом предусматривалось также через три дня после перехода в наступление армий ударной группировки включить в опера­цию 5-ю армию, а затем и 33-ю. Для их поддержки планировалось боль­шую часть фронтовой артиллерии перегруппировать из 31-й и 20-й армий на заранее подготовленные позиции сначала в полосу 5-й, а затем — 33-й армий. На обеспечение действий этих армий намечалось перенацелить значительные силы авиации фронта.

Командующий Калининским фронтом принял решение нанести главный удар силами 30-й армии с рубежа Новосеменовское, Плотниково в на­правлении Полунино, Ржев с ближайшей задачей разгромить противо­стоящего врага (соединения 6-го армейского корпуса), освободить Ржев и захватить плацдармы на правом берегу Волги в районе Ржева. В даль­нейшем 30-й армии предстояло продолжать наступление основными си­лами на восток и во взаимодействии с 29-й армией, наносившей вспомога­тельный удар вдоль левого берега Волги на Зубцов, ликвидировать вра­жеский плацдарм на этом берегу в районе Ржева.

Подготовка к операции заняла две недели. 30 июля первыми перешли в наступление 30-я и 29-я армии Калининского фронта, которыми коман­довали генералы Д. Д. Лелюшенко и В. И. Швецов. Наступавшая на Ржев 30-я армия успешно прорвала немецкую оборону. Однако, встретив упорное сопротивление врага, она втянулась в напряженные бои под По­лунино и дальше продвинуться не смогла. Одной из причин были начавши­еся ливни и сильная распутица. 29-й армии прорвать сильно укрепленную вражескую оборону в первый день операции не удалось. Наступление Западного фронта было перенесено на 4 августа. В результате разрыв между началом операции двух фронтов увеличился до 5 суток.

Утром 4 августа в течение полутора часов длилась тщательно организованная артиллерийская подготовка в полосах наступления 31-й и 20-й армий, во главе которых стояли генералы В. С. Поленов и М. А. Рей­тер. В конце ее по врагу был дан одновременный залп 15 дивизионов ре­активной артиллерии. Артподготовка была эффективной: более 80 про­центов огневых средств противника было выведено из строя.

Войска ударной группировки Западного фронта, преодолев реку Держа, перешли в атаку. Поддерживаемые артиллерией и штурмовой авиацией и прикрываемые истребителями 1-й воздушной армии генерала С. А. Худякова, пехота и танки к 18 часам первого дня наступления про­рвали две позиции главной полосы обороны противника.

В конце дня было решено ввести в сражение подвижные группы обеих армий. В 31-й армии такая группа состояла из трех танковых бригад, а в 20-й — из трех танковых и самокатно-мотоциклетной бригад. Группами соответственно командовали генерал А. Ф. Бычковский и полковник П. М. Арман. На второй день наступления головные подразделения тан­ковых бригад выдвинулись на линию передовых частей стрелковых диви­зий. К утру 5 августа удалось прорвать всю главную полосу вражеской обороны, расширить прорыв до 16 км и углубиться в расположение врага на 6—9 км.

Возобновив наступление, советские войска к исходу второго дня расширили прорыв вражеской обороны до 30 км по фронту и 25 км в глу­бину и вышли на подступы к рекам Вазуза и Гжать, где противник гото­вил оборонительный рубеж силами двух дивизий, выдвинутых из резерва.

В целом фронтовая операция началась удачно. Командующий Западным фронтом принял решение нарастить достигнутый успех вводом в сражение подвижной группы фронта из района Погорелое Городище на Сычевку. Она включала 6-й и 8-й танковые и 2-й гвардейский кавалерий­ский корпуса, которыми командовали генералы A. Л. Гетман, М. Д. Соломатин и В. В. Крюков. Общее руководство группой было возложено на генерала И. В. Галанина.

Чтобы предотвратить разгром своей группировки и сохранить стратегически важный выступ фронта, откуда открывался один из кратчайших путей на Москву, командование группы армий «Центр» вынуждено было предпринять экстренные меры. 31 июля в резерв командующего 9-й не­мецкой армией была передана 6-я пехотная дивизия, прибывшая в Сы­чевку. В первых числах августа в районе Ржева начали сосредоточи­ваться 1-я и 5-я танковые дивизии, а в Сычевке — 2-я танковая дивизия. Закончить их сосредоточение противник планировал 5—7 августа. Нео­жиданный переход в наступление войск Западного фронта из района Погорелое Городище заставил немецкое командование принять решение на организацию контрудара под Сычевкой. Здесь противник почувствовал реальную угрозу отсечения своих соединений, находившихся в северной части ржевского выступа. 9-я армия получила задачу нанести контрудар по советским войскам, наступавшим на Сычевку, и восстановить положение. Одна из танковых дивизий, прибывших в Ржев, была повернута на Сычевку, а другая — на Карманово.

Одновременно для организации обороны на второй полосе, на рубеже рек Вазуза и Гжать, армия получила в качестве подкрепления 253-ю пехотную дивизию, которая до этого вела борьбу с советскими партиза­нами в Дорогобужском районе, а также несколько отрядов «трудовой по­винности», сформированных из немецких подростков. Ближе к районам Ржева и Сычевки была перебазирована и основная масса авиации про­тивника.

По решению командующего 9-й немецкой армией контрудар по Погорелому Городищу готовился с двух направлений: из района Карманово 46-м танковым корпусом (2-я танковая, 36-я моторизованная и 342-я пе­хотная дивизии) и со стороны Сычевки 39-м танковым корпусом (1-я и 5-я танковые и 102-я пехотная дивизии) При успешном развитии контр­удара планировалось перейти в наступление и силами зубцовской груп­пировки, которую намечалось усилить двумя дивизиями.

Поскольку задачи двух фронтов в проводимой операции были общими, 5 августа руководство наступлением советских войск в районе Ржева Ставка возложила на командующего Западным фронтом генерала Г. К. Жукова.

В то время как противник готовил контрудар, подвижная группа Западного фронта под проливным дождем переправлялась через реку Держа. Группа должна была вступить в сражение на рубеже рек Вазуза и Гжать, куда с запада начали подходить оперативные резервы врага. Войска 31-й и 20-й армий уже завязали ожесточенные бои с отдельными частями противника на подступах к Вазузе, Гжати и под Карманово. Части были выдвинуты в эти районы гитлеровским командованием для обес­печения сосредоточения и развертывания дивизий, прибывавших из ре­зерва.

Положение с материальным обеспечением войск ударной группировки Западного фронта было напряженным. Так, к вечеру 6 августа в частях 20-й армии осталось от 0,2 до 0,5 боекомплекта боеприпасов и в среднем половина заправки горючего.

На подступах к рекам Вазуза и Гжать и в кармановских лесах развернулось крупное встречное сражение войск правого крыла Западного фронта с соединениями 9-й армии и подошедшими оперативными резервами группы армий «Центр».

Успех армий правого крыла Западного фронта позволил войскам Калининского фронта, особенно 30-й армии, возобновить наступление. К концу дня эта армия расширила прорыв по фронту до 10 км и в глуби­ну около 7 км. Советские войска, преодолевая сопротивление врага, приближались к Ржеву с севера. Однако 29-я армия по-прежнему не могла добиться успеха.

Вечером 6 августа Ставка утвердила предложения генерала Г. К. Жукова по овладению 9 августа Ржевом силами 30-й армии с севера и 31-й армии с юга. В связи с этим наступление 29-й армии было временно при­остановлено. Из ее состава две стрелковые дивизии и три артиллерийских полка были переброшены на направление главного удара Западного фронта.

7—8 августа 20-я армия совместно с корпусами подвижной группы фронта нанесла поражение контратакующим группам противника и отбросила их назад, не позволив развить контрудар на Погорелое Городище. Советские войска по всей полосе наступления подошли к Вазузе и Гжати и на отдельных участках захватили плацдармы на противоположных берегах этих рек. Соседняя 31-я армия также выдвигалась к Вазузе.

Во второй половине дня 9 августа и в течение следующего дня встреч­ное сражение на рубеже рек Вазуза и Гжать достигло наивысшего нака­ла. В нем с обеих сторон приняло участие до 1500 танков и почти все войска, предназначенные для действий на зубцовском, сычевском и кармановском направлениях . Кроме того, по решению командующего За­падным фронтом с утра 8 августа в наступление перешла 5-я армия с за­дачей прорвать оборону противника на всю тактическую глубину, соеди­ниться 9 августа с левофланговыми частями 20-й армии. Однако ожидав­шегося успеха в этом сражении советским войскам достигнуть не уда­лось. Была освобождена только южная часть города Зубцова и захвачены незначительные плацдармы на левых берегах обеих рек.

Среди причин замедления темпов продвижения ударной группировки Западного фронга следует назвать прежде всего утрату общего превосходства в силах и средствах в полосе наступления в связи с подходом свежих оперативных резервов противника. Особенно чувствовалось нера­венство в танковых соединениях. Немецкие танковые дивизии насчитыва­ли по 15—16 тыс. человек и до 150—160 танков. Каждая из них была силь­нее советского танкового корпуса, состоявшего из 8 тыс. человек и 160 танков. Борьбу соединений подвижной группы осложнило и постоян­ное воздействие по их боевым порядкам авиации противника, поскольку зенитные части отстали, а истребительная авиация из-за дальности аэро­дромов прикрывала войска кратковременно.

Хотя советские войска не добились территориальных успехов и не разгромили резервы противника, значение этой борьбы заключалось в том, что контрудар войск 9-й армии был отбит на тех же рубежах, с которых он начался. Гитлеровское командование, убедившись в провале контрудара на Погорелое Городище, приняло решение о переходе с 10 ав­густа к обороне на рубеже рек Вазуза, Гжать и села Карманово.

После окончания встречного сражения войск правого крыла Западного фронта соединения 31-й, 20-й и правого фланга 5-й армий продол­жали вести бои за расширение захваченных плацдармов и на подступах к Карманово и Быково. Подвижные группы фронта и 31-й армии были упразднены, а подвижная группа 20-й армии получила задачу удерживать плацдарм за рекой Гжать. До конца месяца войска правого крыла Запад­ного фронта продолжали борьбу с перешедшей к обороне на новом рубе­же 9-й немецкой армией. Они постепенно расширяли свои плацдармы за Вазузой и Гжатью и ударами по флангу врага помогали наступлению 29-й и 5-й армий.

Во второй половине августа активизировались действия 30-й и 29-й армий Калининского фронта. К 20 августа 31-я армия смогла объединить усилия в наступлении в районе Зубцова с вышедшими туда соеди­нениями 29-й армии, главные силы которой вместе с 30-й армией продол­жали очищать от гитлеровцев заволжский плацдарм советских войск в районе Ржева.

23 августа Ржевско-Сычевская операция практически закончилась. Хотя взять Ржев и создать в его районе плацдарм на правом берегу Волги в ходе операции не удалось, войска двух фронтов в основном выполнили задачи, определенные Ставкой в директиве от 16 июля на проведение Ржевско-Сычевской операции. Достигнутые успехи имели важное опера­тивно-стратегическое значение. Советские войска прорвали подготовлен­ную оборону противника, продвинулись на глубину 30—45 км, освобо­дили Зубцов и Карманово и ликвидировали вражеский плацдарм на ле­вом берегу Волги в районе Ржева. Несмотря на ограниченный размах, операция сковала крупные силы группы армий «Центр» и притянула в район сражений 12 немецких дивизий, в том числе и с юга. Готовив­шиеся к переброске три танковые и несколько пехотных дивизий из соста­ва этой группы были задержаны и введены сначала для локализации про­рыва, а затем для контрудара.

Потери группы армий «Центр» оказались значительными: 10 пехотных, 3 танковые и 3 моторизованные дивизии не досчитались 50—80 процентов личного состава. В танковых дивизиях осталось всего по 20— 30 боевых машин.

Значение предпринятого наступления Калининского и Западного фронтов состояло и в том, что оно заставило гитлеровское командование отказаться от проведения операции «Вирбельвинд» в первоначально за­планированном варианте, поскольку предназначенные для этого резерв­ные соединения были брошены на помощь 9-й армии, удерживавшей ржевскую дугу.

В совместной Ржевско-Сычевской операции, осуществленной Калининским и Западным фронтами в период тяжелых оборонительных сраже­ний на юге советско-германского фронта, командование и войска приобре­ли ценный боевой опыт. Это было первое успешное наступление советских войск в летних условиях. В нем нашли решение многие вопросы глубокой наступательной операции, в частности достижение в полосе главного уда­ра решающего превосходства в силах и средствах, организация прорыва вражеской обороны на сравнительно узких участках, длительная артилле­рийская подготовка, создание во фронте ударной группировки, подвиж­ных армейских и фронтовой групп для развития успеха и другие. Здесь впервые было проведено авиационное наступление при прорыве обороны противника. Эта новая форма оперативного применения авиации во фрон­товой наступательной операции стала возможной благодаря качественному изменению самолетного парка и образованию во фронтах воздушных ар­мий. Авиация действовала непосредственно на поле боя, сосредоточивая свои усилия на проведении авиационной подготовки, а с началом атаки наземных войск — на их поддержке и прикрытии с воздуха. Непрерыв­ность действия авиации обеспечивалась тесным взаимодействием авиа­ционных соединений и частей с наземными войсками.

При подготовке Ржевско-Сычевской операции был успешно осуществ­лен комплекс мероприятий, направленных на достижение внезапности наступления. В целом эта операция явилась определенным шагом в раз­витии советского военного искусства.

Активные боевые действия велись и в районе Воронежа. Остановив наступление немецко-фашистских войск на этом направлении в начале июля 1942 г., войска Брянского и вновь созданного Воронежского фронтов в течение лета и осени не позволили врагу снять отсюда силы для переброски на юг.

Наступательные операции частного характера, которые велись отдельными армиями или соединениями, начались на воронежском участке, как только положение сторон несколько стабилизировалось.

Войска Брянского фронта силами правого крыла — 3-я армия генерала П. П. Корзуна и 48-я армия генерала Г. А. Халюзина — с июня 1942 г. приступили к созданию прочной обороны. На левом крыле, отразив все попытки врага продвинуться вдоль Дона к северу, войска 13-й армии генерала Н. П. Пухова, 5-й танковой армии генерала А. И. Лизюкова и отдельные соединения фронта с первых чисел июля также перешли к обороне. Против них действовала 2-я немецкая армия.

Южнее Воронежа против 60, 40 и 6-й армий Воронежского фронта развернулась вдоль правого берега Дона 2-я венгерская армия, выдвинутая из резерва группы армий «Б».

Первое наступление Брянский фронт под командованием генерала Н. Е. Чибисова начал 8 июля в общем направлении Тербуны (70 км севе­ро-западнее Воронежа), Урицкое, Набережное с задачей уничтожить группировку противника, прорвавшуюся на восточный берег реки Олым, а затем развивать удар в направлении Волово. В наступлении участвовало несколько танковых, кавалерийских и стрелковых соединений фронта. Однако наступление развития не получило.

Воронежский фронт, которым командовал генерал Ф. И. Голиков, а с 14 июля — генерал Н. Ф. Ватутин, предпринял первую частную операцию 12 июля с ближайшей целью освободить захваченную врагом часть Воронежа. В операции участвовали войска 60-й армии генерала И. Д. Черняховского и 40-й армии генерала М. М. Попова, но и эта опера­ция успеха не имела. Удалось лишь очистить от гитлеровцев небольшой район северной части города.

В связи с тем что 60-я армия, наступавшая по левому берегу Дона, выдвинулась и вела затяжные бои на северной окраине Воронежа, а левое крыло Брянского фронта задержалось на правом берегу реки северо-за­паднее города, создалась угроза возможного форсирования противником Дона, выхода его на реку Воронеж и окружения войск 60-й армии. По­этому Ставка 17 июля потребовала от Брянского фронта начать активные наступательные действия вдоль правого берега Дона на Семилуки (8 км западнее Воронежа) с задачей очистить от противника и занять этот берег до притока Дона — реки Ведуга Для выполнения поставленной задачи командующий фронтом генерал К. К. Рокоссовский, назначенный на эту должность 14 июля, создал оперативную группу под командованием генерала Н. Е. Чибисова в составе пяти стрелковых дивизий, стрелковой бригады, двух танковых корпусов и двух отдельных танковых бригад с артиллерийскими и минометными частями усиления.

Оперативная группа в ночь на 18 июля сменила части 5-й танковой армии и, подготовившись к наступлению, 21 июля при поддержке авиации фронта (было проведено около 360 самолето-вылетов) прорвала обо­рону противника. Освободив несколько мелких населенных пунктов, группа, встретив сильное сопротивление противника, не смогла его прео­долеть и вынуждена была 24 июля перейти к обороне.

Причинами неудач предпринятых операций явились отсутствие достаточного опыта в подготовке и ведении наступления, а также недооцен­ка врага, в частности характера его обороны, прорыв которой требовал от войск более тщательной подготовки.

Оперативные цели всех трех наступлений в районе Воронежа в июле 1942 г. не были достигнуты, но активные действия обоих фронтов дали определенный положительный результат: гитлеровское командование было вынуждено полностью сохранять в районе Воронежа группировку своих войск, не имея возможности перебрасывать оттуда соединения для усиления 4-й танковой и 6-й немецких армий, выдвигавшихся в июле в большую излучину Дона для удара в сторону Сталинграда и на Кавказ.

В то же время в июле войска Воронежского фронта успешно провели две частные наступательные операции. Первая была предпринята в сере­дине июля в районе Коротояка, где противник недалеко от города захва­тил плацдарм на левом берегу Дона. Цель операции заключалась в лик­видации вражеского плацдарма и захвате плацдарма на противополож­ном берегу Дона. Задачу выполняла 174-я стрелковая дивизия генерала С. И. Карапетяна. Стремительным ударом ей удалось выбить врага из Коротояка и потеснить его на правом берегу Дона на фронте 5 км и на глубину 3 км. Противник не ожидал такого исхода. Начались беспрерыв­ные попытки выбить советские части с захваченного плацдарма. Настой­чивые атаки не прекращались в течение недели. Командующий 2-й вен­герской армией дополнительно подтянул две дивизии. Командование груп­пы армий «Б» направило в этот район одну немецкую дивизию и 100 тан­ков. Однако воины 174-й стрелковой дивизии 40-й армии стойко отразили все атаки. Только по приказу командующего фронтом командир дивизии во избежание излишних потерь отвел свои части на левый берег реки. За умелые наступательные действия и стойкость в обороне, проявленные в боях в районе Коротояка, 174-я стрелковая дивизия была преобразова­на в гвардейское соединение.

Важная наступательная операция была проведена войсками Воронежского фронта в конце июля в района 55 км южнее Воронежа. Цедь ее состояла в том, чтобы захватить плацдарм на правом берегу Дона в райо­не 1-е Сторожевое. Операция осуществлялась войсками 6-й армии генера­ла Ф. М. Харитонова. Главный удар наносила 25-я гвардейская стрелко­вая дивизия, которую поддерживали несколько артиллерийских полков и дивизионов полевой реактивной артиллерии. Поставленная дивизии задача была выполнена успешно: наступавшие части захватили на пра­вом берегу Дона удобный плацдарм в районе 1-е Сторожевое, Урыво-Покровское (13 км по фронту и 8 км в глубину). Воины дивизии удержали его до начала Острогожско-Россошанской наступательной операции Воронежского фронта в январе 1943 г., когда этот плацдарм был исполь­зован как трамплин для наступления ударной группировки 40-й армии.

В августе 1942 г. войска Воронежского фронта начали готовиться к новой наступательной операции. Ее задачей было: разгром вражеской группировки в районе Воронежа, освобождение города и захват плацдар­ма на правом берегу Дона.

Для выполнения этих задач привлекались основные силы фронта, а также 38-я армия Брянского фронта. По решению командующего Воронежским фронтом удары намечалось нанести из района Подгорное и Прилуки войсками 60-й и 40-й армий в общем направлении на Семилуки. Од­новременно 38-я армия левофланговыми соединениями должна была наступать в южном направлении вдоль правого берега Дона на Нижнюю Верейку, Ольховатку, содействуя основным силам Воронежского фрон­та в окружении и уничтожении врага в районе Воронежа. Ставка утвер­дила план совместной операции двух фронтов.

«Во второй половине августа,— вспоминал Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский,— меня внезапно вызвали в Ставку. У Сталина я застал и нашего левого соседа Н. Ф. Ватутина. Рассматривался вопрос об освобождении Воронежа. Ватутин предлагал наступать всеми силами Воронежского фронта непосредственно на город. Мы должны были помочь ему, сковывая противника на западном берегу Дона активными действия­ми левофланговой 38-й армии...

Сталин утвердил предложение Ватутина, обещав при этом усилить Воронежский фронт дополнительными соединениями из резерва Ставки, а также гвардейскими минометными полками, вооруженными реактивными установками М-31 со снарядами большой разрушительной мощности».

Для централизации управления войсками Ставка приказала 38-ю армию в полном составе со средствами усиления 2 сентября передать из Брянского в Воронежский фронт. Кроме того, в Воронежский фронт прибыли из резерва Ставки четыре хорошо укомплектованные стрелковые дивизии, которые планировалось использовать во втором эшелоне опера­тивного построения войск для развития и закрепления успеха. Большая работа была проведена по доукомплектованию дивизий: их численность за счет фронтовых и армейских тыловых частей доводилась до 5 тыс. чело­век. Боеприпасы были отпущены из расчета по полтора боекомплекта для артиллерии средних калибров и по два — для крупных.

При подготовке операции, начало которой было назначено на 9 сентября, командующий фронтом генерал Н. Ф. Ватутин провел занятия с командармами и проиграл с ними на карте и рельефном плане всю дина­мику предстоявших действий. В свою очередь командармы лично провели занятия с командирами дивизий и полков. Особое внимание уделялось отработке вопросов взаимодействия родов войск. Приняты меры по пере­мещению поближе к переднему краю обороны пунктов управления.

7 сентября, в самый разгар подготовки к наступлению, пришло неожиданное распоряжение Ставки в тот же день отправить в район Сталин­града четыре стрелковые дивизии, полученные фронтом для проведения операции. В связи с этим операцию было приказано временно отложить.

Выполнив указание об отправке дивизий в район Сталинграда, командующий Воронежским фронтом убедил И. В. Сталина в возможности проведения операции имевшимися силами.

15 сентября развернулось наступление, продолжавшееся десять суток. С самого начала операция развивалась крайне медленно. Одной из причин была слабая эффективность артиллерийской подготовки атаки. Это было следствием недооценки прочности каменных построек, исполь­зованных гитлеровцами для обороны. Артиллерия не смогла их разру­шить, и атакующие пехота и танки были встречены сильным огнем про­тивника. В течение первых двух дней наступления 40-я армия генерала М. М. Попова добилась лишь незначительного тактического успеха: овла­дела пригородом Воронежа — Чижовкой и очистила от противника не­сколько улиц в центре города. 60-я армия не имела никакого успеха, а 38-я — захватила деревню Гнездилово. В целом операция терпела не­удачу. Командующий фронтом и командующий 40-й армией предприни­мали решительные меры, стремясь изменить обстановку. В Чижовку ночью был переправлен 25-й танковый корпус генерала П. П. Павлова. Боевые машины двигались по каменной дамбе, покрытой полуметровым слоем воды. Немецкой воздушной разведке не удалось обнаружить кор­пус. Появление советских танков в Чижовке явилось для гитлеровского командования полной неожиданностью. Однако ввод в сражение танко­вого корпуса не сломил сопротивление противника на южной окраине Воронежа. Наступавшие в боевых порядках пехоты танки находились в невыгодном положении. Противник имел возможность поражать при­цельным огнем атакующие советские войска на открытой местности.

В течение недели шла ожесточенная борьба. Каждый день сражения показывал, что развить наступление не удается. 28 сентября по распоря­жению Ставки Воронежский фронт прекратил попытки продолжать на­ступление и перешел к жесткой обороне. Полоса действий фронта к концу операции была расширена к югу по реке Дон на 100 км — от Бабки до Верхнего Мамона.

Таким образом, и сентябрьское наступление Воронежского фронта не увенчалось успехом. Недостаток сил в войсках фронта, слабая обеспе­ченность их материальными средствами, упорное сопротивление 2-й немец­кой армии, опиравшейся на хорошо подготовленные оборонительные позиции,— все это явилось причиной того, что советские войска не смогли достичь оперативного успеха.

Однако, оценивая действия войск в целом, генерал армии М. И. Казаков, бывший в то время начальником штаба фронта, пишет: «Даже не всегда удачные, но активные действия войск Воронежского фронта в тече­ние лета 1942 года серьезно обеспокоили вражеское командование. Мы «висели» над флангом группы армий «Б», и противника нервировало лю­бое, самое незначительное наше продвижение к югу или юго-западу. Он беспокоился за свои весьма растянутые коммуникации в направлении Сталинграда.

Не прошло бесследно и в общем-то огорчительное для нас сентябрьское наступление наших войск в районе Воронежа. Оно настолько встре­вожило противника, что сюда стали стягиваться силы с других направ­лений... Воронежский фронт удерживал перед собой не менее тридцати вражеских дивизий, которые очень бы пригодились немецко-фашистскому командованию под Сталинградом».

Центральным событием летне-осенней кампании 1942 г. явилась героическая оборона советских войск в районе Сталинграда и на Северном Кавказе. В ожесточенных боях на южном крыле советско-герман­ского фронта были перемолоты отборные вражеские дивизии и подорвана наступательная мощь немецко-фашистской армии.

Большую помощь в этом оказали активные действия советских войск на других участках фронта, а также возрастающая по своему масштабу и характеру борьба советских людей в тылу врага. Активная оборона и частные наступательные операции под Ленинградом, в районах Демянска, Ржева и Воронежа сковали крупные группировки врага на этих участ­ках советско-германского фронта. Более того, главное командование су­хопутных войск Германии было вынуждено усиливать группы армий «Се­вер» и «Центр» своими резервами, которые прибывали не только с Запада, но и с южного, решающего в то время для гитлеровцев участка Восточного фронта. Например, с начала августа до середины ноября 1942 г. на уси­ление этих двух групп армий было переброшено 22 дивизии: 10 — из Германии, 2 — из Франции и Бельгии, 2 — из Норвегии, а остальные — из состава групп армий «А» и «Б», войска которых пытались овладеть Сталинградом и Кавказом.Среди боевых действий на других участках советско-германского фронта наиболее пристальное внимание советского Верховного Главно­командования приковывали действия советских войск на подступах к Ле­нинграду. На протяжении всей оборонительной кампании район Ленин­града оставался объектом напряженной борьбы для обеих сторон. Изну­ренные голодом после зимы 1941/42 г., защитники города-героя сумели сохранить волю к борьбе, сорвали планы противника, рассчитанные на овладение городом. В течение всего 1942 г. они выиграли и борьбу за Ладожскую коммуникацию. Беспрерывный поток грузов к осени превра­тил Ленинград из ослабленного участка обороны советских войск в оплот всех вооруженных сил на Северо-Западе страны.

В целом боевые действия советских войск летом и осенью 1942 г. на северо-западном и западном направлениях, а также в районе Вороне­жа, проходившие в стратегической связи с борьбой на юге, сыграли положительную роль в общем ходе стратегической обороны Советских Воору­женных Сил и явились важным вкладом в борьбу за создание коренного перелома в войне.

Проект Тайны веков копит на мощный компьютер! Есть желание помочь? Жми!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Решите пример *