Вторая мировая война: повышение эффективности борьбы советского народа в тылу врага зимой 1942/43 г

250
Просмотров



Среди разнообразных задач, выполняемых партизанами и подпольщиками, важнейшими являлись диверсии на путях сообщения и разведка в интересах Советской Армии.

Усиление борьбы на коммуникациях противника зимой 1942/43 г. проходило на основе улучшения руководства, учета уже накопленного опыта, организации массовой подготовки кадров подрывников и обеспече­ния партизан минноподрывными средствами. Добиваясь повышения эф­фективности диверсионной деятельности, ЦШПД требовал от штабов пар­тизанского движения организации массированных налетов на неприя­тельские коммуникации с целью вывода их из строя на продолжительное время.

В соответствии, например, с «Планом боевых действий партизан Калининского фронта на февраль—март 1943 г.» силы всех 17 бригад, действовавших в его полосе, нацеливались на проведение одновременного удара по основным магистралям в районе Новосокольники, Себеж, По­лоцк, Витебск. Всего намечалось произвести около 700 взрывов на же­лезнодорожных коммуникациях и организовать более 800 засад на шоссей­ных и грунтовых дорогах.

Планами взаимодействия войск Центрального фронта с партизанами южных районов Брянских лесов и северных районов Орловской области, утвержденными 1 марта 1943 г. командующим фронтом генералом К. К. Рокоссовским и 2 марта представителем Ставки Верховного Главнокомандования Маршалом Советского Союза А. М. Василевским, предус­матривалось провести крупные операции по дезорганизации основных железных дорог Брянского узла, подготовить и удержать рубежи на обоих берегах Десны для прохода наступающих войск и т. д. Постановка выс­шим советским командованием конкретных боевых задач на действия в тылу врага свидетельствовала об увеличении роли партизанского движения в общей борьбе с фашистскими захватчиками.

Осуществляя план взаимодействия с войсками Центрального фронта, брянские партизаны подготовили операцию по взрыву железнодорожного моста через Десну у станции Выгоничи на магистрали Брянск — Гомель, по которой противник ежедневно пропускал 30—40 эшелонов с грузами. Мост длиною около 300 м был рассчитан на двухпутное движение. Для его взрыва привлекались несколько партизанских бригад и отрядов чис­ленностью около 1100 человек. Операцией руководил командир бригады имени Щорса Герой Советского Союза М. П. Ромашин. В ночь на 8 марта 1943 г. партизаны внезапно захватили мост и взорвали его. Движение транспорта на важнейшей магистрали было приостановлено на 28 суток. Только к 5 апреля оккупанты сумели восстановить одну из ферм моста. Однако пропускная способность его сократилась в 3—4 раза. Уже после войны бывший начальник военно-транспортного управления группы армий «Центр» Г. Теске свидетельствовал, что партизанам удалось взорвать «мост важнейшей стратегической железной дороги в самом центре немецкой ударной группировки, готовившейся к наступлению на Курск».

Особенно большое внимание зимой 1942/43 г. уделялось расширению разведывательной и диверсионной деятельности партизан на южном участ­ке советско-германского фронта. Украинский штаб партизанского движения нацелил основные силы партизан и подпольщиков на ведение разведки и организацию системати­ческих разрушений путей сообщения противника. В частности, соедине­ния партизанских отрядов под командованием С. А. Ковпака и А. Н. Сабурова получили задачу дезорганизовать работу Сарненского железнодорож­ного узла. 1—9 декабря они одновременно нанесли ряд ударов по желез­ным дорогам, расходящимся от станции Сарны на Лунинец, Коростень, Ровно и Ковель. Было разрушено около 10 мостов и 2 станции Важней­ший железнодорожный узел Украины в течение многих суток не мог функ­ционировать с прежней нагрузкой.

Чтобы не ослаблять снабжение войск, фашисты усилили использова­ние обходных путей, в том числе железной дороги Лунинец — Житковичи — Калинковичи. Базировавшемуся здесь Полесскому соединению белорусских партизан было приказано переключить действия своих отря­дов на дезорганизацию движения по этой дороге. Из 76 вражеских эшело­нов, проследовавших по ней в марте 1943 г. в сторону фронта, они подо­рвали 20. Партизаны уничтожили и вывели из строя 14 паровозов и 193 ва­гона с живой силой, техникой, боеприпасами и другими грузами. Дви­жение по дороге сократилось наполовину.

Характеризуя обстановку в этом районе, полиция безопасности и СД в феврале 1943 г. сообщала, что в последние недели отмечается активная деятельность партизан почти во всех районах севернее железной дороги Ровно — Житомир. К двум партизанским центрам, расположенным север­нее железной дороги Лунинец — Птичь, добавился третий крупный пар­тизанский центр, расположенный в районе Столин — Сарны — Олевск. Далее указывалось на активные действия партизан на железной дороге, а также совершенные ими нападения на большие государственные имения .

Для разрушения вражеских коммуникаций на территории Сумской, Харьковской и Полтавской областей в феврале 1943 г. из Хинельских ле­сов вышло в рейд партизанское соединение М. И. Наумова. Лишь на железных дорогах Сумы — Харьков, Сумы — Готня и Сумы — Лебедин украинские партизаны взорвали пять мостов. Движение поездов на этих участках неприятелю не удалось восстановить вплоть до прихода совет­ских войск.

Донецкие партизаны и подпольщики с декабря 1942 г. по февраль 1943 г. пустили под откос 21 эшелон, разрушили 5 железнодорожных мостов, 2 узла связи, уничтожили 40 км телефонно-телеграфных проводов. В результате систематических диверсий была дезорганизована работа железнодорожного узла Красный Лиман. На сталинградском направ­лении самоотверженную борьбу вели партизаны Воронежской, Сталин­градской и Ростовской областей. Здесь действовало около 50 отрядов и много диверсионных групп. Кроме того, представительство ЦШПД в Ста­линградском фронте в период контрнаступления перебросило через линию фронта 73 диверсионные группы.

В начале декабря особенно важное значение приобрела железная до­рога Краснодар — Сталинград, по которой противник перебрасывал вой­ска с Северного Кавказа для создания в районе Котельниковский ударной деблокирующей группировки. Нарушая вражеские коммуникации, парти­заны Краснодарского края подорвали 14 эшелонов с войсками и грузами, взорвали 20 железнодорожных и 37 шоссейных мостов, привели в негод­ность 72 км телефонно-телеграфных проводов и полевого кабеля, уничто­жили 206 автомашин и т. д... О возросшей диверсионной деятельности пар­тизан на коммуникациях противника убедительно свидетельствуют та­кие факты. В последний квартал 1942 г. украинские партизаны подорвали 150 вражеских эшелонов — значительно больше, чем за предыдущий пе­риод года. Белорусские партизаны с ноября 1942 г. по март 1943 г. подо­рвали 873 эшелона с живой силой и техникой противника, или почти в че­тыре раза больше, чем за первый год войны.

Важное значение для Северо-Западного фронта имел вывод из строя на продолжительное время железной дороги Псков — Дно — Старая Рус­са, которая являлась основной транспортной артерией 16-й немецкой армии. Для решения этой задачи был разработан план согласованных уда­ров партизан и авиации. Координацию боевых действий возглавлял пред­ставитель Ленинградского штаба партизанского движения, прибывший в штаб 3-й партизанской бригады.

В ночь на 8 февраля, за неделю до перехода войск Северо-Западного фронта в наступление, партизаны по заданию советского командования разрушили железнодорожную станцию Подсевы. В результате диверсий на железнодорожных узлах Пскова, Дно, Порхова скопилось большое ко­личество воинских эшелонов, по которым авиация нанесла бомбовые уда­ры, а железная дорога Псков — Порхов была выведена из строя на чет­веро суток .



Аналогичную по значению и масштабам операцию провели партизаны в интересах войск Калининского фронта. В конце марта 1943 г. 22 пар­тизанских отряда общей численностью до 3 тыс. человек одновременным ударом взорвали 10 железнодорожных и шоссейных мостов в районе Савкино — Могильно (8 км восточнее Идрицы), в том числе мост через реку Неведрянка на магистрали Москва — Рига. В результате железная дорога на участке Пустошка — Идрица бездействовала 10 суток. Всего с 1 января по 20 апреля 1943 г. калининские партизаны взорвали 206 мос­тов, в том числе 61 железнодорожный, то есть в полтора раза больше, чем за три последних месяца 1942 г...

Смоленские партизаны лишь в январе 1943 г. подорвали в тылу группы армий «Центр» 54 воинских эшелона, взорвали 23 железнодорожных и шоссейных моста, уничтожили 52 автомашины. Командование 3-й не­мецкой танковой армии в марте 1943 г. отмечало, что «взрывы на дорогах, железнодорожных путях и всевозможные налеты превратились в систему, и движение в тыловых районах позади фронта стало совершенно невоз­можным».

Интенсивность действий партизан на коммуникациях противника неуклонно возрастала. Если в январе 1943 г., по данным врага, партизаны совершили 400 диверсий, то в марте — в полтора раза больше. Вдвое уве­личилось за это время количество поврежденных и уничтоженных паро­возов и вагонов.Одновременно с увеличением размаха шел процесс изыскания новых, более эффективных средств и способов партизанской борьбы на вражеских коммуникациях. Этому способствовал не только накопленный опыт, но и обеспечение партизан более совершенным оружием и боевой техникой. Еще в декабре 1942 г. ЦШПД разработал операцию по выводу из строя одновременно 25 участков на главных железнодорожных магистралях противника. Осуществить этот замысел намечалось массовым примене­нием мин замедленного действия. Особенность их конструкции состояла в том, что они были рассчитаны на срок замедления до двух месяцев, после истечения которого взрывались под паровозом первого проходящего эше­лона. Более того, эти мины не обнаруживались миноискателем, не требо­вали контакта с рельсом или шпалой, могли быть заложены на глубину до одного метра.

Однако из-за осложнений с доставкой партизанам новой техники опе­рацию пришлось п-роводить в несколько этапов. Одним из них являлась дезорганизация основных железных дорог Брянского узла. Учитывая сложность нового оружия и применение его в широком масштабе впервые, ЦШПД направил в помощь брянским и курским партизанским бригадам, на которые возлагалось проведение операции, несколько диверсионных групп, обученных обращению с новыми минами. В конце января 1943 г. первые 70 мин со сроком замедления от 4 до 30 суток были поставлены на дороге Брянск — Льгов. Для маскировки партизаны произвели ряд отвлекающих разрушений на других участках железнодорожного полот­на. Применение новых мин явилось полной неожиданностью для против­ника. Эшелоны подрывались на глазах у железнодорожной охраны. Гит­леровцы были вынуждены на продолжительное время приостановить движение на отдельных участках и заняться тщательным поиском мин.

Всего с ноября 1942 г. по март 1943 г. партизаны, по данным противника, совершили более 2,5 тыс. железнодорожных диверсий, в результате которых вывели из строя около 750 паровозов, до 4 тыс. вагонов, разруши­ли свыше 100 км железнодорожного пути, около 40 тыс. шпал. Пропуск­ная способность железных дорог на оккупированной территории зимой 1942/43 г. значительно уменьшилась. Оценивая обстановку, сложившуюся на коммуникациях в тылу немецко-фашистских войск, гитлеровское командование в приказе от 27 апреля 1943 г. указывало на большой ущерб, нанесенный партизанами железнодорожному транспорту.

Затруднения с транспортом, вызванные диверсиями партизан, вынудили захватчиков отказаться от ряда важных хозяйственных перевозок в целях удовлетворения нужд фронта. Несмотря на острое продовольст­венное положение в Германии, оккупационные власти 4 декабря 1942 г. сообщали, что из-за отсутствия транспорта не будет доставлено для пита­ния немцев 75 тыс. тонн сельскохозяйственных продуктов, что составляло годовую потребность такого города, как Дрезден

Партизанские удары по путям сообщения противника вынудили немецко-фашистское командование выделить еще больше войск для обеспе­чения безопасности коммуникаций. Численность гарнизонов, охранявших мосты и железнодорожные станции, была увеличена. Эти гарнизоны, рань­ше нередко состоявшие из подразделений армий стран-сателлитов или полицейских формирований и не проявившие достаточной устойчивости в боях с партизанами, постепенно заменялись немецкими. Было решено ча­стично использовать для охраны коммуникаций резервные и полевые учебные дивизии, запасные части ВВС и другие формирования. Весной 1943 г. для этих целей только по линии ведомства Гиммлера было выде­лено более 327 тыс. человек. Одновременно немецко-фашистское коман­дование совершенствовало систему инженерных заграждений вокруг охраняемых объектов. Вдоль железнодорожных путей сооружались доты, бункеры, смотровые вышки. Подступы к ним минировались и ограждались колючей проволокой. По обеим сторонам дорог устанавливались запретные зоны шириною 50—100 м, их полностью очищали от деревьев и кустар­ника. На важнейших магистралях патрулировали бронепоезда.

Одним из главных направлений боевой деятельности партизан зимой 1942/43 г. оставалась разведка в интересах Советской Армии. К началу 1943 г. была в основном завершена работа по организационному укрепле­нию сети разведывательных органов в партизанских формированиях. На должности заместителей командиров бригад и отрядов по разведке стали назначаться специально подготовленные для этой деятельности люди. Во всех отрядах и соединениях были созданы разведывательные подраз­деления.

В сборе разведывательных сведений партизанам активно помогало местное население, в результате чего, пожалуй, ни одно крупное мероприятие противника не оставалось незамеченным. Главные усилия парти­занской разведки на путях сообщения оккупантов нацеливались на то, чтобы своевременно вскрывать подход вражеских резервов, места их ди­слокации, направления и напряженность перевозок, характер военных грузов, состояние коммуникаций, строительство новых дорог и мостов.

Разведка калининских партизан в октябре — декабре 1942 г. установила прибытие на фронт 20-й танковой дивизии, кавалерийской дивизии СС, 213-й пехотной, 2-й авиаполевой и 3-й горнострелковой дивизий. Смоленским партизанам в декабре 1942 г.— январе 1943 г. удалось обна­ружить переброску трех немецких соединений с левого на правое крыло Западного фронта и смену двух дивизий.

В связи с переходом Советской Армии в наступление большое значе­ние приобрели данные о расположении и состоянии оборонительных укре­плений противника, дислокации, численности и вооружении его гар­низонов, количестве и размещении складов, баз, аэродромов и других важнейших объектов. Для сбора таких сведений, особенно в глубоком тылу немецко-фашистских войск, широко практиковались рейды парти­занских отрядов. Создавались также специальные разведывательные от­ряды и группы.

В одном из отрядов с лета 1942 г. находился ныне всемирно известный разведчик — партизан Н. И. Кузнецов. Под фамилией Пауля Зиберта, пе­реодетый в форму немецкого офицера, отважный патриот неоднократно проникал в Ровно, который гитлеровские захватчики сделали «столицей» временно оккупированной Украины. С помощью ровенских подпольщиков он вел активную разведку и совершал дерзкие акты возмездия над фаши­стскими преступниками. Одной из его наиболее важных акций являлась беседа с рейхскомиссаром Украины Э. Кохом, в ходе которой Кузнецову удалось узнать о готовившемся крупном летнем наступлении немецко-фа­шистских войск на курском направлении. Эти данные были немедленно переданы в Москву.

Украинские партизаны уточнили состояние оборонительных рубежей на западных берегах рек Северский Донец и Днепр, сообщили советскому командованию сведения о сосредоточении вражеских сил в районе Харь­кова. Партизаны Орловской области подготовили командованию Брян­ского фронта карты с нанесенными на них аэродромами и местами сосредо­точения войск. Они трижды составляли схемы и описания состояния про­тивовоздушной обороны Брянского и Курского железнодорожных узлов.

Нередко партизаны принимали непосредственное участие в боевых действиях вместе с наступавшими войсками Советской Армии. Они скрыт­но проводили подразделения через линию фронта для ударов с тыла, захватывали и удерживали до подхода войск водные переправы и желез­нодорожные мосты, преграждали врагу пути отступления. Так, партиза­ны Краснодарского края участвовали в боях за освобождение Краснодара и Майкопа, станиц Абинской, Ахтырской, Ильской, Усть-Лабинской и многих других. Активную помощь войскам Воронежского фронта оказы­вали курские, белгородские и харьковские партизаны.

В начале марта 1943 г. брянские партизаны в районе поселка Суземка соединились с передовыми частями 11-го танкового корпуса 2-й танковой армии Центрального фронта. Части корпуса при поддержке партизан освободили около 20 населенных пунктов. По указанию командира корпу­са партизаны разминировали и очистили от лесных завалов и снега дорогу Суземка — Трубчевск, навели две переправы через реку Нерусса, подго­товили участки для переправ на Десне.

Зимой 1942/43 г. активизировалась деятельность подпольщиков. Они вели пропаганду среди населения и войск противника, совершали дерзкие диверсии, уничтожали гитлеровцев и их прислужников, снабжали парти­зан и регулярные войска ценной разведывательной информацией.

Принятые партийными органами меры по установлению прочных двусторонних связей и укреплению партийного подполья значительно расши­рили формы взаимодействия партизан и подпольщиков, благоприятно сказались на повышении их боеспособности, улучшили использование разведданных, собранных в интересах Советской Армии. Деятельность подпольных организаций стала более целеустремленной.

Весной 1943 г. киевские подпольщики по заданию райкома партии подорвали Дарницкий и Яготинский железнодорожные мосты на Днепре. В результате движение поездов было прекращено на несколько дней. В марте минский подпольщик В. Т. Бабенко заминировал нефтебензосклад в предместье Минска — Красном Урочище. В результате взрыва было уничтожено 400 тыс. литров авиабензина, 4 вагона с машинным маслом в бочках, 150 бочек керосина и автомашина. Могилевская под­польная организация в феврале передала в Москву сведения об оборони­тельных укреплениях противника на Днепре. Героически боролись с вра­гом и другие подпольные организации, в том числе широко известная комсомольская организация «Молодая гвардия» в Краснодоне. К концу ноября 1942 г. в ней насчитывалось до 100 человек. Подпольщики взорва­ли мост, пустили под откос два воинских эшелона, уничтожили 20 гитле­ровцев, захватили автомашину с оружием и т. д... Родина высоко оценила подвиг бесстрашных героев Краснодона. У. М. Громовой, И. А. Земнухову, О. В. Кошевому, С. Г. Тюленину, Л. Г. Шевцовой было присвоено вы­сокое звание Героя Советского Союза, многие другие награждены ордена­ми и медалями.

С приближением войск Советской Армии большое место в боевой деятельности подпольщиков приобретала борьба против вражеской поли­тики «выжженной земли». Патриоты препятствовали оккупантам разру­шать при отступлении промышленные предприятия и оборудование, жи­лые и общественные здания, уничтожали факельщиков, спасали совет­ских людей от гибели и угона в Германию.

В городе Майкопе борьбу за сохранение важнейших промышленных и культурных центров возглавил горком партии. Благодаря усилиям подпольщиков были сохранены станкостроительный завод имени Фрунзе, макаронная фабрика, кожевенный завод, мастерские автотранспорта, многие школы.

В ряде городов и населенных пунктов действия подпольщиков, активно поддержанные населением, вылились в вооруженные выступления. Так, в феврале 1943 г. при подходе советских войск к Павлограду (Укра­инская ССР) подпольный горком партии дал указание всем диверсионным группам, в состав которых входило более 500 человек, подготовиться к вы­ступлению. О своих намерениях горком поставил в известность командова­ние 4-го гвардейского стрелкового корпуса б-й армии, войска которого наступали на Павлоград, и организовал с ними взаимодействие. 16 февра­ля горком партии обратился к населению с призывом взяться за оружие. Выступление подпольщиков поддержали горожане. Завязались уличные бои, в ходе которых были освобождены из тюрьмы политические заклю­ченные. Около 300 узников влилось в ряды сражавшихся. 17 февраля наступавшие части 4-го гвардейского стрелкового корпуса при поддержке восставших горожан очистили Павлоград от оккупантов

Зимой 1942/43 г. активизировалась также борьба за срыв военных, политических и экономических мероприятий противника. Советские люди саботировали приказы оккупационных властей, устраивали диверсии, выводили из строя восстановленные фабрики и заводы.

Несмотря на то что основная масса участников этого сопротивления организационно не входила в состав партизанских отрядов и подпольных групп, их действия все теснее переплетались с боевой деятельностью пар­тизан и подпольщиков. Неразрывное единство советского народа в тылу врага явилось для оккупантов непреодолимым препятствием в их попыт­ках использовать экономические и людские ресурсы оккупированной территории. Благодаря активной борьбе советских патриотов захватчики смогли ввести в строй к весне 1943 г. лишь около 180 в основном средних и мелких промышленных предприятий .

Патриоты срывали экономические мероприятия оккупантов и тем, что под различными предлогами не выходили на работу. В связи с этим окку­пационные власти издавали специальные приказы. Так, штадт-комиссар Запорожья требовал: «Настоящим предлагается всем немедленно присту­пить к работе. Кто 1 марта 1943 года не приступит к работе, будет немед­ленно привлечен к ответственности и его ожидает строжайшее наказание».

Упорной и непримиримой борьбой рабочий класс противодействовал попыткам гитлеровцев наладить промышленное производство на оккупи­рованной советской территории. Добыча каменного угля в Донбассе со­ставляла лишь 4,5 процента годового довоенного производства. На метал­лургических заводах Кривого Рога выплавка стали в начале 1943 г. вместо планируемых оккупантами 80—150 тыс. тонн в месяц не всегда достигала даже 3—4 тыс. тонн, то есть в 100 раз меньше, чем до войны.

Не удалось фашистам в полной мере воспользоваться и сырьевыми ресурсами Советской страны. Результаты их усилий оказались незначительными не только из-за разрушений шахт, рудников и нефтепромыслов во время отхода советских войск, как это пытался доказать бывший ми­нистр фашистской Германии А. Шпеер, а прежде всего благодаря органи­зованной и самоотверженной борьбе рабочего класса.

Не смогли захватчики удовлетворить свои потребности и в лесоматериалах, которыми были столь богаты многие оккупированные районы. По признанию врага, весной 1943 г. он практически лишился возможности производить лесозаготовки на 150 тыс. га в Литве, на 70 процентах лес­ных массивов Белоруссии, а на Украине план лесопоставок выполнялся лишь на 15 процентов.

Терпели провал и многие планы фашистов по мобилизации рабочей силы для вывоза в Германию. Уклоняясь от нее, советские люди нередко с помощью врачей-патриотов доставали необходимые документы, симу­лировали болезни, покидали родные места или уходили к партизанам. «В то время как в июле 1942 года,— указывалось в докладе хозяйствен­ного штаба «Центр», — можно было завербовать и вывезти 25 тысяч рабочих, то в марте и апреле 1943 года не была достигнута даже 1/5 этого числа и едва достигнута 1/6 от предусмотренного генеральным уполномоченным по использованию рабочей силы месячного планового задания в 30 тысяч рабочих»

Самоотверженное, упорное сопротивление оккупантам оказывало со­ветское крестьянство. В докладе начальника оперативного тыла группы армий «Центр» за ноябрь 1942 г. указывалось, что в результате сопро­тивления сельского населения, поддержанного партизанами, было недо­получено такое количество продовольствия, которого хватило бы на обеспе­чение армии в 300 тыс. человек, например, хлебом в течение одного года.

Весной 1943 г. захватчики запретили засевать поля в прифронтовых районах. Однако, несмотря на угрозы и репрессии, советские люди, глубо­ко убежденные в том, что урожай они будут убирать уже на освобожден­ной земле, продолжали посевные работы.

Активное участие населения оккупированных районов в борьбе против немецко-фашистских захватчиков является ярким свидетельством высоких морально-политических качеств советских людей, их беззавет­ной преданности идеям великого Ленина, Коммунистической партии, делу социализма. Оказавшись не в состоянии сломить народное сопротивление на стадии его развертывания, фашисты были уже бессильны сдержать его дальнейший подъем. Вместе с ростом размаха народной борьбы в тылу врага непрерывно повышалась и ее эффективность. Она проявилась преж­де всего в согласованности ударов партизан и подпольщиков с наступа­тельными действиями советских войск, в повышении результативности массовых диверсий на наиболее важных путях подвоза и эвакуации про­тивника, в целенаправленной разведке и получении важных сведений о намерениях и действиях неприятеля, в широком участии всех слоев населения оккупированной территории в срыве военных, политических и экономических мероприятий захватчиков.

Благодаря повседневному руководству Коммунистической партии борьба советских людей в тылу немецко-фашистских войск зимой 1942/43 г. поднялась на новую ступень и стала важным военно-политическим фактором.

Победы Советских Вооруженных Сил на фронтах Великой Отечественной войны оказывали огромное влияние на усиление всенародной борь­бы в тылу врага. Множились ряды бойцов партизанских формирований, расширялась сеть подпольных организаций, нарастало сопротивление населения оккупантам. Под руководством Коммунистической партии борь­ба советских людей в тылу врага приобретала все более организованный характер. Она явилась действенной помощью Советской Армии в дости­жении крупных успехов на фронтах.Существенные изменения произошли в использовании партизанских сил. Совершенствование системы партийного руководства, улучшение связи с партизанскими формированиями создали условия для управления этим всенародным движением в масштабе всей оккупированной террито­рии. Целенаправленные удары по тылам противника теперь наносили не только партизаны прифронтовых районов, но и партизаны, находившиеся на значительном удалении от линии фронта.

Улучшение планирования и накопленный штабами партизанского движения опыт позволили направить на содействие наступавшим войскам Советской Армии более крупные силы партизан, чем в предшествовавший период. Усиление диверсионной деятельности партизан и подпольщиков на вражеских коммуникациях явилось ярким показателем повышения эф­фективности народной борьбы в тылу врага. Только в течение зимней кам­пании они пустили под откос почти в семь раз больше вражеских эшело­нов, чем зимой 1941/42 г.

Отмечая заслуги партизан в общей борьбе советского народа против фашистских захватчиков, Президиум Верховного Совета СССР 2 февраля 1943 г. учредил медаль «Партизану Отечественной войны» I и II степени. В феврале — марте более 2 тыс. человек были награждены медалями «Пар­тизану Отечественной войны» I и II степени Указами Президиума Вер­ховного Совета СССР от 20 января и 7 марта 1943 г. девяти партизанам, особо отличившимся в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, было присвоено звание Героя Советского Союза — Г. В. Балицкому, С. В. Гри­шину, К. С. Заслонову, Г. П. Игнатову, Е. П. Игнатову, Г. М. Линькову, М. И. Наумову, В. В. Щербине, В. М. Яремчуку.