Кто стоял за Райнером?

Кто стоял за Райнером?

Самой загадочной криминальной драмой в истории Южного Тироля последних 20 лет стало убийство депутата парламента Кристиана Вальднера. Если в случае с убийством в 1964 году партизанского вождя Луиса Амплатца убийца был хорошо известен, и загадкой стало лишь его бегство и бесследное исчезновение, то в истории с Вальднером всё оказалось намного сложнее.

В 1990-е годы был окончательно принят статут расширенной автономии земли Южный Тироль на территории северной Италии. Это означало закрепление за немецкоязычным меньшинством, составлявшим в крае большинство, прав на самоуправление, двуязычное образование и политическую борьбу за депутатские места в Ландтаге. Харизматичную и обаятельную фигуру стареющего южнотирольского губернатора Сильвиуса Маньяго в тот момент сменил его более молодой преемник по Народной партии (SVP) Луис Дурнвальдер. Маньяго уважали и немцы, и итальянцы за трудолюбие, силу воли и справедливость. Дурнвальдер не был столь уважаем своими соотечественниками, хотя и снискал популярность жизнелюбием и постоянными выступлениями в СМИ. Вместе с ним в политику пришли буржуазность, потребительский эгоизм и политический популизм. Даже сама Народная партия в те годы утратила часть своего электората. Середина 90-х стала самым подходящим временем для борьбы за власть.

Для южнотирольских немцев закрепление статута автономии стало сигналом к началу партийного строительства края. Наиболее инициативные, граждански заинтересованные, да и просто шустрые жители принялись создавать партии и союзы, сливаться и делиться, сочинять свои программы и конфликтовать друг с другом. Одним из таких лидеров стал Кристиан Вальднер.

Он родился в обеспеченной семье и рано начал интересоваться политикой. Весьма дальновидно было с его стороны влиться в ряды перспективной Народной партии, имевшей 17 мест в парламенте, то есть больше половины. Иным способом влиять на политику в те годы было невозможно. Однако, будучи молодым радикалом, Вальднер быстро разошелся с партией в понимании будущего края. Стать заметным можно было лишь с лозунгом самоопределения Южного Тироля. С момента выхода из Народной партии Кристиан Вальднер превратился в политического конкурента для бывших товарищей, потому что с ним ушла часть избирателей.

7 декабря 1992 года Вальднер основал политическую партию «Независимых». В этом ему помогли австрийские «Независимые» и популярный политик-националист из Каринтии Йорг Хайдер. Возможно, скандальная личность нациста Хайдера оказалась не самым удачным подспорьем для Вальднера, однако выбирать ему в то время не приходилось. На выборах 1993 года его партия получила 2 места в парламенте. В 1995 году он ушёл от Хайдера и примкнул к сепаратистской партии «Лига Севера» – объекту слежки спецслужб.

Но вскоре у Вальднера начался конфликт с партией «Независимых», её активным членом, бывшим педагогом Пиусом Ляйтнером и стрелками южнотирольской обороны. «Независимые» приняли решение исключить его из своих рядов «из-за финансовых нарушений».

Выйдя уже из второй партии, Вальднер создал третью – «Bündnis 98» («Союз 98») – и начал готовиться к новым выборам. За самоопределение выступали три партии – «Независимые», «Союз 98», «Союз Южного Тироля». Называя свою партию «Союз 98», Вальднер едва ли мог предполагать, что до этого года он уже не доживет.

Он был застрелен пятью выстрелами 15 февраля 1997 года в номере отеля «Белый крест» в городе Больцано. Его тело лежало за конторкой ресепшн в огромной луже крови и было обнаружено итальянской политической полицией 17 февраля.

По обвинению в убийстве арестовали приятеля Вальднера и его соратника по партии Петера-Пауля Райнера. В юности Райнер возглавлял молодежную фракцию Народной партии, был референтом SVP.

Казалось бы, всё указывало на него. Отель в Райхридлерхофе, где был убит Вальднер, принадлежал семье Райнера. После преступления Райнер скрывался на территории Германии, а потом Австрии, откуда был экстрадирован в Италию. Был назван и мотив преступления: Вальднер втягивал Райнера в свои дела, шантажируя его неутвержденным дипломом о высшем образовании. Дело в том, что диссертацию (в Европе она соответствует дипломной работе) на тему «Топонимические названия в Южном Тироле» Райнер защищал в Инсбруке на немецком языке, и она не была утверждена в Южном Тироле, где принята так называемая «матура» – двуязычное итало-немецкое образование. Если бы выяснилось, что итальянского диплома у Райнера нет, ему грозило бы обвинение в мошенничестве и отлучение от политики. Поэтому Райнер взял винтовку и застрелил шантажиста. Местонахождение оружия – расщелину в камнях возле замка Фирмиан (Зигмундскрон) – Райнер тоже указал сам.

Но для чего было стрелять пять раз? «Сдали нервы», – утверждала полиция.

Дело казалось ясным, и выступавший на процессе прокурор Куно Тарфуссер был доволен тем, что никаких осложнений не предвидится: преступник же сам сознался.

Надо заметить, что Куно Тарфуссер в Южном Тироле – личность уважаемая, но несколько одиозная и неоднозначная: он женат на дочери знаменитого партизана-сепаратиста (для Италии политического преступника) Луиса Амплатца, убитого провокатором в 1964 году. К этому браку предвзято относились как немецкие сепаратисты, так итальянские власти. Первые считали, что брак дочери героя-партизана и представителя деспотической итальянской власти (пусть даже он и немец по национальности) является мезальянсом. Вторые полагали, что, женившись на дочери сепаратиста, Тарфуссер начнёт подыгрывать своим, то есть тирольским радикалам. Именно поэтому каждое уголовное дело становилось для него проверкой на лояльность, беспристрастность и профессионализм.

Но, несмотря на кажущуюся ясность событий, с делом Вальднера всё оказалось не так просто.

Райнера приговорили к 22 годам и 6 месяцам заключения, но один из его адвокатов, Харальд Офнер, бывший австрийский министр, заявил в апелляции, что это чудовищный заговор, а факты сфальсифицированы и оружие подкинуто. В результате его усилий апелляционный суд в Тренто полностью оправдал Райнера, вызвав сенсацию в прессе. Кассационная жалоба, однако, была отклонена в Берешии, и суд этого города признал его виновным. Офнер сказал в интервью газете «Berliner Zeitung»: «Процесс в Брешии продемонстрировал явные нарушения прав человека, но судей это не интересовало».

Райнер отправился в тюрьму, где вскоре сделал заявление, что он не виновен и «что всё станет известно, но не сразу, потому что дело это тёмное». Тогда впервые заговорили о том, что в убийстве Вальднера замешаны спецслужбы. Всех по-прежнему интересовал вопрос: было ли это убийство глупостью одного человека или политическим покушением? Даже появилась версия, что Вальднер довольно активно добивался самоопределения для Южного Тироля, и поэтому его устранили, а Райнер сам был замешан в этом деле, как информатор спецслужб, поэтому и выступил в роли «стрелочника», вынужденного молчать.

Он отбывал наказание в тюрьме «Tolmezzo» в Падуе. В связи с хорошим поведением его срок был сокращен до 14 лет. Несколько лет он работал библиотекарем в социальном кооперативе за пределами тюрьмы. В 2007 году он был выпущен на свободу, но остался в Падуе.

Многие сомневались в виновности Райнера. Одним из таких людей оказался друг Райнера, писатель и журналист Артур Оберхофер. Он утверждал, что знает Райнера настолько хорошо, что даже предположить не может, чтобы тот кого-нибудь убил. Оберхофер собрал факты и написал книгу, а ещё через три года – вторую, с новыми фактами. Он поставил себе задачу выяснить истину, до которой ещё очень далеко. Так, Оберхоферу удалось установить, что из сейфа Вальднера пропала большая сумма денег. Также он собирался сделать разоблачительное заявление, но текст его заявления тоже не нашли. Зато время преступления – 12.00 – было указано неверно. После этого часа с Вальднером разговаривали несколько человек. Алиби и его отсутствие базировалось именно на этом часе, но при убийстве после 12.00 всё дело начинало разваливаться вместе с обвинением. Также Оберхофер утверждал, что вокруг Райнера и Вальднера всё время крутились агенты военных разведок Германии, Италии и Австрии. Их прослушивала SISMI (итальянская военная контрразведка). И, наконец, на горизонте забрезжил некий «мерседес» с германскими номерами, который свидетели видели в день убийства во дворе. Этот след не был проверен прокуратурой.

Куно Тарфуссер впервые почувствовал себя неуютно: журналисты стали в ироничной форме намекать прокурору, что он провёл это дело спустя рукава. Он кинул семью и поспешно уехал в отпуск на курорт, а ему вслед неслось улюлюканье местной прессы.

Чем это всё закончится, говорить пока рано, однако Райнер загадочно отвечает репортёрам, что однажды правда выплывет наружу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Решите пример *