«Настольная книга фальсификатора» Эрика Хебборна

1949
Просмотров



В 1991 году в издательстве «Рэндом хаус» вышла автобиография известного в Европе реставратора Эрика Хебборна. Разразился страшный скандал, так как художник утверждал, что он не только виртуозно реставрировал картины старых мастеров, но и с не меньшим искусством подделывал их. Всего, по словам Хебборна, он подделал около тысячи рисунков и гравюр, которые эксперты с мировым именем признали принадлежащими кисти прославленных художников XVI–XVIII веков. Если это действительно так, то он – один из величайших фальсификаторов всех времен и народов.

Биография Эрика Хебборна полна всевозможных перипетий, но в академическом плане – вполне респектабельна. Он родился 20 марта 1934 года в Лондоне в большой, но бедной семье. Матушка часто поколачивала Эрика. Впоследствии Хебборн шутил, что благодаря этому он на всю жизнь полюбил бокс. В восемь лет Эрик поджег школу, за что его отправили в борстальское исправительное учреждение для подростков. Там учителя обнаружили у мальчика способности к рисованию. Хебборн начал заниматься в арт-клубе Молдена. В пятнадцать лет состоялась первая персональная выставка юного таланта. Именно в этот период у Эрика проявились гомосексуальные наклонности.

В 1955 году Хебборн окончил факультет изящных искусств Эссекского университета, потом с успехом учился живописи в Королевской академии искусств, изучал историю искусства в Институте Куртолда при Лондонском университете. В 1960 году Хебборн получил Римскую премию за гравюры и в течение двух лет работал в Британской академии художеств. В Риме он подружился со многими художниками и искусствоведами. По слухам, у него возникли романтические отношения с сэром Энтони Блантом, ведущим специалистом по античному искусству и, как выяснится позже, шпионом из группы Филби. Однако сам Хебборн уверял, что никогда не имел интимных отношений с Блантом.

В 1964 году Эрик Хебборн открыл в Риме мастерскую-студию на площади Паганика, а три года спустя обосновался в Антиколи Коррадо, небольшом городке художников и натурщиц примерно в пятидесяти километрах от столицы Италии.

Еще в Молдене Хебборн сошелся с реставратором картин Джорджем Ацелем. Эрик не только открыл секреты материалов, красок, холста, применявшихся великими мастерами прошлого, но и весьма детально изучил их приемы. «Я довел свою технику до такого совершенства, – утверждал реставратор, – что однажды понял: могу сделать картину из ничего».

Хебборн купил у торговца антиквариатом голландский холст XVII века и «восстановил» замечательный пейзаж, приписав его Дэвиду Тенирсу-младшему. «Это был первый опыт, и он не совсем удался, так как я работал современными красками, и поэтому мне пришлось даже подержать полотно несколько часов в духовке, чтобы добиться желаемого эффекта, – вспоминал Хебборн. – В конце концов усилия не пропали даром, и через несколько месяцев мне удалось продать полотно антикварам за цену, которая равнялась нескольким моим годовым зарплатам».

Так началась его карьера художника-фальсификатора. Старинные холсты он приобретал у антикваров, а уж «обработать» их соответствующим образом для профессионала труда не составляло. Эрику удалось раздобыть краски и пигменты XVIII века, чему он был несказанно рад.



Вначале Хебборн копировал работы старых мастеров, а затем начал писать стилизации картин Рембрандта, Рубенса, Кастильоне, Пиранези, Коро, Гейнсборо, Тьеполо, Пуссена и других великих художников. Иногда приобретая для реставрации малоизвестную гравюру или рисунок, Хебборн «приводил это произведение в порядок», то есть создавал совершенно новую вещь, выдавая ее потом за произведение какого-нибудь великого живописца. Позже Эрик начал подделывать и скульптуру.

Первые два рисунка под Гейнсборо Хебборн показал в Британском музее. Эксперт заявил безапелляционным тоном: «Это Гейнсборо». – «Мне кажется, это не Гейнсборо», – попытался возразить Эрик. – «Это Гейнсборо, у меня нет никаких сомнений», – отрезал эксперт.

Хебборн отправился в аукционную фирму «Сотбис». «У меня есть две работы, – сказал он. – Мне хотелось бы узнать, кто их автор». Эксперт Британского музея, кстати, международный авторитет, утверждает, что это Гейнсборо. В результате рисунки были проданы с торгов за 400 фунтов.

Тогда Хебборн сделал рисунок под «Голубого мальчика» и показал его сэру Эллису Уотерхаусу, признанному специалисту по Гейнсборо. Уотерхаус дал письменное заключение, что это этюд к портрету «Голубой мальчик». Хебборн вернулся в «Сотбис» с рисунком и заключением сэра Уотерхауса. За «этюд Гейнсборо» он получил даже больше денег, чем за первые работы.

Окрыленный успехом, Хебборн написал несколько пейзажей в манере Гейнсборо, отличавшейся виртуозной легкостью и воздушностью живописи, и предложил стилизации известному английскому коллекционеру, с которым познакомился в Риме. «Прежде чем сообщить о своем решении, покажите их вашим экспертам, – посоветовал ему Хебборн. – У меня есть сомнения, что работы принадлежат Гейнсборо».

Маститые коллекционеры, прежде чем приобрести какую-нибудь вещь, всегда консультируются со специалистами. Эксперт фирмы «Кристи» Брайан Сенет и Тони Кларк из музея в Миннеаполисе посоветовали англичанину приобрести пейзажи, поскольку их автором бесспорно является Гейнсборо.

Дела Хебборна шли прекрасно. Он приобрел 14-комнатный особняк на площади Паганика и назвал его «Панинин галлериес». От имени этой галереи художник публиковал фотографии своих подделок в специализированном журнале «Берлинг-тон-мэгэзин».

От клиентов не было отбоя. Со всего мира к Хебборну в Рим приезжали торговцы, коллекционеры, галеристы. Среди его постоянных покупателей значился известный английский арт-дилер Колнаги Кэлманн. Именно от Колнаги в 1978 году эксперт Национальной галереи в Вашингтоне Конрад Оберхубер получил работы Савелли Сперандио и Франческо дель Коссы. Оберхубер разоблачил подделки. Вскоре об этом стало известно в крупнейших музеях мира. Провели инвентаризацию. В результате был выявлен еще один поддельный Косса – в Библиотеке Пирпонта Моргана в Нью-Йорке. Правда, искусствоведы поспешили заявить, что «Юноша с копьем» был подделан в прошлом веке.

Все картины поступили от Колнаги, а тот, в свою очередь, приобрел их у Хебборна. Эрик свою вину не признал: если это не подлинники, значит, ошиблись эксперты, с них и спрос. К счастью для фальсификатора, Колнаги слишком дорожил своей репутацией, и не в его интересах было раздувать скандал.

Хебборн сделал определенные выводы из этой истории. Он стал более придирчиво подходить к подбору материалов, красок, с особой тщательностью копировать технику старых мастеров. Все это помогло ему избежать разоблачений в будущем.

У Хебборна появились излюбленные приемы сбыта подделок. Так, он приносил картину эксперту с просьбой установить подлинность работы. Эксперт изучал картину и выносил вердикт: это фальшивка. Затем, на всякий случай, проверял ее в рентгеновских лучах. И – о чудо! – под «фальшаком» находилась еще одна картина. Реставраторы снимали слой за слоем, пока их взору не открывался настоящий шедевр старого мастера. Трюк состоял в том, что «шедевр» также написал Хебборн.

В искусстве есть такое понятие, как «провенанс». Это история картины: где она выставлялась, в каких коллекциях была, кем и куда передавалась. На провенансе обычно строится и атрибуция (подтверждение авторства). Если у картины с провенансом все в порядке, на аукционе она оценивается значительно дороже. Для того чтобы создать безупречный провенанс для своих стилизаций, Хебборн проникал в закрытые архивы музеев, где занимался откровенным подлогом. Ему с завидной легкостью удавалось обманывать экспертов, арт-дилеров, коллекционеров. Все это потому, уверял он, что весь художественный мир пронизан духом наживы. Одни при покупке картин полагались на солидность известных торговцев. Другие, продавая, знали, что картины поддельные, – им нечего было проверять. Сам Хебборн творил, разумеется, творил не ради материального удовлетворения. «Деньги – это последняя из побудительных причин моей мистификации, – скромно замечал он. – Я занимался подделками, чтобы доказать некомпетентность экспертов, нечестность торговцев и тупоумие искусствоведов».

Настоящей сенсацией стала автобиографическая книга Эрика Хебборна, в которой он разоблачал дельцов от искусства. Телевизионная компания «Би-Би-Си» сняла об фальсификаторе документальный фильм.

Громкие саморазоблачения художника вызвали переполох в Лондоне и Нью-Йорке, Копенгагене и Париже. Еще бы, ведь реставратор утверждал, что его работы находятся в крупнейших музеях и галереях мира, а количество коллекционеров, которые любуются его творениями, просто не поддается учету. Он якобы является настоящим автором таких произведений, как «Христос в терновом венце» Ван Дейка (Британский музей), «Храм Венеры и Дианы в Байе» Брейгеля Старшего (Метрополитен-музей), этюда Пиранези (Национальная галерея в Копенгагене).

«У нас есть большие сомнения в правдивости его слов, – сказал куратор музея Метрополитен. – Мы провели несколько экспертиз с участием признанных специалистов, и они сделали заключение о несомненной подлинности этих работ». Искусствоведы были твердо уверены, что скандал необходим Хебборну для того, чтобы привлечь внимание к своей персоне и нажиться на продаже мемуаров.

Вскоре после выхода книги Хебборна его бывший любовник, некий Грэм Смит, выразил удивление, что за все время их продолжительной связи – а они прожили вместе четырнадцать лет – он ни разу не слышал от приятеля о подделках. По словам Смита, автобиография Хебборна – типичная фальшивка, ничего общего не имеющая с реальностью. К подобному трюку прибегают многие, чтобы подзаработать. «В последние годы доходы Хебборна резко упали, – утверждал Смит, – и он решил поправить свое положение псевдомемуарами».

Однако Хебборн и не думал отказываться от своих слов. Он говорил, что музейщики, дилеры и коллекционеры сговорились, чтобы не признавать его невероятного достижения – более пятисот качественных подделок, украшающих лучшие коллекции мира. «В противном случае арт-дилерам придется признать, что их дилетантизм нанес убытки на миллионы долларов десяткам клиентов», – подчеркнул Хебборн.

Словом, он не терял присутствия духа и пообещал написать новую книгу. «Это будет нечто вроде учебника по изготовлению фальшивых произведений искусства, – объяснял он свой замысел, – я думаю, при росте спроса на произведения живописи, это пособие вызовет интерес у многих талантливых молодых художников и позволит им не только проявить себя, но и прилично заработать на жизнь, что порой совсем нелегко, когда честно занимаешься творчеством».

Эрик Хебборн сдержал обещание и написал «Настольную книгу фальсификатора живописи», в которой давал практические советы своим последователям. Он, к примеру, советовал тщательнее подбирать бумагу при подделке графических работ, именно на нее в первую очередь обращают внимание эксперты. Для этого необходимо приобрести у букинистов старинную книгу и вырезать из нее чистые листы. В крайнем случае можно состарить обычную бумагу при помощи кофе или чайной заварки.Жизнь Эрика Хебборна оборвалась трагически. 8 января 1996 года, вскоре после публикации итальянской редакции «Настольной книги фальсификатора», его нашли на одной из улиц Рима с проломленной головой. Говорили, что его ударили сзади молотком. 11 января художник не приходя в сознание умер в больнице. По одной из версий, Хебборну отомстила арт-мафия, над которой он откровенно издевался, по другой, фальсификаторы не простили ему того, что он раскрыл их секреты. Итальянская полиция рассудила иначе: произошел несчастный случай, в тот вечер Хебборн был сильно пьян и просто неудачно упал. Но далеко не всех удовлетворило такое объяснение, и версия убийства до сих пор жива.