Сведения об Азии в римскую эпоху

В Азии римляне не сделали никаких открытий: войны они вели только на Ближнем Востоке, со Средней и Южной Азией торговали через своих ближневосточных подданных, а товары Дальнего Востока получали с помощью ряда посредников.

В результате объем географических знаний римлян об Азии мало отличался от древнегреческого. И все же благодаря им были получены новые сведения — Тацит дает верную характеристику Мертвого моря и р. Иордан: «Из гор самая высокая — Ливан; дивно сказать, но снег лежит на ней густым и плотным слоем даже при здешней невозможной жаре. Ливан дает начало р. Иордан и питает ее своими снегами.

Иордан не изливается в море, а проходит нетронутым через одно озеро [Хула], потом через другое [Тивериадское] и лишь в третьем остается навсегда. Озеро [Мертвое море], в которое впадает Иордан, огромно, почти как море, лишь вода его более отвратительна на вкус… Ветер не волнует поверхность озера, рыбы не живут в нем, и не приближаются к нему привыкшие плавать птицы; неподвижные воды… удерживают на своей глади любой предмет…» (История, III, 6).

Птолемей, исправив ошибку своих предшественников относительно Каспия, изображает его в виде огромного моря-озера почти овальной формы, вытянутого в широтном направлении. Это, конечно, шаг вперед по сравнению со Страбоном, но по существу является лишь возвратом к Геродоту с искажением его верных представлений. Однако и Птолемей, как и до него, считает, что Яксарт и Окс (Сырдарья и Амударья) впадают в Каспий.

Участник военных походов римлян в 355–357 гг. н. э., грек Аммиан Марцеллин, используя, вероятно, сообщения купцов или разведчиков, первый и единственный из древних авторов описал Оксийское болото (Аральское море): «Между горами, которые называются Согдийскими, текут две реки, вполне судоходные, Араксат и Дима; через горные хребты и долины они стремительно низвергаются в равнину, покрытую лугами, где образуют болото, называемое Оксийским и занимающее обширное пространство». Правда, информаторы Аммиана Марцеллина не знали, что одна из рек, впадающих в «болото», — есть Окс: «многоводное течение» Окса упомянуто у него отдельно.



Очень неясны в греко-римской литературе первых веков представления о Китае, откуда в Европу при посредстве парфян доставлялся шелк. Римляне называли его «серикум», а народ, производивший шелк, — серами. Птолемей помещал их на крайнем северо-востоке обитаемой земли и полагал, что до них можно добраться только сухим путем. Китай в «Географии» Птолемея раздвоился: кроме серов, в страну которых из Парфии вели караванные пути, появились еще «сины». К ним плавали по морю из Индии, их страна помещалась на северо-восточной окраине Индийского океана, у Великого залива. Страна серов, по Птолемею, расположена севернее страны синов.

Одним из немногих географических достижений римлян в Азии было расширение знаний об Аравийском п-ове в результате неудачного похода Элия Галла в «Счастливую Аравию». От одной из северных красноморских гаваней Египта во главе 10-тысячного отряда он на судах переправился к устью Вади-эль-Хамд, у 26° с. ш., и несколько месяцев провел в пункте высадки. От болезней здесь погибло много людей. Весной 24 г. до н. э. римляне двинулись в шестимесячный поход на юг, постепенно отходя все дальше от берега; Галл разорил оазис Наджран, у 17°30′ с. ш., проник оттуда в Сабейское царство (теперь Йемен), но остановился у г. Мариабы (Мариб, к востоку от г. Сана) и через два месяца вернулся на верблюдах прежним путем, проделав в оба конца более 3000 км. «…Воинов он потерял, но не от руки врага, а от болезней, бедствий, голода и бездорожья; от войны погибло только семь человек» (Страбон, XVI, 4, § 24). Страбон, знакомый с Галлом, получил от него сведения о примерной протяженности Аравийского п-ова, характере ряда пустынных областей по линии маршрута и о кочевниках-бедуинах, которые передвигаются и воюют на верблюдах, а питаются молоком и мясом.

Крупным достижением на рубеже нашей эры для средиземноморских народов было использование периодически сменяющихся муссонов для плавания в западных морях Индийского океана. (Древние индийцы и арабы пользовались ими задолго до н. э.) По Псевдо-Арриану, «кормчий Гиппал… первый открыл плавание прямо через [Эритрейское] море», т. е. использовал юго-западный муссон при пересечении Аравийского моря с запада на восток — от Северо-Восточной Африки до Индии.

Во времена Псевдо-Арриана некоторые римские подданные — мореходы или купцы — довольно хорошо знали западное побережье Аравии: «…плавание вдоль… [него] опасно: эта страна лишена гаваней и хороших стоянок, негостеприимна, берег недоступен из-за прибоев и мелей, и она во всех отношениях ужасна». Им были знакомы и южные берега Аравийского п-ова: «…там, где сходятся материк Аравии и лежащая по ту сторону… [Африка], есть небольшой пролив… в середине [его]… лежит остров Диодора [Перим]» — это, несомненно, Баб-эль-Мандебский пролив — «самая короткая морская переправа из Аравии на… [африканскую] сторону… Ветры здесь дуют с лежащих по обе стороны гор», и поэтому плавание по проливу затруднено.

На южном берегу, кроме г. «Счастливая Аравия» (Адена), служившего пунктом, «куда приходили товары с обеих сторон» (из Египта и Индии), Псевдо-Арриан отмечает порт Канэ (Бальхаф, у 14° с. ш.): «Весь рождающийся в… [Аравии] ладан свозится сюда…» Далее к востоку вдоль побережья расположена «страна, производящая ладан, гористая и труднодоступная». За мысом «Сиагр [Фар- так]… идет залив Омана [Камар], глубоко вдающийся в материк… За ним — высокие скалистые и обрывистые горы…» Эта горная цепь тянется до 17°30′ с. ш., «и там, где она спускается к морю, лежат подряд семь островов… Зенобия» (о-ва Курия-Мурия, запирающие вход в одноименный залив, у 56° в. д.). В 400 км далее к северо-востоку Псевдо-Арриан отметил о. Сараписа (Масира), отделенный нешироким (24 км) проливом от материка. Таким образом он дал довольно верную характеристику южного берега Аравии на протяжении 2100 км.

Дальнейшее описание Аравийского побережья, берегов Южного Ирана и Западной Индии расплывчато: очевидно, он сам не бывал в этих областях, а использовал сообщения своих коллег. Из записи их наблюдений видно, что римские подданные были довольно хорошо знакомы с Камбейским заливом, «который вдается в материк прямо к северу… узок и… трудно доступен», а также с эстуарием Нармады и о. Пирам. Они имели правильное представление о западном побережье Индии, которое тянется от Нармады «с севера на юг непрерывной линией» до южной оконечности (мыса Кумари). Они ознакомились со столицами и крупными городами южноиндийских царств и особенно с рудниками в горах у 10° с. ш.

Главными достижениями греческих купцов этого периода следует считать обход о. Шри-Ланка (Тапробан) и проникновение в его глубинные районы. Они побывали также на Мальдивах, насчитав в архипелаге 1378 островов, и обследовали весь восточный берег п-ова Индостан до устья Ганга. При Адриане (117–138 гг. н. э.) греки проникли к Араканскому побережью и таким образом смогли получить представление об огромной дуге Бенгальского залива. Одновременно они обнаружили, что с помощью муссонов (на восточном побережье, правда, не таких регулярных, как на западных) можно пересечь не только Бенгальский залив — первым из греков муссонами воспользовался купец Александр, — но и Индийский океан. И греки прошли от северной оконечности Шри-Ланка на восток через пролив Десятого Градуса (между Андаманскими и Никобарскими о-вами) к п-ову Малакка. Отдельные греческие пионеры проникли на судах в Южно-Китайское море, посетили побережье Сиамского залива и берега Китая; обратно они привезли первую достоверную информацию об этой стране.