Вторая мировая война: народные массы стран Азии, Африки и Латинской Америки в борьбе против агрессии

Война Советского Союза против фашистской Германии и образование антигитлеровской коалиции оказали свое влияние на перегруппировку общественных сил в колониальных и зависимых странах. Борьба против фашизма объективно имела общие цели с национально-освободительным движением угнетенных народов, которые не могли оставаться равнодушными к разработанным Германией, Италией и Японией планам завоевания мирового господства и создания новых колониальных сверхимперий.

Национально-освободительное движение в странах Азии, Африки и Латинской Америки к середине 1941 г. было неоднородным. Основную его силу составляло многомиллионное крестьянство. Несмотря на свою малочисленность, важную роль в нем играл пролетариат. Активной политической силой являлись национальная буржуазия и мелкобуржуазная интеллигенция.

Неоднородным было и руководство движением: в одних странах антиимпериалистическую борьбу возглавляли коммунистические партии, в других — партии национальной буржуазии, в третьих — родоплеменная верхушка и отдельные представители феодалов.

Основной задачей национально-освободительного движения была полная ликвидация колониальной зависимости. В то же время форма этой зависимости и общий уровень развития движения в той или иной стране определяли его конкретные цели. В Латинской Америке и на Ближнем Востоке, где большинство стран были лишь формально независимыми, цель борьбы составляло завоевание полного суверенитета и экономической самостоятельности; в таких странах Южной и Юго-Восточной Азии, как Индия и Индонезия, — достижение государственной независимости и создание национальных правительств. В Тропической Африке национальные политические организации еще только зарождались.

Передовые представители национально-освободительного движения понимали, что в тот период главным врагом угнетенных народов являлся фашизм.

К середине 1941 г. свыше 1,1 млн. человек из колоний находились в составе колониальных войск Великобритании, Бельгии, «Свободной Франции». Значительная их часть принимала участие в боевых действиях против фашистских агрессоров. Трудящиеся зависимых стран и колоний государств, входивших в антигитлеровскую коалицию, обеспечивали военное производство необходимым стратегическим сырьем и продовольствием. Однако в различных странах по-разному относились к участию в борьбе с фашистско-милитаристским блоком, некоторые круги главным врагом считали не фашизм, а империализм «своей» метрополии.

К лету 1941 г. в колониях держав оси и в странах, подвергшихся оккупации, свирепствовал жестокий террор. В то же время фашисты и японские милитаристы развернули широкую пропаганду, изображая себя в качестве освободителей колониальных народов. Они не скупились на обещания предоставить независимость колониям своих противников. Некоторая часть национальной средней и мелкой буржуазии, незрелая в идеологическом и политическом отношении, верила этим посулам, а наиболее реакционные круги из среды помещиков и крупной буржуазии сознательно шли на союз с фашистскими державами, чтобы упрочить свои позиции в борьбе против революционного движения, извлечь для себя дополнительные выгоды из смены колониальных хозяев.

Партнеры СССР по антигитлеровской коалиции понимали важность мобилизации усилий населения и ресурсов колониальных владений на борьбу против фашистских агрессоров. Однако их шаги были непоследовательны и, как правило, не выходили за рамки империалистической политики. Так, в Атлантической хартии правительства Соединенных Штатов Америки и Великобритании провозгласили право народов избирать себе форму правления. Но Черчилль, выступая 9 сентября в английской палате общин, уточнил, что Атлантическая хартия имеет в виду восстановление независимости только тех стран Европы, которые подверглись агрессии со стороны Германии, и не распространяется на Британскую империю.

Советский Союз, присоединяясь к Атлантической хартии, в правительственной декларации подчеркнул, что он отстаивает право каждого народа на государственную независимость и территориальную неприкосновенность своей страны, право устанавливать такой общественный строй и избирать такую форму правления, какие он считает целесообразными и необходимыми. Это заявление в равной степени относилось ко всем угнетенным народам, независимо от того, когда и кем они были порабощены.

Участие в войне СССР и формирование антифашистской коалиции способствовали дальнейшему развертыванию борьбы китайского народа, которая фактически велась с 1931 г. — со времени оккупации японскими агрессорами Маньчжурии. В тылу японских захватчиков развертывалось партизанское движение.

К середине 1941 г. в Северо-Восточном, Северном и Центральном Китае действовали партизанские силы, которые под руководством китайских коммунистов вели бои против японских войск.

Японская военная администрация и ванцзинвэевское марионеточное правительство во многих районах фактически контролировали лишь крупные города с их пригородами и районы вдоль железных и шоссейных дорог.

Основную роль в организации партизанского движения играла Коммунистическая партия Китая. Под ее руководством на территории партизанских районов функционировала народная власть и осуществлялись демократические преобразования.

В тылу японских войск действовали также части и соединения гоминьдановской армии, но взаимодействия между ними и партизанами фактически не было.

После нападения фашистской Германии на Советский Союз ЦК КПК в своей декларации, опубликованной 7 июля 1941 г., так выразил настроения китайской демократической общественности: «Война, которую ведет советский народ, направлена не только на защиту СССР, она направлена также на защиту Китая, на защиту свободы и независимости всех народов... Гитлер — враг не только СССР, он враг всех свободных народов и особенно Китая. Поэтому разгром Гитлера является задачей не только народов СССР и других стран, но также задачей китайского народа».

Однако в руководстве КПК проявлялись симптомы, свидетельствовавшие об отходе некоторых лидеров компартии Китая от интернационалистских позиций. В нем определились глубокие разногласия между двумя группами: одну из них возглавлял Ван Мин, другую — Мао Цзэ-дун. Политика Ван Мина и его сторонников состояла в последовательном проведении линии на укрепление единого фронта с гоминьданом и развертывание широких военных действий против японской армии. Она вытекала из принятых ИККИ в январе и марте 1940 г. решений, в которых в качестве центральной была поставлена задача мобилизовать китайский народ на преодоление опасности капитуляции реакционных элементов гоминьдана перед японскими захватчиками.

Коминтерн оказывал китайским коммунистам большую помощь, ориентировал КПК на проведение правильной политической линии, содействовал повышению ее боеспособности. ИККИ указывал, что она должна прежде всего ликвидировать свою оторванность «от широких масс рабочего класса Китая, в особенности в промышленных районах, захваченных японцами; развернуть широко работу среди рабочих как в оккупированных районах, так и на остальной территории Китая». Задача КПК заключалась в том, чтобы мобилизовать массы на активную борьбу с японскими захватчиками. Однако группа Мао Цзэ-дуна, занявшая к тому времени руководящее положение в компартии Китая, приняла решение перейти к «пассивной тактике», изолироваться в освобожденных районах, максимально сократить боевые действия регулярных войск и партизан против японских захватчиков. Это означало уклонение от выполнения интернационального долга, отклонение предложений Коминтерна и ВКП(б) относительно координации действий в борьбе с агрессорами, отказ сковать японские силы и не допустить их нападения на СССР, особенно в первые, наиболее трудные месяцы Великой Отечественной войны.

Китайские коммунисты-интернационалисты резко критиковали националистическую позицию Мао Цзэ-дуна. Они считали, что интернациональный долг китайской компартии в обстановке гитлеровской агрессии против единственной в мире страны социализма состоит прежде всего в том, чтобы всемерно помогать героической вооруженной борьбе советского народа против фашизма путем активизации борьбы с японскими милитаристами.

Группа Ван Мина серьезно препятствовала проведению линии Мао Цзэ-дуна, а также утверждению его единоличной власти в партии и армии. Мао Цзэ-дун и его сторонники в сентябре 1941 г. добились отстранения Ван Мина, Цинь Бан-сяня и других своих идейных противников от работы в высших руководящих органах партии.

Под видом критики левого оппортунизма и догматизма маоисты стремились перечеркнуть исторические заслуги Коминтерна и многих выдающихся руководителей КПК, расчистить почву для культа личности Мао Цзэ-дуна как якобы единственного непогрешимого руководителя и теоретика партии.



С этой целью они развернули антипартийную, антикоминтерновскую кампанию, прикрывавшуюся внешне невинным названием «движение за упорядочение стиля работы партии» («чжэнфэн юньдань»).

Такое развитие событий, естественно, наносило ущерб национально-освободительной борьбе в Китае. Несмотря на это, у китайского народа усиливалось чувство ненависти к японским захватчикам, и он продолжал героическую борьбу за освобождение своей страны.

Летом и осенью 1941 г. коммунистические партии ряда колониальных и зависимых стран выступили со специальными декларациями, в которых поддержали заявление Коминтерна о том, что вероломное нападение фашистской Германии на СССР является ударом не только против страны социализма, но и против свободы и независимости всех народов мира. Они активизировали свою деятельность по созданию единого фронта борьбы с фашистско-милитаристским блоком.

Постоянно ширилось национально-освободительное движение в Индии. Нападение гитлеровской Германии на СССР усилило у индийцев чувство симпатии к советскому народу, а также рост антифашистских настроений.

С другой стороны, отказ британского правительства распространить действие Атлантической хартии на Индию, вызванный стремлением английской буржуазии сохранить свою громадную колониальную империю, еще более углубил противоречия между колониальным правительством и индийским национально-освободительным движением.

Ведущую роль в этом движении играла индийская национальная буржуазия. Политику ее партии — Индийского национального конгресса (ИНК) поддерживала значительная часть городской мелкой буржуазии и трудящихся (рабочих, крестьян, прогрессивной интеллигенции). С началом второй мировой воины ИНК заявил о своей антифашистской позиции и выразил сочувствие народам, боровшимся против фашизма. В то же время руководство партии считало, что только будучи свободным индийский народ сможет внести свой вклад в эту борьбу. Поэтому ИНК требовал предоставления Индии независимости и как первого непременного шага к ней — создания индийского национального правительства. Только на этих условиях ИНК соглашался поддержать военные усилия английских властей. Отказ удовлетворить это требование привел к началу кампании «гражданского неповиновения» («сатьяграха»), проводившейся под руководством влиятельнейшего лидера ИНК Мохандаса Карамчанда Ганди. До декабря 1941 г. за участие в ней английскими колониальными властями было арестовано около 25 тыс. членов ИНК.

Большую роль в решении нелегкой задачи — совместить содействие военным усилиям союзных держав и борьбу за освобождение собственной страны — сыграла Коммунистическая партия Индии.

После нападения Германии на СССР компартия заявила, что война отныне приобретает освободительный характер, и выступила за превращение ее в народную войну, использование всех сил для разгрома блока агрессивных государств. Поддерживая требования ИНК о предоставлении Индии независимости и создании национального правительства, компартия своей деятельностью стремилась поставить страну на путь решительной и безоговорочной поддержки антигитлеровской коалиции, в том числе военных усилий Англии.

Среди рабочих, крестьян, интеллигенции, национальной буржуазии страны росло движение солидарности с Советским Союзом. В октябре 1941 г. Всеиндийский крестьянский комитет призвал «свободолюбивый народ Индии, особенно крестьян и рабочих, студентов и молодежь, сделать все возможное, чтобы оказать помощь Советскому Союзу и вести борьбу за усиление войны против гитлеровской Германии».

Широкие массы индийских трудящихся приняли непосредственное участие в борьбе против фашизма. Так, к концу 1941 г. в англо-индийскую армию, соединения которой сражались с войсками держав оси в Африке и на Ближнем Востоке, было призвано по добровольному набору 900 тыс. человек. Сотни тысяч рабочих трудились на военных заводах. Однако нежелание английского правительства считаться с требованиями предоставления стране независимости было главной причиной, препятствовавшей созданию в Индии единого антифашистского фронта.

В середине 1941 г. весьма напряженная обстановка сложилась в Бирме. Британские колониальные власти упорно отказывались удовлетворить требования массовых организаций этой страны о предоставлении бирманскому народу независимости. Позиция колонизаторов создавала благоприятную почву для японской пропаганды, утверждавшей, что Япония будто бы выступала освободительницей колониальных народов Азии от «белых» американских и европейских угнетателей.

В национально-освободительном движении Бирмы определился ряд направлений. Одно из них — во главе с премьер-министром колониального правительства У Со, отражавшее интересы крупной буржуазии и помещиков, — ожидало, что англичане даруют стране статус доминиона. Отказ правительства Черчилля обсуждать данный вопрос до окончания войны вызвал изменение в политической ориентации этой группировки — она пошла на некоторое сближение с руководством мелкобуржуазной Народно-революционной партии (НРП). Руководство же НРП, не сумев дать правильную политическую оценку Японии как империалистическому агрессору, занимало позицию военного сотрудничества с японцами в борьбе против англичан. По соглашению с японской разведкой НРП принимала японскую военную помощь, обязалась создать так называемую Армию независимости Бирмы под командованием японцев, организовать антианглийские восстания в различных районах Бирмы после начала войны...

Единственной политической силой в стране, занимавшей последовательно антифашистскую позицию, была Коммунистическая партия Бирмы. Однако большинство ее руководителей, как и другие активные участники бирманского освободительного движения, в конце 1941 г. находилось в тюрьмах или на нелегальном положении.

В Индонезии национально-освободительное движение, направленное против голландского колониального господства, возглавлялось легальной организацией «Индонезийский политический союз» («Габунган политик Индонесиа» — ГАПИ). Эта организация, представлявшая собой объединение восьми мелкобуржуазных и буржуазных партий, пользовалась поддержкой коммунистов и профсоюзов.

ГАПИ выступал за образование индонезийского парламента. Учитывая широкий размах японской пропаганды и угрозу вторжения Японии на Зондские острова, он в своем сентябрьском манифесте 1941 г. настаивал на необходимости вооружения и военной подготовки индонезийского народа, на создании индонезийской народной милиции. Но голландские колониальные власти отвергли эти требования.

Эмигрантское правительство Нидерландов ограничилось обещанием после окончания войны созвать имперскую конференцию, на которой делегаты метрополии, Индонезии, Кюрасао и Суринама «могли бы обсудить конституционную структуру королевства и его различных частей...».

В ответ на такую позицию колонизаторов патриотические силы страны образовали «Народный совет Индонезии» («Маджелис ракьят Индонесиа» — МРИ). В него вошли ГАПИ, профсоюзный центр и федерация мусульманских женских и молодежных союзов (МИАИ). Однако мелкобуржуазные и буржуазные партии, объединившиеся в МРИ, оказались неспособными сплотить патриотические силы страны в антиимпериалистическом и антифашистском фронте.

Индонезийский пролетариат в это время был еще слаб и плохо организован. Созданная при участии компартии весной 1941 г. нелегальная политическая организация «Антифашистское народное движение» («Геракан ракьят антифасис» — ГЕРАФ) также не смогла организовать массовой борьбы всех социальных слоев индонезийского общества. Таким образом, национально-освободительное движение в стране оказалось крайне слабым и не могло противостоять вторжению японских вооруженных сил на острова.

Более успешно развивалось освободительное движение во Французском Индокитае. Коммунистическая партия Индокитая (КПИК) еще на VIII пленуме ЦК (май 1941 г.) приняла решение о развертывании борьбы против Японии и вишистской Франции, за достижение независимости. Для осуществления этого решения была создана Лига независимости Вьетнама — Вьет-минь, объединившая до 50 различных организаций — рабочих, крестьянских, молодежных, женских и других.

Основным районом деятельности Вьет-миня стала горно-лесистая зона на севере страны — Вьет-бак, непосредственно прилегающая к Китаю. В 1941 — 1942 гг. здесь были созданы территориальные опорные базы, где обучались политические и военные кадры, накапливались вооружение и боеприпасы. Отсюда осуществлялось политическое и организационное руководство освободительным движением в других районах страны.

Организационной основой Вьет-миня среди населения были общества спасения родины. В августе — сентябре 1941 г. во многих районах страны стали распространяться воззвания за подписью Нгуен-ай-Куока (Хо Ши Мина), призывавшие народ присоединяться к Лиге независимости. 25 октября были опубликованы манифест, программа и устав Вьет-миня. КПИК взяла курс на превращение Вьет-миня в массовую организацию с целью развертывания общенационального движения и тщательной, всесторонней подготовки всеобщего восстания против оккупировавших страну японских войск и их союзников — вишистов, за образование независимой республики.

На Филиппинах коммунистическая партия (КПФ) разоблачала проводимую американским империализмом политику поощрения агрессии Японии в Юго-Восточной Азии, призывала народ готовиться к отпору японским захватчикам. В октябре 1941 г. руководство КПФ дало местным партийным организациям директиву быть готовыми к формированию партизанских отрядов в случае вторжения на острова японских войск. Позиции коммунистов разделяли наиболее дальновидные филиппинские патриоты, осуждавшие как прояпонские иллюзии, распространявшиеся мелкобуржуазными националистами из партии Рамоса, так и фатальную беспечность главы местного правительства и правящей буржуазной партии националистов Кэсона по отношению к японской угрозе.

В Малайе решение о сотрудничестве с британскими колониальными властями в отражении возможной вооруженной агрессии японских захватчиков было принято на заседании ЦК малайской компартии в июле 1941 г.

Важной особенностью развития национально-освободительного движения в японской колонии — Корее было возрастание роли рабочего класса на фоне углублявшейся дифференциации политических сил. Укрепление союза рабочего класса с крестьянством сопровождалось падением политического престижа буржуазии и национал-реформистских организаций.

Вооруженные выступления партизан против гнета японских колонизаторов все теснее сливались с рабочим и крестьянским движением. Усилилось проникновение в Корею коммунистов-партизан с территории Северо-Восточного Китая, где жили корейцы. Совместно с подпольными группами на территории Кореи они поднимали массы на антияпонские выступления. Создавались новые подпольные ячейки. Распространялись революционные листовки и марксистско-ленинская литература. Так, произведение В. И. Ленина «Что делать?» расходилось среди прогрессивных деятелей под видом трактата о восточной медицине.

В июле 1941 г. усилиями созданного в Яньани «Объединения корейской молодежи» на базе корейских партизанских отрядов Северо-Восточного Китая была создана Корейская добровольческая армия.

Героическая борьба советского народа послужила важным стимулом нарастания национально-освободительного движения в странах Ближнего и Среднего Востока и Африки. Усилило борьбу с фашизмом население итальянских колоний. В Эфиопии продолжались бои по разгрому остатков итальянской армии в районах Галла-Сидамо (апрель—июль 1941 г.) и Гондара (октябрь—ноябрь 1941 г.). Основную роль в них играли эфиопские войска и партизанские отряды.

В Ливии, где колониальное господство Италии носило особенно жестокий характер, население участвовало в боевых действиях против итальянских войск в составе ливийских освободительных сил под командованием арабских офицеров (бывших партизан). К лету 1941 г. количество этих формирований достигло пяти батальонов. По мере освобождения ливийской территории от оккупантов ширилось движение местного населения за возврат земель, ранее отнятых у него итальянскими поселенцами.

Во Французской Северной Африке нарастало сопротивление вишистскому режиму. В Алжире местные богачи и петэновские чиновники жестоко подавляли освободительное движение. Они предоставили в распоряжение итало-германских комиссий по перемирию все промышленные и сельскохозяйственные ресурсы. В Северной Африке начался голод, распространилась эпидемия сыпного тифа. Тысячи людей были угнаны на работы в Германию. Репрессиям подверглись сотни националистов, коммунистов, европейских эмигрантов-демократов.

Демагогическая пропаганда держав оси и военное поражение Франции способствовали некоторому оживлению германофильских настроений в Марокко и проитальянских — в Тунисе. Тем не менее фашистам не удалось добиться поддержки коренных жителей французских колоний. Вишистские правители и их ставленники вынуждены были признать, что местное население и даже правительственные войска враждебно относятся к странам оси.

В Алжире ведущую роль в формировавшемся антифашистском движении играли коммунисты. Часто они выступали вместе со сторонниками де Голля, подпольными организациями националистической Партии алжирского народа. Коммунисты Алжира выпускали подпольную газету «Социальная борьба», создавали группы Сопротивления, разоблачали вишистскую демагогию и фашистскую пропаганду, делавшие туманные намеки на возможность получения страной независимости из рук фашистов, разъясняли алжирцам, что борьба против гитлеризма жизненно важна для завоевания свободы.

Движение Сопротивления получило распространение также в частях французской вишистской армии в Северной Африке. Патриотически настроенные офицеры втайне создавали запасы оружия, до 60 тыс. офицеров и солдат содержались вне штата в ожидании грядущих событий. Однако это движение, не имея опоры в массах, особенно среди мусульманского населения, носило пассивный характер.

Большим успехом национально-освободительного движения явилось получение осенью 1941 г. независимости подмандатными территориями Франции — Сирией и Ливаном. 28 сентября 1941 г. Национальный комитет «Свободная Франция» официально подтвердил отмену мандата Сирии, а 26 ноября — Ливану. Нахождение основных сил вермахта на советско-германском фронте, нарастание движения Сопротивления, инициатором которого были коммунисты, облегчили изгнание в июне — июле 1941 г. войсками Великобритании и «Свободной Франции» фашистской агентуры из этих стран.

Немецко-фашистское командование вело интенсивную подрывную работу среди национально-освободительных сил в Египте, Иране, Ираке, Палестине, Саудовской Аравии и в других странах Ближнего и Среднего Востока. Рассчитывая на вовлечение этого района осенью 1941 — зимой 1941/42 г. в сферу активных боевых действий после осуществления плана «Барбаросса», гитлеровские стратеги хотели видеть в арабском освободительном движении на Среднем Востоке своего «естественного союзника против Англии». Они предполагали использовать его для того, чтобы в соответствии с обстановкой связать английские силы, помогая тем самым «будущим немецким операциям». Однако после поражения антианглийского восстания в Ираке (май 1941 г.) стало очевидно, что большинство населения арабских стран не поддерживает действий держав гитлеровского блока.

В сложных условиях велась освободительная борьба народов стран Латинской Америки. Здесь началось массовое движение солидарности с советским народом, инициатором которого выступил рабочий класс во главе с коммунистическими партиями. В воззваниях к своим народам компартии обращали внимание на растущую опасность нацизма в странах Западного полушария и выражали уверенность, что СССР разгромит фашизм.

Заявления правительств США и Англии о поддержке Советского Союза в борьбе против фашистской Германии, а также давление прогрессивной общественности обусловили изменение позиций правительств ряда латиноамериканских республик в пользу сближения с СССР. Реакционные же круги, опираясь на поддержку держав оси, вели подрывную деятельность, препятствуя сотрудничеству с Советским Союзом, и под видом борьбы с «красной опасностью» насаждали в своих государствах фашистские организации.

Коммунистические партии стран Латинской Америки активизировали борьбу с внутренней реакцией и подрывной деятельностью «пятой колонны», за сплочение в единый фронт всех демократических сил для оказания помощи Советскому Союзу.

Первый съезд компартии Парагвая, состоявшийся в начале июля 1941 г. в Аргентине, высказался за создание в стране демократического правительства и выдвинул требование включения Парагвая во фронт борьбы народов против фашизма. Национально-освободительный альянс Бразилии опубликовал манифест, в котором осуждалась «коварная агрессия нацистов против СССР» и выражалась солидарность с Советским Союзом. Бразильские коммунисты выдвинули лозунг «Народ Бразилии — с СССР!».

Свою солидарность с «гигантской и решительной борьбой мирового значения, которую ... ведет героический народ СССР», выразила также Перуанская коммунистическая партия. Она призвала к объединению всех прогрессивных сил нации и вступлению страны в борьбу народов мира с фашизмом.

Решительно осудила гитлеровскую агрессию Коммунистическая партия Чили. «Главной задачей в настоящий момент, — подчеркивалось в ее заявлении, — является отражение агрессии фашистских бандитов и организация борьбы в защиту СССР».

Рабочие Антофагасты, Чукикаматы, других промышленных центров страны решили работать сверхурочно, чтобы добытую дополнительно медь и селитру отправлять в дар Советскому Союзу. В стране был создан Антифашистский демократический союз, в который вошли представители левых партий, профсоюзов, спортивных и культурных организаций, ученые, писатели, священники. Более сотни комитетов занимались организацией материальной помощи СССР.

По призыву компартий комитеты помощи СССР, в которых участвовали представители различных классов, политических партий, государственные и общественные деятели, создавались и в других странах Латинской Америки. В Аргентине они возникли вопреки профашистской политике правительства Р. Кастильо. Комитеты помощи проводили сбор одежды, обуви, бинтов, закупали продовольствие. В июле 1941 г. создается денежный фонд помощи СССР.

В Уругвае по инициативе компартии был образован Национально-демократический фронт помощи Советскому Союзу, приступивший к сбору денежных средств и медикаментов. Большую активность в этом проявили Ассоциация друзей СССР и Уругвайский антифашистский комитет помощи народам Советского Союза, созданный 12 июля 1941 г. в Монтевидео. В обращении к народу комитет призвал всех антифашистов «объединить свои усилия для помощи СССР во имя уничтожения фашизма».

1 августа 1941 г. комитет помощи Советскому Союзу был создан и в Мексике.

Значительный толчок дальнейшему развитию антифашистского движения дало празднование 24-й годовщины Великой октябрьской социалистической революции. В связи с этой датой ЦК компартии Чили опубликовал манифест, в котором говорилось: «Мы приветствуем Советское правительство, Красную Армию, большевистскую партию. Чили понимает, что народы СССР защищают не только свою родину, но и все цивилизованное человечество». На митинге в Монтевидео в честь 24-й годовщины Октябрьской революции присутствовало 60 тыс. человек. Несмотря на запрещение, массовые митинги и собрания прошли в Буэнос-Айресе и других городах Аргентины. Компартия опубликовала манифест, в котором потребовала «включения Аргентины в мировой фронт борьбы против гитлеризма».

В городах, поселках и деревнях Кубы прошли многолюдные собрания. В грандиозной демонстрации в Гаване приняло участие 125 тыс. человек. Демонстранты призывали к поддержке СССР, установлению с ним дипломатических отношений и вступлению Кубы в борьбу на стороне государств, боровшихся с фашистскими агрессорами.

Деятельность латиноамериканских компартий по развертыванию движения солидарности с СССР протекала в трудных условиях. Во многих странах компартии находились на нелегальном положении, подвер­гались репрессиям. Выступая против международного фашизма, они в то же время вели борьбу против внутренней реакции, антинародных диктатур. Например, бразильская компартия, поднимая голос в защиту Советского Союза, за присоединение Бразилии к антигитлеровской коали­ции, вместе с тем требовала демократизации страны, амнистии томив­шимся в тюрьмах деятелям национально-освободительного движения, среди которых был и генеральный секретарь компартии Л. Престес.

Таким образом, с июня 1941 г. в центре внимания коммунистических партий Латинской Америки была мобилизация народов своих стран на поддержку СССР. Во внутриполитической борьбе главный удар они направляли против реакционных, профашистских кругов, «пятой колонны», добиваясь сплочения всех прогрессивных партий и организаций. Выполнил интернациональный долг, коммунисты оставались борцами за суверенитет и независимость своих стран.

В связи с агрессией нацистской Германии против СССР перед коммунистическими партиями всех стран мира встала задача мобилизации народов на борьбу в защиту Советского Союза и других государств, которым угрожал фашизм. Они выступали организаторами движения солидарности с ВКП(б), оказания помощи народам СССР и других стран в их борьбе против наиболее оголтелых сил мировой реакции, возглавляемых фашистской Германией. Действуя в тяжелых условиях, проявляя мужество и стойкость, коммунисты продолжали сплачивать народы в единый международный фронт против гитлеризма.