Вторая мировой война: развертывание немецко-фашистских армий на западном фронте

Сразу же после окончания боевых действий в Польше командование вермахта начало переброску штабов и войск с востока на запад — к границам Франции и Бельгии. В течение октября 1939 г. сюда были передислоцированы штабы действовавших в Польше групп армий «Север» и «Юг» и шести полевых армий.

К началу ноября количество немецких дивизий на западном фронте увеличилось до 96 (в том числе 9 танковых и 4 моторизованные).

Кроме штаба группы армий «Ц» (Франкфурт-на-Майне) были развернуты штаб группы армий «Б» в Бад-Годесберге и штаб группы армий «А» в Кобленце.

Развертывание вермахта на западном фронте было подчинено идее создания мощной наступательной группировки с обеспечением подавляющего превосходства в силах и средствах на направлении главного удара. Директива генерального штаба сухопутных войск от 19 октября 1939 г. предусматривала наступление через Голландию, Бельгию и Люксембург в Северную Францию. В соответствии с этим замыслом основные силы сухопутных войск сосредоточивались на северном фланге.

Группа армий «Б» в составе 37 дивизий, в том числе 8 танковых и 2 моторизованные, должна была нанести здесь главный удар, захватить рубежи севернее и южнее Брюсселя, далее, не теряя времени, наступать на запад, заставив противника отойти от Антверпена в район Брюгге, Гент.

Левое крыло развернутой немецкой группировки образовывала группа армий «А», которая имела в своем составе 27 дивизий и получила задачу прикрыть наступление на главном направлении с юга, правым флангом продвинуться за реку Маас южнее Намюра и расширить прорыв в направлении западнее реки Самбр.

На юге группа армий «Ц» (25 дивизий) первоначально в наступлении участия не принимала: она должна была создать оборонительный фронт от франко-люксембургской границы до Швейцарии.

План кампании неоднократно уточнялся и изменялся.

20 ноября 1939 г, директива № 8 верховного главнокомандования вермахта поставила генеральному штабу сухопутных войск задачу разработать новый вариант операции «Гельб», который предусматривал бы нанесение главного удара в полосе группы армий «А» через горно-лесистый массив Арденн.

Одной из причин этого решения явилось раскрытие немецкой разведкой стратегического плана союзников и мобилизационного развертывания англо-французских войск. Это и решило судьбу первого варианта плана «Гельб».

Командование вермахта располагало сведениями, что наиболее сильная группировка противника, включающая механизированные и моторизованные соединения, будет выдвинута в Бельгию навстречу наступающей группе армий «Б» генерала Бока. Гитлеровцы установили, что наиболее слабый участок обороны союзников находится на стыке 9-й и 2-й французских армий, между Седаном и Динаном. Наступление немецко-фашистских войск на этом направлении могло застать врасплох французское командование, которое было убеждено, что горно-лесистый массив Арденн и такое препятствие, как река Маас, исключают военные действия крупного масштаба.

На изменение плана «Гельб» повлиял и так называемый «мехеленский инцидент». 10 января 1940г. близ бельгийского населенного пункта Мехелен сделал вынужденную посадку немецкий самолет. У майора германских ВВС Райнбергера бельгийские власти изъяли документы, проливающие свет на замысел операции «Гельб».

Чтобы обеспечить внезапность удара через Арденны, немецко-фашистское командование провело в жизнь мероприятия по оперативной маскировке замысла нового варианта плана «Гельб». Особое внимание было уделено дезинформации противника. Фашистский генерал Б. Лоссберг, работавший в то время в штабе оперативного руководства ОКБ, позднее рассказывал: «В лагерь противника по различным каналам направлялось множество слухов. При этом не допускалось никакой грубой работы, которая могла бы вызвать подозрения. Вымысел перемешивался с правдой... многочисленными путями за несколько месяцев до наступления непрерывно распространялись слухи о немецком «плане Шлиффена» 1940 г.».

Развертывание немецко-фашистской группировки для наступления осуществлялось постепенно и охватывало большую глубину. Это лишало противника возможности разгадать вероятное направление главного удара. Гитлеровское командование отказалось от заблаговременного сосредоточения больших масс войск на исходных рубежах для наступления.

Непосредственно у границы находились сравнительно небольшие по численности силы, которым предстояло обеспечивать переход войск первого эшелона через границу. Для наращивания усилии предусматривалось выдвижение из глубины вторых эшелонов, за ними — третьих и т. д. При этом перемещение штабов и передвижение войск допускались только с началом боевых действий. По определению западногерманского историка X. Грейнера, «из прежнего массового стратегического развертывания получалось текучее развертывание».

Планируя операцию против западных союзников, верховное командование вермахта рассматривало возможность вступления в войну Италии. Предполагалось, что итальянская армия должна действовать самостоятельно в Альпах и в Савойе. Кроме того, рассматривался вариант, согласно которому итальянские дивизии могли быть переброшены в Южную Германию, чтобы принять участие в совместных действиях с немецкой армией на Верхнем Рейне. Однако фашистская Италия все еще опасалась вступать в войну. 18 марта 1940 г. во время встречи с Гитлером на Бреннерском перевале Муссолини заявил, что, как только Германия своими военными действиями создаст благоприятную ситуацию, он, не теряя времени, вступит в войну.

Политика Англии и Франции после разгрома вермахтом Польши в принципе не изменилась. Они продолжали «странную войну», в основе которой лежала мюнхенская политика. Антисоветизм этой политики наиболее ярко проявился в попытках западных «демократий» создать новый фронт мировой войны — против Советского Союза. Это было не только намерение отвести от себя возможный удар вермахта, но и «превратить «ошибочную войну» между капиталистическими державами в «правильную войну» всех капиталистических держав против СССР».

Но инициаторов этой идеи постигла неудача.

Победа Советской Армии в финляндско-советском вооруженном конфликте лишила их уверенности в успехе нападения на СССР. Главное направление в развитии войны продолжали определять традиционные германо-французские и германо-английские противоречия.

Фашистская Германия использовала стратегическую паузу для усиления своего военного потенциала, разработки дальнейших планов агрессии и развертывания вооруженных сил на западе. Антисоветские устремления противников Германии, их пассивность в вооруженной борьбе на Европейском континенте способствовали созданию благоприятных условий для подготовки новых ударов вермахта.

Проект Тайны веков копит на мощный компьютер! Есть желание помочь? Жми!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Решите пример *