Вторая мировая война: укрепление военно-экономической базы СССР зимой 1942/43 г

Напряженная вооруженная борьба на советско-германском фронте в ноябре 1942 г. — апреле 1943 г. вызвала огромный расход матери­ально-технических средств воюющих сторон.

Перед экономикой СССР война продолжала ставить все более сложные задачи, предъявляла ей новые требования. Высокая организованность экономики Советского государства, плановый характер социалистической системы хозяйства, дружба народов, морально-политическое единство об­щества, героический труд рабочего класса, всех трудящихся сорвали рас­четы нацистов на развал советского тыла, создали необходимые предпо­сылки для достижения перелома в экономическом единоборстве с силь­ным противником.

После завершения перестройки и создания слаженного, быстро расту­щего военного хозяйства экономика СССР вступила в качественно новый этап своего развития. Слагаемые этого этапа были заложены еще в пер­вый год войны и обеспечены целенаправленной военно-экономической политикой Коммунистической партии и правительства Советского Союза. Восточные районы страны к этому времени были превращены в основную военно-промышленную базу. С изменением территориального размещения индустрии была, по существу, заново решена такая грандиозная задача, как кооперирование отраслей промышленности и народного хозяйства в целом.

Вместе с тем общая экономическая обстановка в стране зимой 1942/43 г. была сложной и своеобразной. Динамика производства продук­ции в народном хозяйстве характеризовалась тем, что подъемы иногда сменялись спадами. Однако в целом наблюдалась твердая тенденция экономического роста.

Несмотря на то что еще к началу 1942 г. общее снижение производства продукции ведущих отраслей тяжелой промышленности прекрати­лось, а с марта начался подъем, который продолжался до конца войны, все же из всех военных лет 1942 год был наиболее напряженным, его ос­новные экономические показатели оказались самыми низкими. В 1943 г. произошли сдвиги. Он стал годом перелома не только на фронтах, но и в развитии экономики. В экономическом отношении его особенность состояла в том, что значительно увеличилось производство всего совокуп­ного общественного продукта.

Доля фонда потребления населения вследствие тяжелого экономического положения в стране сократилась на 7 процентов, а фонда воен­ных расходов возросла на 4 процента. Однако особого внимания заслужи­вает изменение фонда накопления — материальной основы расширенного воспроизводства совокупного общественного продукта, в том числе и военного. Увеличение его почти в два раза создавало благоприятные мате­риальные условия для нарастания коренного перелома.

В 1942—1943 гг. государственные бюджеты были дефицитными. Расходы превышали доходы. Разница покрывалась эмиссией, то есть выпус­ком дополнительного количества денег, а также материальными резер­вами и запасами.

В этот период приобретали огромное экономическое и политическое значение не только новое капитальное строительство промышленных объектов, но и быстрое восстановление народного хозяйства на очищаемой от врага территории, включение в трудовую жизнь миллионов советских людей, освобожденных от фашистского рабства.

Государственными военно-хозяйственными планами на 1942 и 1943 гг. предусматривалось пропорциональное развитие ведущих отраслей народ­ного хозяйства, в первую очередь тяжелой индустрии, сельского хозяйства и транспорта, составляющих военно-экономическую базу страны.

Во второй половине 1942 г. промышленность Советского Союза произ­вела продукции на 60 540 млн. рублей, тогда как в первой половине этого года — на 46 421 млн. рублей. Тяжелая индустрия, понесшая огромные потери, постепенно восстанавливалась.

Несмотря на неустойчивость динамики месячного производства, во втором полугодии показатели в целом были выше соответствующих пока­зателей за первую половину того же года. Лишь добыча нефти и произ­водство меди имели показатели ниже предыдущего полугодия. Сокраще­ние добычи нефти объяснялось тем, что нефтяные производственные мощ­ности Азербайджана и Северного Кавказа из-за напряженной военной обстановки в этих районах не расширялись, а старые скважины постепен­но истощались. Для крупных разработок новых месторождений нефти в восточных районах требовались время, силы и средства. Снижение про­изводства меди объясняется недостатком капиталовложений. Особого вни­мания заслуживает рост производства металлорежущих станков почти на 85 процентов за полугодие. Это был очень крупный успех.

Значительные достижения в развитии тяжелой промышленности во втором полугодии благотворно сказались на годовых показателях. Ведущие отрасли промышленности в 1942 г. характеризовались следующими данными: выработано электроэнергии — 29,1 млрд. квт-ч; добыто нефти — 22 млн. тонн, угля — 75,5 млн. тонн; выплавлено чугуна — 4,8 млн. тонн, стали — 8,1 млн. тонн; произведено проката — 5,4 млн. тонн, алюминия (первичного) — 51,7 тыс. тонн, меди (рафинированной) — 117,9 тыс. тонн; выпущено 22,9 тыс. металлорежущих станков.

Несмотря на то что почти все эти показатели были самыми низкими из всех военных лет, тем не менее в условиях, когда в высшей степени рационально использовались каждый киловатт электроэнергии, каждая тонна топлива, металла и т. д., они составляли удовлетворительную осно­ву для дальнейшего развития военно-экономического потенциала страны, явились достаточной материальной предпосылкой для производства воору­жения.

Почти по всем видам военной продукции во втором полугодии 1942 г. производство значительно возросло, исключая выпуск минометов и авиа­ционных бомб. Снижение их производства объяснялось тем, что из-за низкой боевой эффективности был резко сокращен выпуск 50-мм миноме­тов, а на авиабомбы требовалось много остродефицитного в то время черного металла. Обстановка требовала отдавать предпочтение производ­ству боеприпасов для сухопутных войск, иногда даже за счет сокраще­ния выпуска авиационных бомб. В целом во второй половине 1942 г. промышленность СССР произвела совокупной продукции в 1,3 раза боль­ше, чем в первом полугодии . Это был значительный успех советского народа после завершения перестройки всего хозяйства на военный лад.

Об огромных преимуществах социалистического способа производст­ва перед капиталистическим свидетельствуют следующие важные показа­тели. Несмотря на то что военно-промышленная база СССР в начале 1942 г. значительно уступала германской, уже во втором полугодии совет­ская военная промышленность производила основных видов вооружения больше, чем военная промышленность Германии. За 1942 год в Советском Союзе было произведено больше, чем в рейхе: танков — на 18 257, самоле­тов — на 10 736, полевых и зенитных орудий (от 75-мм и выше) — на 34 793.

Об эффективности использования материальных ресурсов в СССР в наиболее тяжелый для него период войны свидетельствуют и такие данные. В 1942 г. Советский Союз на 1 млн. тонн выплавленной стали произ­водил самолетов в 4,4 раза больше и танков в 6,8 раза больше, чем Герма­ния; на 1 млрд. квт-ч выработанной электроэнергии — самолетов в 4,3 ра­за и танков в 6,6 раза больше, чем Германия; на 1 тыс. металлорежущих станков — самолетов в 8,1 раза и танков в 12,3 раза больше, чем Герма­ния. Если в начале 1942 г. противник еще имел количественное превос­ходство в вооружении, то уже с середины года общее соотношение все бо­лее изменялось в пользу Советской Армии.

С началом освобождения советской территории от немецко-фашистских оккупантов и восстановления разрушенного народного хозяйства на­ращивался военно-экономический потенциал страны. Центральный Коми­тет Коммунистической партии принимал решительные меры для быст­рейшего восстановления наиболее важных предприятий в этих районах. Рабочие и инженеры строительных организаций шли буквально по пятам наступавших войск; они приступали к восстановительным работам, когда еще не утихал грохот артиллерийской канонады и вражеская авиация совершала налеты.

В 1943 г. возросли требования фронта к тылу. Это получило отражение в выполнении военно-хозяйственного плана на 1943 год, когда вновь поднялось производство во всех решающих отраслях народного хозяйст­ва. Валовая продукция промышленности увеличилась по сравнению с 1942 г. на 17 процентов. Чтобы представить значение этой цифры, напом­ним, что среднегодовые темпы роста производства промышленной про­дукции за три мирных года третьей пятилетки составили 13 процентов.

Для совершенствования слаженности всех звеньев военного хозяйства, наращивания производства военной продукции решающее значение имели дальнейший рост отраслей тяжелой индустрии (прежде всего топ­ливно-энергетической и металлургической) и ликвидация диспропорций, возникших с началом войны. К концу 1942 — началу 1943 г. топливно-энергетическая и металлургическая база в результате временного захвата врагом ряда районов страны сократилась. Условия суровой зимы отри­цательно влияли на работу энергетической, топливной и металлургиче­ской промышленности. Военная промышленность, производственные мощ­ности которой резко возросли, остро ощущала недостаток электроэнергии, угля и металла.

Принятие незамедлительных мер к ликвидации отставания черной ме­таллургии, угольной и энергетической промышленности составляло глав­ную задачу Центрального Комитета партии, ГКО, правительства, местных партийных, советских и хозяйственных органов. В целях дальнейшей централизации управления промышленностью и транспортом Государ­ственный Комитет Обороны 8 декабря 1942 г. образовал Оперативное бюро. Учитывая напряженное положение с углем, металлом и железно­дорожными перевозками, он возложил на это бюро контроль за текущей работой наркоматов оборонной промышленности, путей сообщения, чер­ной и цветной металлургии, электростанций, угольной, нефтяной и хими­ческой промышленности. Оперативному бюро вменялось в обязанность постоянно наблюдать за составлением и исполнением планов производст­ва, организацией всестороннего снабжения указанных отраслей промыш­ленности и транспорта.

В первой половине 1943 г. развитие основных отраслей народного хозяйства проходило относительно неравномерно. Показатели по ряду ви­дов продукции в первой половине 1943 г. были ниже по сравнению с пер­вым полугодием 1942 г. Однако выработка электроэнергии, производство металлорежущих станков, добыча угля, выплавка чугуна и алюминия превосходили уровень первого полугодия 1942 г. Очень важно под­черкнуть существенный подъем производства во втором квартале 1943 г. Тем самым открывалась благоприятная возможность последующего укреп­ления экономики вообще и военного производства в особенности.

Одной из важнейших военно-экономических задач являлась ликвида­ция диспропорции между возраставшими потребностями промышленно­сти в электроэнергии и уровнем ее производства. Большую нагрузку по энергоснабжению промышленности приняли на себя электростанции Поволжья, Урала, Сибири, где объем промышленного производства за полтора года войны значительно возрос. В конце 1942 — начале 1943 г. была проделана большая работа по увеличению мощностей действующих электростанций и строительству новых. По решению ЦК ВКП(б) и ГКО в районах Поволжья, Урала, Сибири и Средней Азии начали строиться средние и малые электростанции, строились и расширялись мощности заводских электростанций. Продолжалось строительство шести электро­станций, которые в 1943 г. вступили в строй (Актепинская ГЭС, Аккавак ГРЭС № 1, Кибрайская и Юрюзанская ГЭС, красноярская и Петропавлов­ская ТЭЦ). Началось строительство ряда других электростанций. Одно­временно велась реконструкция Челябинской, Свердловской, Среднеуральской ГРЭС, Красногорской ТЭЦ, ТЭЦ Чусовского и Златоустовского металлургических и других заводов. Большие реконструктивные работы шли в энергосистеме Москвы.

Решением ГКО от 9 января 1943 г. «О проведении принудительных капитальных ремонтов на электростанциях» а также рядом других правительственных постановлений были приняты меры по первоочередному изготовлению запасных частей для оборудования электростанций. Только за первые три месяца этого года промышленность выпустила запасных частей больше, чем за весь 1942 г.

В первом квартале 1943 г. были созданы условия для дальнейшего увеличения выработки электроэнергии. Разрыв между выработкой и потребностями промышленности в электроэнергии несколько сократился. Однако трудности в энергоснабжении сохранялись.

Основными угольными бассейнами СССР являлись Кузбасс, Караган­да и Урал. К началу 1943 г. они стали лучше обеспечиваться техникой и рабочей силой. Многим шахтам удалось повысить угледобычу, что явилось прямым следствием героических усилий горняков. Именно в этот период были заложены необходимые условия для выполнения повышенного го­дового плана. Перелом в работе Карагандинского угольного бассейна на­ступил еще в октябре 1942 г. Начиная с января 1943 г. он из месяца в ме­сяц наращивал добычу угля, а с марта стал систематически перевыпол­нять план. Однако в Кузбассе добыча угля росла еще медленно.

Большое шахтное строительство развернулось на Урале. Нарастала добыча в основных угольных районах комбината «Челябинскуголь» — Коркино и Копейске. Общий подъем угледобычи здесь начался в марте 1943 г. Увеличилась добыча в Кизеловском угольном бассейне, который по запасам угля занимал первое место на Урале и являлся крупным по­ставщиком коксующегося угля. На Среднем Урале интенсивно развива­лись Богословский и Егоршинский угольные районы. С начала 1943 г. стали разрабатываться Волчановские месторождения.

В конце 1942 — начале 1943 г. ускоренными темпами развивался Печорский угольный бассейн, ресурсы которого превосходят Донбасс. В по­становлении «Об угледобыче и шахтном строительстве по Печорскому каменноугольному бассейну на 1943 г.», принятом 23 февраля 1943 г., ГКО на 1943 г. установил план добычи в объеме 2 млн. тонн угля, тогда как в 1942 г. было добыто 760 тыс. тонн.

Подмосковный угольный бассейн, располагавший большими резерва­ми, еще в 1942 г. достиг довоенного уровня добычи. В 1943 г. капитало­вложения увеличились вдвое, и темпы его развития возрастали. Промыш­ленность Москвы, Подмосковья и других районов Центра стала лучше обеспечиваться топливом.

Зимой 1942/43 г. на освобожденных от оккупантов территориях развернулись подготовительные работы, а с весны началось восстановление мелких и средних шахт комбинатов «Ростовуголь», «Артемуголь», «Сталинуголь», «Ворошиловградуголь», «Донбассантрацит». В целом в это время была проведена большая работа по подъему угольной промышлен­ности страны.

В результате тяжелых разрушений нефтепромыслов на Северном Кав­казе и сокращения в два раза производства нефти в Бакинском районе становилось все труднее обеспечивать нефтью и нефтепродуктами армию и промышленность.

Государственный Комитет Обороны принял меры по развертыванию добычи нефти на Волге и Урале, в Казахстане и Средней Азии. Форсировались разведочные работы, особенно в районе Второго Баку. Были открыты новые месторождения в Бугурусланском районе Оренбургской области и в Татарской АССР, что позволило позже существенно увеличить добычу нефти в Уральско-Волжском районе. Медленно, но возрастала до­быча нефти в Казахстане — на нефтепромыслах Эмбы и «Актюбнефти», а также в Нармунданаке — вновь открытом месторождении, первая сква­жина которого дала нефть 22 декабря 1942 г. Немного увеличилась добы­ча на Урале, в Туркмении, Узбекистане, на Дальнем Востоке и Сахалине, в районах Севера. Принятые меры несколько смягчили тяжелое положение с добычей нефти.

Черная и цветная металлургия оставалась в центре внимания партии и правительства. Постановление «О мерах неотложной помощи черной металлургии», принятое 7 февраля 1943 г., содержало развернутую программу. ГКО обязал все наркоматы неустанно следить за ходом выполне­ния заказов для черной металлургии. Особая ответственность за беспере­бойную работу предприятий была возложена на областные комитеты пар­тии и лично первых секретарей Свердловского, Челябинского, Кемеров­ского, Новосибирского, Карагандинского обкомов, которые ежедневно должны были оказывать конкретную помощь предприятиям, а два раза в месяц — представлять в ЦК отчет о ходе выполнения постановления. ГКО обязал Наркомат путей сообщения обеспечить перевозку коксую­щегося угля, марганцевой руды и другого сырья для черной металлургии наравне с воинскими эшелонами. Особое внимание обращалось на обес­печение предприятий электроэнергией и создание неснижаемых запасов топлива.

ГКО принял широкую программу нового капитального строительства в черной металлургии. В 1943 г. капиталовложения в эту отрасль увели­чились в два раза по сравнению с 1942 г... С каждым месяцем наращивал выпуск чугуна Магнитогорский металлургический комбинат. 7 декабря 1942 г. была введена в действие первая очередь Высокогорского агломера­ционного комбината производительностью 1 млн. тонн в год. В начале 1943 г. полным ходом развернулось строительство двух мартеновских пе­чей Ново-Тагильского завода. Всего за 7 месяцев был возведен комплекс доменной печи № 2-бис Чусовского металлургического завода, в то время как до войны на это потребовалось бы 18—22 месяца. Выполнение зада­ния в такой короткий срок стало возможным благодаря точному планиро­ванию работ, четкому руководству, социалистическому соревнованию коллективов стройки, исключительно высокой сознательности и чувству ответственности каждого рабочего, техника, инженера за быстрейший ввод в строй этого важного для страны комплекса. 13 января Чусовская домна выдала первую плавку, после чего мощность завода по выплавке чугуна возросла более чем в два раза. Тогда же развернулось строительство трех мартеновских печей на Златоустовском заводе и заводе имени Серова — предприятиях качественной металлургии.

В начале февраля 1943 г., через шесть месяцев после прибытия первого эшелона строителей, на Южном Урале закончилось строительство Челябинского металлургического комбината с крупнейшими в стране электросталеплавильным и прокатным цехами. Коллектив «Челябметаллургстроя» расширил фронт строительства второй очереди комбината.

В конце 1942 — начале 1943 г. в строительные леса оделись старые уральские металлургические заводы: Алапаевский, Северский, Ревдинский, Верхне-Уральский, Саткинский, Лысьвенский и Омутнинский. На уральских трубопрокатных заводах до конца 1942 г. было введено в эксп­луатацию 5 эвакуированных с юга страны трубных агрегатов, 16 станов холодного проката труб и 34 волочильных стана. В восточных районах расширялась база по производству ферросплавов. 22 января вступили в строй Актюбинский завод ферросплавов — первенец черной металлур­гии Казахстана, а также обслуживающие его мощная тепловая электро­станция и сырьевая база завода — Донские и Кемпирсайские хромитовые рудники. С пуском в марте еще двух электропечей Актюбинский завод намного увеличил выпуск феррохрома, что значительно упрочило сырье­вую базу качественной металлургии восточных районов. Все это способст­вовало развитию мощной многоотраслевой металлургической базы на востоке страны.



Увеличение выпуска металла достигалось также расширением метал­лургических цехов машиностроительных заводов. В постановлении ГКО от 19 января 1943 г. «О развитии мощностей металлургических цехов на заводах Наркомтанкопрома» подчеркивалась необходимость увеличить выпуск продукции (стальных отливок, поковок, штамповок), всемерно ускорить ввод мощностей в литейных и кузнечных цехах, а также обес­печить строительство мартеновских печей, копровых цехов, формовочных, обрубочных, сталеплавильных отделений и т. д. Крупные базы по про­изводству металла создавались на Уралмаше, Кировском, многих номер­ных заводах. Все это позволяло указанным предприятиям в основном са­мим обеспечивать себя металлом. Принимались меры по расширению рудной базы — за счет ввода новых и улучшения работы действующих железорудных и марганцевых предприятий. В начале 1943 г. на Северном Урале в районе Ивделя развернулось строительство на марганцевом ме­сторождении Полуночное. Крупная марганцевая база в том же году создавалась в Казахстане — в урочище Бала Джезды. Действовали и дру­гие рудники. Расширялась железорудная база. На Урале и в Сибири росли мощности Марсятского, Богословского, Гороблагодатского, Высоко­горского и Магнитогорского рудоуправлений.

В металлургической промышленности востока страны происходили глубокие изменения: совершенствовались технология и организация про­изводства качественных металлов, осваивались новые марки стали и профили проката. В годы войны ни в одной капиталистической стране металлургия не развивалась так быстро, как в Советском Союзе. Меры, принятые партией и правительством по подъему черной металлургии, поддержанные самоотверженным трудом советских людей, дали положи­тельные результаты.

Для наращивания военно-экономического потенциала большое значе­ние имело развитие цветной металлургии. 31 декабря 1942 г. ГКО принял постановление «О мерах неотложной помощи медной промышленности», в котором была определена большая программа развития этой важной отрасли. Наращивали мощности предприятия цветной металлургии Ура­ла, расширялась база производства цветных металлов в Сибири. В эксплу­атацию вступил Сталинский алюминиевый завод в Кемеровской области. Увеличили выпуск продукции Белово-Салаирский комбинат и предприя­тия «Запсибзолота». Развертывалось строительство Норильского медно-никелевого комбината и Новосибирского завода по производству олова. Крупная база цветной металлургии создавалась в Казахстане, на рудном Алтае, где строились Усть-Каменогорский цинковый комбинат и ряд пред­приятий по обработке цветных металлов.

Таким образом, на рубеже 1942 и 1943 гг. базисные отрасли промышленности, хотя и испытывали большие трудности, в целом были на подъ­еме. Создавались материальные предпосылки для значительного увели­чения производства вооружения и боевой техники.

В сельском хозяйстве происходили еще более сложные процессы. В 1942 г. уровень его производства продолжал снижаться. Так, валовой сбор зерна составил лишь 29,7 млн. тонн вместо 95,5 млн. в 1940 г., хлоп­ка — 1,3 млн. вместо 2,2 млн. тонн. По состоянию на 1 января 1943 г. поголовье крупного рогатого скота по сравнению с 1 января 1941 г. упало на 48 процентов, свиней — на 78 процентов, овец и коз — на 33 процента . Естественно, что в этих условиях государственные заготовки сельскохо­зяйственной продукции значительно снизились.

К концу 1942 г. число трудоспособных колхозников по сравнению с довоенным уменьшилось вдвое. В связи с временной оккупацией врагом значительной территории на 40 процентов сократилось количество кол­хозов, а совхозов — почти наполовину . Уменьшился машинный парк МТС и совхозов, не хватало горючего, почти совсем не поступали мине­ральные удобрения. В этих условиях для увеличения производства сель­скохозяйственной продукции необходимо было найти новые резервы.

В марте 1943 г. ЦК ВКП(б) указывал на то, что основа высокого урожая, увеличения валового сбора зерна и других продуктов должна быть заложена весной. Особое внимание обращалось на использование техники. Были намечены мероприятия по улучшению работы МТС, более эффективному использованию тракторов и выполнению договоров МТС с колхозами. Предполагалось расширить посевные площади за счет залеж­ных и переложных земель. Одновременно принимались меры по подготов­ке трактористов, комбайнеров, механиков, бригадиров тракторных бригад, шоферов и ремонтных рабочих для МТС и совхозов. Местные Советы полу­чили право обучать на курсах и в школах механизаторов лиц мужского и женского пола в возрасте от 16 лет. Чтобы лучше использовать тракторы в период весеннего сева и материально заинтересовать трактористов в по­вышении урожайности, за каждой бригадой закреплялся полеводческий участок сроком не менее чем на год. За выполнение и перевыполнение пла­на сева трактористам устанавливалась дополнительная оплата, был уси­лен контроль за качеством полевых работ. На общих собраниях из числа наиболее опытных колхозников и колхозниц избирались контролеры, которые работали под руководством агрономов МТС.

На заводах сельскохозяйственного машиностроения, переведенных в начале войны на производство военной техники, увеличивалось изготовле­ние сельскохозяйственных машин и инвентаря без нарушения планов про­изводства оборонной продукции. Промышленные предприятия шефство­вали над колхозами и МТС: изготовляли и реставрировали запасные части, ремонтировали машины.

Большинство колхозов, выполнивших обязательства по хлебопоставкам, создавали семенной фонд и подготавливали его к севу. Однако нема­ло колхозов ощущало недостаток в семенах. На помощь приходили сами колхозники. Они пополняли общественные закрома из личных запасов. С такой инициативой выступила сельскохозяйственная артель имени Ильича, Кокшанского района, Пензенской области.

В сложных условиях шла подготовка к полевым работам на освобожденной от врага территории. Зимой 1942/43 г. развернулись восстано­вительные работы на Дону, Северном Кавказе, Кубани, в Восточной Ук­раине, получивших большую материальную и финансовую помощь от государства. Колхозам помогали различные организации. Например, Наркомат обороны выделил для МТС и колхозов 3 тыс. гусеничных трак­торов, Наркомат Военно-Морского Флота — 300, Наркомат совхозов — 9 тыс., Наркомат среднего машиностроения — 300.

Проявлением большой заботы о колхозной деревне явилось решение ЦК партии и правительства от 13 февраля 1943 г. о списании с колхозов и колхозников, хозяйств рабочих, служащих, кустарей и крестьян-едино­личников Ставропольского края и других освобожденных районов всех задолженностей прошлых лет по обязательным поставкам зерна и маслич­ных культур государству, натуроплате за работы в МТС и возврату ссуд, числившихся на 1 февраля текущего года.

Движение за оказание помощи сельскому хозяйству освобожденных районов приняло всенародный характер. Так, колхозам Сталинградской области в феврале 1943 г. большую помощь оказали колхозы Ивановской области, выделившие более 1 тыс. тонн семян и 1500 голов скота.

В это напряженное для страны время с новой силой проявились преимущества колхозного строя, патриотизм и политическая сознательность советского крестьянства. Самоотверженным трудом колхозники, рабочие совхозов обеспечили население городов, воинов Вооруженных Сил продо­вольствием, а промышленность — сельскохозяйственным сырьем. Совет­ское колхозное крестьянство мужественно переживало все тяготы и ли­шения, порожденные войной, и вносило существенный вклад в достиже­ние коренного перелома в войне.

С развертыванием наступления Советской Армии и начавшимся осво­бождением родной земли усилился поток грузов, перевозимых железнодо­рожным и другими видами транспорта. Увеличились перевозки оборудо­вания и строительных материалов для восстановления хозяйства осво­божденных районов, одновременно возрастали перевозки в районах Урала и Сибири, Средней Азии и Казахстана, Закавказья и Поволжья.

Между тем работа транспорта в конце 1942 — начале 1943 г. была сопряжена с большими трудностями: значительно сократились поставки железным дорогам паровозов, вагонов и различного оборудования. Особенно тяжелое положение наблюдалось на железных дорогах Поволжья, Урала и Сибири. Транспорт не был достаточно обеспечен топливом, важ­нейшие железнодорожные магистрали имели низкую пропускную способ­ность, сказывалась недостаточная сеть подъездных путей предприятий.

Учитывая серьезное положение, сложившееся в черной металлургии из-за неудовлетворительной поставки угля, Государственный Комитет Обороны 1 февраля 1943 г. обязал Наркомат путей сообщения в течение месяца продвигать вслед за воинскими эшелонами в первую очередь составы с углем и порожняк, идущий под погрузку угля. В марте были приняты меры по ускорению выгрузки и бесперебойному снабжению по­рожняком Кузнецкого металлургического комбината. 7 марта ГКО напра­вил всем крайкомам, обкомам партии, ЦК компартий республик, краевым и областным исполкомам Советов депутатов трудящихся директиву, тре­бовавшую обеспечить план перевозок, погрузки и выгрузки вагонов на предприятиях, ускорить оборот вагонов, особенно с углем и рудой, для ме­таллургических заводов.

Осуществлялись мероприятия по снабжению дорог топливом и созда­нию необходимых запасов угля. ЦК ВКП(б) и СНК СССР разрешили до 2 марта 1943 г. увеличить погрузку и перевозку топлива для железных дорог за счет сокращения пассажирского движения. Была организована трехсменная работа топливных складов. Для обслуживания углеподъем­ных кранов из промышленности на транспорт были мобилизованы опыт­ные машинисты. Несмотря на суровую зиму, десятки тысяч людей еже­дневно выходили на расчистку путей от снежных заносов. Повсеместно изыскивались внутренние резервы с целью сократить время на погрузку и выгрузку вагонов, ликвидировать простои. Для обеспечения особо сроч­ных воинских перевозок с конца января и до конца марта 1943 г. на ура­ло-сибирских магистралях было значительно сокращено пассажирское движение. Особенно большое количество воинских эшелонов следовало на сталинградское, а затем и на воронежско-курское направления. Улуч­шалась организация труда на транспорте, внедрялась спаренная езда. Раз­вернулось соревнование паровозных бригад за вождение тяжеловесных составов, ширилось движение за ускорение оборота вагонов, экономию топлива и использование местных видов топлива.

Докладывая 27 февраля 1943 г. Председателю ГКО И. В. Сталину о работе Южно-Уральской железной дороги, секретарь ЦК ВКП(б) А. А. Андреев отмечал: «Положение на Южно-Уральской железной доро­ге считаю теперь вполне удовлетворительным: дорога расшита и может работать нормально... Среднесуточный пробег паровозов возрос со 104 до 163 километров». Улучшили работу Омская и Томская железные дороги, более ритмично стали функционировать железные дороги Поволжья: Ярославская, Куйбышевская и другие.

В соответствии с указанием ЦК ВКП(б) и ГКО на отдельных участ­ках железных дорог Урала и Сибири развертывалось строительство вто­рых и третьих путей, расширялись важнейшие узлы, прокладывались железнодорожные ветки, соединявшие крупные промышленные центры с угольными и металлургическими базами. Продолжалось развитие транс­портных выходов из Западной Сибири на Урал и с Урала в районы По­волжья и Центра, усиливались железнодорожные пути, соединяющие Южный и Северный Урал. В центре внимания по-прежнему оставалось состояние Южно-Уральской, Свердловской и Пермской железных дорог. Для ускорения перевозок кузнецкого угля и металла в районы Урала уве­личивалась пропускная способность Транссибирской магистрали на участ­ке Новосибирск — Омск. Расширялся выход из Казахстана и Средней Азии на Урал и в европейскую часть Союза. Велось строительство доро­ги Гурьев — Кандагач, продленной затем до Орска, которая давала эмбинской нефти выход на Урал и кратчайшим путем связывала Казахстан и Урал через Каспий с Закавказьем.

Большое значение придавалось транспортному строительству вдоль Волги. Это были фронтовые железные дороги, которые обеспечивали воин­ские перевозки, особенно в период подготовки контрнаступления под Ста­линградом. Увеличивалась пропускная способность железной дороги Кизляр — Астрахань, построенной в 1942 г. В феврале 1943 г. вступил в эксплуатацию железнодорожный мост через Волгу у Астрахани

Важное стратегическое и экономическое значение имела железнодорожная линия Поляны — Шлиссельбург южнее Ладожского озера, пост­роенная сразу же после прорыва блокады Ленинграда. Мужественные железнодорожники под непрерывными артиллерийскими обстрелами и авиационными бомбардировками врага доставляли в осажденный Ленин­град продовольствие, сырье, топливо, воинские пополнения и средства вооруженной борьбы.

Строители, продвигаясь вслед за наступавшими войсками, восстанавливали железнодорожные пути и станции, вводили в строй транспорт­ные узлы. В марте 1943 г. развернулись восстановительные работы на Орджоникидзевской и Ворошиловской железных дорогах, на магистрали Кавказская — Ставрополь — Дивное, а также на всех железнодорожных ветках в пределах Ставропольского края, где многие линии были разру­шены на 90—100 процентов. Темпы и размеры восстановительных работ увеличивались. Если в январе 1943 г. было введено в строй 725 км желез­нодорожных линий, то в феврале — 2139 км, а в марте — 3175 км.

В результате принятых мер работа железнодорожного транспорта заметно улучшилась. Это способствовало подъему всего народного хозяй­ства и возрастанию военных перевозок. Грузооборот железнодорожного транспорта в первом квартале 1943 г. составил 44,7 млрд. т/км, а во вто­ром — 62,3 млрд. т/км, то есть повысился на 4,2 процента. Особенно боль­ших успехов добился морской транспорт. Его грузооборот в первом полу­годии 1943 г. превысил уровень первого полугодия 1942 г. более чем в 2 раза.

После завершения перестройки промышленность, сельское хозяйство и транспорт в основном удовлетворяли потребностям народного хозяйства и советских войск, развернувших широкие наступательные действия. Это не означало, что в развитии указанных отраслей не оставалось нерешен­ных проблем. Однако это были трудности роста большого, слаженного во­енного производства, набиравшего силы.

Военная промышленность в первом полугодии 1943 г. решала новые сложные задачи по дальнейшему количественному и качественному повы­шению боевой техники, вооружения и боеприпасов. Если на первом этапе войны основным направлением роста военной промышленности являлось перераспределение материальных и людских ресурсов народного хозяй­ства в ее пользу, то теперь это дополнялось более четкой организацией производства, совершенствованием технологии, внедрением наиболее эффективных методов использования техники, повышением производи­тельности труда и снижением себестоимости продукции. В восточных районах страны шло также строительство новых и расширение действую­щих оборонных заводов.

Вопросы военного производства и снабжения фронта боевой техникой, вооружением и боеприпасами по-прежнему находились в центре внимания Политбюро ЦК ВКП(б), ГКО, СНК СССР. Эти вопросы обсуждались на совещаниях в Ставке Верховного Главнокомандования, в которых уча­ствовали ведущие работники Госплана СССР вместе с его председателем Н. А. Вознесенским, а также наркомы, их заместители и главные конст­рукторы вооружения: С. А. Акопов, Б. Л. Ванников, А. А. Горегляд, В. Г. Грабин, П. В. Дементьев, С. В. Ильюшин, Ж. Я. Котин, В. А. Ма­лышев, В. Н. Новиков, В. М. Рябиков, И. Ф. Тевосян, Д. Ф. Устинов, М. Ф. Хруничев, А. И. Шахурин и другие.

С 1943 г. народнохозяйственное планирование стало еще более оперативным. По указанию ЦК ВКП(б) выпуск боевой техники и боеприпасов на каждый месяц планировал Госплан СССР совместно с наркома­тами оборонной промышленности. Месячные планы утверждались ГКО. Большую роль в организации работы важнейших отраслей народного хо­зяйства и предприятий оборонной промышленности играл институт упол­номоченных ГКО. На этот пост назначались крупные партийные работни­ки, ученые, специалисты, такие, как. С. И. Вавилов, В. С. Емельянов, Г. И. Ивановский, А. П. Кириленко, Г. М. Попов, П. П. Ширшов и другие.

Важным резервом повышения производительности труда, увеличения выпуска военной продукции, снижения ее себестоимости являлось поточное производство. Внедрение его в военную промышленность проис­ходило, как правило, без использования дополнительного оборудования и увеличения количества рабочих.

Развитие военного производства в первом полугодии 1943 г. отражает не только количественные, но и важные качественные изменения в материально-техническом обеспечении Вооруженных Сил. Только Совет­ское государство, преодолевая огромные трудности, могло на переломном этапе войны широко развернуть техническое перевооружение войск, снабжать их во все возрастающих количествах новейшими образцами бо­евой техники и вооружения.

Учет политическим и военным руководством неисчерпаемых возможностей плановой советской экономики, умение предвидеть тенденцию общего развития военной техники и отдельных ее видов, быстро и в необходимых масштабах реализовывать достижения конструкторской мысли, героиче­ский, самоотверженный труд советских людей во имя победы правого де­ла — вот те слагаемые, которые обеспечили Советскому Союзу не только количественное, но и качественное превосходство над противником в тех­ническом оснащении армии и флота.

В рассматриваемый этап войны совершенствование авиационного, танкового, артиллерийского и другого вооружения в СССР происходило на базе укрепления военной экономики и под влиянием научно-технического прогресса, изменения характера боевых действий, новых требова­ний боя (операции).

В условиях массового производства вооружения особое значение при­обретали экономичность, простота конструкций и надежность эксплуата­ции вооружения в боевой обстановке. Важное значение для достижения господства в воздухе имели, например, боевые качества самолетов-истребителей. Поэтому воюющие стороны в 1942 г. и начале 1943 г. уделяли внимание дальнейшему совершенствованию самолетов-истребителей с целью увеличения скорости полета, скороподъемности, высоты и даль­ности, а также повышения мощи их вооружения. Решение этой проблемы достигалось путем создания новых истребителей и модернизацией имевших­ся машин.

Советские серийные истребители не только не уступали, но даже по некоторым важным боевым характеристикам превосходили истребители противника и машины других стран — по скорости полета, скороподъем­ности и пушечному вооружению. По маневренности даже новейшие типы немецких истребителей, полетный вес которых превышал 3—4 тыс. кг, уступали советским, имевшим вес около 3 тыс. кг.

Очень важными показателями для оценки самолетов в целом являлись простота их конструкции, производства и управления, а также их способность производить взлет и посадку с малоразмерных грунтовых аэродромов. В этом плане советские самолеты не имели себе равных. Так, например, самолет Як-9 был предельно прост по конструкции и приспосо­блен для производства в условиях военного времени. Почти все материа­лы, из которых он строился, вырабатывались в местах его изготовления. Все это создавало благоприятные условия для производства большого ко­личества машин и быстрого овладения ими летным составом.

Созданные советскими конструкторами истребители были приспособ­лены для применения маневра в вертикальной плоскости, действий в рас­члененных боевых порядках на увеличенных дистанциях и интервалах. Наличие на самолетах соответствующего радиооборудования позволяло осуществлять управление боем не только в воздухе, но и с земли посред­ством радиостанций наведения.

В декабре 1942 г. Государственный Комитет Обороны обсудил вопрос о производстве серийных истребителей и поставил перед авиастроителями задачу улучшить их летные качества. Это правительственное задание было успешно выполнено конструкторскими бюро, возглавляемыми С. А. Лавочкиным, А. С. Яковлевым, В. М. Петляковым, С. В. Илью­шиным и другими.

Большое внимание в СССР уделялось совершенствованию штурмовой авиации. После модернизации с осени 1942 г. был налажен выпуск штур­мовика Ил-2 в двухместном варианте, в результате чего значительно по­высилась эффективность его действий. Имея мощное вооружение (две 20-мм пушки, восемь 82-мм реактивных снарядов и два 7,62-мм пулемета), надежную броневую защиту и обладая достаточно высокими для того времени летно-техническими характеристиками, этот штурмовик по мно­гим показателям превосходил аналогичного типа машины германских военно-воздушных сил, в частности Хш-129а.

Ильюшинский штурмовик в целом являлся уникальной машиной. Он сочетал в себе качества штурмовика и дневного бомбардировщика. Армии других воюющих государств, кроме Германии, вообще не имели штурмо­виков, обладавших хотя бы примерно равными тактико-техническими данными с самолетом Ил-2. Сильная штурмовая авиация обеспечивала эффективную авиационную поддержку советских сухопутных войск во всех видах боевых действий, что, естественно, способствовало успешному решению ими боевых задач.

Бомбардировщики всех воюющих государств в рассматриваемый этап войны существенных изменений не претерпели. Следует отметить, что важнейшие тактико-технические характеристики самолетов-бомбардировщиков СССР, США и Англии были выше, чем у однотипных машин военно-воздушных сил Германии и Японии.

Наличие пикирующих бомбардировщиков (СССР — Пе-2 и Ту-2, Германия — Ю-87) позволяло расширить круг задач, решаемых авиацией, и повышало эффект ее действий по малоразмерным целям. При этом советские пикирующие бомбардировщики превосходили германские в ско­рости, дальности полета, бомбовой нагрузке.

По скорости, высоте, дальности поле­та и бомбовой нагрузке бомбардировщики государств антигитлеровской коалиции превосходили аналогичные самолеты стран фашистского блока. Вооружение советских и немецких бомбардировщиков было примерно рав­ным — одна-две 20-мм пушки, 3—4 пулемета. Американские и английские самолеты не имели пушечного вооружения, однако значительное количе­ство пулеметов (6—13) крупного калибра обеспечивало им успешное от­ражение атак вражеских истребителей. Преимущество советских боевых самолетов состояло в том, что они были значительно проще по конструк­ции и технологии производства, чем, например, американские или немецкие. В то же время их отличали простота, удобство управления и надеж­ность в эксплуатации.

Успех самолетостроения обеспечивался непрерывным развитием и совершенствованием авиационных моторов. Советские конструкторы В. Я. Климов, А. А. Микулин, А. Д. Швецов и другие в 1943 г. модерни­зировали большую часть авиамоторов, в результате чего мощность их значительно увеличилась.

Наращивала производство танковая промышленность. Уральские ги­ганты танкостроения — Кировский (город Челябинск), Уралмашзавод, завод № 183 выпускали две трети всех танков, производимых в Советском Союзе. Крупная база танкостроения была развернута в Поволжье. На заводе «Красное Сормово», который в январе 1943 г. за успешное выпол­нение задания по производству танков и бронекорпусов был награжден орденом Ленина. В начале марта этот завод отправил на фронт 10-тысяч­ный танк.

Как и авиастроители, танкостроители шли по пути технического прогресса. Впервые в мировой практике производство танков было поставлено на конвейер. Поток был организован и в бронекорпусном произ­водстве на Уралмашзаводе, что обеспечило рост производительности труда и сократило время сборки корпуса танка на трое суток.

Коренные изменения произошли в технологии танкостроения. Был разработан и применен новый высокопроизводительный метод отливки крупных стальных деталей в металлических формах (кокилях) вместо существовавшей ранее отливки в песчаных формах. Трудоемкость отливки деталей теперь снизилась вдвое, а производительность труда в сталелитей­ных цехах возросла в 2—3 раза. В повышении качества и надежности тан­ковых моторов большое значение имел переход на литье деталей из алю­миния. Уралмашзавод и другие предприятия перевели производство танковых башен с ковки на штамповку. До этого ни в Советском Союзе, ни за границей не производили штамповку броневого листа толщиной 45 мм. Это повысило стойкость и надежность танковых башен. Термиче­ская закалка танковых деталей токами высокой частоты не только сокра­тила время обработки деталей, но главное — повысила их стойкость. Под­линную революцию в танкостроении произвела автоматическая электро­сварка по методу академика Е. О. Патона. Внедрение новой техники и технологии позволило наладить работу танковых заводов по графику и создать заделы, обеспечивавшие бесперебойный ход производства.

Большое значение для организации массового производства тяжелых танков на уральских заводах имел ввод в действие в конце 1942 г. Алтай­ского завода, выпускавшего для них дизели.

В целом выпуск танков удерживался на высоком уровне. Некоторое снижение производства в первом полугодии 1943 г. по сравнению со вторым полугодием 1942 г. объясняется тем, что в этот период происходил процесс перестройки больших производственных мощностей в связи с организацией производства САУ, а также ростом выпуска тяжелых и средних танков.

Советская танковая промышленность продолжала производить больше машин, чем германская. Вместе с тем советские танки и самоходно- артиллерийские установки отличались высокими боевыми и эксплуата­ционными качествами.

С конца 1942 г. было упрощено изготовление корпуса танка Т-34. Введение пятиступенчатой коробки передач значительно улучшило тяговые характеристики, облегчило переключение передач и повысило его маневренность.

Советские танки Т-34, а также КВ-1с превосходили германские тан­ки T-III и T-IV в подвижности, проходимости, запасе хода, брониро­вании и вооружении. В случае необходимости они могли их таранить. Установка на части танков противника длинноствольных пушек привела в известном смысле к временному уравниванию с советскими танка­ми по вооружению. Важным положительным качеством танков Т-34 и КВ-1c являлось наличие мощного, компактного и экономичного ди­зельного двигателя, в то время как большинство танков иностранных армий имели бензиновые двигатели.

Поступление на вооружение немецко-фашистской армии новых танков T-VI («Тигр»), а затем T-V («Пантера»), обладавших рядом положи­тельных качеств (вооружение, бронирование и т. д.), не внесло решитель­ных изменений в качественное соотношение сил, так как до конца зимней кампании 1942/43 г. промышленность Германии не обеспечила их массо­вого производства. Поэтому удельный вес новых танков в армии противника в рассматриваемый этап войны составлял всего 1—6 процентов, а сами танки применялись лишь эпизодически.

Одновременно с совершенствованием танков расширялось производ­ство самоходно-артиллерийских установок.

В октябре 1942 г. на Уралмашзаводе специальная конструкторская группа во главе с Л. И. Горлицким и Ж. Я. Котиным приступила к созданию опытных образцов самоходно-артиллерийских установок СУ-76 и СУ-122. Первая небольшая партия этих машин была выпущена уже в конце года. С января 1943 г. на их производство полностью переключился Кировский завод.

Большую роль в развитии самоходной артиллерии сыграло решение ГКО от 2 декабря 1942 г. о развертывании производства самоходных артиллерийских установок. Промышленность в короткий срок освоила про­изводство самоходной артиллерии. Ярким примером трудового энтузиазма конструкторов и рабочих является создание образца СУ-152 за 25 суток.

Отечественные самоходные установки благодаря высоким боевым ка­чествам обеспечивали надежное сопровождение своей пехоты и танков в ходе боевых действий. Они играли важную роль в борьбе с новыми тяже­лыми танками врага.

Г

ерманские самоход­ные (штурмовые) орудия обладали достаточной огневой мощью и броне­вой защитой, однако они уступали советским самоходным установкам в маневренности, проходимости и запасе хода. Кроме того, отличительная особенность всех советских машин по сравнению с зарубежными заключа­лась в простоте их производства, относительной легкости и удобстве уп­равления, а также надежности в эксплуатации.

Известно, что благодаря неослабному вниманию Центрального Комитета партии и правительства советская артиллерия вступила в войну, имея совершенную материальную часть. Первые полтора года войны пока­зали, что орудия, минометы и реактивные установки по своим тактико- техническим данным были не только вполне современными, но и перспек­тивными. Большинство из них не нуждалось в коренных усовершенство­ваниях до конца войны. В этом была немалая заслуга конструкторских коллективов, инженерно-технического состава и рабочих артиллерийской промышленности. В 1942 г. и начале 1943 г. промышленность, совершен­ствуя конструкцию артиллерийских систем, продолжала наращивать темпы их массового производства. Это достигалось широким применением стволов-моноблоков, а в изготовлении лафетов — литья, сварки, штампов­ки, что обеспечивало простоту конструкций. Оправдало себя внедрение принципа унификации прицелов, лафетов, а также наложение более мощного ствола на лафет, ранее освоенный производством.

Повышение маневренности достигалось уменьшением веса и улучше­нием ходовой части. Применение дульных тормозов, пневматических уравновешивающих механизмов, торсионного подрессоривания, модерни­зация механизмов наведения, прицельных приспособлений и др. подни­мали советскую артиллерийскую технику на новую ступень, обес­печивали ей высокие боевые качества и снижали производственные за­траты.

Так, например, на изготовление 76-мм пушки образца 1942 г. затрачивалось почти в 3 раза меньше станко-часов в сравнении с ее предшест­венницей — 76-мм пушкой образца 1939 г.

Отечественные противотанковые пушки обладали значительной бронепробиваемостью и превосходили по ряду показателей аналогичные си­стемы противника и союзных армий. Орудия и минометы полковой, диви­зионной и армейской артиллерии Советской Армии в более полной мере соответствовали характеру и условиям боевых действий. Значительная дальнобойность и мощь снарядов (мин) сочетались с их высокими манев­ренными качествами (чего нельзя было сказать о большинстве зарубеж­ных образцов).

Не случайно Советский Союз не проявлял в ходе войны особой заинтересованности в получении по ленд-лизу орудий и минометов от своих союзников. Их артиллерийские системы, если не считать зенитной артил­лерии, в большинстве уступали советским по своим качествам и были сложны в эксплуатации.

Рассмотрение характеристик основных артиллерийских систем позво­ляет сделать заключение, что орудия (минометы) полевой артиллерии не­мецко-фашистской армии уступали по ряду показателей советской, артил­лерии. Большая дальнобойность, высокая скорострельность и отличные маневренные качества советской артиллерии являлись важным условием для завоевания огневого превосходства над противником.

На артиллерийских заводах осваивалось и расширялось производство новых 37-мм авиационной пушки, 76-мм пушки, 152-мм гаубицы, был налажен выпуск 76- , 122- и 152-мм орудий для самоходно-артиллерийских установок. Увеличивались калибры танковой и противотанковой артилле­рии, а также бронепробиваемость их снарядов. Уменьшался вес артилле­рийских систем, повышалась их маневренность.

Создание определенных резервов позволило сократить выпуск винто­вок и карабинов. В общем производстве стрелкового вооружения особое внимание обращалось на увеличение выпуска автоматического оружия.

В начале 1943 г. боеприпасы выпускали около 1300 предприятий различных наркоматов и ведомств. Были созданы специализированные ком­бинаты, которые кооперировались с заводами, производившими для них элементы боеприпасов. Ряд предприятий промышленности боеприпасов переводился на поток. К концу 1942 г. было освоено производство новых мощных фугасных реактивных снарядов М-20, М-30 и М-31, а промышлен­ность осажденного Ленинграда выпускала даже турбореактивные снаря­ды М-28.

В ходе войны возрастала потребность в снарядах крупных и средних калибров, а также в специальных снарядах для стрельбы по бронирован­ным целям. Хотя производство их постоянно увеличивалось, фронт предъ­являл все новые требования к промышленности. В начале апреля 1943 г. ГКО обязал партийные, советские и хозяйственные организации оказы­вать всемерную помощь предприятиям, изготовлявшим боеприпасы, в снабжении их материалами, топливом, электроэнергией. Важным в этом отношении являлось расширение производства порохов и взрывчатых ве­ществ. На полную мощность работали эвакуированные и вновь построен­ные в первый период войны пороховые заводы.

Решая неотложные задачи экономического обеспечения ведения вой­ны, Центральный Комитет партии и Советское правительство заботились также о разработке перспективных проблем народнохозяйственного и обо­ронного значения. К их числу следует отнести исследования в области атомной энергии.

Еще до войны советские ученые И. В. Курчатов, Г. Н. Флёров, И. М. Франк, Д. В. Скобельцын, Н. Н. Семенов, Ю. Б. Харитон, Л. Д. Лан­дау, И. Е. Тамм и другие достигли в этом направлении определенных успехов. И. В. Курчатов представил обоснованные предложения о строи­тельстве первого уранового реактора. Осуществить это строительство по­мешала начавшаяся Великая Отечественная война.

В 1942 г. стало известно, что США и Великобритания, с одной сторо­ны, фашистская Германия — с другой, ведут интенсивные поиски решения атомной проблемы в целях создания «чудо-оружия». Несмотря на слож­ность экономической обстановки в стране, Центральный Комитет партии принял решение возобновить прерванные начавшейся войной исследова­ния. И. В. Курчатову было поручено возглавить дальнейшую разработку «урановой проблемы».

Летом 1942 г. в Казани начались опыты по размножению нейтронов. В 1943 г. исследования приняли более широкие масштабы, особенно после организации в Москве специальной лаборатории Академии наук СССР. Возобновление работ над решением этой важной проблемы сыграло огром­ную роль в последующем.

Переход советских войск в контрнаступление, разгром немецко-фашистских захватчиков под Сталинградом и начавшееся освобождение родной земли вызвали новый патриотический подъем трудящихся, еще теснее сплотили тыл и фронт. Как и прежде, в авангарде сражавшегося народа шел героический рабочий класс — ведущая социальная сила Советского государства. Своей сплоченностью вокруг Коммунистической партии, ор­ганизованностью, высокой политической сознательностью, верой в победу, своим самоотверженным трудом, стойкостью перед лишениями и трудно­стями он вдохновлял весь народ.

В начале января 1943 г. коллектив рабочих и инженеров завода № 172 обратился к трудящимся страны с призывом шире развернуть Всесоюзное социалистическое соревнование в честь 25-й годовщины Советской Армии. Призыв подхватил коллектив прославленного артиллерийского завода № 92, который обязался досрочно выполнить январскую программу, дать сверх плана дивизионных орудий для 10 полков, а танковых пушек — для 3 танковых бригад. В соревнование вступали все новые заводы: коллектив завода № 614 обязался к 23 февраля вооружить сверх плана 14 артилле­рийских полков, а коллектив завода № 235 — выпустить сверх плана ору­дий для оснащения 12 полков.

Новым в социалистическом соревновании явилось патриотическое дви­жение за выпуск сверхплановой продукции и оснащение воинских частей и соединений вооружением, приобретенным на средства трудящихся. Коллективы восьми танковых заводов, в том числе Кировского, Уралмаша, № 183, 112 и других, обязались в первом квартале 1943 г. совместны­ми усилиями и на собственные средства выпустить сверх плана танки длявооружения танкового корпуса. Работники этих заводов внесли из своих сбережений 17 351 тыс. рублей. В марте рабочие и инженерно-техниче­ские работники предприятий города Куйбышева выступили с патриотиче­ской инициативой: выпустить сверх плана продукцию и передать ее в фонд Верховного Главнокомандования. Инициативу куйбышевцев подхватили во всех отраслях военной промышленности. Вскоре сверхплановой продукцией артиллерийских, танковых и авиационных заводов стали во­оружаться целые части и соединения.

В соревнование включились металлурги, энергетики, шахтеры, желез­нодорожники, рабочие всех отраслей народного хозяйства страны. Еще шире развернулось движение за скоростные методы труда, ставшие важ­ным источником дальнейшего роста производства. Социалистическое соревнование двух боевых отрядов рабочего класса — машиностроителей и металлургов — возглавили коллективы прославленных Уралмаша и Верх-Исетского металлургического заводов.

Социалистическое соревнование, охватившее более 90 процентов ра­бочих основных отраслей промышленности, сопровождалось невиданным проявлением массовой творческой инициативы рабочих, инженеров, тех­ников, конструкторов, ученых, направленной на увеличение производи­тельности труда, экономию сырья, материалов, топлива и электроэнергии. В борьбе за рост производительности труда рабочий класс изыскивал новые формы соревнования. Широкое развитие получило соревнование по про­фессиям. У металлургов большой популярностью пользовалось соревно­вание за звание лучшего горнового, сталевара, вальцовщика. На заводах авиационной, танковой и тракторной промышленности развернулось со­ревнование за звание лучшего кузнеца, литейщика, слесаря. Широкий размах приобрело соревнование фронтовых комсомольско-молодежных бригад, работавших под лозунгом «В труде, как в бою». В начале 1943 г. таких бригад по стране насчитывалось несколько тысяч. Они делами подтверждали принятые на себя обязательства.

Яркую страницу в летопись героических дел советского народа в годы войны вписали строители — рабочие и инженеры. По призыву ЦК ВЛКСМ со всех концов страны только на восстановление Сталинграда должно было прибыть не менее 15 тыс. комсомольцев и несоюзной моло­дежи. В последующем эта цифра была значительно превзойдена. 2 февра­ля 1943 г. прозвучал последний выстрел в Сталинграде, и через несколько дней на тракторный завод, представлявший собой груду развалин, при­шли первые восстановители. Несмотря на исключительно тяжелые усло­вия, молодые патриоты горели желанием возродить легендарный завод, построенный комсомольцами старшего поколения. Вначале не хватало строительных материалов и многого другого. Энтузиазм и творчество рабо­чих каждый раз помогали находить нужные решения. Использовались материалы, получаемые от разборки разрушенных зданий. Собиралась, ремонтировалась и восстанавливалась разбитая и поврежденная в боях техника и т. д.

В марте 1943 г. в Сталинград прибыла правительственная комиссия во главе с заместителем Председателя Совета Народных Комиссаров СССР В. А. Малышевым. Комиссия подробно изучила положение дел в разрушенном городе. По ее докладу в начале апреля ГКО принял спе­циальное решение о восстановлении промышленности Сталинграда и ее использовании для удовлетворения нужд фронта.

Через восемь месяцев Сталинградский тракторный завод выпустил первый тракторный дизель, а затем с большого конвейера сошел и пер­вый трактор СТЗ-З.Общая численность рабочих и служащих в стране сократилась к кон­цу 1942 г. до 18,4 млн. человек против 31,2 млн. в 1940 г., а число промышленно-производственного персонала — до 7,2 млн. вместо 11,2 млн. человек в 1940 г. Это был самый низкий уровень за все военные годы.

Большие перемены произошли к концу 1942 г. в составе рабочих и служащих, занятых в народном хозяйстве, по полу и возрасту. Подавляю­щую часть работавших в тылу составляли подростки, молодежь, женщи­ны. В таких отраслях, как авиационная, промышленность вооружения, судостроения, цветной металлургии, тяжелого машиностроения, на электростанциях, их было от 51,1 до 59,3 процента, в промышленности бое­припасов, минометного вооружения, станкостроения, пищевой и молоч­ной промышленности — от 62,4 до 69,5 процента, а в текстильной и лег­кой — соответственно 82,4 и 84,5 процента всех работавших. Тем более значительными представляются усилия рабочего класса и всех трудящих­ся, сумевших в самое трудное для страны время обеспечить фронт всем не­обходимым. Это был массовый трудовой подвиг.

Рабочий класс, инженерно-технические работники добились значи­тельного роста военного производства, внесли весомый вклад в углуб­ление перелома в военно-экономическом единоборстве с фашистской Гер­манией.

Социалистическое соревнование приобрело еще больший размах в мо­билизации тружеников села на успешное проведение весеннего сева, на борьбу колхозного крестьянства за всемерное увеличение сельскохозяйственной продукции.

Большой вклад в достижение коренного перелома в войне внесли советские ученые. Особенно ценным в их деятельности была тесная связь с производством, непосредственная помощь заводам, фабрикам, рудникам, шахтам и т. д. В 1942 г., например, Институт физики и математики Акаде­мии наук СССР был тесно связан с 12 предприятиями, Институт химии — с 15, Институт строительной механики — с 25, Институт черной металлур­гии — с 26 предприятиями. В тесном содружестве с инженерно-техниче­скими работниками и передовыми рабочими ученые решали различные проблемы совершенствования технологических процессов и внедряли в жизнь новые методы.

В военное время в металлургической, химической, авиационной, танковой промышленности и промышленности боеприпасов резко возросла потребность в жидком кислороде. Для получения в больших количествах кислорода академик П. Л. Капица создал мощную установку, которая с помощью сотрудников Института физических проблем была построена на одном из заводов в Москве. За эту работу большая группа ученых в апреле 1943 г. была удостоена высоких правительственных наград. За исследования по замене легированной стали для производства траков гу­сениц танков и изготовления коленчатых валов танковых моторов акаде­мику Н. Т. Гудцову в марте 1943 г. была присуждена Государственная премия. Лабораторией члена-корреспондента АН СССР Н. Н. Андреева были созданы акустические тралы для борьбы с минами противника, ко­торые после испытания в конце 1942 г. были переданы Военно-Морскому Флоту.

Специальная комиссия Академии наук по мобилизации ресурсов Урала, Западной Сибири и Казахстана совместно с Наркоматом черной металлургии успешно разрабатывала мероприятия по обеспечению сырьем Кузнецкий металлургический комбинат. В решении неотложных научно-производственных проблем на шахтах Кузбасса непосредственное участие принимали академики А. А. Скочинский и Л. Д. Шевяков, профессор А. Е. Пробст и другие ученые В 1942—1943 гг. продолжала плодотвор­но работать комиссия Академии наук по мобилизации на нужды обороны ресурсов Среднего Поволжья и Прикамья во главе с академиком Е. А. Чудаковым.

Особенно большое внимание уделяли ученые научно-технической по­мощи непосредственно военному производству. Они помогли сконструиро­вать первую в мире автоматизированную линию агрегатных станков для последовательной обработки бронетанковых листов. Это повысило произ­водительность труда в 5 раз. Ученые совместно с инженерами создали вы­сокопроизводительные станки для протяжки отверстий орудийных ство­лов вместо прежней расточки их. Были также созданы новые станки для высокоэффективной обработки корпусов снарядов и мин. Создание поточ­ных линий только на авиационном заводе № 18 повысило производитель­ность труда на 78 процентов. Широкое внедрение технических новшеств способствовало успешному выполнению и перевыполнению годовых пла­нов выпуска вооружения на различных заводах.

В связи с началом массового изгнания врага и освобождением советской земли многие ученые и целые научные коллективы были привлечены к решению задач по восстановлению народного хозяйства освобожденных районов. Задолго до освобождения Донбасса большая группа ученых включилась в работу по составлению генерального плана его восстанов­ления.

Весомый вклад в победу на фронте и в тылу зимой 1942/43 г. внесли писатели, поэты, публицисты, все деятели искусства. На втором году Великой Отечественной войны все больше издавалось художественных произведений глубокого социального смысла и высокого патриотического звучания. Выступали с новыми патриотическими произведениями совет­ские художники и композиторы. Дела творческой интеллигенции слива­лись в единый поток с трудом всего советского народа во имя дости­жения победы.

Трудовые подвиги советских людей еще больше укрепили союз рабочего класса и крестьянства, морально-политическое единство советского общества. Могучая роль этого великого союза и дружба народов с огром­ной силой проявились в новом размахе всенародной заботы о Советской Армии.

В напряженные дни подготовки контрнаступления под Сталинградом еще шире развернулось патриотическое движение по сбору средств на вооружение Советской Армии. Колхозники и колхозницы Избердеевского района Тамбовской области обратились ко всем колхозникам с призывом организовать массовый сбор средств на постройку танков и самолетов. На собранные деньги избердеевские колхозники приобрели колонну танков и назвали ее «Тамбовский колхозник». Эта инициатива получила всена­родную поддержку. Вскоре на фронт были отправлены колонны танков: «Московский колхозник», «Куйбышевский колхозник», «От народов Уз­бекистана», «Челябинский комсомолец», «Магнитогорский комсомолец», «Советские танкостроители» и многие другие.

С высоким патриотическим почином выступил колхозник Новопокровского района Саратовской области Ф. П. Головатый, проводивший на фронт двух сыновей. Он внес из своих сбережений 100 тыс. рублей на строительство боевого самолета. Примеру Головатого последовали мно­гие советские люди. За четыре месяца 1943 г. трудящиеся страны внесли на строительство танков, самолетов и другого вооружения несколько мил­лиардов рублей. Кроме того, для воинов было собрано много теплой одеж­ды и продовольствия. К 25-й годовщине Советской Армии только Воро­нежский фронт получил 31 вагон подарков от трудящихся Башкирии, а Донской фронт — 173 вагона от трудящихся Урала, Казахстана, Узбеки­стана и Астраханской области.

Великая сила советского патриотизма проявлялась и в формировании народных добровольческих соединений — Уральского танкового и Сибир­ского стрелкового корпусов, в создании которых проявили инициативу партийные организации Челябинской, Свердловской, Пермской и Новоси­бирской областей. Все вооружение для этих корпусов было изготовлено из сверхплановой продукции и на средства трудящихся. Комплектование корпусов личным составом вылилось в могучее патриотическое движение. Передовые рабочие и служащие, учащиеся, студенты — коммунисты, комсомольцы и беспартийные подавали заявления с просьбой зачислить их в состав соединений.

На рубеже 1942—1943 гг. все усилия советского народа были направлены на упрочение и развитие коренного перелома на фронте и в тылу. Морально-политическое единство общества, небывалый подъем патрио­тизма превратились в могучую материальную силу, поднимавшую воинов и тружеников тыла на новые подвиги во имя окончательного разгрома врага и изгнания фашистских захватчиков с временно оккупированной советской территории.