Борисо-Глебская церковь в Гродно

Расположенный на высоком берегу реки Неман, Борисоглебский храм в Гродно является одним из пяти сохранившихся архитектурных памятников домонгольского периода в Белоруссии. Он несет черты яркого самобытного стиля, процветавшего когда-то в зодчестве грозного Гродненского княже­ства. На именитой Волынской земле от величественных храмов, дворцов и крепостей той эпохи осталось мало памятников.

Церковь Бориса и Глеба, одна из немногих православных святынь XII в., возвращает нас в то герои­ческое время. Она сохранилась в первоначальном виде лишь частично, но ее историко-культурная ценность чрезвычайно высока. Вместе с комплексом памятников Замковой горы она входит в состав историко-архитектурного заповедника города.

О времени строительства церкви существует множество версий, но наи­более правдоподобной считается возведение ее в период удельного княжения князей Бориса (ум. в 1142 г.) и Глеба (ум. в 1170 г.) Всеволодовичей. Она была освящена в честь их небесных покровителей, первых русских святых страстотерпцев Бориса и Глеба. По археологическим датировкам выступает еще одна дата строительства — 1180 г. После пожара 1184 г., уничтожившего соборную церковь града, Борисоглебский храм становится главным. Эти события так упоминаются в «Ипатьевской летописи»: «Городен погоре весь и церковь каменна от блистаниия молний и шибения грома...»

Церковь получила в XV в. свое второе наименование, «Коложская», за проживание в этом районе жителей из городка Коложа, которых поселил здесь литовский князь Витовт. При походе на Псков (конец XIV в.,) он захватил этот пограничный город и увел всех жителей в свою новую столицу Гродно.



Памятник православного зодчества, возведенный мастером Петром Миланегой, Коложская церковь является шестистолпным, трехапсидным храмом крестово-купольной системы. Специалисты считают, что использованная техника кладки храма ближе всего подходит к зодчеству Волыни того времени. Он воздвигнут из плинфы, с толстыми швами цемента, в состав которого входили: известь, крупный песок, уголь и битый кирпич. Крепость кладки достигнута изумительно прочная, что, правда, не спасло храм от дальнейших разрушений. Своды храма обрушились уже в XV в. — при очередном военном потрясении. Самобытностью гродненского стиля XII в. было узорчатое покрытие пола из керамических плиток и полированных камней. Такой майоликовый пол из плиток желтого, зеленого и коричневого тонов великолепно украшает и теперь интерьер коложской церкви. Еще одной особенностью храма стало необычное декорирование его наружных стен. Они не были оштукатурены, как на других храмах, а украшены декоративным орнаментом из крестов, выполненных из многоцветной поливной керамики, что придает храму и сегодня во многом удивительный эффект сказочного терема. Хотя следует отметить, что символическое прочтение этой удивительной цветовой палитры позволяет некоторым исследователям говорить не о декоративном оформле­нии храма, а его всецелом подчинении христианской идеи созидающей силы Бога. Это перекликается со знаменитыми словами из Священного Писания царя-псалмопевца Давида: «Не для человека здание сие, а для Господа Бога» (1 Пар. 29—1). Подобные приемы формирования художественного образа в архитектурных композициях с помощью поливной керамики прослеживаются и на отдельных памятниках византийской архитектуры того времени.

Внутри храма первоначально были сооружены хоры, срубленные арки которых были обнаружены реставраторами уже в наше время. Интерьер церк­ви не был изначально, возможно, предназначен для полноценной росписи, о чем свидетельствует расположение «голосников», глиняных кувшинов, вмурованных в стены для улучшения акустических свойств помещения храма и выступающих горловинами наружу. Хотя документы проведенной реставрации 1870 г. говорят об открытых фресках домонгольского периода на конхах храма.

Борисоглебская церковь не раз горела в пожарах многочисленных войн, подвергалась разрушениям и перестройкам, разделяя суровую судьбу своего народа.

Церковь возвышается на высоком берегу реки Неман, который на про­тяжении многих столетий методично подмывается строптивыми водами. Частые оползни не раз угрожали уникальному памятнику. Так, в 1840 г. на стенах храма впервые были зафиксированы многочисленные трещины, а в 1845 г. обвал берега произошел уже рядом с самой церковью. В трагическую ночь на 2 апреля 1853 г., при весеннем разливе реки, произошло обрушение части берега, на котором стоял храм. И в воду неумолимо сползла вся южная часть и половина западной стены церкви, но большая часть храма сумела выстоять. В 1897 г. на средства Министерства путей сообщения было про­изведено укрепление берега Немана, а также сооружена деревянная стена, вместо обрушенной. Церковь обновили, но полной реставрации тогда так и не осуществили.

Сегодня реставраторы восстановили по архивным данным точное описание узоров каменной кладки утраченных стен, которые планируется воссоздать.

В 1991 г. храм был возвращен Православной церкви, где регулярно теперь проводятся церковные службы.

На протяжении многих веков одной из святынь храма была чудотворная икона Коложской Богоматери, которая прославилась с XVI в. многими чу­десами и великими чудотворениями. Она представляла собой копию «Одигитрии», привезенной из Москвы в Вильно в 1495 г. дочерью великого князя Иоанна III, Еленою. В XIX в. после обрушения храма икона была перенесена в Борисоглебский мужской монастырь в г. Гродно, где пользовалась особым почитанием. Чудотворная икона была написана на полотне, наклеенном на доску, и украшена драгоценным окладом. Во время Первой мировой войны икона эвакуировалась в Москву, где и была потеряна. В настоящее время в храме находится вышитая копия чудотворной иконы, к которой притекают по-прежнему толпы верующих на поклонение.

С далекого XII в. Борисоглебская церковь была бессменным форпостом Православия на западных рубежах Руси, ставшая теперь ценнейшей жемчужиной православного зодчества Белоруссии.