Монастырь Иоанна Предтечи в Македонии

Монастырь Иоанна Предтечи в Македонии

У подножия горы Керкины, неподалеку от ее оконечности Меникион, располагался бывший некогда богатым и славным монастырь, устроенный во имя Иоанна Предтечи. Год основания его — точно не установлен, но достоверно можно сказать, что первый камень его положен не раньше 1280 г. Устроителем монастыря был блаженный Иоаким — митрополит Зихнский, прекрасно образованный светски и духовно и отличавшийся известными добродетелями. Всеми своими добрыми качествами и разносторонним образованием он обязан монастырскому воспитанию.

Лишившегося родителей еще в младенчестве мальчика, когда ему было всего два года, взял к себе на воспитание его дядя со стороны отца, бывший настоятелем монастыря Святых бессребреников Козмы и Дамиана. В обители на горе Керкине дядя Иоанникий воспитал племянника в благочестивом послушании Богу.

Пробыв несколько лет настоятелем монастыря, дядя пожелал уединения и безмятежного служения одному только Богу. Он удалился из обители и поселился довольно далеко от нее — в пещере. Здесь он провел с племянником своим два года, но нездоровый климат болотистой местности заставил его искать другое место для своих подвигов в отдаленнейшей, непроходимой и пустынной части горы.

Начало новой обители положила находившаяся здесь, но уже обветшалая церковь — Старый Предтеча. Поправив храм, добродетельный старец поселился возле него, а потом решил устроить монастырь. Много усердия приложил он для исполнения задуманного и племяннику своему старался внушить к создаваемой обители то рвение, каким кипело его собственное сердце. Слава о добродетелях и высоких достоинствах Иоакима далеко разносилась уже в те времена, когда он жил вместе с дядей своим. Поэтому, когда умер митрополит Зихнский, народ единогласно назвал его своим пастырем. Но дядя-аскет боялся, что заботы о пастве будут отвлекать внимание племянника от обители и старался всеми силами отклонить его избрание в митрополиты. И согласился только тогда, когда получил от племянника письменное обязательство, что тот и при жизни его, и после смерти будет заботиться о благе монастыря.

В продолжении всего нескольких лет вокруг небольшого первоначального храма поднялась целая обитель, доходов которой с избытком хватало на скромные нужды монахов. Деятельный митрополит Иоаким повсюду находил споспешников своему делу, а в те смутные времена этого мог достичь только человек, уважаемый за свои высокие нравственные достоинства. Он помогал всем без всяких расчетов, всеми силами приносил пользу не только чадам духовным, но и жителям Серры. Да и владетельные и начальственные особы старались выказать свое усердие монастырю…

Обитель длинной, узкой лентой спускалась по западному склону горы. Против него грозно поднималась суровая вершина Меникион; внизу, на единственной площадке, стоял древний восстановленный храм, разделенный на три части. В 1839 г. на пожертвования благочестивых христиан к храму пристроили каменный притвор с колокольней. Против настоятельских покоев в том же году был сооружен величественный павильон с куполом — для торжества водоосвящения, совершаемого в праздник Богоявления.

Обитель была огорожена каменной стеной, в которой были устроены небольшие и довольно тесные кельи для монахов. В верхней части монастыря сохранилась старинная башня с небольшой церковью внутри.

Кроме этой обители, митрополит Иоаким основал в городе Серры и другой монастырь, меньший по размерам. Место для него со старой церковью было подарено митрополиту Константином Холивар — владетелем города. Обитель Иоанна Предтечи, в силу дарованных ей привилегий, превратила этот монастырь в свое подворье. Митрополит хотел сделать из второго монастыря своего рода приготовительное место, где могли бы учиться желающие предаться более строгому и высшему иноческому подвигу. Но с течением времени в связи с общим расстройством дел монастырская братия рассеялась. Храм, оставленный без должного присмотра, повредился в куполе; в нем образовались трещины, и в конце концов он обрушился, а большая часть келий превратилась в развалины.

За семь лет до своей кончины блаженный основатель обители, заботясь о процветании ее, торжественно назвал блюстителем и неограниченным господином ее Иоанна Палеолога Кантакузина, который занимал это место долгое время после смерти митрополита Иоакима и даже после завоевания страны сербами. Доведя обитель до цветущего состояния, блаженный Иоаким на закате своих дней принял схиму с новым именем Иоанн, сменив величественную одежду святителя Христова на скромную мантию схимника. Когда он скончался, тело его погребли в храме, где оно покоится и до сих пор как залог невидимого общения обители со своим основателем.

Много испытаний довелось пережить обители Иоанна Предтечи, особенно в периоды междоусобных войн. Но все несчастья и потери при наступлении лучших времен впоследствии вознаграждались. Так, великие дары поступили от короля сербского Стефана, и супруга его всегда была могущественной покровительницей этого святого места. Со времени утверждения сербского владычества положение обители вообще изменилось к лучшему, но даже ее прежние испытания и невзгоды померкли в сравнении с теми бедствиями, которые принесло владычество турок. История ее с этого времени — это целый ряд обид и лишений, история упадка и борьбы за свое существование.

Постепенно обитель Иоанна Предтечи потеряла все свои имения, и было даже время, когда она поддерживала свое существование только милостынями христиан. Временами она впадала в неоплатные долги, а если и выпутывалась из них, то ненадолго. Правда, первый султан Мурат сначала оставил за обителью ее свободу и привилегии, которыми она пользовалась при византийских императорах. Но потом все благие повеления в отношении обители этого и последующих султанов оставались без всяких последствий из-за неограниченной власти местных чиновников. Земли обители разорялись или отходили в собственность новых властей.

Устрашенные монахи и слова не могли возразить против нарушения своих прав, некоторые из них даже уходили в другие приюты и там подвизались в подвигах благочестия. В начале XVII в. обитель Иоанна Предтечи испытала крайнюю нужду и бедность, и общежительный монастырь жил гораздо скромнее даже того, как заповедовал основатель обители — сам строгий аскет. Несмотря на сокращение всех лишних расходов и старание братии поддержать существование обители, она неудержимо катилась к упадку. Правда, в 1608 г. архиерей Драмас Афанасий подарил обители 8000 тогдашних серебряных монет, и на эти деньги были устроены келья для настоятеля и несколько келий для братии. Через 6 лет митрополит Зихнский пожертвовал такую же сумму, а митрополит Неврокопский Анфим в 1609 г. подарил 15 000 серебряных монет. В 1644 г. Афанасий из Серр поднял на свои средства находившуюся вне монастыря часовню во имя Успения Пресвятой Богородицы, украсил ее стенной живописью и присоединил к ней виноградник площадью 2 кв. км. В это же время на средства князя Димитрия (впоследствии иеромонаха Давида) в обители была выстроена больница.

Казалось, что для обители Иоанна Предтечи постепенно возвращаются лучшие времена. Однако в 1727 г. из-за вновь возникшего большого долга и других неблагоприятных обстоятельств монастырская братия рассеялась кто куда. Ворота обители закрылись, и она целых три года оставалась пустынной и необитаемой. Но когда Константинопольская церковь потребовала, чтобы все монахи (а особенно два инока — Иоасаф и Григорий) возвратились, богобоязненные мужи нисколько не медлили. Явившись в обитель, они стали восстанавливать ее и, не щадя себя, собирали милостыню от народа, который всегда благоговел перед этим монастырем. При большой экономии и прекрасном управлении обитель в 1735–1767 гг. не только сократила свой долг, но и приобрела имения, с которых получала доходы.

В 1757 г. монастырь Иоанна Предтечи обогатился бесценной святыней — частицей крови, истекшей из головы Иоанна Предтечи. Ее принес из Фессалоник в дар монах Герасим; по его же совету в обители была заведена библиотека. Но с конца XVIII и до середины XIX в. обитель вновь находилась в упадке, на этот раз по внутренним причинам. При игумене Дамаскине были даже проданы все священные сосуды, но обитель сумели вовремя поддержать два старца — Филофей и Макарий — и пять братий, которые с большим усердием старались поднять и восстановить монастырь не только материально, но и нравственно.

После греческого восстания 1821 г. христиан в турецких владениях стали так притеснять всякого рода налогами, что они не могли оказывать обители помощь. Поэтому для своего поддержания она вновь вынуждена была продать всю драгоценную утварь, однако и после этого за ней оставался большой долг. Но шло время, и из руин поднимались разрушенные кельи. На месте тех, которые совсем развалились, возвели несколько новых монастырских зданий. В таком виде монастырь после многих превратностей судьбы вновь был присоединен к обители Иоанна Предтечи как ее подворье. Заботы тогдашнего настоятеля, просвещенного и опытного игумена, сосредоточились не столько на материальном благополучии монахов, сколько на их нравственном состоянии. Введя в основанных монастырях киновию, он дал им особенный устав и стал ходатайствовать у тогдашнего Константинопольского патриарха Исайи о подтвердительной грамоте, в которой угрожалось отлучением от церкви всякого, кто святотатственно вздумает уничтожить или изменить дарованный обители устав.

В пятнадцати главах устава даются душеспасительные советы монахам, в остальных излагаются сами правила — обязательные для всех монахов, живущих в обители.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Решите пример *