Перкин Уорбек — воскресший принц

Перкин Уорбек (около 1475—1499) выдавал себя за сына английского короля Эдуарда IV и претендовал на престол при Генрихе VII. Его нельзя назвать самозванцем в полном смысле этого слова, поскольку он был подставным лицом, которому покровительствовала Маргарита Бургундская, сестра покойного Эдуарда.

Восьмидесятые годы XV века стали смутным временем в истории Англии. Разногласия, распри и интриги в первую очередь касались королевского престола, а простому народу это грозило непомерно возрастающими налогами. Происходила обычная история: «когда паны дерутся, у холопов чубы трещат».

Дело в том, что умерший Эдуард обвинялся в незаконном владении троном, а следовательно, и его малолетние сыновья Эдуард и Ричард не могли претендовать на признание их законными наследниками престола. Смуту затеял другой Ричард, Глостерский, объявивший себя монархом Ричардом III. В результате его интриг обоих сыновей предыдущего короля заточили в Тауэре и в скором времени задушили.

Однако большинство высокопоставленных лиц было недовольно политикой Ричарда Глостерского, и в особенности тем, как он захватил престол. Кроме того, по неподтвержденным сведениям, он отравил свою супругу, чтобы жениться на одной из сестер покойного короля Эдуарда, Елизавете. В оппозиции выступал Генрих (Генри), граф Ричмонд. В 1485 году, встав во главе войска, он выступил против Ричарда. В первом же сражении Генрих тяжело ранил Ричарда и после его смерти занял английский престол. С воцарением нового монарха в Англии прекратилась власть династии Плантагенетов и к управлению государством пришла династия Тюдоров.

Став королем, Генрих женился на Елизавете, бывшей невесте Ричарда. И тут на политическую сцену вышла сестра новоявленной королевы и покойного Эдуарда, Маргарита Бургундская. Она не могла смириться с мыслью, что ее семья лишилась трона, и с помощью придворных — своих агентов — начала распространять слухи о том, что один из сыновей законного короля отнюдь не был казнен. По ее версии, задушив Эдуарда, палачи раскаялись и отпустили Ричарда, который до поры до времени вынужден скрываться, но не теряет надежды вернуть себе отцовский престол.

Таким образом, дело оставалось за малым: найти человека, который по многим признакам мог бы походить на повзрослевшего наследника, и публично объявить о его чудесном избавлении от смерти. В истории и до и после этого было много случаев мнимых чудесных спасений, когда «воскресшие» наследники престола объявлялись сами и зачастую добивались поставленной задачи (правда, как показывает история, ненадолго). Гораздо меньше было случаев, когда «спасенных» приходилось искать. В Англии таким найденным наследником престола стал Перкин Уорбек.

Совершенно неизвестны его происхождение и точная дата рождения. Можно предполагать, что он был не из плебеев, потому что выглядел аристократом, обладал хорошими манерами и воспитывался в Антверпене. Полное имя его — Питер, но из-за того, что юноша рос хрупким, как ребенок, его часто называли уменьшительным именем — Питеркин, или еще более по-детски — Перкин. Под этим именем он и стал известен в истории.



Уорбек много путешествовал, что вполне подтверждало легенду о том, что ему пришлось долго жить в изгнании и скрываться. Агент Маргариты Бургундской разыскал его в Антверпене и привез к принцессе. Так Перкин стал герцогом Йоркским, наследником Ричардом.

Маргарита взяла Уорбека к себе на воспитание в буквальном смысле этого слова. В своих поместьях во Фландрии (на территории современной Бельгии) она обучала его придворным обычаям и манерам, рассказывала о «его» детстве и юности, о судьбах, внешности и нравах всех его названных родственников, о последних событиях во дворце. Перкин постепенно перевоплощался в Ричарда и усваивал легенду личности, под именем которой ему придется жить дальше. Предприятие было очень рискованным, его прецедентов в истории на данный момент насчитывались единицы, поэтому опыта предшественников почти не было.

Но молодой человек все же соблазнился перспективами, которые открывала перед ним такая авантюра в случае его удачного перевоплощения. О провале он беспокоился мало: в этом случае Маргарита обещала ему свое покровительство. Риск, конечно, оставался, и немалый, но, как известно, кто не рискует, тот не пьет шампанского. К тому же Перкин был человеком находчивым, что позволяло ему выпутываться из затруднительных ситуаций.

Некоторое время Уорбек (или, как теперь можно было бы назвать его, Лжеричард) оставался в тени и отправился в Ирландию только тогда, когда Генрих объявил войну Франции. В ирландском городе Корк Перкин назвался герцогом Йоркским и сразу же привлек на свою сторону множество приверженцев и просто поклонников. В их числе оказались и влиятельные графы. Шотландский король Яков, узнав об Уорбеке и о его легенде, решил не заключать на длительный срок мир с Генрихом. Таким образом у Перкина негласно объявился монарший союзник.

Через одного из своих людей Лжеричард узнал, что к нему благосклонно относится французский король Карл. Более того, Карл оповестил Перкина, что поможет ему отстоять свои права перед главным противником, королем Генрихом. Все складывалось как нельзя более удачно. Уорбек и сам не ожидал такого приятного поворота событий. Тем не менее он уже настолько вжился в образ Ричарда, что дело доходило до чуть ли не полного самоотождествления с погибшим принцем.

Однако по доносам агентов, да и по некоторым признакам Карл догадался, что перед ним самозванец, и вскоре отослал Перкина со двора. Это, помимо всего прочего, дало повод Франции заключить мир с Англией. Лжеричард поехал во Фландрию и повел себя так, как будто он там оказался впервые. Прилюдно самозванец объявил Маргарите, что он — не кто иной, как чудом спасшийся наследник престола и рассказал ей всю легенду, ранее придуманную ими совместно. Принцесса искусно разыграла изумление и радость по поводу его избавления, но сделала вид, что не может поверить в это.

Вскоре все вокруг были убеждены, что Уорбек и есть Ричард. Весть о его мытарствах быстро распространилась по Англии, и началась негласная кампания травли Генриха. В королевстве намечалась смута, заговорщики Англии и Фландрии поддерживали постоянную связь, а у Лжеричарда тем временем появилось множество высокопоставленных и родовитых союзников в обеих странах.

Генрих VII оказался в щекотливом положении. И без того не слишком популярный в Англии, монарх получал новые обвинения, потому что его противник все прочнее завоевывал позиции. Нужно было срочно что-то предпринимать. У короля было два выхода: или доказать, что Перкин самозванец, или найти официальное подтверждение тому, что настоящий Ричард действительно мертв. А в том, что истинный герцог был убит в детстве, Генрих не переставал сомневаться ни на минуту.

Нашлось несколько человек, которые могли под присягой подтвердить, что принц Ричард был убит. Среди них оказался и один из его убийц, Джон Дайтон. Но доказать смерть Ричарда таким образом явилось очень трудной задачей, и тогда Генрих попытался выяснить происхождение Перкина. Для этого была организована целая сеть шпионов, информировавших короля не только о деятельности Лжеричарда, но и о готовящихся в стране мятежах. Некоторые из шпионов выдавали себя за перебежчиков из лагеря Генриха в лагерь Перкина и так добывали необходимые сведения.

После этого король сообщил во Фландрию великому герцогу Филиппу, что на его землях Маргарита Бургундская держит самозванца, и попробовал убедить его выдать Лжеричарда ему. Филипп дипломатично согласился никаким образом не потворствовать лженаследнику, но ответил, что Не может выдать Перкина Франции, поскольку тот живет на территории владений Маргариты, которые Филиппу не принадлежат. На самом же деле получалось, что великий герцог покровительствует Уорбеку.

Тогда король решился на суровые меры. К тому времени он уже хорошо знал, кто из английских подданных находится на стороне Перкина. Генрих арестовал нескольких высокопоставленных лиц, в частности Клиффорда, бывшего одним из главных зачинщиков заговора против короля. Раскаявшийся (а может, просто испугавшийся за свою жизнь) Клиффорд выдал еще некоторых заговорщиков, и Уорбек разом лишился очень большого количества сторонников. Замысел Маргариты и Перкина был близок к краху, тем более что в состав войска Лжеричарда входили в основном случайные люди, неопытные в военном деле. В одной из стычек с королевской армией погибло 150 человек из войска Уорбека.

Жизнь Перкина постоянно преподносила ему новые сюрпризы: то головокружительные успехи, то досадные неудачи. Когда он приехал к шотландскому королю Якову, тот принял его весьма радушно и, очевидно, все-таки зная, кто перед ним стоит, вел себя с Перкином как с герцогом и воздавал ему всяческие почести. Он даже отдал замуж за Уорбека красавицу Катерину Гордон — свою родственницу, девушку знатного происхождения.

А вскоре шотландский король вместе с Перкином напали на английскую провинцию Нортамберленд. Перкин, увидев, каким варварским способом ведется война, потребовал прекратить грабеж. Яков же тем временем узнав, что против него посланы сильные войска, повернул обратно в Шотландию и вскоре начал с Генрихом переговоры о мире. Но переговоры ни к чему не привели, и главным образом из-за Уорбека: английский король требовал выдать его, шотландский из принципа отказывался, апеллируя к тому, что это вопрос чести: он многое пообещал «Ричарду» и не может теперь отказываться от своего слова; кроме того, замужем за Уорбеком была родственница Якова. Но тем не менее шотландский король посоветовал Перкину найти новое политическое убежище.

Лжеричард поехал в Ирландию. Там он официально заявил о себе как о Ричарде IV и нашел много сторонников. Для поддержания своего статуса он попытался взять приступом крупный торговый и хорошо укрепленный город Эксетер, но, разумеется, его жалкая армия не смогла справиться с такой сложной задачей. Тогда он замыслил завоевать город Тонтон, но на полпути к своей цели передумал, бросил остатки войска и сбежал. Генрих, узнав об этом, хотел перехватить самозванца, но не успел и пошел на хитрость, предложив Перкину переговоры. Тот с радостью согласился, потому что делать ему уже ничего не оставалось. Во Фландрии он боялся даже показаться, справедливо полагая, что там его ждет засада. В то время, когда Перкин находился при дворе у Генриха, он фактически был его пленником: за ним постоянно наблюдали и никуда не выпускали. И все же Уорбеку удалось обмануть стражу и сбежать.

Лжеричард скрывался у приора, которого Генрих убедил выдать беглеца. Король, которому наконец-то удалось арестовать самозванца, не стал выносить ему смертный приговор, а, напротив, решил сохранить Перкину жизнь. Уорбека помиловали, однако забили его в колодки и подвергли публичному позору на лондонских улицах.

Большие надежды Перкин возлагал на то, что ему удастся задобрить охрану и скрыться или договориться с другими именитыми заключенными и убить коменданта тюрьмы. Но побег из заключения самозванцу не удался, и он был приговорен к смертной казни за то, что несколько раз согрешил против помилования. Перед смертью Перкин Уорбек публично исповедовался.